A Marauder's Plan - План мародёра

Невилл сделал добрый глоток сливочного пива и откинулся на спинку кресла, которое приметил и занял еще час назад. В шатре Поттеровского альянса по-прежнему не смолкали гул голосов и смех — все бурно праздновали победу Ирландии. Сами сборные уехали уже целую вечность назад, как и министры, которых ждали на официальном министерском приеме прямо на стадионе. Некоторые взрослые тоже разошлись кто куда: Симеон и Анна отправились домой, Тонксы пошли навестить других друзей. Многие теперь по очереди дежурили на министерском приеме, сменяя друг друга, — все, кроме Сириуса. Сириус наотрез отказался отходить от Гарри дальше чем на половину шатра, и Невилл прекрасно понимал его мотивы после событий начала этой недели. Да и сам он, воссоединившись с Гарри в ложе, старался не выпускать друга из виду. Забини зашевелился рядом с ним. Невилл сознательно старался поддерживать контакт со слизеринцем, помня его реплику на приеме. У Забини, как выяснилось, было скрытное чувство юмора и дьявольская наблюдательность. Кое-какие из его комментариев, когда они вместе разглядывали гостей, заставляли Невилла и остальных буквально надрывать животы от смеха. Невилл проследил за взглядом Забини туда, где Гарри оживленно беседовал с Ноттом и Гермионой, а также с Джереми и Майклом. Похоже, Джереми неплохо знал Нотта, и вся компания увлеченно что-то обсуждала: Гермиона в разгаре спора активно размахивала руками, а Гарри с интересом наклонил голову набок. Невилл нахмурился. Малфой ушел на министерский прием вместе с отцом чуть раньше; он уходил, громко протестуя и заявляя, что предпочел бы остаться со сверстниками, но Люциус Малфой был непреклонен. Невилл не совсем понимал, почему Нотту и Забини позволили остаться, ведь именно Малфои принимали их у себя, но раз Нарцисса всё еще находилась в шатре, протокол, видимо, считался соблюденным. Невилл поджал губы. Они с Роном оба заметили, как ловко слизеринцы маневрировали во время обсуждения квиддичного матча. И Нотт, и Малфой явно вознамерились наладить более тесные отношения с Гарри — и уж точно не ради блага самого Гарри, а ради собственной выгоды. В душе Невилла всколыхнулось защитническое чувство. Гарри был слишком доверчивым и незлопамятным. Невилл знал по себе, каково это — иметь пунктик на желании угодить людям (особенно своей бабушке), но его радость от того, что кто-то хочет с ним дружить, всегда сдерживалась бабушкиными уроками о магическом мире и его различных союзах. Фактически, Гарри был единственным человеком, в чьей дружбе он был уверен на все сто: у того не было никаких скрытых мотивов, кроме простого желания иметь друга, и это бесконечно радовало Невилла. Зато в отношении Нотта и Малфоя он точно знал: они никогда не подойдут к Лонгботтому или Поттеру просто так, без задней мысли. Гарри же не воспитывали с установкой первым делом просчитывать выгоду для альянса. Сириус сейчас буквально вдалбливал это в него, но во время уроков политики порой приходилось подолгу расспрашивать Гарри, прежде чем тот понимал: беседа за обедом с союзником — это не просто пустой треп, а проверка его, Гарри, политических планов. Невилл до некоторой степени понимал нежелание Гарри воспринимать любое общение с подозрением, подвергать сомнению каждое слово и контролировать себя до мелочей. Это было чисто слизеринское поведение, которое они, как гриффиндорцы, обязаны были презирать. Но с политической точки зрения будущим лордам и главам Домов без этого было не обойтись. Сириус, при всей своей нелюбви к семье, был воспитан как слизеринец и сейчас вовсю использовал эти методы, чтобы защитить крестника. Невилл понимал: Гарри придется стать большим слизеринцем, если он хочет выплыть в кишащих змеями водах магической политики. Ему казалось, что Гарри и сам это понимает… просто Гарри не хотел вести себя как слизеринец. «Что ж, это нормально, — размышлял Невилл. — Слизеринцем побуду я, меня это не пугает». На самом деле, ему даже по-своему нравились политические тонкости, в которые они погрузились этим летом. Гарри может оставаться собой, а Невилл возьмет на себя политику внутри их альянса. А это означало, что Невиллу придется иметь дело с Малфоем и Ноттом. Эта мысль уже не приводила его в такой ужас, как еще несколько месяцев назад, но и особого восторга он не испытывал. — Тео не такой уж плохой, — негромко произнес Забини. Невилл вздрогнул и тревожно обернулся к нему. — Ты буравишь его взглядом уже больше минуты, — перехватил его замешательство Забини, пока его палочка очерчивала вокруг них купол тишины — чары надзора для несовершеннолетних всё равно ничего не зафиксируют, поскольку вокруг полно взрослых. — Так что догадаться было несложно. «Очевидно, быть слизеринцем — это не просто вопрос настроя», — самокритично подумал Невилл. Его собственное поведение и язык тела были слишком гриффиндорскими. — Просто… — Ты понял, что Нотт и Малфой осознали, какой силой теперь обладает Поттер, и меняют свои позиции, — закончил за него Забини. Он приподнял свою бутылку. — Ты переживаешь, потому что Поттер политически наивен. Лорд Блэк пытается это исправить, но он не может за одно лето перечеркнуть годы, когда Поттера держали в неведении относительно его наследия и статуса. — Я бы не назвал Гарри наивным. Скорее, он просто хочет думать о людях лучшее, — твердо возразил Невилл. — Как это по-дамблдоровски, — улыбка Забини смягчила колкость этого замечания. — Значит, ты назначил себя его защитником? Невилл гордо вскинул подбородок: — Мы стоим плечом к плечу. — В его голосе прозвучало предупреждение, давая Забини понять, что сомневаться в его преданности Гарри не стоит. Забини медленно кивнул: — Политический курс Тео куда ближе к планам Поттера, чем к взглядам его собственного отца. Единственная зона серьезных разногласий — это равенство для маглорожденных. Тео предпочел бы оставить политическую власть в руках чистокровных или, как минимум, старых магических семей. Мой прогноз: когда Тео станет лордом Ноттом, он будет искать альянс ради взаимной выгоды и поддержки, а не просто перемирие, и договариваться он станет напрямую с Поттером, а не с Домом Блэк. — Понятно, — пробормотал Невилл. И ему действительно всё стало понятно. Стало ясно, почему Нотт так усердно налаживал отношения с Джереми Брэнстоуном и Майклом Корнером и почему он держался так непринужденно в разговоре с Гарри. Ему не приходилось взвешивать каждое слово, ведь в главном он разделял взгляды Поттера. Это согласие помогло бы ему выстроить с Гарри куда более прочную связь, чем Малфою, который оставался заложником политических убеждений своего отца, несмотря на то, что им приходилось подчиняться верховенству Дома Блэк. — А что насчет тебя? — спросил Невилл. — Мои политические интересы достаточно близки к целям Поттера, чтобы мелкие различия не имели значения, — пожал плечами Забини. — Мать просто тянула с заключением союза, потому что надеялась убедить лорда Блэка в преимуществах брака, включая возможность дать Поттеру материнскую фигуру. — Он насмешливо фыркнул. — У твоей матери есть вейловская кровь, — нерешительно заметил Невилл. — Ага, она вечно находится в поиске своего, — Блейз поднял руки и изобразил пальцами кавычки, — «истинного партнера». Очевидно, что всё это полная чушь, придуманная авторами любовных романов, но именно поэтому она столько раз выходила замуж. — Твой отец… — Брак по расчету, — Блейз переменил позу. — Но она не убийца, что бы там ни болтали, — добавил он с оборонительными интонациями. — Отец умер от редкого генетического порока сердца. Дональд, её следующий муж, вообще-то жив-здоров — они просто развелись, когда поняли, что он сопротивлялся её чарам не из-за своей великой силы, а потому что он гей. Сейчас он живет в Штатах с парнем по имени Боб. Дон, кстати, отличный мужик — до сих пор присылает мне подарки на день рождения и Йоль. Гюнтер был просто занудой и много пил. Я уверен, что он умер от скуки, даже если в официальном заключении написали «печеночная недостаточность». Невилл промолчал, не зная, что на это ответить. Блейз качнул head. — Как бы то ни было, романы матери меня особо не задевают. До Хогвартса я жил со своей двоюродной бабушкой Жозефиной, сестрой деда, так как регентство было на ней. Она умерла летом после нашего первого курса, и тогда дела перешли к матери. Мне в наследство достался дом бабушки Джо, так что большую часть времени я обретаюсь там. — Мне очень жаль твою бабушку, — тихо произнес Невилл, понимая, что слова соболезнования — слабая замена женщине, о которой Блейз говорил с такой теплотой и которая явно заменила ему родителей. — Спасибо, — тяжело вздохнул Блейз. Невилл решил немного сменить тему: — Так ты сам — вейла? — Нет, только дочери этой крови могут так называться, — рассмеялся Блейз. — Прости, я мало что о них знаю, — смущенно пояснил Невилл. Блейз кивнул: — Они, как и все магические существа, ревностно оберегают свои тайны. Что я знаю наверняка, так это то, что чистокровные вейлы способны размножаться партеногенезом, но сейчас большинство из них выбирают в партнеры волшебников. Сыновья рождаются редко и, как правило, обладают врожденным иммунитетом к чарам, но никаких других качеств вейл не наследуют. А вот дочери считаются вейлами вне зависимости от того, сколько именно родовых черт они в итоге переняли. — Он сделал еще один глоток сливочного пива. — Мать очень хотела дочь. Невилл подавил в себе автоматическое желание сказать «прости». Да и что он мог тут сказать? В конце концов, он и сам не понаслышке знал, каково это — быть для кого-то разочарованием из-за вещей, которые ты не в силах изменить. До этого лета бабушка практически в каждом предложении попрекала его тем, что Невилл не дотягивает до своего отца. Он уже открыл было рот, чтобы сказать хоть что-то — абсолютно не важно что, — но не успел: снаружи шатра громыхнул оглушительный взрыв. Земля под их ногами сильно содрогнулась, отчего стоявшая на столах стеклянная посуда и бутылки с грохотом полетели на пол. Забини мгновенно развеял купол тишины, и они сразу же бросились к Гарри. Сириус уже был подле крестника; он коротко кивнул Невиллу и Забини. — Думаешь, это… — начал было Гарри. Сириус качнул головой: — Я не уверен… В воздухе соткался серебристый Патронус-волк — послание от Римуса: — Сириус! На стадионе прогремел взрыв, начался сильный пожар! Авроры пытаются сдержать пламя, но им нужна помощь! Присылай всех боеспособных волшебников и волшебниц, кого сможешь! Сириус резко повернулся к Гарри, и тот сразу же сделал знак, чтобы крестный уходил: — Беги на помощь! С нами всё будет в порядке! — Чуть что не так — сразу эвакуируйтесь порталом, в противном случае оставайтесь здесь! — скомандовал Сириус. — Билл… — Я побуду с ним, — подтвердил Билл. — Слушайте все! Стадион горит! Кто готов помочь — за мной! — крикнул Сириус, уже на ходу устремляясь к выходу из шатра. Большинство взрослых поспешили вслед за ним. В шатре из старших остались лишь Уоллес Грейнджер и несколько женщин вместе с Биллом. В помещении начала подниматься паника, все заговорили одновременно, перебивая друг друга. Бабушка Невилла взмахнула палочкой, издав негромкий хлопок: — Мерлин милостивый! Возьмите себя в руки! — Но что нам делать? — Селия Инглби крепко прижала к себе Лидию, которая по какой-то неведомой причине горько плакала, и с надеждой уставилась на Гарри. Вслед за ней и все остальные обратили свои взгляды на него. Гарри робко посмотрел на бабушку Невилла, и та ободряюще ему кивнула. — Мы пока толком не знаем, что происходит, кроме того, что там пожар, — начал Гарри. Его голос, поначалу слегка дрожавший, с каждым словом звучал всё тверже и увереннее. — Предлагаю всем собраться в центре шатра. Маленьких детей — в самую середину, а те, кто способен защищаться, встанут по периметру. И… и пускай все, у кого есть при себе международные порталы, назовут себя и сразу распределят, кого именно они заберут, если нам придется срочно уходить. — Отличный план, Гарри, — одобрила Нарцисса. — Так, вы слышали Гарри, — авторитетно подхватил Невилл, понимая, что другу прямо сейчас нужна та самая поддержка, которую они поклялись ему оказывать. — Наследники, организуйте места в центре шатра и игровую зону для младших. Все, у кого порталы — шагом марш к Гарри! Он уверенно улыбнулся Гарри и отправился переставлять мебель в шатре. Сьюзен и Ханна сразу же бросились ему помогать, как и Джереми с Майклом. Гермиона потащила Рона в центр двигать кресла и тепло улыбнулась Невиллу. Внутри у Невилла промелькнуло сильное чувство гордости от того, что все они безоговорочно за ним пошли. Он оглянулся на Гарри, который при поддержке Билла спокойно распределял людей с порталами по стратегическим точкам. Невилл почувствовал мощный прилив уверенности и глубокое удовлетворение от своего решения стоять плечом к плечу с Поттером. Он только искренне надеялся, что этот пожар на стадионе никак не связан с теми смертельными угрозами, что слали Гарри…

***

— Что здесь вообще происходит? — крикнула Амелия, пытаясь перекрыть голосом панический гул толпы в приемном зале стадиона. Римусу удалось протиснуться поближе к ней, чтобы ответить, не переходя на крик: — Порталы не работают. Амелия тяжело вздохнула: — Да где, к чертям собачьим, Крауч или Бэгмен? — Бэгмена я вообще не видел, — сказал Римус. — А Крауч ушел сразу после окончания матча. Сказал, что неважно себя чувствует. — То есть оба человека, отвечающих за этот бардак, дезертировали? — Амелия устало потерла виски. В этот момент рядом с ними внезапно возник Корнелиус: — Амелия! Слава богу, ты здесь! С нашими порталами что-то не ладно, да еще и стадион горит! — Да, Корнелиус, я и сама это уже поняла, — сухо ответила Амелия. Она громко и резко свистнула, заставив всех прервать перепалку и обернуться к ней. — Аврор Долиш, — она кивнула мужчине, стоявшему слева от неё, — выведите всех через аварийный выход и сопроводите к площадке для порталов за пределами лагеря. Корнелиус просиял: — Отличное предложение! Веди, Долиш! Долиш кивнул своей напарнице — жилистой женщине с таким выражением лица, словно она только что раскусила кислую сливу, — и они вдвоем принялись технично выпроваживать высокопоставленных гостей. Римуса ничуть не удивило, что Корнелиус шел практически плечом к плечу с Долишем, пока аврор прокладывал путь к выходу. Богдан слегка подтолкнул Римуса локтем: — Ты остаешься? — Должен, — с извиняющейся улыбкой ответил Римус. — Нужно помочь с тушением. — Томаш останется с тобой. — Богдан указал на одного из своих гвардейцев, и Римус сразу догадался, что этот Томаш и есть тот самый оборотень, о котором Богдан упоминал ранее. — Спасибо, — искренне поблагодарил Римус. — В Болгарии тебе всегда будут рады, Римус, — с теплой улыбкой произнес Богдан. Он на прощание кивнул головой и позволил своей службе безопасности увлечь себя к выходу. — Была рада знакомству, Люпин, — с улыбкой бросила Кейт, ирландский министр, которая последовала примеру болгарского коллеги и покинула зал. Римус снова повернулся к Амелии: — Какова обстановка? Где мы нужнее всего? — Руфус развернул командный шатер, — ответила Амелия. — Сириуса и большинство других добровольцев задействовали на тушении Северной трибуны. — Так я и думал, — отозвался Римус, пока они отходили в сторону, уступая дорогу сплошному потоку спешащих людей. — У Сириуса, по крайней мере, есть для этого соответствующая подготовка. — Мне кажется, Руфус спит и видит, как бы вернуть ему аврорский значок, — пошутила Амелия. — Он поставил его во главе этой группы. И слава богу, потому что наш отряд авроров сейчас изо всех сил пытается удержать Восточную трибуну. Римус кивнул: — В таком случае мы с Томашем присоединимся к Сириусу. — Вообще-то, Римус… — Амелия вздохнула, пропуская мимо себя бегущего ребенка. — Если порталы заблокированы, то это еще одна серьезная проблема, которую необходимо решить. — Скорее всего, это антитрансгрессионный барьер, — предположил Римус. — Сомневаюсь, что обычная трансгрессия сейчас тоже возможна. — Сможешь выследить источник? — спросила Амелия. Римус на мгновение заколебался. Ему отчаянно хотелось быть рядом с Сириусом или, если не получится, вернуться к Гарри — он интуитивно чувствовал, что Сириус будет не в восторге от того, что оставил крестника, пусть даже под присмотром людей, которым полностью доверял. Но если его специфические навыки сейчас необходимы здесь… — Я неплохо умею это делать. — Я могу помочь, — подал голос Томаш. — Я обученный аврор. — Великолепно, — заключила Амелия. — Что ж, если вы двое попытаетесь найти источник барьера и уничтожить его, это будет огромной помощью. Римус переглянулся с Томашем и согласно кивнул. Они смешались с последними отставшими из министерской ложи и уже через пару минут оказались снаружи стадиона. Римус бросил быстрый взгляд назад на здание: над ним поднимался густой столб дыма, а на противоположной стороне стены вовсю плясали языки желтого пламени. Его передернуло от дурного предчувствия. Томаш тем временем начал накладывать заклинание обнаружения чар и указал рукой в сторону дальней окраины лагеря: — Нам туда. Римус взмахнул палочкой, вызывая Патронуса: — Сириус, я отправился на поиски антитрансгрессионного барьера. Удачи с огнем. — Он отправил серебристого волка в путь и поспешил за Томашем. В этот момент он больше всего на свете надеялся, что с Гарри всё будет в порядке.

