Отражение солнца

      Вэнь Юань получил письмо от Цзян Чэна. Вернее, от Вэй Усяня, который сумел тайком отправить письмо, потому что наследника Цзян всё же серьёзно наказали за побег, и других вариантов сообщить об этом не было. В письме он сказал немного, но пожелал Вэнь Юаню хорошо закончить поездку.       «Надеюсь, тебя там не слишком мучают. Но ты сильный, точно справишься». — Вэнь Юань перечитал эти строки уже в третий раз, и в груди разливалось щемящее тепло, смешанное с тоской. Пальцы чуть дрожали, сжимая тонкий лист бумаги. В углу письма красовалась корявая приписка от Вэй Усяня: «Там замучают, тут порадуют!» — и нарисованная тушью смешная рожица. Вэнь Юань улыбнулся.       Приближалось время второй встречи их компании, поэтому, подумав, Вэнь Юань решил съездить в Юньмэн и попробовать оттуда забрать Цзян Чэна в обговорённое место. Он представил лицо любимого, когда тот увидит его: ошеломлённое, оно быстро просияет радостью. Ради такого можно было совершить любые дерзости и глупости.       Пришлось снова просить разрешения у отца. Тот позволил, но посетовал, что что-то они зачастили со встречами.       — Мы хотим поддерживать связь, чтобы оставаться друзьями. Может, нам удастся сблизить и ордена?       — Даже и не мечтай. Есть что-то в мире нерушимое.       — Например?       — Поверь словам того, кто следил за орденами подольше твоего.       — Не хочу просто так верить, хочу на своём опыте проверить, — улыбнулся Вэнь Юань. — Так что пока что ты меня не убедишь.       Вэнь Жохань склонил голову набок, и в его глазах мелькнула искра то ли насмешки, то ли лёгкого гнева, то ли гордости за то, что сын отстаивает своё мнение.       — Должен ли я оскорбиться, что ты не доверяешь моим словам?       — Хм, мне кажется, ты должен порадоваться, что я хочу разобраться во всём самостоятельно. Это поможет мне в будущем лучше понимать, как всё устроено и что с этим можно будет сделать. Разве нет?       —Может быть. Но не зазнавайся, не забывай об уважении.       Вэнь Жохань проводил сына в путь.                            Вэнь Юань добрался без особых проблем. Он почти не замечал усталости — в голове пульсировала одна мысль: скорее, скорее. В конце чуть не нарвался на воришек, потому что мало спал все эти дни, желая добраться как можно быстрее, но всё обошлось. Его словно что-то или кто-то хранил в пути.       И вот уже впереди показалась резиденция ордена Юньмэн Цзян. Плоская гладь озера сверкнула под солнцем, отражая изящные постройки, и у Вэнь Юаня на миг перехватило дыхание. Он так часто представлял это место по рассказам Цзян Чэна, что теперь оно казалось почти родным, но отчего-то ещё более недосягаемым.       Передав через посыльного весточку Цзян Чэну или Вэй Усяню, кому получится, Вэнь Юань остался ждать ответа на постоялом дворе.       Спустя время, в которое Вэнь Юань был погружён в свои мысли, на его глаза легли чьи-то ладони, а над ухом раздалось игривое:       — Угадай кто?       От неожиданности Вэнь Юань дёрнулся, но тепло чужих пальцев и знакомый запах — свежий, с ноткой вина и летнего ветра — мгновенно успокоили. Он хмыкнул, сразу узнав Вэй Усяня, но сделал вид, что нет. Плечи расслабились, а уголки губ дрогнули в улыбке, хотя он и не собирался сдаваться так быстро.       — Ох, кто же это может быть? Прекрасная незнакомка?       — Насчёт первого я согласен, насчёт второго нет. Могу быть только незнакомцем. Так пойдёт?       — Весьма. — Вэнь Юань рассмеялся и, расцепив его руки, повернулся к нему. — Рад тебя видеть.       И правда, на душе потеплело при виде знакомой широкой улыбки — Вэй Усянь выглядел привычно бодрым и беспокойным.       — И я тебя, мелкий. Цзян Чэн тоже был бы рад, но он всё ещё наказан и вырваться не смог.       Слова упали тяжёлым камнем на сердце.       — И что делать? — расстроенно пробормотал Вэнь Юань, сжимая в пальцах ткань одежд.       — Могу только предложить нагло заявиться в резиденцию и поговорить с госпожой Юй. Ты мальчик хороший, может, она сжалится.       Госпожа Юй. Вэнь Юань слышал о ней достаточно — жёсткая, властная, не терпящая возражений. Мысль о том, чтобы идти к ней с просьбой, пугала до дрожи. А вдруг она откажет? Или, хуже того, примет его за наглеца и запретит видеться с Цзян Чэном вообще? От одной этой мысли в горле пересохло. Он только и сумел промямлить:       — Но это будет как-то некрасиво...       — Эй! Кто из нас хочет увидеть Цзян Чэна? А ну быстро поднялся и пошёл со мной! В конце концов, получу, если что, именно я, а не ты.       В глазах Вэй Усяня горел тот самый задорный огонь, который всегда заставлял идти вперёд, даже если всё казалось безнадёжным. Этот человек был олицетворением девиза своего ордена. И если вспомнить «прошлую» жизнь…       Вэнь Юань мотнул головой: не время. Руки перестали дрожать, когда он решительно поднялся из-за стола.                            Так они и пришли в Пристань Лотоса. Пахло водой и лотосами, повсюду сверкали солнечные блики, отражённые гладью озера. Но Вэнь Юань почти не замечал красоты; сердце колотилось где-то у горла, ладони вспотели от волнения, и каждый шаг по дощатому настилу отдавался глухим стуком в висках.       Они сразу же пошли на поклон к госпоже Юй. Та была явно возмущена и недовольна. Тонкие пальцы сжали подлокотник кресла так крепко, что побелели костяшки, а взгляд — холодный, колючий — прошил их насквозь, едва юноши переступили порог.       