Запретный поцелуй

      Музыка, выпивка, внушительное количество людей. Темнота, нарушаемая несколькими источниками света в разных углах огромной комнаты. Похоже на краткое описание вечеринки, не так ли? Так и есть.       Общий друг Хосока и Чимина, чуть ли не лучших друзей, устроил пати, которая плавно разрослась в по-настоящему шумное мероприятие. Разбросаны бутылки из-под пива, стаканчики, где-то лежат пустые коробки пиццы. Компания, в которой сейчас были Пак и Чон, заняла большой диван в середине комнаты.       Рядом с Хосоком сидел Чимин, а также симпатичная девушка, с которой первый, собственно, состоит в отношениях. Но о подробностях позже. Видно, что Чону было не особо весело. И Пак решил, что ещё несколько стаканчиков с алкоголем помогут расслабиться. Каков же итог?       Парни вместе покинули компанию, чтобы отлучиться в ванную комнату, но до неё не дошли. Вместо этого они, прижавшись вплотную друг к другу, пятились к спальне. Целовались. Поцелуй такой горячий, влажный: чуть ли не слюни текут, когда языки сплетаются в страстном танце. Как это получилось? Кто знает. Алкоголь, быть может, возбуждение, которое копилось в течение вечеринки... Правда, странно, что Хосок не обратился к своей девушке за помощью, а сейчас вообще ласкает своего друга с пухлыми и очень сладкими губами.       Руки как-то по-собственнически сжимают талию, притягивают ближе к телу. Хосок прикусывает губы Чимина, оттягивает, при этом напирает на него так, чтобы тот двигался в нужную сторону. Ладони лезут под футболку, гладят нежную горячую кожу, дыхание сбивается и кружится голова. Парень в его руках такой желанный.       Пак всегда готов помочь Хосоку. Кажется, в любой ситуации. Или же просто оба слишком пьяны, чтобы соображать? Но чувствовать себя в руках Чона будоражит, возбуждает. Мурашки так и бегут по всему телу, когда пальцы давят на талию и другие соблазнительные участки.       Спальня оказывается свободной. Парни занимают её, запираются кое-как. Поцелуи не прекращаются; двое откровенно лапают друг друга, желают. И никто о девушке, сидящей в компании, не вспоминает. Ни единой мысли не возникает. Каждый думает только друг о друге.       Не церемонясь долго, Чон стягивает с себя футболку, а затем и с Чимина. Расстояние между телами сокращается. Ещё ближе, ещё жарче. Хосок валит парня на кровать, нависает сверху и вновь нападает на губы, пока руки жадно оглаживают тело и уже спускаются к чужим джинсами. Чимин, подобно грациозному коту, прогибается в спине, чтобы оказаться ближе. Кажется, они и так плотнее некуда находятся, но Пак желает слиться воедино, несмотря на жар, исходящий от тел.       Времени эти двое совершенно не теряют; Хосок раздевает Чимина быстро, бросая вещи от кровати куда подальше. А тот пытается угнаться за другом: целуя, кувыркается с ним на постели, оказываясь то сверху, то снизу. Играются, что ещё сказать. Пак всё же берёт верх и оказывается на Чоне, который руки держит на его бёдрах, сжимает их. Даже под джинсами на нежной коже уже остаются следы от таких прикосновений. — Обожаю твою активность... — Чимин наклоняется ближе и ладонями упирается в грудь Хосока, ногтями ведёт по коже и бёдрами двигает, потираясь о пах. — Она, оказывается, проявляется во всём, — и смеётся. — Блять, как хочется, чтобы ты меня трахнул.       Чон только тянет пальцы к ширинке его штанов и опускает замок вниз. — Твоё желание вполне выполнимо. — Ох, правда? — Пак облизывается и, приподняв бёдра, откидывается назад, тем самым давая возможность Хосоку сделать то, что тот хочет. — Тогда не тяни. Хотя у нас точно есть время до утра.       