***

Амелия закашлялась и провела рукой по лицу, убирая со лба налипшие волосы. «Проклятый дым», — устало подумала она. Направив очередную группу волшебников прочь от стадиона, она поспешила к командному шатру авроров. Руфус поднял голову, когда она вошла, и коротко кивнул. — Докладывай! — приказала она, снова заходясь в кашле. Руфус указал на чертежи стадиона: — Мы установили, что основной очаг возгорания находится здесь, на кухне, и, как ты уже знаешь, пламя уже перекинулось на Восточную трибуну над ней и на Северную. Похоже, вспыхнуло волшебное кулинарное масло… Слава Мерлину, это не совсем Адское пламя, но для магического пожара штука паршивая. Амелия резко кивнула. — Кингсли докладывает, что огонь на Восточной трибуне только-только удается сдерживать, и отчет лорда Блэка по Северной трибуне ничуть не лучше. Оба запрашивают Отряд магического пожаротушения. — Руфус ткнул пальцем в чертеж в нескольких местах. — Они понадобятся вот здесь и здесь, чтобы отсечь огонь. Сейчас все используют только чары Агуаменти, но нам нужен полноценный специализированный отряд. — Я отправила Патронуса Берти, чтобы он выслал группу Ликвидаторов магических катастроф, но мы зафиксировали антипортальный и антитрансгрессионный барьер прямо над стадионом и лагерем, так что они могут прибыть нескоро. Люпин и один из болгарских гвардейцев отправились на поиски источника барьера, чтобы разрушить его, — стремительно проинформировала его Амелия. — Я поручила Долишу с небольшим отрядом эвакуировать большую часть сотрудников Министерства и Визенгамота к пункту с порталами за пределами магловского поля. Руфус хмыкнул: — Это объясняет, почему к нам уже посыпались жалобы, что никто не может трансгрессировать. Я поставил Кавендиша и Хоскинса координировать людей и давать указания; еще нескольких отправил предупредить обитателей лагеря, чтобы они оставались на местах, но если кто-то хочет уйти — делали это организованно. Китс со своей группой работают на магловском секторе. Пожар привлечет внимание. Амелия снова кивнула. Похоже, все ключевые позиции были закрыты — впрочем, меньшего она от своего главы Аврората и не ожидала. — Директор, если бы меня спросили раньше, я бы сказал, что пожар — это несчастный случай, но блокирующие барьеры явно указывают на злой умысел. Есть ли вероятность, что это связано с той наводкой, которую мы получили касательно определенной активности? Возможно, это отвлекающий маневр? — спросил Руфус. — Хороший вопрос, — устало признала Амелия, — стоит проведать «Крысиную команду». Руфус достал сквозное зеркало и постучал по нему: — Вуд, доложи обстановку. — Вуд на связи, сэр, — в зеркале появилось лицо аврора. — Все наши цели в поле зрения, сэр. Пожар стал неожиданностью. Они сейчас что-то бурно обсуждают. Думаю, они могут воспользоваться моментом. — Не спускайте с них глаз, Вуд. Если они двинутся — вы выдвигаетесь следом, ясно? — рявкнул Руфус. — Да, сэр, — подтвердил Вуд. — Конец связи. — Руфус снова коснулся зеркала, и его поверхность вернулась в обычное состояние. — Значит, события не связаны. Глаза Амелии сузились от его тона: — Что ты имеешь в виду? — Помнишь пожар в Копбридже в восемьдесят первом? Который чуть не уничтожил заводы Огдена? — хмуро спросил Руфус. — Да, главным образом потому, что мне потом следующие пять лет пришлось выслушивать нытье каждого встречного о ценах на огневиски, — сухо бросила Амелия. Руфус фыркнул, но кивнул: — Лестрейнджи устроили его, чтобы выманить Альфониуса Огдена и убить его жену и ребенка. Классическое отвлечение внимания. Глаза Амелии округлились. — Гарри, — едва выдохнула она, чувствуя, как горло перехватило спазмом. — Ты думаешь, это как-то связано со смертельными угрозами? — Блэк сегодня впервые оставил мальчишку, — привел Руфус лаконичный, убийственно логичный довод. — Надвигаются сумерки. Порталы и трансгрессия заблокированы. Идеальное время для покушения на… — Мур! Тайлер! За мной, живо! — крикнула Амелия, резко разворачиваясь и на полной скорости вылетая из шатра. Она знала, что Руфус передаст весточку Сириусу. Проклятье. Она видела Ричарда вместе с Сириусом, но ведь её невестка и Сузана сейчас находились в шатре Поттеровского альянса! Почему они не подумали об этом коварном плане раньше? Ей следовало отправить Блэка обратно в шатер или послать туда Римуса вместо того, чтобы велеть ему искать источник барьера. Сквозное зеркало в её кармане настойчиво завибрировало, пока она мчалась по лабиринту палаток, лавируя между людьми, которые глазели на дым и пламя за её спиной. Она выхватила его на бегу, не сбавляя шага. — Боунс на связи. В зеркале появилось встревоженное лицо Руфуса: — «Крысиная команда» подтверждает: цели в мантиях и масках начали движение. — Чёрт. Беда никогда не приходит одна. — Ты и двое твоих людей — это единственные свободные руки, которые сейчас есть в моем распоряжении, и… — Руфус несчастно замолчал. — Решение за тобой, Амелия, ты старше меня по званию. И как она должна была принимать это решение?! Выдвинуться на перехват вместе с «Крысиной командой» и взять Пожирателей смерти с поличным на месте преступления, которое те вот-вот совершат? Или броситься к шатру Поттеровского альянса, где находятся её семья и близкие, чтобы защитить их на тот случай, если звериное чутье Руфуса касательно покушения окажется верным? Амелия понимала, что выбора на самом деле нет. Она не могла предпочесть туманную гипотезу очевидной угрозе. Она резко изменила направление бега. — Поняла. Передай «Крысиной команде», что мы идем на подмогу. Блэк уже двинулся к шатру? — Я отправил ему Патронуса, но… судя по последним данным, пожар там только усилился. А это значило, что Сириус может повременить с уходом, пока ситуация не станет безопасной, особенно если Руфус не передал в своем послании должной тревоги (а она знала, что Руфус, скорее всего, так и сделал — просто сухо проинформировал Сириуса о вероятности того, что пожар является отвлекающим маневром). Она отключила зеркало и на бегу сотворила собственного Патронуса: — К Гарри Поттеру. Гарри, я считаю, что существует реальная и немедленная угроза твоей жизни. Поттеровскому альянсу необходимо немедленно и организованно эвакуироваться к площадке с порталами за пределами магловского кемпинга. Сейчас же. «Хоть бы я сделала правильный выбор», — подумала Амелия, активируя зеркало, чтобы запросить у «Крысиной команды» их текущие координаты. И она неистово молила Мерлина, чтобы её предупреждение Гарри оказалось излишним.

