Высшая Воля

      Рэй даже не заметил, в какой момент грань между реальностью и сном стёрлась, точно рисунки на песке, смываемые морской водой. Он провалился в мирную, чёрную пустоту, в коей не видел абсолютно ничего. И проснулся лишь когда мимо его дома промчалось очень шумное нечто, ещё и с адскими скрипучими звуками наперевес. Произошло это так быстро, что Рэй не успел толком отреагировать. Правда, роль сыграло и то, что он крайне крепко уснул.              Его неприятно выдернуло из тёмной пелены и швырнуло обратно в реальность. Рэй после пробуждения сглотнул, затем издал короткий вздох и, зевая, медленно сел на диване. Кругом стояла темнота. Голова его никак не приходила в себя, и он принялся тереть лицо, стараясь проснуться до конца.              «Даже ничего не снилось. Но это и хорошо, потому что вряд ли мне сейчас может присниться что-то весёлое и радужное», — мелькнули первые мысли. — «А что там пронеслось мимо? Машина? Было похоже на неё».              Рэй спустил ноги на пол, потянулся и только после встал. Кинул короткий взгляд на стол, где лежали папка и конверт, чуть поджал губы и направился к коридору, решив не включать свет, ибо и без него хорошо видел. Когда надел ботинки, вышел на улицу и первым делом ощутил, как всё тело обволокло осенней прохладой и лёгким ветерком, а в нос ударил сильный запах моря и влаги. Над Томари нависла ночь, и в чистой черноте неба виднелись яркие, маленькие звёзды. Всё окружение без дневного света казалось каким-то иным: деревья и растения словно стали гуще, а улица — уже. В некоторых домах всё ещё горел свет, но, судя по всему, большинство жителей уже спали. Может, кто-то даже приходил к Рэю, как к новому соседу, но он всё пропустил. А может, никого и не было. Он осмотрелся вокруг внимательнее: никаких машин, одна только пустая дорога, освещённая фонарями. Только где-то вдали ревел двигатель мотоцикла.              «Странное ощущение. Очень странное. Мне вроде и вкачали все нужные знания об этом мире, я знаю, что такое мотоцикл и машина, но увижу их вживую — растеряюсь точно. Мне ж только информацию дали, а не опыт встречи со всем этим», — думал он, спускаясь с порога.              Стояла умиротворяющая тишина. Рэй посмотрел в одну сторону, на тянущуюся вдаль улицу, затем в другую, на длинный туннель на горизонте, что вёл за пределы села. Он всё ещё чувствовал себя не в своей тарелке, но сейчас, когда усталость более-менее спала, ему стало легче воспринимать общую ситуацию. По крайней мере, равнодушие к происходящему исчезло. Рэй сунул одну руку в карман брюк, сдул вбок растрёпанную после сна чёлку и стал обходить свой новый дом. Нет, не полностью и не чтобы осмотреть его. Он прошёл мимо левой стены, ведя по ней свободной рукой, а затем по мягкой траве зашагал к невысокому забору из бетона, без труда перепрыгнул через него и направился дальше. К морю.              Его гладь была тиха и спокойна. Казалось, ничто не способно нарушить её покой. Слышался мирный, лёгкий шум воды, а луна, повисшая высоко в небе, серебристой рябью, словно дорожкой, отражалась в ней, зазывая уйти куда-то далеко-далеко. Рэй шёл по песку, слушая его приятное шуршание под ногами, а после остановился у самого края моря и устремил взгляд вдаль. Здесь ветер был сильнее, и его длинные фиолетовые волосы слегка развевались, переливаясь синими оттенками под светом луны. Рэй глубоко, медленно вдохнул и закрыл глаза, оставаясь наедине со звуками.              Шум воды, еле различимые прикосновения ветра и шелест листвы позади.              «И правда, похоже на мою родную деревню». — Он мягко улыбнулся и открыл глаза, глядя вниз, на мокрый песок.              Этот факт, произнесённый в голове, немного ослабил тугой узел, никак не желающий покидать душу. Но чтобы убрать его целиком… Рэй не знал, что нужно сделать. Наверное, если только вернуть его Аса и брата. Раздался тихий вздох.              «Привыкай».              Ещё какое-то время Рэй стоял у моря, наслаждаясь его красотой и думая о чём-то своём, а затем развернулся и пошёл обратно в дом. Уже в коридоре он разулся и направился в гостиную, решив всё же включить свет в помещении. А когда зашёл в неё, то щёлкнул выключателем и сперва осмотрелся, ведь до этого не особо запомнил, что там и где стоит. Светлые стены, яркие акценты в виде мебели, украшения и искусственная сакура — всё это показалось ему весьма красивым. Рэй плохо разбирался в дизайне домов, поэтому судил только по своим вкусам. Это в одежде он умел хорошо подбирать образы. Хотя теперь, учитывая смену мира, возможно, ему придётся учиться этому заново: мода на Земле наверняка была другой.              «Но Судьи сказали, что мой нынешний наряд не выделяется, даже фляга на поясе, а значит, я не сильно-то и отстаю от местных», — мелькнуло в голове, пока он ходил по гостиной туда-сюда и трогал всё, что попадалось под руку.              Каждый предмет был ему знаком благодаря дару Катриэля и Эсфира, но в то же время всё равно казался таким новым. Он обошёл всё помещение, а после обратил внимание на висящий на стене телевизор. Где-то тут должен быть пульт. Рэй сделал ещё круг и в итоге отыскал тот прямо на тумбочке, которая стояла под телевизором. Вот же ж. Совсем всю внимательность растерял. С любопытством на лице он нажал красную кнопку, и чёрный плоский экран озарился светом, а вскоре на нём появились и движущиеся картинки. Первые секунды Рэй не знал, как реагировать, потому замер, бегая глазами от одного угла экрана к другому, но вскоре моргнул и медленно начал шагать из стороны в сторону, задумчиво постукивая краем пульта себе по подбородку. По телевизору шли новости: про какого-то чиновника, потом про мероприятие в Саппоро, про погоду. Рэй слушал их с лицом, на котором отражалась целая буря эмоций, но в первую очередь — растерянность. Он ещё немного покружил, а затем остановился, издал высокое:              — Хм…              И переключил канал, при этом возобновляя ходьбу. Теперь экран показывал рекламу молока, следом началась реклама косметики для женщин, а после — реклама пива. Хорошее сочетание.              — Так, ладно, — пробормотал Рэй, выключил телевизор и сделал глоток из своей фляги.              Изначально он хотел подробнее рассмотреть папку и конверт, а потом найти ещё один судейский дар, который до сих пор находился в спальне, но любопытство оказалось сильнее. И что же Рэй мог сказать после своего первого знакомства с телевидением?              «Я ничего не понял, даже заранее всё понимая». — Хотя он не мог не признать, что реклама показалась ему интересной.              Пожалуй, и в этом случае ему просто нужно привыкнуть.              