хроники белых коридоров

— И главное, что он ничего никому не сказал! А меня потом дернули на его смены и теперь, я должен впахивать ещё и в субботу. Где в этом моя вина, что он алкаш? Нико сидел на низком табурете и жевал вяленое мясо. Он кивал головой на любой довод и действительно был больше поглощен едой нежели страстями между ассистентами. Себ сидящий рядом на полу пил чай из прозрачной кружки и грыз орехи. — И что? Его не уволили? – казалось они никуда не собираются, хотя смена закончила почти два часа назад. Они уже давно переоделись, а сейчас подбежали угощения, которые принес Френтцена, спокойно слушая как Нико Хюлькенберг работал в южном филиале. Нико снова взял пару кусочков мяса и один из которых положил на мисочку около Френтцена. Тот тихо кивнул и вернулся к описанию МРТ мозга, прыгая между снимками. Себастьян вообще не чувствовал дискомфорта, вытянув ноги требовательно протягивал руку с миской, пока младший Нико снова и снова досыпал орехи из пакета. — Нет конечно, не уволили. Он там то ли сын, то ли племянник Бриаторе. Что мне ещё остаётся делать? Только дорабатывать, а на следующий месяц вообще не ставить смены там, от греха так сказать, – он снова нажимал на кнопки не глядя, и встав со стула подошёл к двери к аппарату МРТ, — А вообще, если честно, он должен быть тут на следующей неделе во вторник, кто у вас тут будет? Вы? Нико считал в голове расписание. В среду у него первый из трёх выходных, значит вторник будет его третьей рабочей сменой, да ещё с ночным дежурством до трёх. — Ага, вдвоем до полуночи, а потом я один до трёх, – Нико разрывал мясо на более мелкие кусочки, уж больно вкусным оно получилось у Хайнца, нужно не забыть будет попросить рецепт для папы. Потом кинув взгляд на часы, он закинул кусок в рот и схватил телефон, ища сообщения от Дженсона. Тот был ещё на смене, но заканчивал меньше чем через полчаса. А значит, он может посидеть в Жака и спросить о переводе к нему на этаж. Так ничего и не увидев, он потрепал Себа по волосам и поднялся, убирая вещи в сумку. — А, доктор Френтцен, не могли бы вы мне прислать рецепт мяса для отца? Он сказал, что хотел попросить ещё на той недели, но не смог попасть к вам из-за записи, – поставив кружку в раковину, он уже было схватился за губку, но Нико махнул рукой. Ну, раз такая пляска и ладно. Он сам не очень и любил мыть посуду. — О! Да, я пришлю Кеке рецепт, не переживай. Уже уходишь? Возьми с собой, у меня для вас там маленькие контейнеры в холодильнике, а то совсем с ума сойдете на посту от голода. Распрощавшись и убрав мясо в сумку, он побрёл в сторону лестницы. Ему не очень хотелось ехать на лифте цепляя все этажи и ещё тащиться через весь этаж к посту, где сидел Жак. И едва он хотел открыл дверь как столкнулся с кем-то. — Ой, извините пожалуйста. Вы в порядке? — Нико? – голос был пугающе знаком. Нико замер. Льюис смотрел на него не отрываясь. Он почти не изменился, словно и не прошло тех лет, что они не виделись. Тот же лоск, тот же странный надменный взгляд и полное ощущение контроля. — Здравствуй. Неожиданно тебя тут увидеть. — Тебя разве не уволили? – господи, он правда просто хотел пойти к Жаку, а потом поехать домой с Дженсоном в надежде, что его прекрасные выходные буду более интересными, чем предыдущие. — Нет. Я перевелся сюда и спокойно работаю. А ты разве не в центральном филиале? Что ты тут забыл? – Он переминался с ноги на ногу, в надежде сбежать. — Что, отец впрягся за тебя по старой памяти? Он закатал глаза. Боже правый, он правда забыл насколько тот не понимал, что если его отец когда-то тут работал, это не означало, что Нико все достается легко. Кеке был уже более восьми лет на пенсии и Нико попал сюда уже когда его тут не было, а он сам ещё учился в университете. — Нет, я сам попросил и за хорошую работу, мне позволили остаться. А теперь позволь, я пойду. И не оборачиваясь, он едва держа себя в руках, буквально заставил подняться на этаж выше. Быстро попав на этаж, он юркнул к посту с перебирающей бумаги Эрьей. Завалившись на пустое кресло он судорожно писал сообщение, игнорируя взгляд старшего администратора. — Нико? Что случилось? Оторвав взгляд от телефона Нико покосился в сторону двери. Он написал Дженсону и перекинул сообщение Себу. Он ожидал, что друг прибежит сразу, а его парень после смены будет искать тут. — Мой бывший здесь. — Льюис? – она в свое тоже работала в восточном филиале. На посту того же этажа, только дальше по коридору и прекрасно знала всю суть конфликта. Эрья отложила бумаги в сторону и придвинул к нему пластиковый стаканчик с водой. Руки слегка тряслись, но он умудрился не пролить воду. Едва он смог сделать пару глотков, на этажа появился взъерошанный Себастьян. — Я вылил на него чай, но новости отвратительная, – он облокотился на стойку и оглядываясь по сторона, чуть сбавил голос. — Он теперь тут работает. — Он стоматолог! У нас нет отделения! – Нико был на грани истерики. Он не хотел его не видеть не слышать. Если слухи, что кусок детского этажа собираются отдать под стоматологию, то его гениальный план работать с Дженсоном накрылся. Он знал, что если стоматологию действительно введут у них,это у них был целых два этажа на которых все ещё шел ремонт после выделения бюджета. Соответственно, если им дадут квоту на стоматологов, то он не просто здесь на время, а пока его не уволят, потому что этот бы сам никогда в жизни бы не ушел сам. Эрья вздохнула. Ей богу, он сама ушла сюда, потому что было гораздо тише, а наличие Хэмилтона на территории, автоматически повышает количество сплетен и скандалов в трое. Она не думала, что узнав о деятельности Льюиса. Жак будет в восторге. Как хорошо, что она имела в ним прекрасные отношения, как другой старший администратор. Похлопав Нико по плечу, она пошла выключать свет в кабинетах и на этаже, смена кончилась, а ей нужно было ещё дописать ответ и поставить этаж на сигнализацию. — Пойдем, посидишь у нас, пока Дженсон не придет. Я написал ему, что заберу тебя. Идя с другом обратно к себе на этаж, Нико с ещё большим усилием думал о будущем. Его надежды перевестись на другой этаж рухнули, а если наличие Льюиса подтвердится,это смело можно было забыть о заменах в детское, пока не откроют новый этаж. Если его вообще откроют. Может быть ему нужно было уволиться ещё тогда, а не пытаться спасти огрызки карьеры, что оставил после себя Льюис.