***

Атмосфера в шатре Поттеровского альянса была странной, размышлял Гарри, снова обводя взглядом присутствующих. Невилл соорудил в самом центре шатра квадратное заграждение из стульев, выстроив их в два ряда. Внешнее кольцо заняли взрослые и Наследники, способные к защитной магии. Внутренний ряд заполнили дети помладше, вроде Коннора Сэпворти, — уже достаточно взрослые, чтобы иметь волшебную палочку, но еще слишком юные, чтобы участвовать в настоящем бою. А в самой середине кольца укрылись младенцы с матерями, а также Уоллес и Мириам Грейнджер, которые, будучи маглами, ничем не могли помочь в случае беды. Каждый сидел на расстоянии вытянутой руки от кого-то, у кого был при себе портал; все четко знали, с кем именно они должны эвакуироваться. Гарри, Невилл и Гермиона заняли позиции во внешнем кольце прямо напротив входа, а Августа и Нарцисса встали рядом с ними. Билл дежурил у дверей, а Минерва заняла позицию чуть впереди них, обеспечивая прикрытие. В шатре витал дух товарищества — какое-то подспудное, будоражащее чувство азарта и драматизма, которое частично сглаживало поверхностную тревогу, страх и тягостное ожидание. А беспокоиться и бояться за близких поводы были: все взрослые мужчины, кроме Билла и Уоллеса, ушли бороться с огнем. От Сириуса пришло лишь одно короткое сообщение с Патронусом, подтверждающее, что они помогают сдерживать пожар на стадионе и что с ними всё в порядке. Но Гарри никак не мог отделаться от ощущения, что что-то не так. «Возможно, нам следовало сразу же эвакуироваться порталами, как только нам сообщили о пожаре на стадионе», — размышлял Гарри. Будь он Пожирателем смерти, он обязательно использовал бы этот пожар как отвлекающий маневр, даже если изначально это не планировалось, — а ведь они не могли знать наверняка, что это не спланированная уловка. — Ты как, приятель? — спросил Рон, заметив его беспокойство. — Просто хочется знать, что там происходит, — признался Гарри. — Мы должны набраться терпения, Гарри, — мягко урезонила его Гермиона. — Я уверена, что все ответственные лица сейчас очень заняты тушением пожара. Нам и так повезло получить весточку от Сириуса. Они пришлют сообщение, как только смогут. Гарри лишь пожал плечами, не желая с ней спорить. Он позволил тихому фоновому говору отвлечь себя. Мириам и Уоллес обсуждали магловского премьер-министра с Карен Абботт; Нарцисса обменивалась — надо же додуматься! — чарами изменения цвета волос с Фелисити Боунс; Коннор Сэпворти играл в взрывные карты со своим младшим братом; Джереми разговаривал с Ноттом о СОВ; Терри болтал с Майклом о квиддичном матче… «Если не считать пожара, день выдался отличным», — лениво подумал Гарри. Квиддичный матч был потрясающим. Увидев профессионалов в деле, Гарри наглядно понял, какого уровня ему нужно достичь, чтобы получить место в команде. Конечно, это были сборные, лучшие из лучших, но даже в низшей лиге от игрока потребуют тех же качеств. Гарри знал, что у него есть природный талант, но раньше он как-то не задумывался о том, как Ловец может помогать Охотникам и Загонщикам вместо того, чтобы просто летать кругами и высматривать Снитч. Некоторые тактические приемы, на которые указал Рон, просто не сработали бы, если бы Линч или Крам не помогали своим командам. Возможно, сборной Гриффиндора стоит попробовать что-то подобное, когда они вернутся в Хогвартс. Звук снаружи шатра прервал его размышления, и он резко встал, заметив, что Рон и Невилл последовали его примеру. Билл выдвинулся вперед, чтобы встать между визитером и остальными обитателями шатра. Минерва замерла чуть в стороне, готовая подстраховать. Приметная вспышка красной мантии вошедшего заставила Билла опустить палочку, хотя он продолжал крепко сжимать её в руке на всякий случай. — Чем можем помочь, аврор? — коротко спросил Билл. — Холлинс, верно? — подала голос Минерва со своей позиции, как следует разглядев прибывшего. Гарри нахмурился и нерешительно переступил с ноги на ногу. Зачем они прислали аврора? Разговоры за его спиной мгновенно стихли. — У меня приказ доставить лорда Поттера на площадку эвакуации, — отрывисто бросил Холлинс. — У лорда Поттера есть портал, — парировал Билл. — Если нам нужно эвакуироваться… — Вокруг выставлены барьеры, — отрезал Холлинс. Билл обменялся встревоженным взглядом с Минервой: — Если Гарри уходит, мы должны эвакуировать всех. — Мой приказ касается только лорда Поттера, — упрямо повторил Холлинс. — Мне, в общем-то, всё равно, аврор Холлинс, — резко вмешалась Минерва. — Если Гарри уходит, мы уходим все. В этот момент в шатер влетел Патронус — маленький терьер, который направился прямиком к Гарри. — Гарри, я считаю, что существует реальная и немедленная угроза твоей жизни. Поттеровскому альянсу необходимо немедленно и организованно эвакуироваться к площадке с порталами за пределами магловского кемпинга. Сейчас же, — громко разнесся по шатру эхо-голос Амелии. Гарри резко вскинул глаза на стоявшего перед ним аврора и заметил, что Билл уже поднимает палочку. — Зачем Амелии присылать Патронуса, если она уже отправила вас? — озвучил он вертевшийся в голове вопрос. Лицо аврора исказилось злобной усмешкой, и внезапно — Он резко вскинулся, посылая одно заклинание в Гарри, а второе — в Билла. Кто-то закричал. Гарри среагировал на инстинктах — присел на корточки и резко выставил вперед палочку: — Протего! Щит мгновенно встал на место, и фиолетовое проклятие с шипением разбилось о его поверхность… — Протего! — рявкнул Билл, уклоняясь от серого луча заклинания; он нырнул в сторону, перекатился и, поднимаясь, выстрелил собственным заклятием. — Гарри, ставь щит вокруг всех остальных! Гарри немедленно применил дуэльный защитный купол — тот самый, который защищает зрителей от случайных проклятий и которому его научил профессор Флитвик. Это был единственный щит достаточного размера, какой он смог вспомнить. Серебристый купол слегка заколебался при появлении, но в итоге надежно встал на место. Он не позволял никому изнутри помочь тем, кто вел бой снаружи, оставив Билла и Минерву один на один с врагом у самого входа в шатер. Билл увернулся от очередного заклинания, а Минерва поспешно закрылась щитом от летящего проклятия. Гарри слышал, как за его спиной заплакал ребенок и кто-то судорожно всхлипнул… Минерва сыпала заклинаниями, пока Билл сошелся с лжеаврором в яростной дуэли. Свободные стулья рядом с ней внезапно ожили и гурьбой ринулись на незваного гостя… Холлинс — или кто бы это ни был на самом деле — прикрылся одним из них от очередного заклятия Билла, после чего выкрикнул: «Инсендио!», и деревянные стулья мгновенно вспыхнули ярким пламенем. Он швырнул их обратно в Минерву, застав её врасплох; она поспешно выпустила мощную струю воды, но горящие стулья со стуком врезались в неё, и её отбросило назад… — НЕТ! — закричал Гарри, видя, как Минерва ничком рухнула на пол. Рука Гермионы, легшая на его плечо, удержала его от того, чтобы броситься вперед. — Ты должен держать щит, Гарри! — напомнила она сквозь подступающие слезы. Билл, казалось, начал теснить противника, но и сам уже пропустил несколько ударов — из резаных ран на руке, ноге и щеке хлестала кровь… Он выпустил целую связку заклинаний… Лжеаврор продемонстрировал впечатляющую акробатику, уклонившись от первых двух, отбил третье и заблокировал щитом четвертое, после чего глухо зарычал и обрушил в ответ собственный град атакующих проклятий… Билл отразил первое… Резко нырнул влево, уходя от второго… Поставил щит против третьего, но заклинание с такой силой врезалось в защиту, что его отшатнуло назад… Он поскользнулся и потерял равновесие… Четвертое заклятие попало точно в цель, и Билл без сознания рухнул на пол… — БИЛЛ! — Рон рванулся было к брату, но