Он положил пульт на журнальный столик, взял с него папку с конвертом и плюхнулся обратно на диван. Нужно получше разобраться со всеми этими бумажками, чтобы понимать их суть. Первым делом Рэй вытащил из конверта все купюры — разного номинала, красивые, цветные, с какими-то непонятными ему дядьками на лицевой стороне и достопримечательностями Японии с другой. Он внимательно рассмотрел их со всех ракурсов и поводил пальцами по поверхности: она оказалась не слишком гладкой, со специальными тактильными метками для незрячих. Рэй впервые в жизни держал в руках другую валюту, кроме той, что была в Срединном мире: монеты из бронзы, серебра и золота. Бумага, конечно, показалась ему гораздо удобнее в использовании, да и таскать её с собой куда легче. Он приподнял одну из купюр, так, чтобы через неё проходил свет люстры, и чуть сощурился:              — Настоящие, — пробормотал он, придя к итоговому решению.              «Ну конечно, настоящие. Мне Судьи вряд ли дали бы подделки». — Рэй усмехнулся и принялся считать сумму, которую ему оставили.              Вышло ровно девятьсот девяносто тысяч йен. Глаза его сперва округлились — Рэй никогда в своей жизни столько денег не видел, — но спустя несколько секунд его ошеломление будто ветром сдуло. Налоги, коммунальные услуги, пропитание — вот, куда уйдёт большая часть. Да, радости как-то поубавилось.              «Надо за эти три месяца осваиваться и работу искать. Но мне б хоть привыкнуть ко всему».              Рэй аккуратно сложил купюры обратно в конверт, положил его на столик, а после взялся за папку. Здесь лежали документы на дом, а также паспорт и прочие важные бумажки. Какое-то время он пытался вчитываться в сложные юридические и экономические термины, но затем просто отложил папку в сторону с тихим:              — Сложно.              Рэй никогда не любил читать и уж тем более никогда не пробовал сильно расширять круг своих познаний. Его нельзя назвать глупым или недалёким, ни в коем случае, но многое из мира наук было ему чуждо. Иногда он и вовсе мог запутаться в том, что знали дети в школе, но в одном ему точно не было равных — в искусстве стрельбы, которое требовало ловкости, скорости и гибкости. Иными словами, Рэй — больше человек физического труда, нежели умственного. Хотя будет большой ошибкой сказать, что стрельба не требует стратегии или определённых знаний.              «Мне что-то ещё оставили в спальне, надо и туда заглянуть. Так, а где спальня-то?»              Рэй закинул руки на спинку дивана и откинул голову назад, глядя на стену за своей спиной, где располагалась дверь в другую комнату:              — Не, там кухня, кажись. Тогда туда.              Он перевёл взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. Затем поднялся с насиженного места, подошёл к ней и стал взбираться наверх. На втором этаже его ждал небольшой коридор, оформление которого сильно походило на гостиную: светлые стены, картины, пара тумбочек, красивые растения в горшках. И три двери. Две находились на правой стене, а одна — на левой. Для Рэя быстро стало очевидно, какая именно ему нужна — левая. Понял он это, вспомнив устройство дома снаружи: наверху находился балкон, прямо над входом, а значит, там, скорее всего, спальня и была. Рэй подошёл к нужной двери и дёрнул ручку. Угадал.              Он оказался в теперь уже своей комнате, не очень большой и не очень широкой, где действительно обнаружился выход на балкон и окно, закрытое оранжевыми шторами. Стены здесь были приятного светло-коричневого цвета, на них присутствовала отделка в виде тёмной древесины, несколько картин с японской живописью и даже настоящий раскрытый веер серого цвета. Пол был сделан из бежевой древесины, а вся мебель вокруг, наоборот, из тёмной, под цвет отделок. Из мебели в спальне стоял шкаф для одежды, большой рабочий стол с полками, маленький трельяж и двуспальная кровать с оранжевыми подушками и таким же одеялом, а также с двумя тумбочками по бокам. Над кроватью висела красивейшая, огромная картина с сакурой, а на ней самой лежала небольшая белая коробка. В спальне было невероятно уютно, чисто и приятно. Зайдя внутрь, Рэй даже не спешил что-то делать дальше: никак не мог насмотреться на картину в целом. Ему нравилось абсолютно всё, начиная от цвета стен и заканчивая ножками шкафа. Правда, вскоре эстетический экстаз прошёл, и Рэй всё-таки сделал несколько кругов по комнате, поближе изучая её содержимое. И в один момент наконец дошёл до белой коробочки с каким-то рисунком наверху. Он уселся на кровать, взял её в руки и сразу понял, увидев картинку на крышке вблизи: это смартфон. С осознанием пришло волнение и новая волна растерянности: Рэй не был уверен, что справится с этим чудом техники, хоть и знал, как им пользоваться. В теории. С другой стороны, его обуяло еле ощутимое, невесомое чувство радости от прикосновения к чему-то новому, и предвкушение, которое можно сравнить с эмоциями от слежки за целью на охоте. Рэй осмотрел коробку, а после с нетерпением открыл её — через пару минут перед ним лежал новенький чёрный смартфон, прозрачный бампер к нему, зарядное устройство, наушники и сим-карта. Хороший набор, дабы начать пользоваться всеми возможностями мобильной сети.              «Так… Они мне ещё и телефон подогнали. Не, ну, вообще они правы: странно было бы, не будь его у меня. Сразу начал бы выделяться. Только вот теперь надо разобраться с его функциями». — Рэй сидел на кровати в позе лотоса, скрестив руки на груди и глядя на подарки.              Пистолеты, к слову, всё это время так и висели у него на пояснице. Не стоит переживать: когда Рэй спал на диване, он положил их рядом с собой, на спинку дивана. Итак, теперь ему предстояло освоиться с ещё одним разительным отличием от его родного мира: с техникой. Помня действия, которые хранились в голове, Рэй вытащил сим-карту из картонки, к которой она крепилась, а затем с помощью эджектора, скрепки для нажатия кнопки на корпусе смартфона, открыл слот. Следующие действия были довольно простыми: вставить сим-карту, закрыть слот, включить телефон. Но когда экран его зажёгся и, спустя какое-то время загрузки, вышел на рабочий стол, Рэй начал теряться.              «А… Так… Я помню, что вот это номера абонентов, это… Меню приложений, это плеер. Господи, сколько новых слов я теперь знаю, аж страшно становится». — Он коротко и тихо посмеялся.              Смартфон был совсем новым и содержал только стандартные приложения. На данный момент Рэю даже они толком не были нужны: он не считал, что нуждался в интернете. Посмотреть ради интереса — обязательно, но пользоваться постоянно — вряд ли. Он продолжил изучение. Убедился, что точно знает, какая иконка и что открывает, приноровился листать музыку, даже разобрался с камерой. И после всего этого настало время попробовать то, до чего Рэй так долго добирался: браузер.              Его глаза почти светились от той увлечённости, с которой он познавал новый для себя предмет, Рэй даже не замечал, который сейчас час, хотя электронные часы на тумбочке показывали половину третьего ночи. Он немного подумал, прежде чем выходить в сеть, а затем быстро ткнул в нужную иконку и улыбнулся: настроение его заметно улучшилось и, благо, Рэй хотя бы смог оторваться от реальности. Перед его глазами возникла страница браузера с поисковой строкой.              «Надо попробовать что-то набрать. М-м-м, пусть это будет погода».              Такое вот банальное решение пришло ему в голову. И он принялся стучать пальцами по виртуальной клавиатуре. Медленно, очень медленно, подолгу выискивая нужные символы. Точнее, иероглифы: знание японского языка ему так же привили заранее, когда он выбрал страну проживания. А вот остальные Рэю придётся изучать самостоятельно, если у него возникнет такое желание. Но сейчас у него желание было только одно: победить в схватке с собственными пальцами, которые постоянно попадали не на те клавиши, из-за чего Т9 исправлял всё вообще не на то, что Рэй хотел написать. Одна попытка закончить слово, вторая. Получилось. Полностью должно было выйти «Погода Хоккайдо сегодня». Порадовало, что «Хоккайдо» исправилось само, а последнее слово уже нужно было писать самостоятельно. Через три попытки у Рэя всё вышло. К этому времени он уже сидел с не самым довольным лицом, думая о том, что и без смартфона проживёт. Наконец, на экране всё-таки показался его запрос, и Рэй с облегчением выдохнул, после чего рухнул на кровать, держа телефон в руке, и с улыбкой уставился в потолок.              «Ну неужели, получилось. Очень классная штуковина этот их смартфон, но на сегодня хватит впечатлений, а то у меня сейчас истерика будет». — Он весело хохотнул сам себе. — «Базу усвоил — и ладно, больше мне ничего и не надо в сети. Звонить пока некому и…»              После этой мысли в голове что-то вдруг щёлкнуло, и Рэй вновь окунулся в холодную реальность. Улыбка медленно сползла с его лица, а сознание наполнилось мрачными воспоминаниями: гибель Срединного мира, потеря брата. И крест убийцы, что Рэй нёс на себе. Он медленно, тяжело выдохнул и положил смартфон на кровать.              «Да, точно, что-то я слишком развеселился», — после этого его больше не посещали никакие мысли, словно все они просто закончились.              Рэй ещё немного полежал, глядя в потолок, а затем неспешно сел на кровати, отложил телефон на одну из тумбочек и посмотрел на часы: почти четыре утра. Наверное, стоило хотя бы немного поспать, а уже днём походить по селу и получше запомнить окрестности. Он с равнодушным лицом отстегнул от поясницы пистолеты, по привычке положил их рядом с собой, чтобы успеть схватить в случае атаки, и после рухнул на подушки, даже не переодеваясь. Решил, что сделает всё как надо завтра, а сегодня уж можно и так.              И только одна ясная мысль скользнула в его разуме, пока он засыпал:              «Надеюсь, в этом мире я смогу кому-нибудь помочь».       

             Утро для Рэя началось в час дня. Весь лохматый и помятый он поднялся с постели, широко зевнул, будто пантера, и ещё какое-то время сидел на краю кровати, сонно собираясь с мыслями. Следом он размял шею и решил, что нельзя больше ходить в таком виде, а надо всё же привести себя в порядок, прежде чем выходить на улицу. С приёмом душа и всеми гигиеническими процедурами у Рэя проблем не возникло, но появились они после этого, как он понял, что у него совершенно нет сменной одежды. Придётся идти в этой же. Причесавшись, Рэй начал быстро спускаться вниз по лестнице и, выйдя в гостиную, ненадолго остановился: ощущение новизны, чего-то незнакомого и непривычного так и не покидало его, он никак не мог до конца осознать тот факт, что теперь живёт в этом доме. Ему нужно было время.              «Так… Для начала надо поесть, а потом уже можно топать и осматривать местность». — Рэй сам для себя резко сменил тему и направил взгляд на дверь в гостиной, слева от лестницы.              Когда он вошёл в неё, то обнаружил, что за ней оказалась кухня. Маленькая, такая же светлая, как и весь дом, и залитая солнцем благодаря двум окнам на стенах. Обои здесь были уже привычного песочного цвета, с такими же привычными коричневыми отделками из дерева, вокруг висело несколько картин с изображением фруктов, вина и сырной тарелки. Мебель, — различные шкафчики, тумбочки, одна из которых была с раковиной, — выглядела не слишком богато и качественно, но по стилю и оттенкам хорошо подходила к отделкам. Из техники на кухне обнаружился большой серый холодильник, электрическая плита, микроволновая печь, миксер в тумбе, там же стояла мясорубка с кухонными весами. Рэй с большой увлечённостью осмотрел каждый метр помещения, а затем принялся копаться дальше: в одной из тумбочек лежали столовые приборы, а парочка подвесных шкафов хранила в себе турку, кофемолку и несколько наборов японских деревянных палочек для еды. Вполне хорошие, даже отличные находки, как посчитал Рэй, тем более учитывая, что обычно хозяева многое забирают, когда продают дом.              Изучив содержимое всех углов, он в более-менее неплохом настроении заглянул даже в печь электрической плиты: в ней обнаружились сковородки. Не совсем японский способ хранения, но уж как есть. Рэй закрыл печь обратно.              «Столько всего нового, у меня глаза разбегаются. И техника всякая, и сама кухня. У меня ощущение, что я здесь вообще вечность могу просто стоять и смотреть на всё». — Действительно, он встал посреди кухни, уперев руки в бок, и непрерывно водя взглядом туда-сюда.              То на один предмет, то на другой, каждый раз сдерживая своё желание им воспользоваться и проверить, как именно и что работает на практике. Правда, кое-что всё же смогло подавить желания Рэя, пусть и ненадолго: время. Он ведь собирался пройтись по селу. Взяв себя в руки, он решил начать приготовление завтрака, подошёл к холодильнику, открыл его и…              — Чёрт… — вырвалось тихо.              Пусто. Вполне логично, ведь не станет же бывший хозяин оставлять ещё и продукты. Рэй несколько секунд постоял, глядя на кристально чистые белые полки, а затем с вздохом закрыл холодильник и скрестил руки на груди.              «Ага, поел. Выходит, мне для начала нужно сходить в магазин. А где он вообще здесь?»              — О, точно! — Рэй хлопнул кулаком одной своей руки по ладони другой.              Ему в голову пришла идея: поход в магазин как раз можно совместить с изучением села. Ещё и появится лишний повод познакомиться с местными и обзавестись первыми знакомствами. После этой мысли Рэй почувствовал лёгкое волнение: ещё никогда в жизни он не нервничал перед общением с другими, но сейчас, осознавая, что это иной мир, он ощущал себя так, словно понятия не имел, как именно нужно вести разговор с местными. Будто они какие-то инопланетяне, с которыми сложно установить контакт.              «Такие же живые души, как и в Срединном мире. Люди так вообще от наших внешне никак не отличаются. У меня ноль поводов для волнения, просто… Надо привыкнуть к новому. Ох, эта фраза у меня уже как слоган на ближайшее время».              Рэй усмехнулся своим мыслям, а после начал собираться: взял несколько купюр из конверта Судей и сунул их в карман брюк, в другой же положил телефон и ключи от дома, а затем направился к входной двери. Надев ботинки, он вышел за порог, вытащил ключи и закрыл входную дверь.              «Вроде ничего не забыл». — Он потрогал свои карманы и напряг память, убеждаясь, что всё необходимое действительно было с ним.              «Лишь бы не сболтнуть никому, кто я и откуда, а то не хочется кровью плеваться. Вообще, конечно, жёстко Судьи охраняют свои тайны, но их можно понять: на них такая ответственность висит, что рехнуться можно».              Пистолеты, правда, пришлось оставить в доме, поскольку в этом мире никто не ходил с оружием наперевес. По крайней мере, та часть граждан, которые могли называться обычными и законопослушными, а Рэй пытался сойти именно за такого. Ничего страшного, ибо, насколько он понял из дарованной ему информации, в Японии преступления или нападения совершались не так уж и часто, даже учитывая, сколько разных сверхъестественных рас тут обитало. Обо всём поразмыслив, он спустился с порога и вскоре вышел на тротуар. Стоял солнечный день, по небу плыли пушистые, белоснежные облака, а со сверкающего синевой моря дул освежающий ветерок. Природа вокруг радовала буйством красок: зелёные листья смешивались с жёлтыми, оранжевыми и красными, создавая яркое осеннее настроение. Было прохладно, но приятно, а дышалось легко и свободно. Рэй глубоко вдохнул воздух, замедлив шаг, и медленно выдохнул. До чего же хорошая погода. Взгляд его розовых глаз устремился вдаль, на бесконечные леса, а далее скользнул на необъятные небеса.              «И всё-таки очень похоже на Аса». — Улыбка тронула его губы.              Но природа оказалась единственным, что роднило Землю с его миром: сама суть жизни здесь была совсем другой. Рэй всматривался в здания впереди. Сейчас и они, и сама улица с натянутыми вдоль проводами казались более понятными для него и уже не такими странными. Наверное, он начинал свыкаться с нынешним окружением. Оно всё ещё оставляло кучу вопросов, даже несмотря на дарованную информацию в голове, но всё это лучше решать постепенно, дабы мозг не закипел от перегрузки. Рэй шёл вперёд, пока не думая о том, в какой вообще стороне находился магазин: цеплялся взглядом за дома, за их особенности в лице цветов на пороге, отделок или украшений на дверях и окнах, рассматривал провода над собой и даже трещины на автомобильной дороге. Несколько раз он сосредотачивался на последней особенно сильно, когда мимо проезжали машины или мотоциклы. В первый раз это произошло неожиданно: Рэй продолжал исследовать безлюдную улицу, когда заметил вдали странный солнечный блик и что-то красное за ним. Этот блик приближался, и на определённом расстоянии стало слышно, как шины шуршат об асфальт. Рэй сощурился и наконец понял, что это машина. Когда она проехала мимо, металлическая, яркая и длинная, он даже замедлил шаг. Рэя посетило чувство, будто он только что увидел нечто как минимум очень редкое. В его голове автомобили обладали разными формами, цветами и размерами, но узреть одну из этих комбинаций в реальности оказалось куда красочнее, чем он мог себе представить. На лице Рэя возникла улыбка, и он направился дальше. Немного позже он смог увидеть ещё несколько машин, но они уже не вызвали такого восторга, как в первый раз. Иногда мимо мчались мотоциклы и велосипеды, и Рэй не мог удержаться от того, чтобы не попытаться посмотреть на водителей.              Пока ему нравилось село Томари, но смущала одна вещь: на улице совсем не было людей. Нет, на транспорте они ездили, но пешком Рэю не удалось встретить никого. Может, большинство находились на работе? Скорее всего. А может, улица, где он жил, не была густонаселённой.              «В этом селе живёт две тысячи человек, естественно, тут не будут кругом люди. Наверное, ближе к центру уже появится какая-то жизнь», — думал Рэй сворачивая куда-то вправо.              Налево уходила длинная дорога, но она, судя по всему, вела вдоль моря, и там вряд ли был центр Томари. А вот справа зданий становилось всё больше, появлялись уже какие-то общественные места, помимо жилых домов. Рэй прошёл ещё несколько сотен метров, прежде чем наконец-то начал замечать жителей на улицах: старушка шла по тротуару напротив, двое мужчин почти рысцой бежали впереди Рэя, а навстречу ему шла маленькая школьница. Ему даже полегчало от того, что хотя бы кто-то нашёлся. Рэй, хоть после всего пережитого уже не так сильно цеплялся за общество, всё равно в нём очень нуждался и понимал это. Что же, раз вышло дойти до чего-то, похожего на центр села, то теперь можно немного расслабиться и спокойно поискать магазин продуктов. Рэй шагал в среднем темпе, иногда до сих пор удивлялся проезжающему транспорту, иногда замедлялся, чтобы прочитать вывески на японском, а иногда и вовсе крутился на одном месте, запоминая все развилки и повороты.              «Эх, мне бы сюда мои гарпуны… С ними удобнее было б изучать село, но местные не поймут. Вообще без пистолетов чувствую себя почти голым». — Рэй вздохнул, а затем сделал глоток из фляги, сняв её с пояса.              Отсутствие уже ставшего родным оружия вызывало почти физический зуд во всём теле, и он принял решение, что, когда вернётся домой, обязательно подумает над тем, как можно незаметно таскать пистолеты с собой, учитывая, какие они большие. Но об этом потом. Рэй остановился перед очередным зданием, которое явно не было похоже на обычный дом: с виду официальное, строгое, с большой табличкой из металла рядом с входной дверью. Обычно таким внешним видом обладало что-то важное. Рэй подошёл ближе, держа руки в карманах брюк, и вчитался в надпись.              «А, почта. Понятно тогда. Интересно, а как у них здесь выглядит дом старосты? Ну, не старосты, а этого… Здание администрации, в общем».              Спустя несколько минут походов туда-сюда Рэй всё же смог найти продуктовый магазин, — тот прятался на одном из перекрёстков, — и быстро зашёл в него, уже изрядно проголодавшись. Это был маленький супермаркет, не слишком шикарный, но и вполне себе неплохой. Здесь стояли раздвижные двери, несколько ламп под потолком, множество полок с товарами и холодильники с заморозкой. По залу ходили несколько покупателей, а приветливая кассирша пробивала кому-то товары, мирно беседуя с этим человеком. Видимо, закупался её знакомый. Когда Рэй вошёл внутрь, некоторые люди сначала кинули на него короткий взгляд, а потом, поняв, что здесь что-то не так, принялись украдкой рассматривать со смешанными эмоциями на лицах: поняли, что это приезжий. Новое лицо в селе, где наверняка многие знали друг друга далеко не один год. Рэю такое внимание в какой-то мере даже нравилось, и он, легко улыбаясь, помахал рукой:              — Здра-а-асьте, — вышло приветливо, даже немного по-кошачьи.              —Добро пожаловать, — ответила ему улыбкой девушка за кассой.              