Вэнь Юань почувствовал, как по спине пробежал холодок, но нашёл в себе силы с приличествующим поклоном смущённо поприветствовать женщину. В ушах шумело, и на миг он испугался, что голос сорвётся или прозвучит слишком тонко.       — Что привело младшего наследника Вэнь в Юньмэн? — Госпожа Юй недовольно поджала губы, глядя на юношей высокомерно.       — Этот Вэнь приехал, чтобы повидаться с наследником Цзян, — смиренно ответил Вэнь Юань. — Мы сдружились за время обучения в ордене Гусу Лань и договорились время от времени встречаться. — Он заставлял себя говорить ровно, хотя внутри всё сжималось от пронизывающего взгляда женщины.       — Вы зря приехали. Мой сын не может провести с вами время.       — Отчего же?       — В данный момент он занят делами ордена.       Вэй Усянь тихо хмыкнул, но под суровым взглядом госпожи Юй опустил голову.       — Может быть, он всё же сможет выделить один день для встречи? Мы, наследники разных орденов, должны налаживать контакты друг с другом, чтобы в будущем здраво решать межорденские дела. — Вэнь Юань произнёс это с толком и расстановкой, надеясь, что слова о «серьёзных взаимоотношениях» подействуют, хотя в глубине души чувствовал — вряд ли.       Госпожа Юй медленно выдохнула, складка меж её бровей стала глубже.       — Дисциплина не может быть нарушена даже ради ваших благородных мотивов. К тому же приказы главы ордена не обсуждаются.       Каждое её резкое слово было как удар хлыста, от которого хотелось отшатнуться, но Вэнь Юань держался. Ради Цзян Чэна держался.       — В таком случае, подскажите, пожалуйста, когда наследник Цзян освободится?       — Не могу помочь вам в этом вопросе.       — Могу ли я уточнить этот вопрос у главы Цзян?       — Не смею вам препятствовать. Если храбрости хватит.       Вэнь Юань мило улыбнулся, скрывая дрожь в уголках губ.       — Сопроводите этого Вэня к главе Цзян, пожалуйста?       — Вэй Усянь, сопроводи, — приказала госпожа Юй. — До свидания, Вэнь Сычжуй.       — Всего вам доброго, госпожа Юй. Благодарю за то, что уделили этому Вэню время.       Он поклонился и пошёл за Вэй Усянем, который чуть ли не вприпрыжку повёл его в другое здание, болтая на ходу что-то вроде: «Глава Цзян хороший, он точно разрешит!»       Но Вэнь Юань уже ни в чём не был уверен. Он чувствовал себя так, будто прошёл сквозь бурю и с трудом, задыхающийся и дрожащий, выполз на берег. Но перед главой Цзян взял себя в руки и с приветствием низко поклонился.       — И по какому поводу к нам пожаловал третий наследник Вэнь? — с улыбкой спросил мужчина. Тон его был добродушным, но взгляд оставался нечитаем.       — Увидеться с наследником Цзян.       — К сожалению, наследник Цзян сейчас занят делами ордена и не сможет встретиться с вами, — всё так же улыбкой ответил глава Цзян.       — Когда, в таком случае, наследник Цзян будет свободен?       — А это уже будет зависеть только от него самого.       Вэнь Юань потихоньку начинал злиться. Похоже, в нём взыграла кровь Вэней, которые не терпят отказа или увиливаний. Он с трудом заставлял себя сохранять вежливость и дружелюбие, хотя внутри всё вскипало.       — Может быть, наследник Цзян всё же сможет выделить хотя бы день на встречу с другими наследниками?       — О, вас стало больше? По вашим первым словам, я понял, что вы один.       — Нет. Встречи с наследником Цзян жаждут ещё второй наследник Не и второй наследник Лань.       — У вас там интересная компания сынов своих орденов собралась, я погляжу. — Цзян Фэнмянь красноречиво приподнял брови. Однако он не был настроен милосердно и покачал головой. — Это всё равно не значит, что он может всё бросить. Вместо него составить компанию вам может Вэй Усянь.       — Я-то составлю, но этого недостаточно, — подал голос Вэй Усянь. — Нам нужен Цзян Чэн. Без него будет не то!       — Совсем не то, — согласился Вэнь Юань, не сдержав горячности. — Он важная часть нашей компании.       — Он? Действительно? — хмыкнул Цзян Фэнмянь, но в следующий же миг посерьёзнел. Как будто до этого дал слабину и случайно показал себя, а теперь вернулся к своей роли. — В любом случае я не считаю это возможным.       Вэнь Юань чуть зубами не заскрипел, но вежливо поблагодарил главу Цзян за аудиенцию и покинул резиденцию в сопровождении Вэй Усяня. После душных покоев снаружи показалось невероятно свежо, и он глубоко вдохнул. Но злость, смешанную с отчаянием, подавить не удалось.       — Не унывай, мелкий, — приобнимая его за плечи, хитро сказал Вэй Усянь. — Устрою я вам ночное свидание. Проведу тебя окольными путями в комнаты Цзян Чэна.       Злость мгновенно схлынула, сменившись головокружительной надеждой. Вэнь Юань вцепился в руку Вэй Усяня и радостно заглянул ему в глаза.       — Правда? Ты сможешь?       — Всё пройдёт в лучшем виде, не будь я Вэй Усянь!       Заразительной улыбке этого юноши нельзя было не поверить.       После они немного погуляли по городу, Вэй Усянь познакомил Вэнь Юаня с местной кухней и интересными местами. Рассказывать тот любил и умел, поэтому было интересно. И вкусно. Весёлый суетливый шум улиц постепенно разгонял тревогу. Получилось даже немного забыть о неудаче, наслаждаясь яркими вкусами еды и живостью всего и вся.                            