Гарри и Гермиона мертвой хваткой вцепились в него. — Тебе нельзя выходить за пределы щита! — крикнула Гермиона. Сердце Гарри бешено колотилось, когда лжеаврор выпрямился во весь рост и издевательски ухмыльнулся ему. — Думаешь, ты в полной безопасности за своим щитом? — насмешливо бросил мужчина. — Тебе их всех не спасти, Поттер! — Он вскинул палочку и наставил её прямо на Невилла: — Круцио! Щит не смог бы остановить Непростительное, а Невиллу совершенно некуда было деться! Прежде чем Гарри успел хоть что-то предпринять, Августа мгновенно воздвигла каменную плиту прямо перед своим внуком. Камень с грохотом разлетелся вдребезги, осыпав всё вокруг осколками, и один из них полоснул Невилла по лбу, несмотря на то, что тот успел вскинуть руки перед лицом. Аврор злобно оскалился и указал на Билла: — Один Уизли готов! Тик-так, тик-так, — он погрозил пальцем. — Для остальных время тоже на исходе! — Он разразился диким хохотом и вылетел вон из шатра. На секунду в шатре воцарилась гробовая тишина. — Убери этот чертов щит! — яростно потребовал Рон. Гарри поспешно снял заклятие. Рон вместе с Алисией Дож тут же бросился к брату. Гарри обвел взглядом шатер и направился проверить, как там Минерва; Нарцисса поспешила за ним. — Она дышит, — с облегчением выдохнула Нарцисса. — Просто без сознания. Гарри тяжело сглотнул. Заметив топчущегося неподалеку Джереми, он махнул ему рукой: — Кто-то должен пойти и найти настоящего аврора. — Я пойду, — мгновенно вызвался Джереми. — Я с ним, — предложила Сьюзен. — Дядя Руфус выслушает меня ради тети. Гарри кивнул, и пара быстро покинула шатер. — Я позабочусь о Минерве, Гарри, — пообещала Нарцисса, мягко отстраняя его. Он подошел к Рону, который стоял над братом, пока Алисия вовсю орудовала палочкой, пытаясь спасти Билла. — Как он? — Плохо. Алисия говорит… говорит, всё очень плохо. — Рон мертвой хваткой вцепился в руку Гарри, его голубые глаза были полны ужаса и страха. — Гарри, этот маньяк сказал, что для остальной моей семьи время на исходе! Я должен пойти и проверить, как они! Предупредить их! — Рон, мы должны дождаться авроров! Они проверят, всё ли в порядке со всеми! Мы не можем просто так убежать… это небезопасно, — возразила Гермиона. Гарри понимал, что Гермиона права. Броситься вслед за нападавшим, чтобы проверить Уизли, — это, скорее всего, именно то, чего от них и ждали. Но он разрывался изнутри. Он не хотел, чтобы пострадал кто-то еще из семьи Рона. И разве он не был обязан Биллу и Рону убедиться, что с их родными всё хорошо? — Пожалуйста, Гарри! — взмолился Рон. Гарри огляделся: большинство присутствующих — и, к его удивлению, Нотт с Забини в их числе — сосредоточенно успокаивали младших детей; Нарцисса и Карен занимались Минервой; Алисия лечила Билла; Августа обрабатывала рассеченный лоб Невилла… — Хорошо, Рон, — произнес Гарри, двигаясь к выходу. — Подождите! — отчаянно скомандовала Гермиона, хватая его и Рона за руки. — Вы не можете просто так уйти! — Или ты идешь с нами, или уйди с дороги! — огрызнулся Рон. Он вырвался из её хватки и выбежал наружу. Гарри бросил на нее извиняющийся взгляд, высвободил руку и поспешил за другом. Запах дыма ударил ему в нос, едва он выбрался на свежий воздух. Поморщившись, он припустил за Роном — приметная рыжая макушка лучшего друга служила отличным ориентиром, пока они лавировали между рядами палаток, пробираясь к лагерю Уизли. Они огибали уходящих людей и тех, кто просто завороженно глазел на пылающий стадион, который в сгущающихся сумерках полыхал словно гигантский маяк. Рон резко затормозил у самой окраины палаточного лагеря и, когда Гарри поравнялся с ним, потянул его в сторону деревьев. — Срежем здесь! — бросил Рон. — Рон… — тяжело дыша, попытался запротестовать Гарри, но тот уже снова бежал вперед. Гарри припустил следом. Собственное дыхание оглушительно отдавалось в ушах, а деревья в гаснущем свете дня казались зловещими. Он выставлял руки перед лицом, защищаясь от бьющих по глазам веток, перепрыгивал через поваленные бревна и пни, чувствовал, как джинсы цепляет крапива и кусты ежевики, и как ветер бьет в лицо. Рон заложил вираж влево, и Гарри последовал за ним с палочкой наготове, едва не врезавшись в друга, который внезапно замер как вкопанный. Гарри уже открыл было рот, чтобы спросить, в чем дело, но внезапная яркая вспышка заклинания заставила его мгновенно пригнуться и дернуть Рона вниз и в сторону. Он осторожно выглянул из-за куста, за который они повалились, и в ужасе замер. Перед ними стояли две фигуры в черных мантиях, их лица скрывали белые маски, а в воздухе над ними беспомощно болталась подвешенная заклинанием магловская семья…

***

Сириус вполголоса выругался, когда из стены стадиона вырвался очередной столб пламени, швырнув обломки прямо в сторону группы добровольцев. «Проклятье, проклятье, проклятье!» — бешено проносилось в голове у Сириуса. Почему этот чертов пожар не утихает? Сколько бы воды они ни обрушивали на огонь, пламя продолжало неистовствовать. Им позарез нужен был Отряд магического пожаротушения, и Сириус был в ярости от того, что его не оказалось на месте. Каким же идиотом надо быть Бэгмену, чтобы выдать разрешение на строительство стадиона, не обеспечив элементарную пожарную безопасность? Настоящий кретин. Кретин, который вылетит со своей должности, если Сириус добьется своего. — Больше воды на верхнюю кромку! — скомандовал Сириус. Он подавил в себе досаду из-за того, что оказался единственным среди добровольцев, кто уже сталкивался с магическими пожарами в прошлом, и потому волей-неволей был вынужден взять командование на себя. Руфус резонно заметил, что у Сириуса — единственного здесь — была должная подготовка: он служил боевым магом и досконально знал протоколы. Сами авроры были полностью заняты тушением основного очага на Восточной трибуне, и Сириус просто не смог отказать. «Не следовало мне уходить из этого чертова шатра», — с тяжелым вздохом подумал Сириус, делая знак Ричарду Боунсу и Карлу Бранстоуну отступить на шаг назад. Слева громыхнул еще один небольшой взрыв, и Сириус крикнул всем закрыться щитами. Стена стадиона зловеще треснула, пока магический огонь стремительно пожирал её, рассыпая перед глазами Сириуса снопы желтых и красных искр. — Да где же, к чертям собачьим, этот чертов пожарный отряд? — устало спросил Ричард. Его лицо так густо покрывали пот и сажа, что Сириус не сомневался: сам он выглядит сейчас точно так же. — Вокруг выставлены антитрансгрессионные барьеры, — отрывисто бросил Сириус. Римус ушел выслеживать источник, чтобы нейтрализовать его, и сейчас Сириусу очень не хватало его надежного присутствия рядом. — Они должны быть с минуты на минуту. Держите поток воды чуть выше трещины в стене. В последнем Патронусе от Руфуса говорилось, что пожар на стадионе, скорее всего, является отвлекающим маневром для каких-то других действий. Сириус прекрасно помнил, что во время войны поджоги были излюбленной тактикой Лестрейнджей для отвлечения внимания. Возможно, Пожиратели смерти решили скопировать или сымитировать их почерк в знак мести за гибель своих бывших соратников. Он неистово молил Мерлина, чтобы этот поджог не был делом рук того, кто слал угрозы Гарри. Очередная волна липкого беспокойства и дурного предчувствия пробежала у него по спине. Ему хотелось уйти. Ему отчаянно хотелось вернуться в шатер и проверить, как там его мальчик. Ему хотелось вообще никогда оттуда не отлучаться. И зачем он только ушел? Ах да, гражданский долг и мысль о том, что Гарри в шатре ничего не угрожает. Гарри в шатре в полной безопасности. Билл там. Минерва там. Нарцисса в гневе превращается в настоящую фурию, а она поклялась защищать Гарри. С Гарри всё будет хорошо. Гарри в