Пока горит Огонь

Божественная Суть, буквально, Красный Огонь. Это Пламя, в коем заключена сила бога, состоящая из двух частей. Первая — это сила, что дана при сотворении. Именно в этой сути состоит природа божественности. Вторая — та, саморазвивающаяся сила, зависящая от людей. В былые времена ее рост прямо пропорционально зависел от роста уверовавших, поклоняющихся, от непоколебимости человеческой веры. Могущество бога зависело от гармонии этих двух половинок Красного Огня.

В тот день небо над древним Китаем казалось слишком тяжелым, словно вылитым из свинца. Благовония в храме не поднимались вверх, а стелились по полу сизыми змеями. Лун Ван помнил, как хрустел гравий под ногами тех людей - их было немного, горстка теней, чьи лица застыли в масках фальшивого благоговения. - Помоги нам, Владыка, - шептали они, и в их голосах Дракон теперь, спустя века, слышит только скрежет заточенной стали. Удар был нанесен в спину. Не сталью, а сконденсированной яростью, голубой вспышкой энергии, которая должна была выжечь сердце Повелителя Воды. Лун почувствовал, как воздух вокруг него превратился в вакуум, но боли не последовало. Вместо нее пришел запах паленого шелка и озона. Шан Ди сделал шаг вперед, перекрывая собой траекторию атаки. Лун Ван видел, как по спине Верховного Владыки побежали алые узоры, пульсируя в такт его рваному дыханию. Владыка Небес не обернулся. Его рука, обычно державшая лишь гадальные кости или жемчуг, метнулась вперед с быстротой молнии. Раздался влажный хруст, и пальцы бога вошли в грудную клетку ближайшего нападавшего. Когда Шан Ди рухнул на колени, в его кулаке всё еще содрогалось серое, перепуганное человеческое сердце. - Уходи... - выдохнул он. Его голос, обычно звучный, как удар гонга, превратился в шелест сухой травы. Лун Ван не и не думал бежать. Несмотря на риск очередного нападения, он подхватил друга, чувствуя, как его собственная черно-желтая кровь сюаньхуан начинает закипать от ярости. Обращение в дракона было болезненным: кости ломались и удлинялись, чешуя продиралась сквозь человеческую кожу. Взмыв в небо, расколотое драконьим рыком, он чувствовал, как холодное тело Шан Ди прижимается к его груди. Он летел, истекая кровью, что капала на облака и оставляла невидимые следы проклятия, пока его каждый шип на спине не покрылся инеем, а когти не онемели от напряжения. Пещера на небольшом незаселенном полуострове на другом конце мира стал для них новым домом, подальше от тех, кто так и не закончил свое дело. Века сменяли друг друга, а на полуострове сначала появилось небольшое селение, а после оно превратилось в портовый городок, где промышляли китобои — Гринпорт. Лун Ван, ставший Чан Ваном, учился скрывать свою природу так же тщательно, как коллекционеры скрывают подделки, и открыл антикварную лавку не ради денег, а ради надежды. Он перебирал тысячи артефактов, листал древние рукописи, искал хоть одну зацепку, способную вернуть искру в тело, которое он хранил в глубине скал. Но, вместе с надеждой, реликвии на пыльных полках напоминали ему о той злополучной ночи, а шрам на спине продолжал гореть, напоминая о людском предательстве. И каждый раз подходил к зеркалу, вынимая карие линзы и долго смотрел в свои ярко-голубые глаза, которые в этой тусклой реальности казались чем-то инородным, в попытке разглядеть собственный затухающий огонь. - Господин Ван, этот свиток подлинный? - спрашивал очередной толстосум в дорогом костюме. Чан Ван смотрел на него, и в его голове проносились картины того, как он в форме дракона сносит этот квартал одним ударом хвоста. Он медленно поправлял рукав, скрывая рельеф предплечья. - Вы его недостойны. Уходите, - голос был тихим, ровным, но клиент пятился к двери, чувствуя необъяснимый, первобытный ужас. Каждую неделю Король Драконов спускался в пещеру у побережья. Он приносил артефакты: редкие нефриты, заговоренные рукописи, надеясь, что их энергия пробудит ото сна замершего в веках Владыку Небес, ни на миг не теряя уверенности, что он однажды вернется в этот мир. Ночь пробуждения пахла грозой и застоявшейся морской водой. Красные огни на морской глади пульсировали, как открытая рана. Чан Ван стоял на скале, глядя, как волны бьются о камни с его собственной, подавленной яростью. В пещере Шан Ди открыл глаза. Мир вокруг него больше не был Небесным Дворцом. Это были сырые стены, пропахшие солью и старым деревом. Его тело казалось ему чужим: слишком хрупким, слишком пластичным для того, кто когда-то повелевал стихийными бедствиями. Владыка Небес поднялся, пошатываясь. Жемчужная серьга в ухе завибрировала, улавливая миллионы человеческих голосов, доносящихся из города. Он вышел на берег, его длинные волосы путались в порывах ветра. Он увидел мужчину, стоящего к нему спиной — атлетичная фигура, тяжелые плечи, уверенная походка. В нем было трудно узнать того гибкого дракона, но запах... запах воды и небесного начала был прежним. - Владыка, с возвращением в мир людей, - произнес Чан Ван, не оборачиваясь. Шан Ди сделал шаг вперед, песок забивался между пальцев ног. Он ощущал этот мир каждой порой, он был слишком громким, слишком быстрым. - Мои люди стали… изобретательны в своем уродстве, - Шан Ди покачал головой, глядя на пляшущий таинственный Огонь, покрывающий водную гладь. Он подошел к Чан Вану и коснулся его плеча в жесте, который когда-то означал милость, а теперь выглядел как поиск опоры. - Ты выглядишь очень изможденным, Лун Ван. Чан Ван наконец повернулся. Его лицо было спокойным, но челюсти были сжаты. - Я просто ждал, когда Вы проснетесь, Повелитель, но обидно, что не мои молитвы, а странное явление пробудило Вас, - в его голосе проскользнула та самая наигранная обида, скрывающая безграничную преданность. - Пойдемте. Я познакомлю Вас с новым миром. Шан Ди рассмеялся. Этот звук был чистым и опасным, как треск костра, в котором сжигают подношения. - Веди, мой верный Король Драконов. Теперь моя очередь следовать за тобой. От этих слов Красный огонь в груди Лун Вана затрепетал, медленно разрастаясь и потянулся навстречу пламени, пробудившегося Владыки Небес, в такт танцу манящих вспышек, что постепенно удалились от двух божеств, Пламя которых больше не нуждалось в них. Владыка Небес и Король Драконов наконец-то обрели друг друга, а значит пантеон не пал. Пока горит Огонь...