Под покровом ночи две тёмные фигуры пробрались на территорию резиденции. Вэнь Юань почти не дышал, ступая след в след за Вэй Усянем: сердце колотилось так сильно, что, казалось, его стук разносится по всей Пристани Лотоса. Пришлось правда вымокнуть — все окольные пути в резиденцию ордена Юньмэн Цзян вели через воду, — но оно того точно стоило.       — У вас пара часов, потом поведу тебя обратно, — шепнул Вэй Усянь и оставил Вэнь Юаня у двери, в которую тот робко постучался. Руки подрагивали, а в ушах шумело от волнения.       — Кто? — как-то удивительно грозно, даже жутко спросил Цзян Чэн, словно пытался отпугнуть любого, кто посмеет зайти на его территорию.       — Угадай.       Послышался топот, в следующий же миг Вэнь Юаня затянули в комнату и крепко обняли. Он почувствовал знакомые тепло и запах, такие родные, что дыхание перехватило.       — Я мокрый, аккуратнее, — тихо и счастливо рассмеялся Вэнь Юань. Холодная ткань прилипла к телу, но ему было всё равно — руки Цзян Чэна, такие сильные и надёжные, изгоняли любые неудобства.       — Плевать! Как ты здесь оказался?       — Вэй Усянь провёл. У нас с тобой есть пара часов.       Цзян Чэн впился в его губы жаждущим и требовательным поцелуем, обхватил его лицо ладонями.       Плевав на мокрую одежду, Вэнь Юань прижался к нему изо всех сил, отвечая на поцелуй и чуть ли не плача от радости встречи. Все ощущения обострились, и ему казалось, Цзян Чэн везде, и это было самым счастливым ощущением в его жизни.       — Прости меня, я не смогу увидеться с вами. Скоро ведь время встречи... Мне так жаль.       — Главное, что мы с тобой увиделись. А в следующий раз мы обязательно вытянем тебя на встречу. Все вместе придём, если нужно будет, — горячечно, почти задыхаясь, говорил Вэнь Юань.       — Ты пытался меня вытянуть? У родителей? — Цзян Чэн испуганно распахнул глаза.       — Да. Сначала у госпожи Юй, а потом и у главы Цзян. Но они были непреклонны.       — Больше к ним не ходи, прошу тебя. — Цзян Чэн взял его руки в свои и поцеловал их. — Побереги себя и своих людей. Мои родители не смогут быть тактичными и могут вызвать конфликт. Они могут обидеть.       — Меня они не обидят, не волнуйся. Скорее... разозлят. Но я умею сдерживаться. Если мне понадобится вырвать тебя из их рук, я буду пытаться сделать это. Уж прости меня. Я хочу с тобой видеться.       — Нет. Это неправильно.       — Но почему?       — Тебе нельзя подставляться.       — Почему ты считаешь, что я подставляюсь?       — Потому что ты слишком честный и слишком ценишь справедливость. Ради меня не стоит спорить со старшими, которые в любом случае не примут твою точку зрения.       — Ради тебя я готов хоть против всего мира пойти. Это же ты! Самый прекрасный человек на свете.       — Даже если я тебя попрошу?       Вэнь Юань помялся и поджал губы. Он хотел бороться за их любовь, хотел доказывать, что у них всё получится, но увидел в глазах Цзян Чэна такую мольбу, что не смог бы пойти против него.       — Если таково будет твоё искреннее желание, я отступлю.       — Это моё искреннее желание, Вэнь Юань. Если своей правдой ты разгневаешь моих родителей, меня к тебе вообще не подпустят, и любой побег будет равняться новому долгому наказанию. До совершеннолетия осталось не так много, может, станет легче. Но пока я чувствую себя безвольным, не заслуживающим тебя.       — Хорошо, я не буду больше разговаривать с твоими родителями. Но не смей, слышишь, не смей говорить, что ты меня не заслуживаешь! — Вэнь Юань ткнул его пальцем в грудь. —Ты заслуживаешь целого мира. И даже больше!       — Я счастлив просто быть с тобой рядом. Мне не нужен целый мир.       Губы их встретились снова, и в этом поцелуе было столько нежности, что в юных сердцах щемило.       И не было предела радости от этой встречи. Но так же не было предела и горечи, отравляющей сердце. Все усилия Вэнь Юаня за каких-то два месяца обратились прахом. Того веселого и счастливого Цзян Чэна будто больше не существовало. Вместо него остался юноша с печатью усталости на лице и потускневшими глазами. Это разрывало душу.       — Цзян Чэн, расскажи мне, что случилось? — прошептал Вэнь Юань, поглаживая его по голове, напряжённой спине.       — О чём ты?       — Ты изменился, пока мы не виделись.       Цзян Чэн смутился и отвёл взгляд.       — Это плохо?       — Ты стал... грустнее. Вряд ли это хорошо.       — Ничего не случилось, просто подустал.       — Точно? Ты мне не врёшь? Я бы хотел знать, чтобы поддержать тебя.       — Я не вру, ничего и вправду не случилось.       Вэнь Юань не поверил, но настаивать не осмелился, хотя внутри всё пылало от желания докопаться до истины.       — Хорошо. Я верю тебе. — Встав на цыпочки, он поцеловал Цзян Чэна в лоб. — Тебе бы отдыхать, а я отниму у тебя часть сна...       — Ты мне силы жить подаришь, о чём ты?       Вэнь Юань поцеловал его в щёку, в другую и прошептал:       — Я должен видеть тебя чаще, чтобы дарить тебе больше сил, чтобы ты меньше грустил и уставал.       — Жаль, это невозможно       — Пока что невозможно. Но однажды обязательно станет.       Цзян Чэн покрыл его лицо поцелуями, обнял, едва держа себя в руках, как в последний раз. Вэнь Юань отвечал на объятия с той же отчаянной силой, впитывая каждое мгновение, каждое касание, каждый вздох.       — Целуй меня, обнимай меня крепче. Ещё и ещё. И я тебя буду, любовь моя, — прошептал Вэнь Юань, зарываясь пальцами в его волосы, и расцеловал его лицо в ответ.       Они нежились в объятиях друг друга, забывались. Мир остался там, за дверями. А они разделили на двоих прекрасное чудо — драгоценное, ускользающее время, когда никого нет, кроме них.       И как же мучительно было расставаться. Короткая встреча лишь раздразнила их.       Раскрасневшегося и зацелованного Вэнь Юаня Цзян Чэну пришлось от себя оттолкнуть, чтобы больше не соблазняться. Он даже отвернулся, чтобы не видеть, как тот уйдёт.       Вэнь Юань несколько мгновений смотрел на его напряжённую спину, умирая от желания не думать ни о чём и либо остаться с ним, либо любыми способами забрать его с собой. Когда они увидятся в следующий раз? Что с ними будет? Он шмыгнул носом и поспешил уйти.       Вэй Усянь вывел его из резиденции, и они вместе провели остаток ночи в гостевом доме, чтобы на следующий день отправиться в назначенное для встречи место.       Вэнь Юань лежал на жёсткой постели, глядя в тёмный потолок. В груди всё ещё теплились поцелуи и ласки. Тело помнило тепло рук Цзян Чэна, и он обнимал себя руками, пытаясь удержать эти ощущения навсегда. Снаружи тихо шелестел ветер, и Вэнь Юань закрыл глаза, позволяя себе хотя бы во сне быть рядом с любимым.                            Вэнь Юань был печален и хмур, Вэй Усяню так и не удалось его хоть как-то развеселить. Он сидел, опустив плечи, и смотрел в одну точку. Губы сами собой складывались в унылую линию, и даже приятность дня не приносила облегчения. После короткой встречи внутри разверзлась холодная пустота.       Не Хуайсана его вид встревожил не на шутку, он сразу обнял друга и не хотел отпускать, даря пусть и иное, но живое человеческое тепло, удерживающее от того, чтобы окончательно провалиться в тоску.       — Ты так печален, друг мой, что сердце сжимается. Что случилось? И где этот невыносимый Цзян?       — Его не отпустили. Я пытался говорить с его родителями, но ничего не вышло, — глухо ответил Вэнь Юань.       Вэй Усянь закивал, подтверждая его слова.       Не Хуайсан нервно сглотнул, крепче сжимая веер.       — Жуть какая... Принцесса под замком! Непорядок.       — И мы ничего не можем с этим поделать, это хуже всего. — Вэнь Юань опустил голову ему на плечо и тяжело вздохнул.       — Не стоит так грустить! Его наказание закончится, и в следующий раз он обязательно со всеми встретится, — оптимистично сказал Вэй Усянь. Но даже его обычная бодрость прозвучала натянуто.       — Вот именно, «в следующий раз». Не сейчас.       — Не жадничай, Вэнь Юань. Будет ещё у нас совместное счастье. — Не Хуайсан погладил его по спине. — Или ты боишься другого?       — Боюсь? Может, и боюсь... — пробормотал Вэнь Юань. — Но больше тоскую.       — Пойду-ка я встречать Лань Чжаня лучше... — проворчал Вэй Усянь и умчался.       — Так, дорогой мой Вэнь-сюн, посмотри на меня. — Не Хуайсан отстранился, чтобы встретиться с ним взглядом. В его глазах светились искренняя забота и уверенность. — Не нужно расстраиваться, жизнь сама всё расставит на места. Сегодня один из, я уверен, редких дней, когда мы действительно смогли встретиться. Не трать его на тоску.       — Не могу. Встретился с ним ненадолго, и теперь сердце не на месте.       — Почему?       — Цзян Чэн такой грустный и уставший. Мне больно оставлять его одного.       — Жизнь так построена. Иногда ты ничего не можешь сделать, есть что-то неизбежное.       — Мне недавно что-то подобное говорил отец, когда я рассказывал, как мы дружим наследниками, — грустно усмехнулся Вэнь Юань. — Не хочу с этим мириться.       — Тогда жизнь больно ударит по тебе в ответ. Мне бы не хотелось, чтобы ты страдал.       — Страдать всё равно придётся. Так лучше действовать и страдать, чем бездействовать и страдать. Разве нет?       — Зависит от ситуации. Здесь я бы не стал.       — Ты в принципе очень осторожный человек.       — Но заметь, я жив, свободен и даже неплохо развился.       — Но всё же у каждого своя жизнь, и вряд ли у меня получится быть таким же как ты.       — Таким как я ты быть и не обязан. Достаточно быть собой, но не видеть в осторожности плохого.       Вэнь Юань кивнул и привалился к Не Хуайсану. Позволил себе на мгновение опереться на плечо друга, чтобы собраться с силами.       — Хорошо, что ты есть.       — Хорошо, что ты есть, — эхом повторил за ним Не Хуайсан. — Попробуем сегодня повеселиться? Жизнь ведь не закончена.       — Постараюсь.       Вскоре появились Вэй Усянь и Лань Ванцзи и всех, как обычно, захватило разговорами, выпивкой и вкусной едой. Стол ломился от яств, воздух наполнился смехом и звоном пиал, но всё же чего-то до боли не хватало. Точнее кого-то.       Этого трудно было не заметить, трудно было избавиться от чувства непривычного. Но алкоголь расслаблял и в чём-то даже помогал, и если Вэнь Юань и порывался привалиться к плечу любимого, рядом всегда оказывалось надёжное плечо друга. И даже если опомниться, сказать себе, что это не он, тело слабое уже обманулось. Тепло другого человека ненадолго стирало грань, и он позволял себе эту маленькую слабость, чтобы не развалиться на части прямо здесь.       Долгой встреча не была, да и не планировалась таковой. Не Хуайсан предложил Вэнь Юаню приехать к нему в гости.       — Прямо сейчас поехать? — улыбнулся тот. Улыбка вышла слабой, но в ней хотя бы не было прежней безнадёжности.       — Можем! Не так уж и далеко. Я за полдня добрался.       — Только ненадолго, а то моему отцу такое не понравится.       — Ну да, злой и нехороший Не украл любимого сыночку, ц-ц-ц. Ладно, я шучу. — Не Хуайсан рассмеялся. — На денёчек. Покажу резиденцию. А как затяну к себе позже, покажу и остальное. Договорились?       — Договорились.       Так что, расставшись с Вэй Усянем и Лань Ванцзи, они отправились в Цинхэ. Дорога на время уводила от тоски; прохладный ветер остужал мысли, успокаивал, а впереди ждало ещё много нового и интересного.                            Вэнь Юань с интересом рассматривал незнакомые места по дороге, взгляд скользил по холмам, по серым скалам, на которых кое-где пробивался мох и вопреки всему росли хилые, но жаждущие жизни деревца.       Когда они добрались до города Цинхэ, он заставил Не Хуайсана рассказывать ему обо всём, что видел. Тот с большим удовольствием и гордостью представлял свою родину. Не Хуайсан любил её всем сердцем, и это чувствовалось. Благодаря ему немного сероватый полукаменный город превращался во что-то прекрасное и красочное. В место, куда обязательно захочется вернуться. И Вэнь Юань сам не заметил, как уголки его губ начали расправляться в лёгкой улыбке.       — Тебе бы книжки писать, — рассмеялся он.       — И рисовать к ним иллюстрации, ха-ха! К сожалению, так сильно я люблю только свои земли и свой орден. Большой и чистой любовью, от которой нужные слова сами ложатся на язык.       — Ты мог бы написать о них. И тогда все будут любить Цинхэ.       — Даже вы?       — Может быть. Хотя моя семья не настолько впечатлительна, как я.       — Не правда, Вэнь Чао о-о-очень впечатлительный. — Лицо Не Хуайсана обрело какие-то демонические черты, Вэнь Юань никогда такого не видел.       — Он не в ту сторону впечатлительный, — скривился он. — А ты откуда знаешь?       — Причина нашей с ним ссоры.       — И чем ты его так впечатлил?       — Я его... напугал. Случайно, не хотел этого. А он мне в отместку зарядил.       — И почему я не удивлён? Мне жаль, что тебе досталось.       Внутри шевельнулась вина — Вэнь Юань всё же был братом того, кто обидел его друга.       — Потом было ещё несколько случаев, но это так, в общую копилку. И я ни разу не отомстил, так что очень хочется. Но я придумаю способ сделать это только между нами.       — Будь осторожнее, пожалуйста. Он может так нажаловаться отцу, что вам потом мало не покажется.       — О том и говорю. Я ведь не глупый, помню твои предупреждения.       — Я переживаю. Прости.       — Не извиняйся, я всё понимаю. Ты хорошо стараешься, Вэнь Юань. С твоей семьёй всё будет хорошо, с таким-то защитником.       Вэнь Юань смутился.       — Спасибо. А твоя семья не будет против меня?       — Не знаю. Но ты приличный молодой господин, думаю, я смогу договориться. Главное отцу на глаза не попадаться.       Они прошли через огромные ворота. Тени от массивных каменных стен упали на них, и Вэнь Юань на миг почувствовал себя маленьким и незащищённым перед этой мощью.       — Добро пожаловать в резиденцию моего ордена, Вэнь-сюн.       — Она... впечатляющая, — оглядываясь, сказал Вэнь Юань и потрогал прохладный камень. Стены были серыми, суровыми, почти неприступными, и в них чувствовалась такая древняя сила, что у него на миг перехватило дыхание.       Не Хуайсан взял его под руку и потащил за собой.       — Я тебе всё покажу, тут есть на что поглазеть!       Да, это будет насыщенная экскурсия по каменному городу, согретому лучами солнца.       Вэнь Юань восхищался всему, что видел. И опять заслуга в этом была Не Хуайсана и его любви к своему дому. Он показывал каждый уголок с таким трепетом, с такой гордостью, что Вэнь Юань невольно заражался этим чувством. Даже захотелось остаться пожить тут, в таком прекрасном месте.       — Я, кстати, тренировался, как ты учил, — без перехода сменил тему Не Хуайсан. — Правда с мечом, брат мною недоволен за это. У меня хорошо получается, хочешь покажу? Не знаю, откуда во мне силы взялись, наверное, очень рад с тобой быть.       — А покажи! На тебя в движение смотреть — одно удовольствие.       Не Хуайсан потянул Вэнь Юаня по мощёным дорожкам куда-то совсем вглубь резиденции и вывел к огороженной площадке. Не Хуайсан резко замер, заслоняя Вэнь Юаню путь рукой и прислушался к звону металла о металл. Он подкрался к ограждению ближе и с любопытством уставился на тренировочное поле.       Вэнь Юань последовал за ним и выглянул из-за его плеча. Сердце его забилось чуть быстрее, когда он увидел, что происходит на тренировке.       На поле творилось нечто неописуемое. Адепты бились, но не друг с другом, а с одним лишь Не Минцзюэ, который по-видимому тренировал их. Он подзывал каждого и призывал атаковать, пока в один момент адепты — а их было семеро — не напали все разом. И даже так Не Минцзюэ не составило труда отразить все атаки. То, как он двигался, выдавало в нём мастера, настоящего воина, обладающего огромной силой. И дело было вовсе не в семейном духовном оружии, а в настоящей силе тела, духа и какой-то невозможной Ци. Даже не скажешь, что разница в возрасте у них не такая уж внушительная.       Вэнь Юань смотрел на это действо, раскрыв рот, по телу бегали мурашки от восхищения. Наверное, к такому стоит стремиться каждому заклинателю. По крайней мере, он-то точно хотел бы уметь двигаться настолько же чётко, плавно и уверено.       — Твой брат великолепен, — благоговейно шепнул он Не Хуайсану.       — Вне всяких сомнений. И это он ещё не разделся...       Вэнь Юань невольно покраснел и стукнул друга по плечу.       — Что? Я правду говорю! Он когда сам по себе тренируется, там такое зрелище, что девиц отгонять приходится.       — Верю. Но, получается, теперь ты мне ничего не покажешь?       — Ты о чём?       — О том, как ты с мечом тренируешься.       — Лучше позже это сделать. Надеюсь, занятие не затянется, и брат уйдёт…       — Хорошо. Тогда что дальше? — с любопытством спросил Вэнь Юань, с трудом отворачиваясь от зрелища.       — Пойдём я тебе пока комнату свою покажу?       — Пойдём. Зная тебя, там должно быть красиво.       — На самом деле всё не так, как я бы хотел. Меня не раз наказывали и выкидывали мои вещи, так что там лучшее из возможного.       Несмотря на грустные слова, Не Хуайсан говорил беззаботно. Отпускал ли он легко вещи, или просто делал вид, что всё в порядке, но Вэнь Юань решил на всякий случай не поднимать вопрос об этом. Только ласково коснулся плеча друга и ободряюще улыбнулся.       Если это было «лучшее из возможного», то в идеале комната Не Хуайсана стала бы выставкой творений мастеров. Стены были увешаны свитками с изящными рисунками: горные пейзажи, цветущие ветви, тонкие силуэты, исполненные лёгкими, почти невесомыми мазками. В углу стояла резная подставка для вееров, каждый из которых был расписан вручную. Младший наследник Не был очевидно талантлив и стремился к искусству и красоте. Он показал Вэнь Юаню всю свою коллекцию вееров, а также заколок и украшений, прям как девица. Но каким же он был счастливым. Каждый предмет он брал с таким трепетом, с такой нежностью, будто живых существ, и Вэнь Юань невольно улыбался, глядя на его сияющий вид.       — Твоя комната так же красива, как ты сам. Мне очень тут нравится. Спасибо, что доверил. — Вэнь Юань на эмоциях крепко обнял Не Хуайсана.       Тот обнял его в ответ и чуть от радости не запрыгал.       — Я так рад, что тебе понравилось. Стой, подожди. — Отцепившись от него, Не Хуайсан протянул ему из шкатулки изящное украшение. — Это тебе. Пусть напоминает обо мне, когда меня не будет рядом.       — Спасибо! — ахнул Вэнь Юань, принимая подарок, и ещё крепче обнял друга. — Спасибо.       — Ты достоин лучшего, но у меня нет способа тебе это подарить.       — У меня уже есть лучшее, и это — ты!       — Льстишь! Да как умело! — Не Хуайсан заливисто рассмеялся.       — Ничуть не льщу. — Вэнь Юань приподнял его над полом и покружил.       Тот испуганно взвизгнул, но затем лишь крепче обнял Вэнь Юаня.       — Какой сильный!       — А ты лёгкий, как пёрышко.       — Неправда.       — Правда. Ты себя не поднимал, а я тебя да, так что лучше знаю, — рассмеялся Вэнь Юань, ставя его на ноги.       — Как скажешь, тебе лучше знать. Однако сила во мне есть.       — Есть. Но одно другому не мешает.       — Думаешь? Я вот не уверен. У меня примера такого не было.       — Вот ты и есть живой пример!       — Тогда пойдём поглазеем на то, что я могу. Думаю, поле уже освободилось.       — Идём-идём, хочу увидеть тебя во всей твоей воинственной красе, второй наследник Не.                            Когда они пришли на поле, Не Минцзюэ все ещё был там, но ученики разошлись. Тренировочная площадка, ещё недавно полная звона мечей и криков, теперь казалась почти пустынной и оттого ещё более внушительной.       Не Хуайсан лучился радостью, поэтому старшему брату пришлось засунуть своё возмущение подальше — Вэнь Юань успел заметить, как дёрнулся глаз Не Минцзюэ при виде их, — и молча приветственно кивнуть.       — Брат! Ко мне приехал дорогой друг, я хочу показать ему, чему научился за последнее время.       — Могу посмотреть?       — Только не поправляй, лишь наблюдай, хорошо? Если что, меня Вэнь Юань поправит.       — Я хуже?       — Ты требовательнее.       — Очевидно. Хорошо, дерзай.       Не Хуайсан взялся за меч, а другой кинул Вэнь Юаню, с нетерпеливой радостью предлагая небольшое противостояние. Он немного оробел перед Не Минцзюэ — как же, могучий воин будет наблюдать за их неопытной вознёй, — но вызов принял.       И они начали битву. Первые удары были осторожными, но в пылу в Вэнь Юане проснулся азарт, который всегда охватывал его во время сражений, так что Не Хуайсану пришлось нелегко. Но тот держался и отражал удары правильно. Нападал как и всегда неохотно, больше контратакуя, но в этом тоже было своё искусство. Вэнь Юань замечал, как Не Хуайсан движется — плавнее, чем раньше, осмысленнее, — и не мог сдержать довольства: его советы действительно помогли другу. Иногда они заигрывались и могли кожей ощутить недовольство старшего брата, но это так, мелочи.       — Ты заметно улучшил свои навыки! — выдохнул довольный Вэнь Юань, нападая на Не Хуайсана в очередной раз.       Тот отвлёкся и не сумел отразить атаку, попался под удар.       — Ай!       — Ой, прости! — всполошился Вэнь Юань. Он совсем не хотел причинять другу боль. — Сильно досталось?       — Ощутимо. — Не Хуайсан, морщась, потёр бок. — Ну и удары у тебя...       — Будь внимательнее, Не Хуайсан. Этот удар мог стать смертельным, — сурово сказал Не Минцзюэ.       Оба юноши не обратили на него внимания.       — Извини. Можешь мне отомстить, — хихикнул Вэнь Юань.       Не Хуайсан озорно подмигнул ему и атаковал первым. Тот отбил удар, и у них снова завязалась битва, но в этот раз на грани флирта. Их взгляды встречались над скрещёнными клинками, каждое движение было чистым наслаждением, не битвой, а игрой, в которой не было победителей и побеждённых, только лёгкость и смех, разлетающийся по вечернему полю.       Не Минцзюэ смотрел на них сквозь пальцы. Только хлопнул себя по лбу и тяжело вздохнул, осуждая. Вэнь Юань заметил этот жест краем глаза и чуть не рассмеялся в голос, но вовремя прикусил губу.       Они развлекались, пока Не Хуайсан не был повержен и прижат к земле.       — Надеюсь, перед смертью ты выполнишь моё последнее желание.       — Говори же, противник мой! — пафосно сказал Вэнь Юань. Он старался звучать грозно, но улыбка расползалась по лицу, руша всякую серьёзность.       — Поцелуй меня. И я достойно приму смерть от твоих рук.       Глаза у Вэнь Юаня расширились. Просьба Не Хуайсана застала его врасплох, и в сердце всё смешалось — смущение, растерянность и остатки игривости.       — Но как же я... разве я могу?       — Лишь ты и можешь...       Несколько долгих мгновений Вэнь Юань смотрел на него, тяжело размышляя. Потом мысленно стукнул себя по лбу, склонился к Не Хуайсану и поцеловал его в щёку.       — Могу только так.       — Ну тогда и умру я не по-настоящему.       — Так, прекратите драму разводить. Не Хуайсан повержен, Вэнь Сычжуй победитель, отлипли друг от друга быстро! — командирским тоном произнёс Не Минцзюэ.       Вэнь Юань прыснул от смеха: Не Минцзюэ будто бдел за невинностью своего брата. Он скатился с Не Хуайсана, встал и протянул ему руку, чтобы помочь подняться.       А потом Вэнь Юань повернулся к старшему. Пальцы его сжали рукоять меча чуть крепче, и он ощутил смесь волнения и решимости.       — Согласится ли первый наследник Не скрестить оружие с этим Вэнем? — с милой улыбкой спросил он.       — Я? С тобой? — Не Минцзюэ ухмыльнулся. — Ты хоть знаешь, против кого выступить хочешь?       — Знаю. Но хочу попробовать свои силы, пусть и долго против вас не выстою.       Не Минцзюэ взялся за меч, а не тренировочную саблю, чтобы достойно выступить против мечника. Не Хуайсан отошёл в сторону, трепеща от предвкушения.       — Вперёд, Вэнь. Удиви.       Собравшись, Вэнь Юань атаковал. Оружие рассекло воздух со свистом, и он вложил в первый удар всю свою решимость.       Следуя ожиданиям, Не Минцзюэ не стал уклоняться и сразу отразил удар. Меч словно встретил невидимую стену, руки Вэнь Юаня дрогнули от мощного толчка, прошедшего от запястий до самых плеч. В мыслях мелькнуло: если так ощущается просто отражённый удар, то что же будет, когда старший атакует сам? Но тот атаковать не стал, давая проявить себя. Вэнь Юань не собирался сдаваться и нападал ещё и ещё, используя как вэньские, так и подхваченные у Цзян Чэна (и Цзинь Лина в прошлой жизни) цзянские техники. Пока всё-таки не вынудил Не Минцзюэ пойти в наступление.       Вот тут фехтование вышло на новый уровень, и Вэнь Юаню пришлось действительно трудно. Удары Не Минцзюэ были жёсткими и тяжёлыми, он едва их выдерживал и понимал, что ещё чуть-чуть — и всё. Руки немели от каждого столкновения мечей, в запястьях отдавалась боль. Но Вэнь Юань стиснул зубы: он не сдастся так просто, даже если этот бой будет стоить ему каждой косточки и каждого мускула. Он будет бороться до последнего.       Но вдруг жёсткие сабельные техники сменились разительными и лёгкими... Ланьскими. Похоже, Не Минцзюэ и правда был близок с Лань Сичэнем. Вэнь Юань чуть челюсть не обронил, но быстро перестроился, хорошо знакомый с ними, и хитро улыбнулся.       Наследники двух кланов стали биться техниками третьего, ну что за зрелище! От того, что оба подстроились друг под друга, битва стала интереснее, легче и... игривее.       Но Вэнь Юань неумолимо и катастрофически уставал и в какой-то момент пропустил совсем простой удар, который, тем не менее, в настоящем бою мог бы снести ему голову.       Так и замер, тяжело дыша, с мечом у шеи, чувствуя, как по виску стекает пот.       Не Минцзюэ довольно хмыкнул.       — Неплохо.       — Как вырасту, сразимся ещё! — довольно сверкая глазами, выдохнул Вэнь Юань.       Не Минцзюэ приблизился, навис над ним опасно и улыбнулся.       — Жду не дождусь.       Он невольно затаил дыхание, но смотрел в глаза противника прямо.       — Хватит драму разводить! — со смехом повторил слова брата Не Хуайсан.       Не Минцзюэ хмыкнул и отстранился от Вэнь Юаня.       Он тихо выдохнул и сказал:       — Спасибо за бой, первый наследник Не.       — Схлестнёмся в новом через пару лет.       — Договорились.       Не Минцзюэ ушёл. Вэнь Юань проводил его взглядом и почувствовал, как напряжение, сковывавшее плечи и спину, начинает потихоньку отпускать, уступая место тягучей, приятной усталости. Он глубоко вдохнул, и воздух показался ему слаще, чем несколько мгновений назад.       К нему подскочил Не Хуайсан.       — Вот это вы тут устроили!       Вэнь Юань устало повалился на него. Ноги подкосились, и если бы не надёжное плечо друга, он бы, наверное, просто сполз на землю и остался там лежать до утра.       — Я чуть не умер…       — Сам вызвался, знал же, с кем связался. Эх, держись, сейчас отдыхать пойдём. — Не Хуайсан погладил его по спине. — Хочешь в бани? Косточки погреть и мышцы расслабить.       — Пойдём. С тобой куда угодно пойду...       Не Хуайсан потащил его отдыхать. Бани, которые увидел Вэнь Юань, были легендарными. Иначе не сказать. Таких монументальных и продуманных он нигде не видел. Не просто печка, лавочки, таз, а целая система с каменными чашами, деревянными бочками, горячим паром, поднимающемся словно отовсюду вместе с терпким ароматом трав, — всё это казалось созданным не для простого мытья, а для настоящего ритуала восстановления сил.       Они и прогрелись паром, и в бочках поотмокали, а завершили чаем и плотным, как последним в жизни, ужином. Мышцы, ещё недавно гудящие от напряжения, постепенно расслаблялись, тяжесть уходила из тела, и оставалась только приятная лёгкость. Веки наливались свинцом, а мысли становились вязкими и медленными.       — Не Хуайсан, я тебя люблю, — пробормотал Вэнь Юань, обнимая друга.       Они завалились вместе на широкую постель, и мягкость окутала его со всех сторон.       — Знаю. И я тебя. Да так, что готов спасать от скуки и тоски всегда.       — Прости, что загружаю тебя своим унынием.       — Для того и нужны друзья.       Вэнь Юань обнял его крепче.       — Спасибо тебе.       — Без тебя, меня бы съела тоска. Я счастлив, что ты рядом. Счастлив, что могу быть с тобой.       — Я недостоин такого твоего отношения. — Вэнь Юань чуть не расхныкался от чувств.       — Почему? Откуда у тебя эти глупости?       — Потому что я почти ничего не даю тебе в ответ.       — Не предавай меня. Мне больше и не надо. Будь рядом, даже если далеко. А большего и не надо.       — Не предам никогда. Буду рядом. Обещаю. — Вэнь Юань погладил его по щеке и поцеловал в лоб.       — Спасибо. Ох...       — Сделаю для тебя всё, что ты захочешь.       — Не нужно. Мне и так прекрасно. Я сегодня наблюдал чудо!       — Чудо?       — Начиная от твоего обнаженного тела, заканчивая вашим потрясающим боем с моим братом.       Не Хуайсан озорно усмехнулся, и Вэнь Юань вспыхнул. Он даже хотел отвернуться, но передумал — неловко, конечно, но вместе с тем смешно же.       — Дурак!       Не Хуайсан рассмеялся сильнее. Тогда Вэнь Юань повалил его на спину и защекотал. Тот извивался, повизгивал, дёргался и всё никак не мог прекратить смеяться, но в один миг умудрился перехватить инициативу, и тонкие пальцы с особым удовольствием впились в бока Вэнь Юаня. Он пискнул и стал отбиваться, пока друг на него не повалился, всей тушкой придавливая дёргающиеся ноги и перехватывая цепкие руки.       Успокаивая смех, Вэнь Юань завозился под ним, чтобы их кости не так больно впивались друг в друга, и затих. Вскоре хватка Не Хуайсана ослабла — он задремал, укачанный размеренно вздымающейся от дыхания груди друга. Тяжёлый день дал о себе знать, и Вэнь Юань тоже быстро отрубился под «одеялком».       Эта ночь прошла на удивление умиротворённо, сон был глубоким и долгим. Юноши восстанавливались от долгих переживаний и прошедших активно дней.                            Проснувшись всё так же придавленный Не Хуайсаном, Вэнь Юань почувствовал, что у него всё затекло, и закряхтел.       — Не Хуайсан?       Но тот так славно дрых, что даже не подумал откликаться. Дыхание его было ровным и глубоким, а лицо — безмятежным, как у ребёнка. Ну не мог же Вэнь Юань просто взять и скинуть его с себя? Поэтому стал возиться, надеясь, что друг всё-таки проснётся.       И тот проснулся. Хрипло проговорил:       — С добрым утром...       — Оно станет для меня более добрым, если ты слезешь...       Не Хуайсан сполз с него и с постели и побрёл умываться. Облегчённо вздохнув, Вэнь Юань сел и стал растирать руки, морщась от неприятного покалывания. Потом потянулся в разные стороны, разминая мышцы и косточки, и только после этого поднялся тоже. Задумчиво посмотрел в сторону окна. Уже разгорался день, и солнечные лучи полосами ложились на пол.       — Думаю, мне стоит ехать.       — Надеюсь на повторный визит, — зевнул Не Хуайсан, возвращаясь. — Хотелось бы, чтобы тебе здесь нравилось, почему-то.       — Благодаря тебе мне нравится. Не знаю, стоит ли мне приглашать тебя к себе.       — А пригласи! Во мне со временем проснулась уверенность.       — Тогда приглашаю. Поедешь прямо сейчас? — Вэнь Юань рассмеялся.       — Думаю, брат меня на вилы поднимет, если я продолжу своевольничать. Так что чуть позже.       — Хорошо. Но я буду тебя ждать. Проводишь?       — Конечно. И надевай хоть иногда мою заколку. Она тебя точно украсит.       — Обязательно буду. Вот прямо сегодня первый раз и надену! Поможешь? — Он улыбнулся, доставая заколку и протягивая её Не Хуайсану.       Не Хуайсан устроился позади него, зарылся пальцами в волосы и сделал затейливую причёску, которую закрепил заколкой. И дал ему полюбоваться на своё отражение. Вэнь Юань смотрел на себя в небольшое зеркало и пересчитывал косички, которые за короткое время умудрился заплести на его голове друг.       — Всё же ты настоящий человек искусства. Даже из причёски создал целое произведение!       Не Хуайсан поцеловал его в щёку и шепнул:       — С таким покорным материалом легко сотворить искусство.       Щёки Вэнь Юаня залил лёгкий румянец, но он широко улыбнулся. Недолгое время в Цинхэ оставило в сердце след, который будет греть его даже на самой долгой дороге домой.