a house of shining words

ОМП стажеры:

________________________________

Конрад — 11 лет, Школа Журавля Девлин — 14 лет, Школа Волка Ардаль — 17 лет, Школа Грифона Рафал — 18 лет, Школа Журавля Зенон — 18 лет, Школа Мантикоры Матэ — 19 лет, Школа Медведя

________________________________

__________________

примечание автора

__________________

      Конрад устраивается на полу у торца одного из стеллажей и с усталым вздохом откидывает голову назад.       Библиотека стала для него настоящим убежищем с тех пор, как Цири уговорила наставников открыть ему к ней свободный доступ — ну, формально для всех стажеров, но пользоваться библиотекой регулярно привыкли немногие. В отличие от Конрада.       Он любит это место. Любит бесконечное разнообразие знаний. Любит ту тишину, в которую можно нырнуть с книгой даже посреди очередной шумной перебранки между сверстниками. Любит, как книги позволяют ему путешествовать по Континенту — от Повисса до Нильфгаарда. Позволяют встречать героев и чудовищ, давно умерших или никогда не существовавших. Позволяют представлять миры и времена, столь непохожие на холодные залы Каэр Морхена — единственное, что Конрад по-настоящему знал всю свою жизнь.       Здесь есть все, что ему нравится.       Ну… идея библиотеки — так точно.       А вот сама библиотека — иногда не очень.       Он уже три дня, между тренировками и обязанностями, ищет труд Адама Нивелля о Сопряжении — и никак не может его найти. Конрад прошелся вдоль каждого ряда в этом огромном помещении — почти вполовину величиной с большой зал. Иногда ему даже приходит в голову мысль, что изначально здесь собирались устроить еще одну тренировочную залу или что-то вроде того: до объединения Школ книг бы тут просто не хватило.       Он осмотрел каждую полку.       И все равно не нашел эту проклятую книгу.       Библиотека — гребанный бардак. И Конрад, честно говоря, разочарован старшими братьями, допустившими это безобразие.       Он знает, в чем дело.       Старая библиотека Волка и без того была довольно хаотичной — просто потому, что никто никогда не отвечал за порядок. А потом, когда остальные шесть Школ перебрались в Каэр Морхен, еще задолго до того, как Конрад вообще родился, каждая из них привезла свои книги. Затем сюда же целиком перевезли библиотеку веленского герцога — прежде чем поместье сожгли дотла.       И все это просто свалили на полки — куда влезло. Без всякой системы.       С тех пор кто-то, конечно, пытался навести порядок. Но никто ни с кем не согласовывал свои усилия, так что теперь среди хаоса плавают отдельные островки системы: тут собрание бестиариев, там алхимические трактаты, дальше карты.       Есть даже секция, где все книги зеленые — потому что некоторые старшие братья Конрада очень странные.       В общем, это нелепо.       А сейчас — ранняя зима. Зимой тренировки всегда становятся легче: еще со времен, когда взрослые ведьмаки проводили теплые месяцы на Пути, холодный сезон считался временем отдыха и восстановления. Этой традиции придерживаются даже теперь.       Если Конрад хочет что-то с этим сделать — лучше момента не будет.       А если удастся убедить Цири, она поможет уговорить остальных стажеров присоединиться.       Конрад поднимается на ноги и направляется к двери.       В это время дня Цири, скорее всего, у себя — вместе с леди Миленой.

