Д`Артаньян и четвёртый мушкетёр

Как только Атос пришёл в себя, его выздоровление пошло куда быстрее, и через три дня он спокойно мог вставать и ходить без чьей-либо помощи, но прелести весёлой мушкетёрской жизни пока были ему недоступны, и его друзья всячески старались развлечь его. Разумеется, они не забывали и о деле. Д`Артаньян, узнав о болезни госпожи Шеффилд, попытался разобраться с тем, какое отношение имела госпожа Руар к делам дочери барона, но жизнь молодой вдовы была в высшей степени достойна за исключением связи с графом Де Ля Серро. О связях графа с преследовательницей Атоса не ходило даже слухов, что невольно убеждало в том, что связи не было, к тому же было неясно, кем представить его в этой связи. Имя герцога де Бриенна и близко не звучало рядом с именем госпожи Руар. Пока д`Артаньян с долей самоиронии рассказывал о своих неудачах, Делсарте был очень задумчив. Гасконец заметил это и решил немного разрядить атмосферу. –Друг мой, вы так задумчивы, а между тем я собираюсь смиренно умолкнуть и передать слово вам, расскажите нам что-нибудь, вы замечательно это делаете! –попросил юноша. –А о чём вы хотите послушать? –Делсарте слабо вздрогнул, так как мыслями он был далеко. –Да хотя бы о вашем шраме на скуле. –не растерялся Арамис, одарив друга изящной улыбкой. –О, я охотно могу об этом рассказать, если только это не слишком утомит Атоса… –Не волнуйтесь, мой дорогой, я буду счастлив послушать вас, ваши истории поднимают мне настроение. –успокоил друга Атос. Делсарте кивнул, и на его лице появилось озорное выражение. –Это случилось, когда мне было четырнадцать лет, это была моя первая дуэль. –начал мушкетёр. –У вас была дуэль в четырнадцать лет? –изумился Портос –Как же так вышло? –По соседству со мной жил сын знатного дворянина. Он был старше меня на четыре года и постоянно задирал меня, сейчас я думаю, что он пытался так утешить самолюбие, раненное сверстниками, поскольку способностей он был средних, но, конечно, тогда я так не думал и просто злился. В тот день он сильно задел меня, уж и не помню, чем именно, и, видя моё бешенство, захотел подразнить меня и начал помахивать рядом с моим лицом перчаткой. Бросать её он вряд ли хотел, но я сам вырвал её из его рук и объявил, что мы будем драться на шпагах. Он согласился, ведь наверняка думал, что четырнадцатилетний мальчишка не осмелится устроить настоящую дуэль. Надо было видеть его лицо, когда я встретил его в назначенный час с отцовской шпагой! Тогда-то он и рассёк мне скулу, но ему от меня досталось больше: я ранил его в руку и выбил шпагу. –Браво! –воскликнул д`Артаньян. –В это время нас застал камердинер его отца, и у него хватило наглости попытаться отодрать меня за ухо за его драгоценного молодого господина. –с широкой улыбкой продолжал Делсарте –Я сбежал от него на дерево, а когда он принялся бранить меня, я стал плеваться в него. –Плеваться? –спросил Арамис с ужасом и восторгом одновременно. –Да, и я, кажется, пару раз попал. Тут явился сам господин… –Надеюсь, в него-то вы не плевались? –с невольной улыбкой спросил Атос. –Нет, хотя, признаюсь вам честно, желание у меня было огромное. Конечно, поднялся шум, и я уж не знал, как мне ступить на землю, но оказалось, что за мной следил слуга моего отца и сразу побежал докладываться ему, когда увидел, что я ранен. Мой отец пришёл быстро, и я до сих пор помню, что он сказал нашему соседу: «Сударь, то, что вы зовёте безумством, в дальнейшем поможет моему сыну пробиться в жизни, и с моей стороны грешно ограничивать в нём то, что потом может составить его благополучие». Делсарте перевёл дух, а его друзья сошлись на том, что он рассказал прекрасную историю, и потом долго ещё были в приподнятом настроении. Дружеское участие и железный организм Атоса делали своё дело, и ещё через день он уже вёл образ жизни здорового человека. Это совпало с балом, который давал господин Лансло. Его дочь, мадемуазель Лансло, запомнила д`Артаньяна во время бала в ратуше и пригласила гасконца, поскольку в прошлый раз он заинтересовал её. Юноша решил, что это прекрасная возможность дать друзьям повод расслабиться и повеселиться, так как все последние дни они были в напряжении. Болезнь госпожи Шеффилд сыграла свою роль, и мушкетёры согласились. Съезд гостей был назначен на семь вечера, и встречала их лично дочь хозяина. Мадемуазель Лансло была хорошенькой девушкой с небесно-голубыми глазами и белокурыми волосами. Румянец на щеках напоминал тот розовый цвет, который прячется в самой глубине белой розы. Нежный рот приветливо открывал маленькие белые зубы с немного выступающими вперёд верхними резцами, из-за чего