безопасности. «Возможно, если я повторю это себе еще раз сто, я наконец в это поверю», — раздраженно подумал Сириус. Ричард указал рукой вверх на стену: — Она рухнет целиком, если они не явятся в ближайшие десять… Топот множества ног заставил их всех резко обернуться. Сириус ощутил мощный прилив облегчения, увидев тяжелое оборудование Отряда магического пожаротушения, которое тащили члены Ликвидаторов магических катастроф из Отдела тайн. К нему подошел крупный блондин: — Лорд Блэк? Я Гектор Флинт. Спасибо за помощь. Мы принимаем командование. — Всё в вашем распоряжении! — с радостью воскликнул Сириус. — Мы пытались сдерживать огонь, заливая его водой сверху, но… — Не переживайте, — отмахнулся Гектор, — дальше мы сами. А вам всем не мешало бы дойти до госпитального шатра и провериться. — Он тут же повернулся к своим людям и принялся громогласно раздавать приказы. «Очаровательные манеры», — мимолетно и с иронией подумал Сириус, но он был слишком рад их появлению, чтобы обращать внимание на резкость. Да и по правде говоря, пусть лучше Гектор сосредоточится на огне, чем на тонкостях светского этикета. Сириус отступил на пару шагов назад, опуская палочку. Ричард ухмыльнулся ему и указал на зеленый шатер, разбитый на безопасном расстоянии, — импровизированный полевой госпиталь. Сириусу хотелось со всех ног броситься обратно к шатру Поттеровского альянса, но он чувствовал ответственность за людей, которых вел за собой, и должен был убедиться, что их осмотрят на предмет порезов, ожогов и отравления дымом. — Сириус! — Андромеда буквально подскочила к нему, стоило ему переступить порог. Он позволил ей быстро обнять себя, пока она увлекла его и остальных добровольцев в зону осмотра. Оказалось, они с Тедом как раз навещали своего коллегу в местной лечебной клинике, когда вспыхнул пожар, и сразу же направились в госпитальный шатер, чтобы предложить свою помощь. Тед в этот момент что-то бурно обсуждал с другим целителем у постели маленького мальчика, но, подняв голову, коротко кивнул им. — Бедняжку затоптали старшие кузены, когда эвакуировали палатки, ближе всего стоявшие к Восточной трибуне, — негромко сообщила Сириусу Андромеда. — Я слышала, вы сдерживали огонь на Северной. Гарри ведь в шатре? — Билл остался охранять его, — подтвердил Сириус, брезгливо потянув за ворот своей пропитанной влагой и сажей рубашки. — Я бы хотел вернуться туда как можно скорее. — Вполне понятно, — кивнула Андромеда. — Я пришлю к тебе кого-нибудь для осмотра. А пока вы все можете попить воды и привести себя в порядок вон там. Портативная душевая кабина оказалась как нельзя кстати. Группа добровольцев быстро воспользовалась возможностью смыть с себя худшую часть пота и грязи после пожара. Сириус вышел первым. Он провел там минимум времени, думая лишь о том, как побыстрее вернуться к Гарри. Тед уже ждал его на выходе и мягко, но настойчиво усадил на койку. — Все мы — и я, и те люди, которым вы помогли, — обязаны тебе огромной благодарностью, — произнес он, запуская диагностические чары. Сириус лишь пожал плечами: — Наша помощь не понадобилась бы, если бы Бэгмен соизволил соблюдать правила пожарной безопасности при строительстве стадиона. Тед вздохнул: — Ты бы видел, в каком состоянии здесь склады с медикаментами! Такое ощущение, будто он рассчитывал, что максимум, с чем столкнутся люди, — это порез бумагой! Сириус нетерпеливо кивнул. — Всё в порядке, — заключил Тед. — Есть небольшое отравление дымом, так что держи. Он протянул ему флакон с зельем, которое Сириус, поморщившись, осушил залпом. Смутная тяжесть в груди и легкое першение в горле мгновенно прошли, дышать стало заметно легче. — Спасибо. — Сириус соскочил с койки, горя желанием мчаться к Гарри. Но не успел он сделать и шага, как полог шатра с шумом распахнулся, и в зону осмотра влетел Джереми, а за ним — бледная, напуганная Сьюзен Боунс. — Лорд Блэк! — Джереми изобразил подобие поспешного поклона и отчаянно замахал рукой в сторону выхода. — Слава Мерлину, мы вас нашли! На шатер напали! Сердце Сириуса мгновенно ушло в пятки. — Гарри?! — С ним всё в порядке, но Билл Уизли и профессор Макгонагалл ранены! — тяжело дыша, подтвердила Сьюзен. — Ты сама цела, Сьюзен? — Ричард Боунс тут же бросился к ней, крепко прижимая к себе. — Со мной всё хорошо. Гарри защитил нас всех куполом, — с явным благоговением в голосе выдохнула Сьюзен. Тед уже вовсю собирал сумку, громко созывая других целителей на экстренный вызов, и махнул рукой Сириусу: — Беги! Мы прямо за тобой! — Я предупрежу Руфуса и пришлю отряд авроров! — заверил Ричард. Сириусу не требовалось повторять дважды. Он пулей вылетел из госпитального шатра и уже через несколько шагов на бегу перекинулся в Падфута: в своей анимагической форме он мог развить куда большую скорость. Кроме того, у огромного мрачного пса было весомое преимущество — люди с воплями ужаса сами шарахались в стороны, полностью освобождая ему дорогу. Он стрелой мчался сквозь бесконечные ряды палаток, стремясь добраться до шатра Поттеровского альянса, закладывал крутые виражи на поворотах и едва не сбил с ног какого-то ирландского болельщика, который так невовремя высунулся из своей палатки. Он влетел в шатер Поттеровского альянса на бегу и принял человеческий облик прямо посреди легкого хаоса. Большинство детей собрали в центре кольца из стульев, и их сейчас пытались успокоить; Билл Уизли лежал на полу в стороне, Алисия лечила его с помощью пары других волшебников, но сама она выглядела бледной и изможденной. Минерва сидела на стуле в другом конце помещения, а Августа и Грейнджеры хлопотали вокруг нее. Он не видел Гарри, и внутри начала нарастать ледяная паника. — Сириус! — с облегчением поприветствовала его Минерва, хотя и продолжала прижимать компресс к голове. — Хвала Мерлину! — Где Гарри? — немедленно спросил Сириус. Августа и Минерва обменялись тревожным взглядом, молчаливо советуясь друг с другом. — Кто-то, выдававший себя за аврора, вошел в шатер и попытался настоять на эвакуации одного только Гарри, — начала Минерва, торопливо проглатывая слова. — Мы, разумеется, не позволили, и он напал. Гарри закрыл щитом всех, кроме меня и Билла, которые вступили в бой с самозванцем. К сожалению, меня быстро вывели из строя… Сириус нетерпеливо взмахнул рукой, требуя переходить к сути. — Билл держался молодцом, но тот, кто напал на нас, был сильнее, — подхватила рассказ Августа. — Как только Билл упал, этот ублюдок попытался ударить по Невиллу, а перед уходом заявил, что у остальных Уизли заканчивается время. — Рональд был очень расстроен и настоял на том, чтобы пойти и проверить, как там его семья, — плавно вмешалась Мириам. — Он попросил Гарри пойти с ним, и Гарри последовал за ним из шатра, несмотря на уговоры Гермионы остаться. О нет. Гарри покинул шатер и оказался снаружи. Один, без защиты. И это когда вокруг рыщут Пожиратели смерти в поисках легкой мишени! И тот тип, что напал на них, тоже бродит где-то там! Сириус убьет его. Ну, точнее, сначала он стиснет крестника в объятиях так, что все ребра затрещат, а вот потом точно убьет. — Гермиона побежала вслед за этой парочкой, — со вздохом добавил Уоллес. — А Невилл отправился с ней! — выражение лица Августы выдавало, что она разрывается между чистым ужасом и гордостью. — Они направляются к палатке Уизли? — уточнил Сириус, отчаянно пытаясь сохранить спокойствие, пока тревога захлестывала его с новой силой. Женщины кивнули, хотя Минерва при этом болезненно поморщилась. Сириус развернулся и, не успев даже добежать до выхода, снова перекинулся в Бродягу и рванул вперед. Он едва не сбил с ног Теда и еще двух целителей, спешивших внутрь, но не обратил на них ровным счетом никакого внимания. Ему нужно было найти Гарри.