×××

      — Начнем с простого, — произносит Девлин, оглядывая библиотеку. — Я ничего не смыслю в систематизации библиотеки, но уверен: все то, что вообще не является книгами, делу точно не помогает.       Конрад кивает.       В библиотеке полно всякой ерунды: кинжалы, пузырьки от эликсиров, а на одной из нижних полок у дальней стены и вовсе стоит целый перегонный аппарат… обрезки кожи, наполовину вырезанные деревянные заготовки… кое-что Конрад даже не может опознать.       И Девлин прав — всему этому здесь не место.       — Отлично, — оживляется Цири. — Значит, устроим охоту за сокровищами!       — Почему бы и нет, — соглашается Конрад.       Сорок стажеров рассыпаются по библиотеке, перекликаясь всякий раз, когда находят что-нибудь особенно странное. Конрад и Цири освобождают большой стол у входа, аккуратно откладывая лежавшие там книги в сторону — и тот почти сразу начинает заполняться новой, куда более сомнительной добычей.       Стажеры-одногодки Конрада еще не прошли Травы, так что остаются на полу. Зато ребята из года Девлина уже прошли — и с явным удовольствием карабкаются на верхушки стеллажей, перепрыгивают с одного на другой и сбрасывают вниз ножи, точильные камни и прочий хлам младшим братьям.       Конрад и Цири заняты сортировкой.       Кинжалы — сюда. Точильные камни — рядом. Пузырьки от эликсиров — вместе, пока Девлин не замечает, что, пожалуй, стоит разделить бьющиеся и небьющиеся.       Конрад очень благодарен тому, что на прочных флаконах в стекле оттиснут знак Квена — иначе пришлось бы проверять каждый, швыряя их об стену.       К концу послеполуденного отдыха стол полностью завален, а под ним — растут новые кучки. Но они уверены: все, что не является книгами, с полок снято.       Почти все.       Кроме перегонного аппарата — к которому никто из них не решается даже прикоснуться.       Цири широко улыбается, когда все снова собираются вместе.       — Я попрошу дядю Эскеля сказать всем ведьмакам, чтобы забрали… свое барахло.       — Спасибо, — отзывается Конрад. — И… если кто-то захочет помочь мне разобраться, как вообще все это упорядочить…       — Надо спросить Лютика! — тут же вставляет Цири. — И Сашу с Ливи. Лютик много времени проводил в библиотеках, а Саша и Ливи отлично умеют раскладывать все по местам.

×××

      — Итак, — начинает Лютик, устраиваясь поудобнее на подушке в кругу стажеров. — Я знаю три основных способа организации библиотек. У каждого есть свои плюсы. Первый — думаю, именно так Ливи разбирает бумаги в кабинете Эскеля — это порядок по времени: самое старое — в начале, самое новое — в конце. Второй, который я лично нахожу чрезвычайно удобным, — по авторам. Если я ищу поэзию, то обычно хочу видеть все произведения, скажем, Адриена де Руло, собранными вместе. И третий — который, как мне кажется, лучше всего подойдет именно вам — это порядок по темам.       Конрад кивает.       — То есть все бестиарии вместе, все алхимические трактаты вместе, все исторические — тоже вместе.       Звучит идеально.       — Именно, — соглашается Лютик. — А внутри исторического раздела, например, можно рассортировать книги по странам, а затем — по дате издания. Или в разделе поэзии собрать все произведения Адриена де Руло и упорядочить их по времени — или по названию.       Цири старательно записывает все услышанное — перо так и скользит по пергаменту.       Девлин наклоняется вперед.       — А зачем сортировать по времени?       — Потому что более новые труды, как правило, точнее, — объясняет Лютик. — Или дают больше контекста. — Он усмехается. — Хотя при сортировке по темам вы быстро столкнетесь с другой проблемой: в одном переплете могут оказаться сразу несколько разных текстов — скажем, бестиарий, богословский трактат и историческая хроника.       — Лютик, а можно такие книги переплести заново? — спрашивает Цири. — А то иначе их будет ужасно трудно сортировать.       Конрад ни за что бы не решился спросить о таком лично — переплет стоит дорого, а консорт внушает благоговение всем сверстникам Конрада: он невероятно красив и, ко всему прочему, супруг Белого Волка. Но на то и нужна Цири — она ничего не боится.       Лютик задумывается.       — Это займет время. Но если вы отложите такие книги отдельно, думаю, мы сможем найти в Вольфенбурге нескольких переплетчиков и нанять их на пару месяцев. Оукс, возможно, подскажет, к кому обратиться.       — Мы так и сделаем, — кивает Конрад.       — Прекрасно, — откликается Лютик. — Вам нужна помощь кого-то из взрослых? Переставить стеллажи или что-нибудь подобное?       — Со стеллажами проблем нет, — качает головой Конрад. — Но если бы вы могли попросить Мантикор забрать их перегонный аппарат?..       Лютик смеется.       — Это я могу.