Ладонями Хо сжимает ягодицы Чимина, едва шлёпает его, тянет на себя. Он тоже уже остался только в белье, так как Пак успел стянуть с него штаны. Ещё Хосок пытается подумать, нужно ли немного подготовить парня. Но Чимин не хочет, чтобы Чон думал. Он крепче сжимает его бёдра, чуть ли не царапает, но всего лишь оставляет красные отметки. Ему и смазанного прохода будет достаточно, чтобы начать совокупление. — У тебя хватает рассудка мыслить, ха? — Кажется, что он постепенно безвозвратно утекает, — бросает в ответ Хосок, запуская ладонь под бельё Пака и проводя пальцем между ягодиц. — Не хочу, чтобы ты думал. Это не то место, — Чимин дёрнулся и соблазнительно охнул.       Его тело быстро откликается на касания Хосока, чьи руки такие сильные, горячие и цепкие. Так и хочется, чтобы он разорвал что-нибудь: одежду или бельё сразу. Почему нет? Но, видимо, Чон всё же не хочет портить предметы чужого гардероба. Поэтому стягивает последнюю вещь на Паке пальцами, пускай и немного небрежно.       За несколько минут парни остаются совершенно без одежды. Чимин нависает над Хосоком, соблазняет его своим горячим дыханием, стараясь как можно интенсивнее проехаться по члену, который всё твёрже и твёрже становится. Паку это льстит. Хо же, вроде, гетеро, ха? Или Чимин что-то путает? В тот же момент Чон едва дрогнувшую руку тянет ко рту, смачивая пальцы. Больше ведь ничего нет. Но и Паку, наверняка, никакой разницы нет.       У Хосока очень длинные и тонкие пальцы, и это прекрасно ощущается, когда первый из них проникает внутрь на несколько фаланг. Пак пытается сдержать стон, ладонью прикрывает рот, выпячивая зад для удобства. Это называется дружеской помощью, не так ли? Такая она действенная, конечно, мгновенно становится лучше. — М... ты такой твёрдый, — Чимин елозит по члену, пока собственный из-за сильного возбуждения головкой упирается в лобок. Палец Чона же проникает ещё глубже. — А ты узкий, — вздыхает сдавленно Хосок, пытаясь почти сразу же добавить ещё один палец. Слишком долго растягивать Чимина совершенно не хочется. — Уже, чем твоя девушка? — смеётся Пак пьяно, чуть ли не икает от большого количества выпитого алкоголя, качая бёдрами и насаживаясь на чужие пальцы. Хосок же молчит, тяжело дышит и только глубже проталкивает их, активнее двигая кистью. Ещё минуту, и хватит с Чимина.       В какой-то момент Пак сам чувствует, что готов. Он кое-как вытягивает пальцы Хосока из себя, ловит его запястья и, сжав, над его головой держит, заглядывая в глаза. Такие они пьяные, возбуждённые. Прекрасно.       Всё тело желает почувствовать в себе член Чона. Чимин безумно хочет этого; свободной рукой обхватывает основание органа, неспешно поднимается пальцами к головке, чтобы ту вставить в проход. Хосок тихо охает, ладони зажимая в кулаки и пытаясь немного прокрутить кисти. Однако Пак держит крепко, ещё и сам насаживается на член. Хо нравится такая инициатива. Правда, хочется руками тело сжать, оставить свои следы, но пока Чимин сделать этого не позволяет, что немного злит. — Вот так? Тебе хорошо? — шепчет Пак, осматривая черты лица друга. Его глаза, аккуратный нос и губы, скулы, о которые порезаться можно. Слишком красиво.       Внутри него, однозначно, туго. И это, кажется, самая лучшая часть секса. Член Хосока будет с каждым толчком растягивать парня изнутри, заставляя его стонать. Ох, слишком хорошо. — Нгх, чёрт... — Чон ругается, прогибается едва в спине и снова пытается освободить руки. — Дай тебя потрогать... — Сильно хочешь? — в его взгляде Чимин может видеть искорки злости, и это забавляет. Пак мило улыбается от подобной реакции, ослабляет хватку, но полностью руки не отпускает. Играется с Чоном, чтобы раздразнить зверя внутри. — Тогда возьми и получи, — усмехается он.       Хосок рыкает едва, выпутывая свои руки и сразу потянув их к талии Пака. Он сразу сжимает бока с силой, потом ладони перемещает под бёдра, едва парня удерживая. Напрягая мышцы, сам приподнимает таз, делая более интенсивные толчки и вбиваясь в податливое тело гораздо быстрее.       