«Шёпот кукол и следы краски»

— Много рисуешь… и на себе тоже? — заметил он с ленивой издёвкой. — Ага, — Инк усмехнулся, уже оправившись. — Тебя тоже разукрашу. Пока спать будешь. Эррор фыркнул, но уголок рта предательски дёрнулся. — Попробуй. Я просыпаюсь даже от мухи на расстоянии двух метров. — ты меня не услышишь я очень тихий, — спокойно парировал Инк. Он прошёл к кровати, постелил свою половину и сделал вид, что всё нормально. Эррор постоял, потом нехотя бросил своё снаряжение в угол и сел рядом. Кровать пружинисто осела под его весом, и их плечи почти коснулись — почти. Инк боковым зрением заметил, как тот проверяет расстояние между ними, будто измеряет. — Нету второй кровати и нету выбора, — наконец пробормотал Эррор. — как же бесит. Инк тихо улыбнулся: — Спокойной ночи, Эррор. — Не обещаю, — буркнул тот, но лёг. За окном кто-то ещё допоздна развешивал цветы. В комнате пахло древом, чернилами и усталостью. Через несколько часов: "Ночь — когда всё было слишком тихо" Инк долго ждал. Сначала — пока Эррор уляжется. Потом — пока дыхание у него станет ровным. И наконец — пока не убедится, что тот точно спит. Или хотя бы он так думал. Инк осторожно выскользнул из-под покрывала, достал из своей сумки тонкую кисть и маленькую баночку густой белой краски, тихо открыв её. Комнату освещала лишь луна, пробиваясь серебряным светом через щель в занавесках — тени мягко ложились на стены, делая всё почти нереальным. Он приблизился к спящему Эррору, облокотившись на край кровати. Тот лежал на боку, шарф ослаблен, дыхание ровное, а волосы — растрёпанные, будто ветер прошёл по ним. Инк замер на секунду — улыбка мелькнула. Сейчас. Просто маленький рисунок. И пусть потом ворчит сколько влезет. Кисть почти коснулась его скулы. Почти. Но прежде чем краска легла на кость, чья-то рука — холодная, точная и быстрая — схватила Инка за запястья. Одним движением Эррор рывком перевернул их обоих, прижав Инка к матрасу и нависнув сверху, как будто они репетировали это сотни раз. Инк даже не успел издать звук — только резко втянул воздух. Краска брызнула на простыню и на лицо Инка окрашивая в желтые пятна. Эррор опёрся ладонью рядом с головой Инка, а пальцами другой всё ещё удерживал его кисти. Их лица были слишком близко — буквально дыхание до дыхания. Лунный свет очерчивал силуэты, делая комнату похожей на сцену из старой баллады. На мгновение никто из них не пошевелился. Инк почувствовал, как у него вспыхивают щёки — жаркий, неумолимый румянец расползался до самых ушей. Эррор смотрел на него сверху вниз. Без злости. Просто — смотрел. И это было хуже любого подкола. Инк хотел отвести взгляд, но он будто парализованный смотрел на Эррора — Я говорил, — прошептал он, голосом чуть хриплым от сна, — я просыпаюсь даже от мухи. Инк сглотнул, пытаясь восстановить голос: — Это была… не муха. — Учитывая то что выпало у тебя из руки, кисточку, — Эррор наклонился ближе, — я заметил. Инк попытался пошевелиться, но хватка на запястьях была крепкой, однако не грубой. Только контролирующей. Слишком контролирующей и это очень смущало не только Инка, но немного и Эррора. Со стороны эта сцена выглядела бы именно так, как выглядят те, кто собираются целоваться или ругаться — и ещё не решили что именно. — М-м… ты отпустишь? — тихо спросил Инк, не отводя взгляда. Эррор замер, как будто только сейчас осознал положение: их позы, пространство, дыхание, тень от занавески, ровный свет луны на их лицах. Он медленно отпустил его кисти. Но не отошёл. Просто остался так, нависая, словно не мог решить: подняться — или остаться ещё секунду. Секунда затянулась. Потом — ещё на одну. Наконец он откинулся назад, сел и пробурчал: — Больше не рисуй на мне. Инк приподнялся на локтях: — А завтра Можно? Эррор бросил взгляд через плечо, и уголок его губ дёрнулся в почти-улыбку: — Попробуй если осмелишся я все твои краски выкину Инк Только потом улёгся рядом. Теперь между ними было аккуратно вымеренное расстояние. Но тишина всё равно была слишком тёплой. --- На следующее утро Инк проснулся от громких радостных возгласов и звуков музыки. Мелодия доносилась с улицы так отчётливо, будто музыканты расположились прямо под окнами. Весёлые флейты, звонкие барабаны и смех людей сливались в один шумный поток. Похоже, жители города решили начать празднование ещё до самой церемонии бракосочетания. Инк сонно приподнялся, а потом широко улыбнулся. — Уже началось?.. — радостно прошептал он. Рядом, на краю кровати, молча сидел Эррор. Маг не двигался, только задумчиво смотрел куда-то в стену, сидя спиной к Инку. Его плечи были напряжены, а длинные пальцы медленно сжимали край одеяла. Инк заметил это, но ничего не сказал. Он быстро поднялся с постели и начал собираться. Натянув одежду, он поправил шарф и, как всегда, выглядел так, словно готов был прямо сейчас выбежать навстречу празднику. — Сегодня будет весело! — с улыбкой произнёс он, обернувшись к Эррору. Тот лишь коротко кивнул, не поднимая взгляда. На несколько секунд в комнате повисла тишина, нарушаемая только далёкой музыкой за окном. Инк слегка наклонил голову. — Я пойду за завтраком. И тебе тоже возьму. Ответа снова не последовало. Но Инк уже привык к такому молчанию. Тихо вздохнув, он вышел из маленькой комнатки и направился вниз по деревянной лестнице. Чем ближе он подходил к главному залу гостиницы, тем громче становился шум праздника. Внизу всё уже кипело жизнью. Люди смеялись, обсуждали предстоящую церемонию, слуги носились между столами с подносами, а из открытых окон тянуло запахом свежего хлеба, ягодного пирога и горячего чая. Инк сразу оживился ещё сильнее. Он быстро набрал еды на два подноса — себе и Эррору. На всякий случай взял побольше сладостей, потому что вдруг маг всё-таки захочет поесть позже и не успеет до начала церемонии. — Надо ещё не забыть про чай… — пробормотал Инк себе под нос. Но, пока он складывал тарелки, странное чувство вдруг кольнуло его внутри. Слишком уж тихим был Эррор этим утром.