×××

      Конрад до конца не понимает, как именно Цири уговорила всех стажеров, прошедших Травы, подключиться к самой тяжелой части этого проекта — но каким-то образом ей это удалось.       Теперь в библиотеке собралась сотня с лишним молодых парней, и все они настороженно косятся на стеллажи.       Конрад делает глубокий вдох и шагает вперед. По обе стороны от него — Цири и Девлин.       Он чувствует себя маленьким. И очень юным.       Конрад не самый низкий среди своих ровесников — но уж точно ниже всех, кто уже прошел Травы. Однако он обсудил все это с Цири, с Девлином, с Рафалом и Зеноном — даже с Лютиком и леди Ливи. И уверен: это лучший способ.       — Нам нужно снять с полок каждую книгу, — произносит Конрад, надеясь, что никто не станет обращать внимания на легкую дрожь в его голосе. — И разложить их по кучам — на столах и под ними.       Последнюю неделю они с товарищами тратили послеобеденные часы отдыха на то, чтобы записать темы всех найденных книг. Теперь столы размечены клочками пергамента: здесь — бестиарии (хотя Конрад уверен, что одного стола не хватит), там — истории, гербарии, алхимические трактаты, атласы, магические книги, поэзия, трактаты о придворных манерах, философия, этика…       Даже отдельный стол — для сборных томов, чтобы потом можно было их разделить.       — Бардак будет знатный, братишка, — замечает Рафал.       — Да, — соглашается Конрад. — Сначала все станет намного хуже. Но потом станет лучше.       — Ладно, — пожимает плечами Рафал. — Похоже, ты знаешь, что делаешь.       Это очень лестно.       И немного пугает.       — Надо бы не мешаться друг другу под ногами, — задумчиво указывает Зенон. — Вот что. У меня есть идея. Кто хочет сортировать?       Двадцать минут спустя Конрад отступает назад и с изумлением наблюдает, как полки начинают пустеть.       Зенон разбил всех на десять команд по десять человек: двое сортируют, восемь передают. По одному стажеру из каждого года — плюс Цири — назначены бродячими помощниками на случай, если где-то возникнет заминка.       Передающие выстраиваются в цепочки: первый снимает книги с полок и передает дальше, пока у входа не вырастает огромная куча. Сортировщики раскрывают каждый том и относят его к нужному столу.       Работают они с поразительной скоростью.       Вскоре Конрад, Девлин, Ардаль, Зенон, Матэ и Цири — те самые «бродячие» — вынуждены также присоединиться к сортировке, бегая от куч к столам и обратно. Дерево начинает стонать под тяжестью книг. Конрад даже не уверен, сколько их всего — явно больше тысячи. Может, ближе к двум… или даже трем.       Снять все с полок удается примерно за час.       Еще час уходит на сортировку.       Когда все закончено, они отступают и смотрят на результат с огромной гордостью.       Столы завалены книгами — стопки такие высокие, что до верхушек дотягиваются лишь самые рослые стажеры. Под столами и вдоль стен тоже высятся груды. В стороне лежит куча всякого хлама, найденного за книгами.       Полки — пусты.       — Так, — подытоживает Рафал и ерошит Конраду волосы. — Что дальше, братишка?       Конрад вытаскивает из кармана список.       — Завтра протрем все полки и проверим, нет ли слабых мест. А потом составим полный список тем и решим, в каком порядке расставлять книги обратно.       Они наверняка что-то да упустили.       Он поднимает взгляд на остальных.       — Спасибо вам всем. Дальше можете не помогать, если не хотите. Думаю, это займет всю зиму.       — Да ладно, может быть даже интересно, — басит Матэ. — Тут хотя бы тепло.       Еще несколько стажеров согласно бурчат, но большинство лишь пожимает плечами и расходится. Библиотека теперь выглядит так, словно по ней пронесся очень странный ураган.       Остается надеяться, что ближайшие пару дней никому не понадобится книга.