верхняя пухлая губа всегда казалась удивлённо приподнятой. Впервые мадемуазель Лансло получила известность благодаря Мерлезонскому балету. С тех пор её неизменно окружала толпа поклонников, но девушка дарила всем улыбки Мадонны и никого не впускала в сердце. При дворе было расползлись сплетни, что мадемуазель в своём нежном возрасте успела обзавестись любовником, но слух не прижился: слишком уж возвышенной оказалась девушка. Мадемуазель Лансло встречала гостей в белом платье с открытыми до локтей рукавами и с голубым шёлковым поясом, что делало её похожей на ангела. Она приветствовала д`Артаньяна и его друзей радостной улыбкой, свидетельствовавшей о том, что эта девушка ещё не успела столкнуться с жизненной болью. Вечер проходил довольно мило, но Атос вскоре заскучал. Вина было не очень много, а еда и хорошенькие женщины его не занимали, кроме того, о себе напоминала рана. Мушкетёру стало душно, и он решил выйти на улицу и немного развеяться. В дверях Атос столкнулся с невысоким человеком и с первого взгляда вспомнил его. Нервный мужчина с площади Дофина, теперь одетый уже как обычный слуга, тоже узнал его. Он нёс письмо, но от страха выронил конверт. –Ты знал, что меня попытаются убить? –с тихой угрозой спросил Атос, схватив мужчину за щуплую холодную руку. –Я пытался предупредить вас, сударь! –плаксивым голосом сказал перепуганный слуга –Я не смел прямо сказать вам, что вас ждёт, меня бы убили!.. Атос задумался и немного разжал хватку. Это позволило желтолицему слуге скрыться. Письмо, которое он нёс, так и осталось лежать, и мушкетёр машинально поднял его. Услышав сзади шаги, он обернулся и увидел мрачного Делсарте. Ещё недавно мушкетёр расточал улыбки и шутки, и такая смена настроения встревожила Атоса. –Какой любопытный человек только что говорил с вами… –протянул Делсарте, честно стараясь сдерживать раздражение –Сдаётся мне, что это он указал мне в день вашего похищения, куда поехала та карета… –Этот же человек убеждал меня на площади Дофина скорее уйти. –сообщил Атос, с нарастающей тревогой вглядываясь в лицо друга. –Стало быть, он наш союзник, но какой-то уж очень нервный! –криво улыбнулся Делсарте –Хотел бы я познакомиться с ним поближе… –Что вас так расстроило, друг мой? –обеспокоенно спросил Атос. –Приехал граф Де Ля Серро. –мрачно объявил Делсарте. –О, человек… –тихо воскликнул Атос. –В чём дело? –поспешно спросил Делсарте, почувствовав смущение. Атос поморщился и спросил с лёгкой прохладцей в голосе: –Вас так сильно уязвляет эта ситуация? Неужели вы ревнуете? –Боже меня сохрани от этого! –замахал руками Делсарте, внутренне негодуя на предательски покрасневшие уши –Если бы возлюбленный госпожи Руар был славным человеком, я первый порадовался бы её счастью! Просто этот человек мне и раньше не нравился, и… –Друзья мои, отчего вы ушли? –поинтересовался неожиданно появившийся д`Артаньян –Сама мадемуазель Лансло искала вас, и, кажется, шла сюда. –Мы её не видели. –живо отозвался Делсарте, обрадованный возможностью сменить тему, и добавил с усмешкой –Полагаю, мадемуазель слышала, как я обсуждал графа Де Ля Серро, и, боюсь, меня за мой злой язык больше не позовут ни в одно приличное общество. –Вы так сильно настроены против него? –полюбопытствовал юноша. –У меня есть на это причины, друг мой. Странное дело, когда я вижу его, меня не покидает ощущение, что я давно его знаю, хотя мы виделись два раза и почти не говорили… –А можно ли взглянуть на этого любопытного графа? –Могу представить вас, если хотите. Граф Де Ля Серро находился посередине залы, как всегда обаятельный и любезный. Он говорил о чём-то с маркизом де Сенсимоном и господином Лансло, который, кажется, велел позвать дочь, внезапно покинувшую гостей. Стоило д`Артаньяну увидеть графа, как его лицо побледнело, а рука как бы сама собой потянулась к шпаге. –В чём дело? –шёпотом спросил Делсарте, интуитивно схвативший друга за плечо. –Это тот самый человек! –быстро ответил д`Артаньян, с гневом глядя на графа –Ну, я рассказывал вам, шулер из дома господина де Тревиля! Я сразу хотел вызвать этого негодяя на дуэль, но Арамис удержал меня, кстати, у вас хватка такая же железная! Внезапно гасконец осознал, что мысли Делсарте далеко от предмета разговора. Он проследил за его взглядом и увидел, как пристально Атос наблюдает за графом. Наконец он шёпотом попросил друзей отыскать Портоса и Арамиса и отвести их на улицу, после чего сразу ушёл. Обескураженные д`Артаньян и Делсарте выполнили просьбу мушкетёра. Арамис и Портос явно были разочарованы, что их отрывают от общества хорошеньких дам и закусок с винами, однако они не противились, предчувствуя