Чимин не может сдерживать стоны, которые вырываются сразу, как только Чон начинает бешено вбиваться в него. Сам пытается опереться руками о кровать по обе стороны от Хосока, откидывая голову назад. Глаза от удовольствия закатываются, тело чуть напрягается, подрагивает. Так приятно и жарко ощущать в себе Хо. Его член внутри, действия... всё это с ума сводит. Так ещё и алкоголь голову кружит. — Х-ха, вот так... — Чон сдавленно стонет сам, крепче пальцами цепляясь и сжимая бёдра парня даже до появления маленьких синяков на коже. Безумно жарко и слишком хорошо.       Большую часть времени, конечно, вёл Хосок. Но в какой-то момент Пак решил помочь ему. Это же то, что делают друзья, верно? Он остановил набранный темп, сев на член полностью, до основания; ладони расположил на груди Хо и сам принялся подниматься и опускаться на твёрдый горячий орган.       Недалеко прозвенел ненавязчивый звук уведомления. Где-то в джинсах Хосока. Неужели его девушка начала напоминать о себе? Но Чон, в принципе, даже посмотреть не может, кто же там ему написывает. Чимин не даёт глядеть по сторонам, требуя фокусироваться только на нём.       Хосок, конечно, отвлёкся на первое уведомление, но на последующие внимание совершенно не обратил. Он сосредоточился на Чимине, потому что тот хотел этого, да и он сам – тоже. Уж очень Пак хорошо двигается на нём и принимает в себя его член. Просто крышесносно, и перед глазами плывёт, но тут, конечно, и спиртное влияет. Однако Чон явно кайфует от того, что происходит сейчас.       Смотря на Хосока моментами, Чимин гордо и чуть животно ухмыляется, то замедляя темп, то делая толчки довольно резкими и глубокими, тем самым заставляя и парня, и его член испытать контраст между скоростями. Хотя самого так же сильно потрясывает; Пак стонет громко, царапает грудь Хо, ощущая, как головка бьёт по особенно чувствительному месту. Так продолжая, оба скоро настигнут желаемой разрядки. — Постарайся, мх, ещё немножко, — просит Хосок, губы прикусывая и ведя ладонями по ногам Пака. Такая мягкая кожа, постоянно хочется трогать и гладить.       Телефон Чона опять заполняет комнату тихими, но частыми звуками. Они сменяются то уведомлениями от сообщений, то звонками. Но Чимин выигрывает по соблазнительности звучания, да и громче намного стонет, прыгая на Хосоке, на его внушительном члене. Такой он твёрдый и... приятный? Паку слишком хорошо. Может, этот секс станет самым лучшим в его жизни, кто знает? С каждым толчком оргазм всё ближе и ближе. — Ты выйдешь из меня или как? — рвано выговаривает Чимин, уже задыхаясь. — А как ты хочешь, детка? — Чон тянет парня за талию на себя и едва мажет по его губам своими. — Воу... что за слова, Чон Хосок? Мне слишком нравится, — в губы шепчет Пак, давя смешок и сжимая чуть член внутри за счёт сокращения мышц. — Как хочешь... не успеешь – ничего страшного. Я чувствую, что ещё буквально пару толчков... Блять, Хо, заверши, пожалуйста, у меня нет сил двигаться.       Хосок впивается в опухшие от поцелуев и влаги губы парня, перехватывая инициативу в движениях на себя. Он снова придерживает Чимина, только уже за талию, которую крепко обвивает руками. На последнем, финальном для Чона, толчке член всё-таки выскальзывает из Пака, и сперма попадает на ягодицы.       Хрипло дыша, Хо разрывает поцелуй, отстраняясь всего на пару сантиметров от лица Чимина. Пак же пачкает собственный живот, живот Хосока. Его заключительные стоны стали выше, откровеннее и протяжнее. Хорошо, что существуют идеальные губы Чона, которые поглотили абсолютно все звуки. Не так громко, иначе находящиеся неподалёку люди точно обратили бы внимание на спальню, в которой сейчас была эта парочка. Если не уже...       