Д`Артаньян и четвёртый мушкетёр

Герцог скакал без шляпы, и густые чёрные волосы развевались на ветру, напоминая змей. Де Бриенн нещадно гнал скакуна, мрачно сжав красивый рот. Госпожа Руар первая увидела его. Она ничего не сказала, но Делсарте было достаточно её прикосновения, чтобы всё понять, и он с силой отчаяния ударил лошадь по бокам. –Стойте, глупцы! –крикнул герцог –Себе же сделаете хуже! Делсарте очень хотелось отпустить поводья, схватить пистолет, повернутся к герцогу и всадить в него весь запас пуль, но он понимал, что на такой скорости лошадь всё время должна чувствовать волю хозяина, иначе езда выйдет из-под контроля, что в их обстоятельствах было равно смерти, и потому мушкетёр лишь гнал животное быстрее, сжав зубы. –Камиль, нам не уйти от него? –тихо спросила госпожа Руар, её руки сжимали плечи мужчины так, что побелели пальцы. –Я не хочу пугать вас, Селин, но и лгать мне вам не хочется, тем более что вы умная женщина, и ложь бы вас не успокоила. –мрачно ответил Делсарте после долгого молчания. Герцог де Бриенн с минуты на минуту мог нагнать их. Топот его коня и собственной лошади, ветер и частое дыхание госпожи Руар слились в сознании мушкетёра в один жуткий звук. Неожиданно звук этот был разрушен глубоким голосом госпожи Руар, заставившим его кожу покрыться мурашками. –Послушайте, мы можем заставить его прекратить погоню или хотя бы замедлиться, но вы должны довериться мне! –сказала женщина, обдавая шею Делсарте горячим дыханием. –Что же вы хотите сделать? –Сейчас вы немного замедлите лошадь... –Селин! –...А затем по моему знаку поскачите во весь опор. –Селин!!! –Верьте мне, друг мой! Я не сошла с ума и прекрасно понимаю, что делаю. Делсарте молчал, хмуря лоб. Что задумала эта молодая женщина, которую он знал ещё ребёнком? Чего она хочет? –Скорее, друг мой, решайтесь, он практически догнал нас! –Хорошо, я доверюсь вам и сделаю, как вы скажете, но какой вы хотите подать мне знак? –Об этом вы узнаете несколько позже, но не волнуйтесь: вы точно его не пропустите. В голосе госпожи Руар было столько силы и решимости, что Делсарте уступил. Ничего больше не спрашивая, он немного замедлил лошадь. Сзади послышался торжествующий смех де Бриенна: герцог решил, что беглецы намерены сдаться. Госпожа Руар была стремительна как молния. Продолжая одной рукой держаться за плечо Делсарте, второй она схватила его пистолет и выстрелила в герцога. Повинуясь скорее инстинкту, нежели разуму, мушкетёр ударил лошадь по бокам и животное понеслось вперёд ещё быстрее, чем бежало до этого. –Селин, вы просто великолепны! –закричал Делсарте, переполнявшие его чувства обратились в громкий хохот –Клянусь вам, если бы я сейчас не сидел на лошади, вы получили бы от меня такой восхищенный поклон, каким удостаивают королеву! Впрочем, вы ещё получите его, как только кончится эта адская пляска! –Боюсь, я не достойна такого восхищения! –госпоже Руар было очень приятно всё это слышать, но она не теряла своей честности –Мой покойный муж показывал мне, как нужно стрелять, но, к сожалению, я оказалась не самой прилежной ученицей. Похоже, я не попала ни в герцога, ни в лошадь. –Но вы изрядно удивили его, моя великолепная Селин! Слышите, кажется, он посылает нам проклятия? И, если я не ошибаюсь, голос его уже не так близок, как было раньше! Правда была на стороне обоих. Госпожа Руар промахнулась, но её выстрел оказал большое действие на герцога. Де Бриенн никак не был готов к тому, что в него полетит пуля, пущенная женщиной, от неожиданности он невольно дёрнул на себя поводья, и без того возбуждённый до крайности конь встал на дыбы. Герцог полетел в уличную грязь, посылая громкое проклятие «рыжей ведьме», невольно отдав должное редкому цвету волос госпожи Руар. Вскочив и быстро успокоив коня, де Бриенн посмотрел вперёд, и его красивое смуглое лицо перекосилось от злости: люди, за которыми он гнался, стремительно ускользали из его холеных рук. Герцог плюнул на торжественный захват беглецов и решил стрелять, но его и тут ждала неприятность. Когда он падал, пистолет, устроенный так, чтобы им легко можно было воспользоваться, вылетел на мостовую и угодил прямиком под копыто великолепного жеребца. Теперь, чтобы заставить это несчастное оружие выстрелить, требовалось чудо, а на красивую голову де Бриенна в этот день падали не чудеса, а