Рабыня Башни... или друг?

Когда Александра загадывает последнее желание, то Натаниэль теряет силу для данного момента, словно ее пронзили тысячей стрел как самого обычного смертного. Но не так обидно находиться вне мира, как осознавать, что Башня еще цела. И ни один человек не поможет в том, чтобы порушить ее фундамент, а потом выпустить существ, которые поставят мир на колени. Находясь в темноте среди чужих пороков, Натаниэль уже знает, чей голос услышит одним из первых. — Не светишься… Нет. Совсем не светишься. Алый король любит пытки, но я, пожалуй, воздержусь. Твое заточение — уже и есть пытка. Да, Натаниэль? — Вальда… Не мучай… — отчаянно просит Демерест, желая в данный момент сжаться до размера песчинки. Слышится еле ощутимое хмыканье, Вальда подходит ближе, становится за спиной, а потом опускает руки Натаниэль на плечи. — Существует четыре вида джиннов. Кажется, за все твое существование ты была всеми, кроме мариды. Я сочувствую тебе, дорогая, — вздыхает Вальда, после чего Демерест все же оборачивается со вселенской тоской в глазах. Она перехватывает руку Вальды и сжимает в своей. — Как говорится у людей в сказке? — с печалью начинает она. — Так раб Башни или друг? Глаза Вальды глубокие, затягивающие, как у любой колдуньи, которую можно встретить в мире. Подлые, наглые глаза, которые хранят миллиарды мерзких поступков и уловок. Никогда не судите человека по глазам, хоть и говорят, что это зеркала души, существуют убийцы со взглядом младенца. С ведьмами же не так — все их помыслы видны любому, кто в них заглянет. Натаниэль видит в ее глазах огонь, который бывает у мариды, но не видит осторожности, как у силы. Когда-нибудь она погибнет. От этого понимания некомфортно. Вальда видит в глазах джинна вселенную и жажду человеческой боли, которые желает бросить к ногам Алого Короля, потому что это ее предназначение. Она обнимает Натаниэль, опуская руку на ее преобразившуюся как у пустынного гуля голову. — Поверь мне, ты мой друг, — просто отвечает Вальда. — Поэтому я ничего не скажу королю о твоем провале. Решим все между нами. — Каково будет твое желание? — тихо спрашивает Натаниэль. Их взгляды снова сталкиваются, как два неистовых огня, которые не предполагают жизни. Предполагают большего. — Немного времени с тобой, — произносит Черная Дама, подтверждая свое прозвище нескончаемой тьмой вокруг. Натаниэль, когда она отстраняется, возвращается к своему более менее располагающему облику, которым сбивает с толку людей. На лицах обеих нечто напоминающее радушные улыбки. — У нас пока все время мира. Не так ли, Вальда?