×××

      Следующий день тянется бесконечно долго и скучно.       Пыль, много тряпок, снова пыль.       В конце концов Конраду приходится почти час отмокать в горячих источниках, пока он не перестает чихать от пыли в волосах.       Но потом становится… даже увлекательно.       Конрад уже месяцами пропадает в библиотеке — и все равно оказывается, что видел лишь крошечную часть ее сокровищ. Почти каждая книга, которую он берет в руки, — новая для него.       Самый большой раздел, конечно, состоит из бестиариев.       Когда они начинают их сортировать — пока что просто по названиям, потому что это проще всего, — выясняется, что каждая Школа перетащила в Каэр Морхен хотя бы по одному экземпляру «Liber Tenebrarum».       Есть и по несколько копий «Удивительного мира инсектоидов» и «Книга Страха и Отвращения» (оба тома), и еще с десяток других базовых трудов ведьмачьего ремесла.       Рафал предлагает разделить книги, написанные магами — те любят пускаться в длинные рассуждения о теории, — и книги, написанные ведьмаками, которые куда больше внимания уделяют тому, как распознать и убить описываемых ими чудовищ.       Все соглашаются: идея логичная.       Но дальше возникает проблема с сортировкой.       Рафал хочет сортировать бестиарии по авторам.       Ардаль настаивает на названиях.       Девлин три часа доказывает, что нужно сортировать по году написания — потому что в старых книгах могут быть неточности и грубые ошибки.       В конце концов они приходят к компромиссу: сначала по авторам, затем по названиям, а книги без указанных авторов — в конец.       Два полных дня уходит на то, чтобы рассортировать бестиарии, очистить их от пыли и аккуратно вернуть на полки. Несколько раз приходится снимать уже расставленные книги, потому что что-то все же упустили. Целый день пропадает полностью — одна из полок трескается, и приходится искать плотника.       Но в конце концов все готово.       Бестиарии стоят на местах.       Конрад отступает и широко улыбается.       — Неплохо, — задумчиво произносит Девлин, хлопая Конрада по плечу, пока они рассматривают заполненные полки.       — Единственный минус в том, — добавляет Ардаль с усмешкой, — что в следующий раз, когда старый Кельдар заставит нас учить «Liber Tenebrarum», мы уже не сможем притворяться, будто не нашли экземпляр.       — Остальные разделы пойдут быстрее, — замечает Зенон. — Теперь у нас есть целая система.       — А после можно попросить плотников сделать таблички для торцов каждого ряда, — предлагает Цири. — Чтобы сразу было видно, что где стоит, и не приходилось каждый раз перерывать полки.       — И еще, наверное, нужно будет сделать опись, — добавляет Конрад.       Правда, на это уйдут месяцы.       — Потом, — властно отмахивается Цири. — Сейчас давайте расставим остальное по полкам, пока все это не рухнуло кому-нибудь на голову.       Что, вообще-то, звучит вполне разумно.

×××

      На это им требуется целый месяц.       В основном потому, что постоянно приходится все переставлять. Конрад очень не хочет, чтобы какой-нибудь раздел нелепо «расползался» на два ряда — когда бóльшая часть книг стоит в одном месте, а остатки ютятся на соседней полке. Поэтому приходится подгонять разделы по размеру, словно огромную головоломку из двух тысяч тяжелых кожаных томов.       По итогу Цири все же не выдерживает и заявляет, что после бестиариев можно просто расставить все по алфавиту — и дело с концом.       Приходится снова перекладывать.       Некоторые полки остаются наполовину пустыми.       Все смертельно устали таскать книги.       Но наконец — хвала богам — все готово.       Бестиарии. Алхимия. Производство алкоголя (в основном из библиотеки Мантикор). Анатомия — ведьмаков, людей, эльфов, краснолюдов и гномов. Кулинария. Придворные манеры (преимущественно из Каэр Серен, но есть и веленские труды). Окрашивание тканей (Конрад и не знал, что об этом написано столько книг). Этика. География — включая целую колонну полок с картами в рулонах. Гербарии. История — по странам, от Аэдирна до Зеррикании, с отдельными разделами по нечеловеческим народам и военным хроникам. Уход за лошадьми и их разведение. Языки. Магия — как теоретические труды магов, так и редкие работы ведьмаков о Знаках. Медицина — сначала для ведьмаков, затем для людей и иных разумных рас. Философия. Поэзия (в основном новые книги, принесенные консортом). Религия. Обучение владению оружием — включая трактаты по фехтованию, над которыми Рафал хохочет в голос: ведьмачий бой имеет мало общего с придворными дуэлями. Дневники — не каждый ведьмак ведет их, и не все отдают старые записи в библиотеку, но их хватает на целый ряд полок, отсортированных по Школам, авторам и годам.       И наконец — то, что Конрад называет «полезной всячиной»: редкие темы, представленные одной-двумя книгами, привезенными любознательными ведьмаками — вроде введения в стеклодувное дело или пары узких томов по архитектуре.       А за ними — небольшая подборка романов и сборников сказаний. Чистая выдумка, написанная ради удовольствия — книги, привезенные скучающими и одинокими ведьмаками с их Пути.       На одном столе все еще лежит с два десятка томов — тех, где под единым переплетом собраны два, три или даже четыре текста. Их придется разобрать и переплести заново в отдельные обложки.       Но кроме этого…       Все готово.       — Назовите мне что-нибудь, — просит Конрад.       — «Краткая энциклопедия минералов», — мгновенно откликается Матэ.       Конрад ухмыляется.       — Это алхимия. И без автора.       Он быстро направляется к полкам с алхимическими трактатами, находит раздел анонимных трудов — там книги стоят просто по названию — и через мгновение возвращается, торжественно держа «Краткую энциклопедию минералов» в руках.       Рафал издает радостный возглас.       — «Псалмы безумия и отчаяния», — бросает Ардаль.       Конрад возвращает «Краткую энциклопедию минералов» на место и с радостью устремляется к разделу религии, находит Филиппа Варда ближе к концу и вытаскивает «Псалмы».       — «Дар Лары», — подхватывает Цири.       Конрад мчится к эльфийским хроникам и почти сразу же находит тонкую книжонку, затерявшуюся среди более увесистых томов.       — Мы справились! — кричит Девлин, подхватывая Цири в объятия, чтобы закружить ее в воздухе.       — Ты справился, братишка, — добавляет Рафал, сгребая Конрада в крепкие объятия. — Ты только глянь на все это, маленький гений! Бля, ты еще даже без Трав — а уже честь Школе!       — Еще нужно будет сделать опись, — возражает Конрад. — Это займет месяцы!       — Да, но теперь есть возможность составить шаблон, чтобы каждый из нас помогал, — подмечает Рафал. — Самое трудное уже позади. Посмотри на это! Красота же!       — Точно, — соглашается Матэ. — Намного лучше. Особенно без всех этих ножей.       Конрад смеется.       — Мы сделали это, — повторяет он, не веря своим глазам.       — Ждите здесь! — бросает Цири, выскальзывая из объятий Девлина. — Я позову папу!       — …О. Пиздец, — тихо выдыхает Конрад, когда за ней закрывается дверь.