Отозвались и некоторые посетители, кто-то дружелюбно, а кто-то равнодушно, но этого было достаточно, чтобы Рэю стало чуточку комфортнее в этом чужом мире. Он, всё так же с любопытством осматриваясь, взял корзинку для покупок и направился в зал. Разнообразие продуктов поражало его, здесь одних только видов чая было больше, чем у императрицы в его стране. Рэй ходил мимо полок и холодильников, внутри ощущая коварное желание попробовать абсолютно всё, ибо каждый товар вызывал в нём жгучий интерес: фрукты, овощи, разные виды мяса, крупы, мороженое, лапша, масло и даже детское питание — всё. Но так точно нельзя делать.              «Хотя бы потому что деньги у меня не бесконечные. И Кагу бы точно отругал меня за транжирство», — последняя мысль вызвала на его лице грустную улыбку.              Рэй ещё раз обошёл ряды, на этот раз стараясь всерьёз думать над тем, что именно нужно купить. А ведь правда, что нужно-то?              «А-а-а… Ну… Что я там обычно ел? Крупы какие-то, зелень, мясо… Мяса всегда куча была, я ведь охотник. Так, сейчас найду что-нибудь подходящее».              По итогу он остановил свой выбор на рисе и курице, набрал овощей, взял немного фруктов, ещё несколько базовых продуктов для блюд, и всё-таки не удержался и купил парочку онигири с разными вкусами. Ничего ужасного не случится, они всё равно не дорогие, как посчитал Рэй. Пока он ходил туда-сюда, то не мог не отметить, как внутри клокочет смесь приятного волнения, терпко приправленная болью. Это смешение, такое горько-сладкое, то и дело отравляло его душу, и Рэй совершенно ничего не мог с этим поделать, кроме как печально улыбнуться и двигаться дальше. Вот и сейчас, глубоко выдохнув и смирившись с собственными эмоциями, он направился к кассе и стал выкладывать покупки на широкую чёрную ленту. За ним в очередь встала какая-то девушка.              — Нужен ли вам пакет? — приветливо спросила кассир, юная девчушка, которая, скорее всего, здесь подрабатывала.              — Да, нужен. — Рэй с улыбкой кивнул.              Казалось бы, такие обыденные мелочи, но для него они являлись целой неизученной вселенной. Кассир пробила пакет, а потом с интересом произнесла:              — Впервые вижу вас в нашем селе. Вы к кому-то погостить приехали?              Девушка в очереди за Рэем, кажется, начала прислушиваться к разговору. Остальные покупатели занимались своими делами. Кто-то ещё пришёл в магазин, кто-то вышел, так ничего и не купив. Раздвижные двери то и дело открывались, впуская внутрь свежий осенний воздух.              — Не, я здесь жить буду теперь, — ответил он котовьим тоном. Рэй не делал это специально, оно выходило само по себе.              — Ого, нечасто к нам переезжают. Тогда добро пожаловать в Томари. — Она закончила с его покупками.              — Ха-ха, большое спасибо. — Он обаятельно усмехнулся и принялся складывать всё в пакет, дабы не сильно задерживать очередь.              — Обращайтесь, если помощь понадобится, — вдруг заговорила девушка позади него, — я тут как раз работаю в соседнем магазинчике с инструментами для дома. Буду рада всё вам рассказать и показать.              Она игриво посмеялась и поставила свою корзинку на ленту. Рэй ответил ей лёгкой улыбкой:              — Обязательно пр-р-риду к вам, пасиба.              Девушка и кассир обратили внимание на его произношение буквы «р», которое сильно выделялось своей резкостью и схожестью с рычанием: первая чуть ухмыльнулась, приподняв брови, а вторая внешне никак не отреагировала. Рэй закончил собирать всё в пакет, оплатил и вышел из магазина. Он пару секунд постоял на тротуаре, раздумывая, куда бы пойти, и направился по дороге к морю. По крайней мере, он рассчитывал, что по памяти дойдёт. Рэй не спешил, шагал всё в том же среднем темпе, а в один момент и вовсе достал из пакета онигири и начал есть по пути, ибо желудок от голода уже выворачивался наизнанку.              «Ого, очень вкусно. Похоже на кимбап, который я часто заказывал в таверне в столице».              Рэй посмотрел в небо и медленно вдохнул. И всё-таки на улице воздух был более приятным, нежели в помещениях: он начинал подмечать, что в зданиях ему всегда было немного душновато. Наверное, архитектурные особенности этого мира: плотные двери, стёкла на окнах, толстые стены. На его родине большинство жителей могли себе позволить лишь деревянную хибару с вырезанными квадратами без застекления и с ветхой, тонкой входной дверью. Нормальные окна по большей части имелись либо у знати, либо у богатых организаций, таких как Гильдия приключенцев, например.              Рэй опустил взгляд обратно на дорогу и откусил ещё от онигири. Мысли его вернулись к девушке в магазине, которая стояла за ним в очереди. Будь Рэй таким, как раньше, он бы с удовольствием начал отвечать ей на заигрывания, даже, пожалуй, прямо сейчас пошёл бы вместе с ней куда-нибудь, но ныне его характер стал немного другим. После всех убийств, что Рэй совершил, он стал тише, спокойнее и прекратил отвечать на флирт. Не делал этого даже тогда, когда в его душе более-менее всё наладилось, и жизнь на родине пошла своим чередом. При этом ему не было плевать на женщин, он, как и любой мужчина, интересовался общением с ними, но постоянно чувствовал себя так, словно находился не в настроении для ответов на их томные намёки, если такие начинали проскальзывать. Возможно, так сказался пережитый стресс.              Спустя какое-то время он дошёл до моря и немного походил по песку, наслаждаясь видами и солнцем, потихоньку начинавшим клониться к закату. Домой Рэй вернулся лишь когда окончательно стемнело: он брёл по своей улице, с тенью радости думая о том, что смог без посторонней помощи и навигатора отыскать дорогу обратно. Это действительно дорогого стоило. Также он отметил, что сегодня в селе было более оживлённо: ему удалось увидеть и школьников в униформе, и просто гуляющих жителей, и даже полицейских. Машины чаще ездили туда-сюда, и Рэй понимал, что ему нравится это биение жизни вокруг.              «Может, стоило поселиться в городе?» — внезапно посетила его мысль.              Но он тут же отбросил её, покачав головой:              «Не-не-не, ты хоть для начала здесь освойся, а то в городе точно под первый автобус попадёшь с непривычки. Я хоть и в курсе всякого в этом мире, но опыт у меня нулевой. Надо в селе научиться жить, а уже потом думать ещё о чём-то».              Так он рассуждал, уже взбираясь на порог своего дома. Оказавшись внутри, Рэй включил свет и поставил пакет на пол. Вокруг стояла тишина, почти звенящая в ушах, а каждая комната казалась чужой.              — Ну да, поэтому люди телек и включают постоянно, когда одни живут, — пробормотал он, пока снимал обувь.              Рэй сейчас особо не чувствовал усталости, ибо привык к более серьёзным нагрузкам, поэтому решил попробовать что-нибудь приготовить. Только вот что?              «Да можно рис с курицей и овощами, чего тут думать. Уж это я смогу сделать. Только… Это… Надеюсь, когда плиту буду включать, не взлечу с домом на воздух. А, ещё телевизор включу, пусть там болтает что-нибудь на заднем фоне, а то слишком тихо».              На том и остановившись, Рэй взял пакет в руку и понёс на кухню. Его первый день в селе Томари подходил к концу.       

