Десятый Хвост Авалона

Каролина рухнула в пустоту. Холодный воздух свистел в капюшоне, вырывая из легких остатки крика. Она зажмурилась, ожидая удара, но её встретило нечто пружинящее и живое. Электрический разряд прошил тело, и мир вокруг вспыхнул иссиня-черным глянцем. ​Она открыла глаза в колоссальном зале из темного металла. В центре этого геометрического ада билось нечто невозможное: гигантский зверь, чья рыжая шерсть полыхала на фоне мертвого металла. Девять его хвостов были прикованы к стенам лазерными нитями. ​— Зачем ты здесь, человеческое дитя? — голос Лиса прогрохотал прямо в её черепе. — Уходи, пока те, кто построил эту клетку, не превратили твою душу в топливо. ​Каролина поднялась, отряхивая свои широкие штаны. Опять стены, — подумала она. — Опять границы, только теперь из света и стали. Ненавижу их больше, чем тесные платья. ​— Они ломают землю наверху, чтобы мучить тебя здесь, — она сделала шаг к пульту управления. ​— Ты хочешь свободы для себя и своих близких, — в голосе Лиса прорезалась вкрадчивая, опасная нота. — Но ты слаба. Дай мне выйти, Каролина. Стань моим проводником, и я стану твоей силой. Одно дыхание на двоих. Одна жизнь. Ты поможешь мне разбить оковы, а я вытащу твоих людей из могил. ​Он манипулирует мной. Он знает, что я не смогу просто уйти, пока старик там, наверху, захлебывается пылью. ​— Одна жизнь? — Каролина посмотрела на свои ладони. — Хорошо. Я согласна. ​Она со всей силы ударила ладонью по сенсорной панели. Лазеры с треском лопнули, впиваясь в её запястья раскаленными иглами. Каролина закричала, чувствуя, как между лопатками разрывается сама плоть, освобождая место для чего-то чужеродного. ​Больно... Словно меня выворачивают наизнанку. ​Когда марево рассеялось, Каролина обнаружила, что стоит на коленях. Сквозь ткань её огромной кофты, не разрывая её, а проходя насквозь, колыхались десять прозрачных, сияющих хвостов. Перед ней сидел высокий мужчина с дикими огненными волосами, окутанный девятью пушистыми хвостами, как плащом. ​— Ты сделала это, — он поднялся, глядя на неё сверху вниз. В его глазах отразилось пугающее обожание. — Ты связала свою суть с моей. Что прикажешь, Владычица? ​— Меньше слов, Кьюби. Спаси моих людей. Сейчас же. Они вырвались на поверхность, превратив завалы бетона в пыль. Невада была неузнаваема: океан отступил, а на горизонте встала стена цунами — гнев самой планеты. ​— Ты хочешь остановить это? — смех Кьюби перекрывал гул приближающейся смерти. — Это не балка в гараже, Каролина. Твой разум сгорит! ​— Тогда дай мне всё, что у тебя есть! — закричала она. ​Каролина вонзила пять хвостов глубоко в скалистый берег, превращая себя в живой якорь. Другие пять взметнулись над головой, переплетаясь в ослепительный веер. Волна ударила. Звук исчез, сменившись визгом рвущегося пространства. ​Больно. Слишком много... Она тяжелая. Она пахнет солью и концом света. ​— Держи! — взревел Кьюби, и его рыжие хвосты обвились вокруг её талии, удерживая на месте. — Рычи, Владычица! Выпусти ярость! ​Каролина вскинула голову, и её глаза вспыхнули синим пламенем. Десятый хвост полоснул по гребню волны, превращая толщу океана в пар. Волна раскололась, обтекая её и оставляя за её спиной «сухой коридор» для выживших. ​Когда стихия утихла, Каролина рухнула на песок. Её одежда висела лохмотьями. Дядя Миша и остальные, кого она спасла, пятились назад. ​— Кэр… что ты такое? — прошептал старик с ужасом в глазах. — Уходи! Ты привела это пламя с собой. Уходи! ​Сердце пропустило удар. Я вытащила его из-под тонны стали, а он смотрит на меня как на чуму. ​Кьюби опустился рядом, вытирая кровь с её подбородка своим хвостом. — Странное ты создание. Ты ненавидишь границы, но сама сковала себя цепями долга. Мои хвосты... ты чувствовала их? ​— Они были тяжелыми. Сначала как свет, а потом как весь мир, упавший на плечи. ​— Это была не тяжесть воды, — прошептал Лис. — Это была моя суть. Твоя душа начала менять мою. Мой свет стал прозрачным из-за тебя. Это пугает даже меня. ​Каролина посмотрела на остатки своей кофты. — Одежда — это не только защита, Кьюби. Это то, что делает меня человеком. И я не собираюсь об этом забывать.