Продолжая изливаться каплями семени, Пак обессиленно улёгся на Хосока, дыша гулко и обрывисто. Это было слишком... хорошо. Чон кончиками пальцев прошёлся по спине Чимина, вдоль позвоночника, достаточно шумно выдохнул. Силы утекли почти все, однако это того стоило. — Стало легче? — усмехнулся Пак. — Надеюсь, вернёшься и будешь заметно веселее, — почти беззвучно он шепнул, дрогнув. Каждое касание Хосока заставляет вновь испытывает что-то будоражащее. И всё же парень старается приподняться. — Намного, — Чон голову откидывает на подушку, прикрывает глаза, однако не спешит отпускать Чимина, руками обвивая его тело и покрепче сжимая в объятиях.       И всё же Пак аккуратно выгнулся, однако подниматься дальше не стал. Всё ещё дыша рвано, он потянулся ладонью к щеке Хосока и плавно провёл по ней большим пальцем, нежной подушечкой. — Думаю, наш друг не будет возражать, если мы вытрем всё его простынёй.       Хосок усмехнулся себе под нос. То-то будет сюрприз, когда тот, о ком Пак говорит, найдёт на следующий день подобное. Но сейчас как-то пофиг. Поэтому он вполне спокойно реагирует, когда Чимин куском ткани стирает с его торса остатки белёсой жидкости. — Поможешь мне? — завершив, как ему кажется, свою часть работы, Пак тянет чистый уголок простыни к Чону ближе.       Сперма осталась на ягодицах, но Чимину будет сложновато вытереть её самому. Зато он с удовольствием усаживается к лицу Чона задницей. Теперь можно ещё лучше её разглядеть, хах. Такая она упругая и воздушная одновременно. — Как же тебе вдруг отказать, — едва хмыкает Хо, вытирая тело Пака и одновременно с этим, конечно, разглядывая. — У тебя просто не было бы выбора, — качает головой Чимин, а одновременно с этим и пятой точкой, словно самостоятельно вытираясь. Но нет. Это делает именно Хосок. — Нам нужно потихоньку возвращаться, Хо. — Знаю, — Хосок мельком смотрит на свои джинсы, в которых вновь вибрировал телефон, а потом чуть сжимает и шлёпает парня по ягодице. — Вставай, детка. — Хэй! — Чимин, дрогнув, выгибается и перекидывает ногу через бёдра Чона. Действительно пора вставать и одеваться.       Сам Чимин справляется с этим за пару минут, пока Хосок сидит на кровати с гаджетом. Сразу ясно, с кем переписывается. — Потеряла тебя? — застёгивает ширинку Пак.       Чон только угукнул, что-то быстро печатая. Наверняка в своём сообщении часто не попадает по нужным кнопкам и делает ошибки, однако, кажется, его это особо не волнует. Обведя взглядом комнату, Чимин облизнулся. М-да. Хосок, кажется, изменил своей девушке с ним, не так ли? Хах. Ну хотя бы не с другой девушкой, а с другом, который будет хранить молчание.       В течение минут двух Пак прикалывается над Чоном, свою помощь предлагает, чтобы одеть, но вскоре Хосок также натягивает свои вещи. Осталось только выйти и продолжить веселиться. Как раз, когда они покидали комнату, Хо уже засунул телефон в задний карман джинс и закрыл дверь. Надо возвращаться. Возможно, будут задавать вопросы, однако, если так, нужно постараться выкрутиться. Вернувшись, ребята поняли, что в основном волновалась только Минджи, девушка Хосока. Остальная компания была слишком пьяна, чтобы считать, сколько же не было Чона и Пака. Главное, что вернулись и никуда не пропали.       Забавно наблюдать, как девушка льнёт к своему парню и обнимает его, целует, шепча слова о том, что за это время сильно разволновалась и соскучилась. Чимин же усмехается, принимая в себя ещё один напиток. Чон же с Минджи ведёт себя достаточно отстранённо, пускай его руки сейчас располагаются на её талии, придерживая и едва ли притягивая ближе. Вскоре он тоже принимает новую порцию алкоголя, а перед глазами плывёт ещё сильнее. Надо, наверное, завязывать потихоньку.       