             Безжалостный хлыст рассёк воздух, оставляя за собой тонкие фиолетовые нити. Следом за ним раздался полный боли, истошный мужской крик, а затем всё внезапно прекратилось, стихло в одно мгновение. Зал Суда погрузился в мёртвую тишину. Като, стоящий недалеко от трибуны, снял одной рукой капюшон и выдохнул: снова сложная душа попалась, но, благо, хотя бы не лезла драться, как временами это делали некоторые. Он стал сматывать хлыст обратно в кольцо, а тусклый свет космоса играл на его волосах разными оттенками, то яркими, то мягкими. Когда Като повесил хлыст на пояс, он услышал, как открывается огромная дверь, ведущая в его зал, несоответственно тихо своим размерам. Он перевёл на неё взгляд красно-розовых глаз и увидел, как входит Эса: тот, оказавшись в зале друга, издалека махнул ему рукой, захлопнул за собой дверь и направился в его сторону с не очень бодрым выражением на лице.              Като медленно зашагал к Эсу, мимо безмолвных стражей в чёрных капюшонах и высоких колонн, уходящих во тьму бездонного потолка. Лицо его тоже не отдавало весельем, а, скорее, просто спокойствием с нотками напряжения.              — Ну, как там дела? — спросил он у Эса. Его низкий голос эхом разнёсся по сводам зала.              — Да никак. — Тот махнул рукой и остановился около друга, когда подошёл достаточно близко. — Мы не можем найти Кагаяку, ибо не понятно, в какой вообще мир его занесло. И занесло ли.              На последней своей фразе Эс многозначительно посмотрел на Като и пожал плечами. Тот кивнул в ответ, понимая, к чему шла речь. Если рассуждать логически, то была вероятность, и не маленькая, что Кагаяку действительно погиб, когда разрушился Аса, но, чтобы это выяснить наверняка, требовалось время. Целая гора времени.              — От Аса хотя бы что-то осталось? Осколки, энергия или ещё что? Есть возможность изучить их? — Като скрестил руки на груди.              Эс в ответ покачал головой:              — Не-а, вообще ничего, в Круге Миров сразу же это проверили, так что и останкам жителей лежать негде. Местные Боги тоже ушли, мы не можем задать им вопросы. Очень сложная ситуация, мы будто иголку в стоге сена ищем.              — Ну, рано или поздно ответ всё равно придёт.              — При условии, что Кагаяку не попал в какой-нибудь умирающий мир на окраине Вселенной. Куда-нибудь к Богу Анаксагорасу, который любит бросать собственные детища, когда те ему надоедают. Дозваться до таких мест у нас точно не выйдет. — Эс развёл руками, подняв брови.              Като же сцепил свои пальцы за спиной, тихо выдохнул и сделал пару шагов мимо друга:              — Может быть и такое. По сути, нам остаётся только искать дальше, иных путей нет. Найдём — хорошо, не найдём — Рэйдэнши придётся принять суровую реальность. Иногда приходится это делать, чтобы жить дальше, и за себя, и за потерянных родных, — его голос под конец вдруг на одно лишь мгновение, но ослаб.              Эс уловил это, и без лишних размышлений понял причину, даже не видя выражение лица Като.              — Ну, да. — Он опустил взгляд на тёмные плиты на полу.              В зале воцарилось молчание, но Като прервал его, повернувшись к другу с лёгкой улыбкой:              — А мы неплохо справляемся, как для первого присмотра за иномирцем. О, точно, «мы». А ведь кое-кто должен был сам этим заниматься, — на этой фразе он почти вплотную подошёл к Эсу и слегка, но больно оттянул ему щеку.              Тот с тихим кряхтением приподнял руки и зажмурился, а после убрал Като от себя и отошёл от него на всякий случай, массируя свою бедную щеку:              — Да ладно, тебе же понравилось. И я практически сам этим и занимаюсь сейчас, к слову, я ж не таскаю тебя в Круг Миров за собой, чтобы по несколько часов ждать новой информации.              — Отрицать не стану, мне было интересно. — Като упёр одну руку в бок. — Но всё же Судьи должны самостоятельно вести подобные случаи.              — Да, ты уже это говорил. Я и веду теперь.              И правда, когда они с Эсом только вернулись в Вередиктум после заселения Рэя, Като практически ничего ему не сказал, не стал ругаться или слишком сильно высказывать своё недовольство. Просто ещё раз напомнил о правилах, что уже более чем ярко говорило о его настоящей увлечённости делом.              Что же, раз так…              — Эх… Ну, раз правила так велят, тогда мне только и остаётся, что в одиночку навещать Рэйдэнши. — Эс театрально, горько вздохнул и очень медленно пошёл на выход. — Смотреть на его адаптацию, читать память и мысли, корректировать информацию о нашем мире в его голове. Ещё узнавать, чем он начал увлекаться, где работу нашёл. Всё одному тянуть, самостоятельно смотреть на жизнь иномирца, которую, вероятно, больше никогда не удастся увидеть.              С каждой фразой голос его становился всё более печальным и тягучим, а сам он ближе отходил к двери, не оборачиваясь, дабы скрыть хитрую ухмылку. Като, услышав о визитах к Рэйдэнши, издал еле слышный неясный звук, будто что-то внезапно осознал или вспомнил. Он быстро повернулся в сторону уходящего Эса, а вид у него стал такой растерянный, мечущийся, что становилось понятно, какая же сейчас внутри него шла борьба. Като закусил нижнюю губу, затем посмотрел в сторону своего трона, перевёл взгляд обратно на Эса. Ему сильно хотелось проследить за жизненным путём иномирца, ибо такой шанс действительно может больше не выпасть, но в то же время он понимал, что сам заговорил о правилах. Любопытство, интерес и жажда познать новое смешались в нём с собственной упёртостью, и Като чувствовал себя так, словно сейчас разорвётся на две части. В конце концов, он громко, шумно выдохнул через рот и произнёс совсем низким, почти хриплым голосом:              — Ты не Судья, Эсфир, ты дитя Люциферово во плоти.              Эс в ответ развернулся и лишь ухмыльнулся, неимоверно довольный. Становилось очевидно, что навещать Рэйдэнши они всё-таки будут вдвоём. Что же, от этого, можно сказать, все были только в выигрыше: Эс получал помощь с заданием, Като получал само задание, а для Рэя не придётся объяснять, куда же пропал второй Судья.       