что-то важное. Д`Артаньян, чувствовавший после взгляда на лицо Атоса угрозу, предложил выходить по одному, чтобы не привлекать слишком много внимания, что и было исполнено. Атос ждал в саду, скрестив руки на груди. Он всё ещё был бледным. –Граф Де Ля Серро – тот самый человек, чей голос я слышал, когда меня похитили. –объявил он без каких-либо предисловий. Все замерли, потрясённые открытием. Друзьям понадобилось всего несколько секунд, чтобы осмыслить внезапную информацию. –Чёрт возьми, как я раньше не догадался! –с досадой воскликнул Делсарте. –Из-за вашей шпаги? –быстро спросил д`Артаньян –Так он выходил из комнаты? –Да даже не в ней дело! Делсарте быстро рассказал, как он практически выгнал графа из дома госпожи Руар. –Тогда я не задумался об этом, поскольку мне было не до того, но ведь очень странно, что он не вызвал меня на дуэль! У него явно было такое желание… –Но он не мог рисковать – во время дуэли вы могли узнать в нём сбежавшего от вас гвардейца кардинала. –продолжил Атос –Теперь понятно, почему меня отвезли в дом госпожи Руар. Он наверняка выяснил заранее, что её в ту ночь не будет! –Чёрт меня возьми, это он, это наверняка он подал ей идею послать мне вино! –прогремел Портос. –А его слуга – тот человек, который показал Делсарте карету и потом пытался убедить меня уйти с площади Дофина. –добавил Атос –Видимо, он кое-что знает о делах своего господина, и они не сильно ему нравятся, но он слишком труслив, чтобы открыто действовать против графа… –Но почему? –Арамис растеряно коснулся рукой красивого лба –Почему граф помогает госпоже Шеффилд? Тоже любовник?.. –Мой дорогой Арамис, если бы вы были женщиной, жаждущей убийства, вы бы стали сталкивать в одном важном деле двух любовников сразу? –спросил д`Артаньян с лёгкой насмешкой. –Я думаю, она его купила. –заявил Портос. –Дорогой мой друг, вы видели его костюм? –с кривой улыбкой спросил Делсарте –У него денег явно куры не клюют, не думаю, что она могла подкупить его. Кроме того, я уверен, что это он пытался подставить меня, подбросив в мою квартиру яд, значит, он пользуется полным доверием госпожи Шеффилд, а такого не могло бы быть, будь он простым наёмным человеком. Тут что-то другое. Д`Артаньян согласно кивнул, напряжённо морща лоб. Друзьям казалось, что они могут физически чувствовать кипящую работу мыслей юноши. –Я чувствую, есть что-то очень важное, на что мы не обращаем внимания! –воскликнул гасконец, кусая усы –Должно быть что-то… Помогите же мне, друзья мои, быть может, вы что-то заметили! –Я заметил только одну вещь. –медленно произнёс Атос –Пока я наблюдал за графом, у меня вдруг появилось ощущение, что я уже говорил с ним, хотя такого не было… Д`Артаньян вздрогнул. Его лицо замерло, глаза расширились. В это мгновение он напоминал гончую, внезапно отыскавшую потерянный след. Все его друзья напряжённо следили за ним, ожидая, что скажет юноша. Наконец д`Артаньян кивнул сам себе и неожиданно спросил: –Друзья мои, нет ли у кого-нибудь из вас знакомого художника? Просьба была столь внезапна, что в устах другого человека она показалась бы издевательством, однако мушкетёры доверяли гасконцу. Атос сообщил, что у него есть знакомый художник, которому он в своё время очень помог, и, разумеется, этот художник сделает всё для друзей своего благодетеля. Д`Артаньян очень заинтересовался словами друга, задал ему несколько тихих вопросов, а затем решил отправиться к художнику этим же вечером. –Ничего не понимаю. –протянул Делсарте, глядя вслед удалявшемуся гасконцу –На кой чёрт ему понадобился художник? Уж не выпил ли он больше положенного? –Наш друг всегда остаётся самим собой, пьяный или трезвый. –уверенно заявил Атос. –Ну, если он мыслит здраво, это я сумасшедший! –махнул рукой Делсарте и недовольно взглянул на слегка улыбнувшегося Арамиса –Быть может вы, сударь, понимаете, что к чему? –Решительно не понимаю. –признался Арамис –Но вам не следует беспокоиться, у поступков д`Артаньяна всегда есть причины. –Уверен, наш друг точно знает, что делает, он проницательней всех нас вместе взятых. –уверенно произнёс Портос. Что делал д`Артаньян у художника, друзья не знали, однако Атос в этот вечер увидел его в крайне бодром настроении духа. Гасконец ничего не объяснял, но намекнул, что завтра надеется получить несколько чудесных портретов. Во время разговора Атос вспомнил о письме, который обронил слуга графа Де Ля Серро. Д`Артаньян планировал на следующий день собрать всех друзей в доме однополчанина, который сейчас был в отъезде, чтобы показать портреты, и он предложил Атосу тогда же вскрыть конверт. Мушкетёр согласился, и на этом друзья простились.