***

Римус отвел в сторону ветку и указал Томасу направление левее, стараясь не обращать внимания на доносившиеся сзади звуки палаточного лагеря. Густой черный дым облаком повис над всей округой; пожар создавал искусственное, зловещее освещение, пока солнце садилось и опускалась ночь. Он не мог не беспокоиться о Гарри. Всё ли с ним в порядке в шатре? Эвакуировали ли его? Он не мог не беспокоиться о Сириусе. Всё ли с ним хорошо там, на тушении пожара? Удалось ли ему вернуться к Гарри? — Ты тревожишься за свою стаю, — нарушил тишину Томас. — Да, тревожусь, — не задумываясь, ответил Римус. — Мне вообще не следовало их оставлять. — То есть ты признаешь, что они — твоя стая? — с удивлением переспросил Томас. Римус обдумал этот вопрос и пожал плечами: — Я никогда этого и не отрицал. — И тем не менее ты сторонишься стай на Континенте, — заметил Томас. Его слова заставили Римуса подозрительно замерть. — Прошу прощения? Томас повернулся и посмотрел на него. В его темных волосах виднелись пряди проседи, а смуглое лицо было покрыто мелкими шрамами — неизбежными отметинами ликантропии. Он извиняющеся пожал плечами: — Мы все тесно общаемся между собой. И то, что оборотню позволили учиться в Хогвартсе, в нашем обществе стало чем-то из разряда легенд. Многие из нас мечтали с тобой познакомиться, но при этом все мы знаем: единственный раз, когда ты сам искал нашего общества, был продиктован шпионажем. — Оглядываясь назад, я не особо этим горжусь, — с искренним сожалением произнес Римус. — Я шпионил, потому что меня об этом попросили, а перед Альбусом Дамблдором у меня был долг. — И вовсе не потому, что ты хотел отомстить своему создателю? — Моим единственным отцом был Маркус Люпин. Сивый был не более чем монстром, который меня укусил, — резко отрезал Римус. — Если ты считаешь своего создателя монстром, неудивительно, что ты и нас всех считаешь такими же, — сказал Томас. — Да и самого себя. — Под полной луной, когда волк берет верх, мы и есть монстры, — парировал Римус. — Но Сивый оставался бы чудовищем, даже не будь он оборотнем. — С этим, пожалуй, я могу согласиться, — кивнул Томас. — Тогда, может, продолжим нашу миссию? — ехидно предложил Римус. — Мы уже близко, — ответил Томас, снова накладывая диагностические чары. — Да. — Римус кивнул. — Пожалуй, нам стоит наложить Дезиллюминационное заклинание на случай, если источник кто-то охраняет, — предложил Томас. Римус снова кивнул. Это была здравая мысль. Еще пара заклинаний — и звук их шагов тоже оказался заглушен, что позволило им бесшумно продвигаться сквозь густой подлесок. Внезапно Томас принюхался и потянулся рукой туда, где, как он предполагал, шел Римус. Он воздвиг вокруг них купол тишины. — Я чую что-то впереди. Слизняк. Римус втянул носом воздух… и глухо зарычал. — Хвост. — Погоди! — попытался остановить его Томас. Но Римуса было уже не удержать. Медленно и уверенно он крался вперед. Вскоре он различил впереди крысу. Она охраняла валун, шероховатая поверхность которого была сплошь покрыта руническими знаками. Внезапно крыса замерла, ее уши задергались. В следующее мгновение она стремительно увеличилась в размерах, и на ее месте возник волшебник. Римус приложил колоссальное усилие, чтобы не выдать себя, чтобы подавить дикое желание броситься на Питера и задушить его голыми руками. Он осторожно поднял палочку. Всего одно заклинание… Одно-единственное заклинание, чтобы отомстить за всё, что совершил Питер: за гибель Джеймса и Лили, за отнятое у Гарри счастливое детство, за годы, которые Сириус провел в Азкабане… Питер сморщил нос. — Я знаю, что ты здесь, Лунатик. Я чую твой запах… твой и еще одного волка. — Его глаза испуганно забегали по лесу. — Но уже слишком поздно. Он уже пошел за Гарри, и он его достанет. Кто пошел за Гарри?! Римус замер, объятый ужасом. Неужели сам Волдеморт явился за мальчиком? Желание броситься обратно в лагерь и проверить всё самому стало почти невыносимым. «Нет, — яростно подумал он, — это именно то, чего хочет Питер. Напугать меня, чтобы я сбежал и оставил его в покое». — Вы с Сириусом не сможете его спасти, — продолжал ехидничать Питер. — Темный Лорд жаждет заполучить его, а он выполняет всё, что прикажет Темный Лорд. Спасайся сам! Прямо как сам Питер когда-то. Потому что выживание — это единственное, что по-настоящему волновало Питера. «Трус», — подумал Римус. Он беззвучно послал в своего бывшего друга Оглушающее заклятие, но стоило красному лучу прорезать разделявшее их пространство, как Питер пискнул, мгновенно превратился обратно в крысу и юркнул в густые заросли. — Проклятье! — выругался Римус. — Я догоню его! — крикнул Томас. — А ты займись камнем барьера! Римус рассеянно кивнул и шагнул к валуну, который бросил Питер. Он наложил на него несколько проверяющих чар, после чего без лишних церемоний уничтожил, разнеся в мелкие щепки. Он снял Дезиллюминационное заклинание и предстал в своем обычном виде как раз в тот момент, когда к нему подбежал Томас. — А крыса? Томас разочарованно покачал головой: — Он трансгрессировал, едва услышал взрыв камня. Я пытался оглушить его, но он ушел. Дерьмо. «По крайней мере, антитрансгрессионный барьер теперь снят для всех», — размышлял Римус, разворачиваясь и на полной скорости устремляясь обратно к лагерю. Томас не отставал от него ни на шаг. Римус неистово молил судьбу, чтобы этого оказалось достаточно для спасения Гарри.

***

«Да где же, к чертям собачьим, эти авроры?» — панически думал Гарри, во все глаза глядя на развернувшуюся перед ним картину: Пожиратели смерти пытали маглов. «Заняты тушением пожара», — твердо отозвался внутренний голос. Гарри стиснул зубы, пулей выскочил из кустов и вскинул палочку. — Гарри… — ахнул Рон, но тут же вскочил на ноги, тоже наставляя палочку на эту парочку. — Опустите их! — крикнул Гарри. Пожиратели смерти резко развернулись в их сторону. Гарри толкнул Рона, уводя из-под удара одного проклятия, пока второе с воем неслось уже в него самого. Он быстро выставил щит и нырнул вбок, попутно накладывая на землю мощные Смягчающие чары широкого радиуса действия — в этот самый момент маглы с криками полетели вниз. Один из Пожирателей смерти угрожающе двинулся на него… — ОстолбенеЙ! — рявкнул Гарри. Яркий красный луч со свистом сорвался с его палочки, мгновенно пересек поляну и врезался в ошарашенного Пожирателя, который даже не успел уклониться. — Ах ты, паршивец! — взревел второй. — Редукто! Гарри откинулся назад; заклинание угодило в дерево. Оно жалобно заскрипело и закачалось. Гарри перекатился в сторону. Рон поднялся на ноги и попытался оглушить противника, но ему самому пришлось спешно уворачиваться от очередного разрушительного проклятия. Внезапно из ниоткуда вылетел красный луч, и второй Пожиратель мешком рухнул на землю. — Попался! Гарри облегченно выдохнул, узнав Вуда из «Крысиного отряда» (кузена Оливера), который выбежал на поляну вместе с Чеймберсом. — Чеймберс, свяжи обоих! — скомандовал Вуд, после чего подошел к Гарри и помог ему подняться. — Что ты здесь делаешь, Гарри? — На шатер Поттеровского альянса напали! Они угрожали семье Уизли — мы бежим проверить, как они! — на одном дыхании выпалил Гарри. — Вы можете связаться с кем-нибудь и сообщить? — Гарри, тебе лучше остаться здесь, со мной и Чеймберсом! — возразил Вуд. — Остальная часть отряда прочесывает лагерь, но я могу вызвать Боунса и… — Нет времени! — рявкнул Рон и снова припустил вперед. Гарри извиняющеся пожал плечами и бросился за другом. Они выбежали из леса и ворвались в ряд палаток, где находились Уизли, лавируя мимо ярко-желтого шатра. Гарри сразу же принялся искать глазами их фиолетово-розовую палатку, и его сердце заледенело, когда он увидел густые клубы дыма… — Мерлин! Она горит! — испуганно вскричал Рон. — Вперед! — Гарри схватил его за руку, и они принялись пробиваться сквозь толпу зевак, которые обступили дымящуюся палатку Уизли, но ровным счетом ничего не предпринимали. Умело работая локтями, Гарри наконец вытащил их в первые ряды. В этот же момент с противоположной стороны сквозь толпу к ним протиснулись Гермиона и Невилл. — Вы пошли за нами? — удивленно спросил Гарри, глядя на Невилла, который согнулся пополам, пытаясь перевести дыхание. — Как будто я отпустила бы вас с Роном наживать неприятности без меня, — отрезала Гермиона. — О боже, она горит! Кто-нибудь знает, есть ли там кто внутри? — Я слышала голоса минут десять назад, — подтвердила стоявшая позади Гермионы пожилая женщина. Остальные загалдели, соглашаясь с ней. — Так какого черта вы стоите и НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЕТЕ?! — закричал Рон. — ТАМ МОЯ СЕМЬЯ, А