             Прошла неделя с тех пор, как Рэйдэнши поселили в Томари. За эту неделю он уже смог более-менее освоиться со своей новой жизнью: на практике запомнил и закрепил, как работают различные бытовые приборы, привык к транспорту, не кидался абсолютно на всё в магазинах и даже изучил большую часть села. В своих походах он нашёл здание администрации, общественный центр и в целом познакомился со многими примечательными местами Томари. Ну, как сказать, примечательными только в масштабах села, а если говорить о городе, то наличие маленького парка и зоны для рыбалки уже никого не удивили бы.              Стояло раннее утро, Рэй доедал на кухне завтрак из яичницы с рисом, а заодно размышлял о том, какими будут его дальнейшие действия.              «Ну, мне надо ещё чуток освоиться, а вообще на следующей неделе можно и на работу пойти. На любую, лишь бы денежка шла». — Он взял в руку кружку с горячим кофе и отпил немного.              Золотистые лучи солнца заглядывали на кухню, заливая собой стол и всё пространство вокруг. На улице стояла ясная, яркая погода, и лишь где-то на горизонте начинали появляться тёмные тучи. Как и всегда, с моря дул ветер, шевеля опадающую листву и желтеющую траву. Рэй наблюдал за природой в окне, улавливая краем уха звуки, доносящиеся из гостиной: болтал телевизор. Он уже привык включать его, дабы забивать тишину, хотя не очень часто смотрел что-то по нему. За эту неделю не сказать, что многое изменилось, но всё-таки Рэй уже почти в полной мере ощущал себя хозяином нового дома и чувствовал, что живёт здесь. Его моральное состояние продолжало балансировать где-то между пустотой и печалью, но немного чаще стали бывать моменты, когда он ощущал радость. Возможно, так его организм либо защищался от стресса, либо Рэй просто постепенно выбирался из той ямы отчаяния, в которую его всё продолжала заталкивать судьба.              Он доел завтрак, допил кофе и быстро помыл посуду, после чего оставил её высыхать на тумбочке. Теперь оставалось лишь одно: найти себе занятие. Конечно, на улице, ибо сидеть в четырёх стенах для Рэя ужасу подобно. Правда, прежде чем идти наружу, нужно переодеться в свой привычный наряд: сейчас на Рэе были хорошие домашние брюки чёрного цвета с красивой надписью сбоку и лёгкая белая кофта с капюшоном и абстрактным рисунком впереди. Он купил себе немного одежды в одном из местных магазинов, дабы было, во что переодеться дома и что надеть на ночь. Слишком сильно тратиться на наряды он не стал, ибо сейчас в них не нуждался, да и, откровенно говоря, Рэй не видел ничего, что привлекло бы его внимание, как той самой сороки, которая мигом тянется ко всему выделяющемуся. Он вышел с кухни и направился на второй этаж, негромко напевая себе под нос одну из песен Срединного мира. Рэй, безусловно, не смирился с потерей родины и не отпустил эту ситуацию, но, по крайней мере, она уже начинала вызывать в нём не только чувство жгучего горя, но и лёгкий привкус знакомой ему пустоты, а это значило, что он справлялся, пытался принять случившееся.              Рэй дошёл до своей комнаты, и уже там переоделся в повседневный наряд из серого костюма с красными и серебристыми вставками, тот самый, в котором его нашёл Эсфир. Он встал напротив зеркала, поправил воротник, убедился, что всё в порядке, а затем стал спускаться вниз. Рэй на бегу выключил телевизор, и уже вскоре, обувшись, вышел на порог дома. Пока ключ с характерным звуком поворачивался в замочной скважине, он подумал:              «Как же я соскучился по своим пистолетам, а. Прям хоть тайком бери их и иди в лес по деревьям скакать. А может, так и сделать как-нибудь? Всё равно меня там никто не увидит». — Собственная идея пришлась ему по душе.              Отыскав выход с использованием своих любимых пистолетов, Рэй ощутил, как даже на душе полегчало. Конечно, ведь оружие стало практически ещё одной частью его тела.              «Ладно, надо придумать, чем сегодня заняться. Я уже более-менее запомнил дороги в Томари, это не сложнее, чем на родине. Тогда… Может, попрактиковаться со смартфоном? Подучиться в интернете лазить и писать быстро. Точно! Найду приятное местечко у моря и там засяду».              На том и решив, Рэй сунул ключ от дома в карман брюк, убедился, что во второй положил телефон, и, выйдя на тротуар, зашагал вдоль улицы, поглядывая на невысокий бетонный забор позади домов, отделявший их от большой воды. Он мог бы сесть прямо за своим домом, но хотел отойти подальше, дабы прогулка всё же была прогулкой, а не ленивым поползновением на пару метров от дивана. Во время своего пути Рэй иногда встречал местных жителей и с каким-то уже здоровался, особенно с соседями. Те оказались взрослыми людьми, спокойными, поэтому их никогда не было слышно. Молодёжи на его улице практически не нашлось, только несколько школьников. Ни ровесников, ни хотя бы студентов. Печально, но ладно. Рэй отметил, что сегодня в селе более оживлённо, чем обычно: чаще ездили машины, больше ходило людей. Видимо, это из-за того, что сегодня по Японии объявили выходной в честь какого-то праздника. Утром по телевизору Рэй не расслышал, в честь какого именно, а узнавать сам не стал, ибо писать на телефоне вышло бы слишком долго. Пропустил он эту информацию и вчера вечером, так как вполуха слушал, что там болтала девушка по новостям.              Наконец, он свернул со своей улицы налево, не выходя в другую часть села, и направился в сторону самого моря. В один прыжок пересёк лёгкую преграду в виде бетонной стены и зашагал по песку вдоль воды, выбирая, где же лучше расположиться. Волны мягко накатывали на берег, приятно шумели, лаская слух, и вызывали у Рэя ощущение глубочайшего умиротворения. И всё же он никогда не сможет разлюбить море, это чудо природы, с которым он вырос, и которое всегда так много для него значило. Рэй продолжал идти по песку, пока не вышел к небольшим скалам. Он пробежался по отдельным камням взглядом, оценивая пригодность для своего замысла, а затем свернул к ним, выбрав место для посиделок. Дойдя до нужного места, аккуратно расположился на плоском валуне и откинулся спиной на камень, стоящий позади. Весьма неплохо получилось. Немного холодновато, но вполне терпимо, особенно учитывая, что у Рэя было просто адски крепкое здоровье. Он устремил взор вдаль: перед ним простиралось два бесконечных, величественных мира в лице моря и неба, которые словно были отражением друг друга, или зеркалами, так любовно, трепетно смотревшими друг другу в глаза. Прохладный ветерок приятно трогал лицо, а плеск воды и шум волн действовали, как гипноз. Рэй ещё немного полюбовался окружающим его спокойствием, а затем вытащил смартфон из кармана и начал своё небольшое обучение. Он открыл браузер и пока решил попрактиковаться в скорости написания текстов: для этого он медленно, всё так же очень медленно набрал в поисковике ИИ для разговоров, выбрал первый попавшийся и создал с ним чат.              «Странно как-то вот так болтать с машиной. Она ж не живая, обычное общение не заменит. И почему они сейчас так популярны у людей?» — размышлял Рэй, выстукивая по виртуальной клавиатуре приветствие.              Когда закончил, отправил сообщение боту, а тот мгновенно ответил. Рэй еле слышно вздохнул, задумавшись над темой их фальшивого разговора: наверное, стоило побеседовать о чём-то простом и нейтральном. Поэтому он решил спросить о погоде, природе и в целом об острове Хоккайдо. Так прошло минут двадцать. Затем тридцать. Сорок. Рэй отвлёкся от экрана только в тот момент, когда на берег накатила особенно сильная и шумная волна. Он посмотрел на море, а потом, с удивлением на лице отметил:              «Капец, а с ним интересно говорить. Ладно, признаю, эта штука опасна: с ней реально можно забыть о других людях. Но я общаюсь с этим чудом техники только из необходимости. У меня уже вон, лучше выходит печатать».              