×××

      Белый Волк высок.       И совершенно непроницаем.       Конрад с горечью думает, как было бы хорошо уже пройти Травы — тогда он хотя бы мог бы уловить запах его настроения.       Волк долго осматривает библиотеку с порога. Затем медленно проходит вдоль всего зала, внимательно разглядывая каждую полку.       Конрад изо всех сил пытается вспомнить упражнения по медитации. У людей медитировать получается хуже, чем у ведьмаков, но все же должно же это хоть немного помочь ему успокоиться.       Наконец Волк возвращается ко входу и смотрит на него сверху вниз.       — Цири говорит, все это организовал ты.       — Да, Белый Волк, — пискляво отвечает Конрад. — Но… Девлин и Цири тоже помогали. И все остальные. И консорт Лютик.       К его потрясению, каменное выражение лица Волка вдруг смягчается — появляется едва заметная, но настоящая улыбка.       — Хорошая работа, — хвалит он. — Спасибо.       У Конрада подкашиваются колени.       Скольким стажерам — даже прошедшим Травы — доводится заслужить одобрение Белого Волка? Да еще и так явно?       — Осталось еще составить опись, — поспешно добавляет Конрад, чтобы Белый Волк не подумал, будто он присваивает себе больше, чем сделал.       — Хм, — тянет Волк. — Можно будет найти кого-нибудь, чтобы занялся этим по ходу дела.       Он оглядывает Конрада в течение довольно долго момента, а Конрад тем временем изо всех сил старается не выдать тревогу при мысли, что библиотеку, в которую он вложил столько сил, могут передать кому-то другому.       — Кого-нибудь, кто сможет тебя обучить, — поправляется Волк.       Конрад сглатывает.       — Обучить… присматривать за библиотекой?       Волк кивает.       — Но на Путь все равно пойдешь.       — Конечно! — выпаливает Конрад.       Он хочет выходить в патрули, сражаться с чудовищами и чудовищными людьми, быть одним из воинов Белого Волка. Просто… хочет еще и библиотеку.       — Хм, — снова тянет Белый Волк, а затем мягко хлопает его по плечу. — Ведьмак-библиотекарь. Вот это новшество.       Он одобрительно кивает остальным стажерам, стоящим в стороне, отчего те невольно выпрямляются от гордости, ласково тянет Цири за косу — и, к изумлению Конрада, разворачивается и снова уходит вглубь стеллажей.       А через несколько минут возвращается с книгой в руке.       Конрад ошеломленно замечает, что это сборник рыцарских повестей — про благородных рыцарей и прекрасных дам. Совсем не то, что он ожидал бы от увлечений Белого Волка.       — Возьму почитать, — кивает ему Волк с той самой крошечной улыбкой. — Потом поставлю на место.       И уходит.       — Ну что, братишка, — спустя мгновение окликает его Рафал. — Похоже, у тебя намечается наставничество.       — Похоже, что так, — отзывается Конрад. — Спасибо. Спасибо вам всем.       А потом — совершенно счастливый — он идет и берет с исторических полок «Сопряжение Сфер» Адама Нивелля.