ВЫ ВСЕ ТОРЧИТЕ ТУТ КАК ПОЛНЫЕ КРЕТИНЫ! — Он рванулся к палатке, но налетел на защитный барьер. Его с силой отбросило назад, и он покатился по пыльной траве. — Вот ради этого, молодой человек, мы и послали за аврорами! — отчитала его старуха. — Запирающее заклятие! Его использовали во время прошлой войны, чтобы люди внутри не могли выбраться, а те, кто снаружи, не могли помочь! — тяжело дыша, пояснила Гермиона. — Гарри, ты сможешь пробить его с помощью Редукто! — Думаешь, мы не пробовали! — огрызнулся черноволосый мужчина с ирландским акцентом. Гарри поднял палочку. — Всем отойти! — предупредил он, наводя её на палатку Уизли. — РЕДУКТО! Он даже не подумал сдерживать свою силу. Хлынувший поток света ослепил тех, кто стоял впереди; Гермиона и Невилл успели вовремя зажать глаза руками. Заклинание с грохотом врезалось в барьер. На долю секунды проступили контуры ярко-зеленого купола, после чего он просто испарился. Рон коршуном бросился к палатке: — ПАПА! Гермиона поймала Гарри за руку, когда тот хотел последовать за другом, и быстро взмахнула палочкой над его головой. Вокруг его лица образовался идеальный прозрачный купол Головного пузыря. Гарри благодарно кивнул ей и шагнул внутрь палатки. Видимость была ужасной. Пространство заволок густой серый дым, и Гарри мысленно благословил Гермиону за чары, обнаружив Рона, который уже заходился в кашле, утыкаясь лицом в сгиб локтя. Рядом с ним появился Невилл — тоже с Головным пузырем — и указал на какое-то шевеление в углу. — АРТУР! — позвал Гарри. Он бросился туда, Рон тяжело ковылял следом. Артур лежал на полу без сознания, его очки съехали набок. Он закрывал собой Джинни, которая была в сознании и беззвучно плакала, уткнувшись в мокрое кухонное полотенце, обмотанное вокруг лица. — Рон, тащите отца наружу! Невилл, помогай! — скомандовал Гарри, понимая, что для эвакуации Артура понадобятся силы двоих: Рон и Невилл были выше и мускулистее его. Будь иначе, он бы попросил Невилла заняться Джинни. Сам Гарри наклонился и неловко подхватил девочку на руки. Она мертвой хваткой вцепилась в него, пока он нес её на свежий воздух. Он бережно опустил её на траву. — Джинни, кто еще остался в палатке? — Чарли! — прохрипела Джинни. — Он собирался проверить, сможем ли мы прорезать выход сзади! Убедившись, что Артуром уже занимаются, Гарри аккуратно высвободился из рук Джинни и бросился обратно в пекло. Гермиона помогала Рону, который сидел на траве, кашляя до слез. Невилл без лишних слов пристроился шаг в шаг за Гарри, и они снова начали пробираться сквозь плотную завесу дыма. Они пробрались в дальние спальные отсеки и во втором обнаружили Чарли без сознания. Похоже, его отбросило обратным ударом от защитного барьера, и он сильно ударился головой — из раны текла кровь. Невилл перехватил его за ноги, а Гарри взял за плечи. Гарри мысленно пожалел, что Чарли уродился таким крупным и плечистым, пока они волокли его тело через всю палатку. К тому моменту, как они выбрались наружу, руки Гарри так ломило от напряжения, что они опустили Чарли на землю далеко не самым мягким образом — но это было лучше, чем просто уронить его. Чары Головного пузыря развеялись, и Гарри снова ощутил едкую вонь гари. — Мерлин! Голоса близнецов прозвучали в унисон, когда они протиснулись сквозь толпу. Фред и Джордж бросились к своей семье, их усыпанные веснушками лица были белее мела. — Что… — …случилось? — Какой-то ублюдок решил нас угробить! — огрызнулся Рон, прежде чем его снова скрутил приступ кашля. Гарри отступил назад, уступая место людям из толпы, которые подошли, чтобы подлечить Чарли. Фред и Джордж сгрудились вокруг Джинни, а Рон замер возле всё еще не приходившего в себя отца. Гарри случайно бросил взгляд на опушку леса и заметил среди темных силуэтов деревьев промелькнувший сполох красного цвета. Лжеаврор! От ярости у Гарри перехватило дыхание. В голове осталась одна-единственная мысль: поймать этого ублюдка! Гарри со всех ног бросился в лес за беглецом. Его душил гнев, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Как кто-то посмел напасть на Уизли?! Ранить Минерву?! Пытаться пытать Невилла?! Он с треском продрался сквозь кусты и едва не попал под струю желтого света. Гарри бросился на землю, перекатился и мгновенно вскочил, нападая в ответ. Он на ходу выстрелил Редукто в фигуру в красной мантии, но мужчина со смехом уклонился — и дерево позади него разлетелось в щепки. — Неплохо, но слабовато! — в его сторону полетел фиолетовый луч… Гарри снова нырнул вперед — и с его носа слетели очки. — Конфринго! — взревел мужчина. Гарри рванулся в сторону в тот самый миг, когда Взрывное заклятие врезалось в землю прямо там, где он только что стоял. Во все стороны полетели ошметки грязи и травы, еще сильнее лишая его и без того плохого обзора. Секунду спустя в него попало Режущее заклятье: левое предплечье глубоко рассекло, и оттуда хлынула кровь. Гарри вслепую швырнул Отталкивающие чары в сторону едва различимого красного силуэта и с удовлетворением услышал, как фигуру отбросило назад. Он использовал эту заминку, чтобы вскочить на ноги и попытаться сориентироваться, но внезапный град заклинаний снова заставил его уйти в глухую оборону. Он был вынужден отчаянно закрываться щитами от яростной череды атакующих проклятий. — Поиграть захотел?! Ну давай поиграем! — донесся из темноты издевательский голос. Очередное проклятие разнесло щит Гарри вдребезги, и он едва успел уклониться. — Эй! Остолбеней! — выкрикнул вдруг Невилл. Его заклинание улетело далеко от цели, но сделало именно то, что требовалось, — отвлекло внимание от Гарри. — О, еще один Лонгботтом решил поиграть! — со смехом протянул мужчина. — Как чудесно! В сторону Невилла полетел луч заклятия. Гарри попытался подняться, пока Невилл уворачивался от удара, но споткнулся и упал. — Бабули здесь нет, никто тебе теперь не поможет! — выкрикнул расплывчатый силуэт. — Круцио! Пыточное проклятие на огромной скорости прорезало воздух. Гарри понимал, что физически не успеет добежать и закрыть Невилла… — Фамилиус магикус проте́ктус! — в ярости выкрикнул Гарри, вскидывая руку с родовым перстнем в сторону друга и уповая лишь на чудо — на то, что магия рода способна остановить Непростительное. Магия мощным потоком хлынула сквозь тело Гарри — это было похоже на то, как если бы тебя накрыло лавиной тепла, первозданной силы и праведного гнева… Из его ладони вырвался сноп золотого света, который выгнулся дугой в воздухе и прямо на лету превратился в огромного медведя — геральдического зверя рода Лонгботтом. Медведь взревел так оглушительно, что Гарри от шока повалился на землю, во все глаза глядя на то, как золотой зверь принял на себя удар Круциатуса и буквально поглотил его! Приземлившись, медведь взревел снова… Он поднялся на задние лапы, став ростом едва ли не с окрестные деревья. Нападавший яростно выплюнул какое-то слово, которое Гарри не смог разобрать, и мгновенно исчез. «Портал, — отстраненно подумал Гарри, — у него точно был при себе портал». Невилл поднялся на ноги, а Гарри, покачиваясь, встал вслед за ним. Медведь опустился на все четыре лапы и неторопливо побрел к ним. Гарри ошеломленно кивнул огромному золотому зверю, который ткнулся головой ему в плечо, словно прося, чтобы его погладили. Мальчик до конца не верил, что магия крови так чутко откликнулась на его призыв. Глухо рыкнув, медведь слегка подтолкнул носом Невилла и растаял в воздухе. Невилл ободряюще хлопнул Гарри по плечу, и тот поморщился — удар пришелся как раз по раненой руке. — Бабушка будет в ярости, — совершенно будничным тоном заметил Невилл. — Твой трюк в сухую разгромил её каменную плиту. Гарри несколько секунд потрясенно глядел на друга, а затем прыснул. Через мгновение оба мальчика уже слегка истерически хохотали на весь лес. Гарри смахнул набежавшие слезы, когда этот смех начал переходить в слезы облегчения. — Акцио очки! — Гарри поймал подлетевшую к нему золотую оправу. Надо будет обязательно придумать какой-нибудь способ, чтобы они не слетали с лица при каждом удобном случае. — Нам пора возвращаться, — сказал он, надевая очки и снова начиная беспокоиться об Уизли. Внезапно из подлеска выскочил огромный черный пес и прямо на бегу превратился в Сириуса. — ГАРРИ! — Бродяга! Это не было осознанным решением. Гарри просто пулей бросился Сириусу на шею. Сириус подхватил его, сжимая в отчаянных, крепких объятиях. Гарри даже не заметил, как мгновением позже из чащи появился Римус и мягко приобнял Невилла за плечи. Гарри изо всех сил цеплялся за Сириуса, уткнувшись лицом в его пропитанную влагой и дымом рубашку. Теперь всё точно будет хорошо.