И правда, скорость его, пусть и на самую малость, но увеличилась. Он начинал запоминать, где и какие иероглифы находились. Рэй вновь ушёл в обучение, но поднял голову, когда его острый слух уловил шаги рядом. Будто кто-то телепортировался сюда за один миг.              — О, — вырвалось у него чуть растерянно, — здр-р-расьте.              Внезапными гостями оказались Като и Эс, оба в бордовой форме Судей. Увидев их, Рэй даже слегка улыбнулся: ему было приятно встретиться с ними вновь.              — Здравствуй, Рэйдэнши, — ответил Като, кивнув со спокойным выражением лица.              — Здравствуй, — Эс тоже присоединился к общим приветствиям. — Мы пришли навестить тебя и проверить твоё состояние. Смотрю, адаптация проходит неплохо.              Он кивнул на телефон в руках Рэя. Да и, кроме того, оба Судьи уже прочитали всё, что случилось с их подопечным за минувшую неделю.              — Агась, вполне. — Рэй усмехнулся и убрал смартфон обратно в карман, затем подогнул колени и положил на них локти. — Ну, вы уже знаете, небось, как я тут жил, так что нет смысла рассказывать?              — Твои размышления верны: мы и правда уже знаем, что с тобой происходило, — произнёс Като, а глаза его при этом сверкали явным интересом, — но если ты желаешь поведать о своих впечатлениях или попросить о чём-то, то говори.              Рэй призадумался, приложил руку к подбородку и закрыл глаза, но затем с улыбкой качнул головой:              — Да не, вр-р-роде не о чем рассказывать. Ну… Тяжело пока ещё, сложно привыкнуть к мысли, что твоего мир-р-ра нет. Земля для меня всё ещё как чужая, и, хоть вы дали мне всю нужную информацию, я никак не могу пр-р-ривыкнуть толком к ней, то и дело тор-р-рможу. — Он почесал затылок и вздохнул, а улыбка его медленно таяла.              Ветер начал дуть немного сильнее, а солнце постепенно скрывалось за подходящими всё ближе тучами. Море обретало серые цвета, повторяя за небесами. Эс, выслушав своего подопечного, ответил:              — За одну неделю нельзя изменить мышление и принять судьбу. Но ты, смертный, силён духом, ибо за это время сумел не только начать приспосабливаться к новой жизни, но и стараешься понимать её. Ты стремишься познать всё, что окружает тебя, но не сидишь в комнате и не сетуешь на долю, что упала на твои плечи. Не все способны на подобное.              Като рядом согласно кивнул, закрыв глаза. Ветер мягко приподнимал волосы троицы и пытался забраться под одежду. Рэй поднял уголки губ, посмотрел в сереющее небо:              — Ну, можно и так сказать, это да. Наверно, р-р-раньше у меня так много всяких плохих ситуаций было, что я теперь как-то ср-р-разу понимаю, что нужно сделать, а чего не надо делать. Но вообще лучше б у меня такого опыта не было, конечно.              Он вымученно посмеялся, снял флягу с пояса и глотнул из неё. Эс ничего не ответил, только смотрел на него с непроницаемым лицом. Тогда заговорил Като.              — Жизнь твоя и правда была наполнена злобной сумятицей и пропитана поступками, следы которых невозможно смыть, но это несёт в себе не только великий грех, но и знание. Не будь ты тем, кем являешься сейчас, где бы оказался? — Он повернул голову в сторону моря. — Всё ещё сидел бы здесь или погиб, подобно собственному миру?              Рэй понимал, к чему клонил Като: не пройди он через всю ту боль и всё отчаяние, что было там, на родине, то, возможно, вообще не дожил бы до момента, когда Аса оказался разрушен. Тот Рэй из прошлого, который не хлебал горя сполна, не совершал убийства, не попадал на грань между жизнью и смертью, был слишком беспечным, самоуверенным и праздным, чтобы до конца осознавать всю опасность и серьёзность происходящего. Можно сказать, все трагедии научили Рэя выживать, укрепили его и подарили полезные способности, которые помогали ему лучше приспосабливаться к жизни. Да, он всё понимал, но не мог полностью согласиться с утверждением Като: неужели у жизни не нашлось уроков попроще, чтобы Рэй так же повзрослел? Почему обязательно было окунать его с головой в самую тьму, ещё и оставлять на душе клеймо, которое никогда не исчезнет? Ответов на эти вопросы не было и быть не могло. Рэй ответил только тихим «хм»: мышление Судей казалось ему не совсем правильным, в какой-то степени даже жестоким. Он решил сменить тему и спросил то, о чём думал постоянно:              — А как там дела с Кагу? Получилось хотя бы что-то найти о нём?              При этом вопросе голос Рэя наполнился волнением и тревогой, тело его напряглось. С одной стороны он понимал, что раз Судьи сами ничего не сказали сразу, значит, скорее всего, никаких новостей не было, но с другой стороны, он никак, абсолютно никак не мог смолчать, особенно после того, как слишком долго терпел, пока они дойдут до обсуждения Кагу. Поэтому он поторопил их сам. Като и Эс переглянулись, а затем последний отрицательно качнул головой:              — Никаких вестей нет. Мы продолжаем поиски.              — Вот как, — Рэй опустил взгляд вниз, — ясно.              Он испытывал одновременно и разочарование, и облегчение, и пустоту. Отсутствие новостей означало как-то, что Кагу не нашли мёртвым, так и то, что его местоположение до сих пор не выходит определить. И снова по кругу, опять неизвестность, опять сплошное ожидание. Рэй медленно и глубоко выдохнул, мысленно беря себя в руки.              «Значит, буду ждать дальше. Когда-то же они должны его отыскать». — Он поднял взгляд обратно на Судей.              Тучи окончательно заволокли небо, превратив его в месиво из оттенков серого. Ветер стал холоднее, сильнее, а волны на море — выше, из-за чего шум воды начинал заглушать разговор. Впрочем, он всё равно уже почти закончился.              — Мы продолжим поиски твоего брата, а до тех пор, смертный, не теряй веры и надежды, — произнёс Эс немного громче, чтобы его было слышно сквозь плеск волн. — Это всё, что мы сейчас можем тебе обещать.              — Да я и не теряю. Как я и сказал, если не буду мыслить позитивно, то быстр-р-ро сдамся. — Рэй поднялся на ноги и сунул руки в карманы брюк. На лице его появилась лёгкая улыбка, над которой нависла тень печали.              Като молчал, не вмешивался и просто слушал, а Эс продолжил:              — Нет смысла в отступлении. Тебе просто некуда отступать. — Он чуть нахмурился, глядя на горизонт, а следом вновь посмотрел на Рэя.              Тот на мгновение замер, будто что-то осознал после слов Эса, и ответил задумчиво:              — Ну… Да.              — Что же, тогда пришло нам время завершить встречу. Сознание твоё не нуждается в наших новых дарах, а адаптация проходит мирно. Желаю удачи, смертный, да прибудет с тобой мир и покой, — договорив, Эс со спокойным видом отошёл чуть в сторону и начал открывать портал в Вередиктум.              — Пасиба, и вам двоим удачи. — Рэй помахал рукой.              Като какое-то время не двигался с места, глядя на него, будто что-то хотел сказать, но в итоге, кажется, передумал и направился к Эсу, по пути сказав:              — До встречи, Рэйдэнши.              — Агась, до скор-р-рого.              Вскоре оба Судьи исчезли вместе с порталом. Рэй остался один посреди серого пляжа, такого же моря и тёмного неба. Он упёр одну руку в бок и приподнял брови, думая о том, что хотел сказать ему Като и почему не стал. Что-то не очень приятное? Или наоборот? Ну, нет смысла гадать, ибо всё равно ответ никогда не станет известен. Рэй поднял голову, всматриваясь в клубящиеся над ним тучи.              «Кажись, сейчас дождь пойдёт. Надо бы домой идти, а то промокну весь. Придётся продолжить моё обучение уже там».              Он постоял ещё несколько секунд, а затем направился обратно, в сторону улиц села. Достал из-за пояса флягу, к нему прицепленную, и сделал пару глотков. На душе у него было скверно.