Но кто ж Хосока просто так отпустит? Компания желает веселиться до утра, но Минджи всё-таки тоже поддерживает идею отправиться по домам. Чимин даже не знает, согласиться с данной затеей или нет, но поднимается вместе с Хо, его девушкой и ещё парочкой человек. Даже стоять сложновато, всё плывёт. Придётся вызывать такси. — Я так понимаю, больше никаких вечеринок на этой неделе... — начиная уже икать, но хаотично, нечасто, Пак выдыхает и неспешно смыкает глаза, вскоре открывая вновь и наблюдая, что мир вокруг опять расплывается. М-да. Нехорошо. — Да уж, — Хосок кивает, хотя этот кивок больше похож на то, что он роняет голову вниз. Парень слишком пьян, и держится на ногах только потому, что его под плечо подхватила Минджи. Похоже, она как раз его домой и потащит. — Может, все вместе сядем? Таксист отвезёт, всё равно примерно в одну сторону, — Чимин цепляется за стенку, вытягивая телефон из кармана джинс. Экран будто растекается, разблокировать получается не с первого раза. — Или пусть наша дорогая Минджи вызовет такси для вас. Оуф, блять...       Девушка укоризненно глянула на Пака после его ругательств. Но тем не менее она сама достала смартфон и вызвала несколько машин. Осталось только выйти на улицу. Что ж, денёк, однозначно, насыщенный на события и весёлый. Ну, для кого-то. Чимин повеселился сегодня, однако самой лучшей частью вечеринки был секс с Хосоком. О котором, конечно же, никто знать не должен. Может, это вообще было разовой слабостью?       Снаружи компания стоит недолго. Каждый молится на Минджи, благодарит её за вызов такси, упоминая, что обязательно скинет деньги, как доберётся домой. Или хотя бы с утра. Сомнительно всё же, что пьяные люди, доехав до дома ночью, будут в состоянии производить какие-то банковские операции.             Чимин, Хосок и Минджи, как ни странно, оказались в одном авто. Просто Пак не так уж далеко живёт от дома Чона, вот его первым по пути и закинут. К слову, Хо, задремав, свою голову укладывает не на плечо своей девушки, а на плечо Чимина. А того некая гордость распирает, хотя это совершенно обычная вещь, неконтролируемый поступок. Из-за секса так или нет – непонятно, да и неважно. Они с Хосоком всё равно друзья. Хотя один друг обычно не укладывает ладонь на пах другого спящего друга, упираясь щекой в его макушку. Но Чимину простить можно. Он сонный и пьяный.             Кажется, Минджи такого действия со стороны Пака не заметила, потому что глядела в окно, следя за дорогой. Тем лучше, а то бы устроила скандал и наверняка разбудила бы Чона. Хотя его по-любому придётся тормошить, когда они приедут. Но, конечно, первым надо выходить Чимину. И он пробуждается, когда ощущает, что машина остановилась, а также слышит, что водитель непосредственно сообщил об остановке.       Вздохнув гулко, проморгавшись, Пак бросает взгляд на собственную ладонь. Облизывается, хитрец, кусает губы и убирает руку. — Ладно, я кину деньги. Если что – Хо напомнит мне. Спасибо, Минджи. Пока, — бормочет сонно Чимин, выбираясь из авто.       Что ж, наступает совершенно обычный день после шумной вечеринки. Выспаться бы. Минджи же, как и говорилось раньше, повезла своего пьяного парня домой. Наверняка тот нормально придёт в себя только утром. Интересно, а вспомнит ли он вообще, что было между ним с Паком? Такое количество алкоголя... порыв страстей и возбуждения. Наверное, ни Чимин, ни Хосок не вспомнят о том, как развлекались и ласкали, ублажали друг друга. Хотя это слишком приятные и хорошие воспоминания, чтобы забыть. Однако спиртное может сделать своё дело. Остаётся только ждать новой встречи и уже там смотреть, как же всё сложится.       На следующий день это и предстоит узнать, ведь оба парня идут на учёбу. После такой попойки держать голову прямо непросто. Но виду подавать, что чувствуешь себя так себе, особо не стоит. Обычно преподаватели удивительно чувствует это и начинают спрашивать на занятиях.