одни только беды. Оставалось надеяться только на свою шпагу. Вскочив в седло, герцог де Бриенн поскакал самым резвым аллюром, на который был способен его конь. Делсарте и госпожа Руар сильно оторвались от преследователя, но лошадь начала выдыхаться. Делсарте понял, что им необходимо замедлиться, иначе они рискуют потерять транспорт. Госпожа Руар ничего не говорила ему, но она и не глядя в его лицо чувствовала отчаяние и крепче сжимала пальцы, лежащие на плечах мужчины. Делсарте старался не подавать виду, но мысленно он призывал на голову герцога де Бриенна всех демонов ада. У него ещё оставался один патрон, но это было слабой гарантией защиты: пистолетом Делсарте владел намного хуже, чем шпагой. Будь мушкетёр один, он повернул бы лошадь и сразился с герцогом, но он помнил, что де Бриенн был мастером клинка, и в случае его победы оставалась госпожа Руар, которую муж вряд ли учил фехтованию… –Друзья мои, мне кажется, вы в затруднительном положении, и я осмелюсь спросить, не нужна ли вам моя помощь? –неожиданно раздался звонкий голос. –Во имя всех святых мучеников! –завопил Делсарте –Д`Артаньян, это вы? –Он самый! –засмеялся д`Артаньян, выпрыгнув из тёмного угла –Здравствуйте, сударыня, в третий раз я наконец могу поздороваться с вами! Мне показалось, что вы в небольшом затруднении, и я осмелюсь предложить вам помощь. –Да, вы правы, затруднения у нас есть, но право же, мне порой кажется, что вы не человек, а демон! Каким образом вы узнали, что нам нужна помощь? –Друг мой, ничего демонического в этом нет, лишь здравый расчёт! Поезжайте спокойно дальше и ни о чём не тревожьтесь, герцога я беру на себя. Эта улица довольно узкая, он не сможет объехать меня. Д`Артаньян воинственно обнажил шпагу и стал ждать. Не успел затихнуть стук копыт лошади Делсарте, как появился герцог. –Эй, вы, отойдите! –крикнул он, не замедляя жеребца. Д`Артаньян продолжал стоять. Прямо над его головой высилась арка, и герцог не мог перескочить через него, ему оставалось либо сбить юношу с ног, либо остановить лошадь. Он выбрал последнее и спрыгнул на мостовую, сжимая шпагу. –Я так понимаю, вы хотите атаковать меня? –спросил де Бриенн, на его смуглых щеках появился гневный румянец. –Вы правы, сударь. –д`Артаньян учтиво поклонился и принял боевую позу. –Дитя моё, я один из лучших мастеров клинка! –герцог смерил гасконца презрительным взглядом. –В таком случае, для меня это ещё большая честь. –улыбнулся юноша. Не откладывая более, противники скрестили шпаги. Герцога де Бриенна называли блестящим фехтовальщиком не за красивые глаза, в чём д`Артаньян быстро убедился. Он скоро оставил надежду победить герцога быстротой или ловкостью, так как противник был изворотлив как змей, и начал наносить резкие удары, но де Бриенн ловко отклонял их. Д`Артаньян начал промахиваться и забывать о собственной защите. В течении короткого времени противник нанёс гасконцу три раны. Они не угрожали жизни, но всё же осложняли положение д`Артаньяна. Он допускал всё больше ошибок. Де Бриенн высокомерно засмеялся: –С вами очень забавно драться! Если бы я не спешил, я бы обязательно растянул удовольствие, но, к сожалению, у меня нет времени! –Я всё ещё стою на ногах! –дерзко крикнул д`Артаньян, делая очередной неудачный выпад. –Это ненадолго, мой дорогой! Герцог уже хотел нанести смертоносный удар, но, увлечённый жаждой ранить гасконца, он позабыл, что сам является ранимым. Д`Артаньян опередил выпад де Бриенна и поразил противника в грудь. –Когда вы окажетесь на том свете, в первую очередь вас осудят за ваше тщеславие, герцог. –тихо сказал гасконец, убирая шпагу –Говорить о победе можно только когда победишь. Де Бриенн угасающим взглядом изучал лицо юноши, и его собственное лицо бледнело, причём не только из-за ранения. Он понял, что противник допускал ошибки намеренно с целью лишить его бдительности, в чём и преуспел. –Кто же вы такой? –прохрипел герцог. –Кто я? –переспросил д`Артаньян, подойдя к великолепному жеребцу герцога и готовясь поставить ногу в стремя –Знаете ли вы гвардейца кардинала, господина Жюссака, сударь? –Это один из лучших фехтовальщиков Парижа... –прошептал де Бриенн –Но я слышал, что кто-то чуть не убил его... –Верно, сударь, этим человеком был я. Умирающий герцог вздрогнул. –Это судьба... –прошептал он, и глаза его закрылись. Тем временем Делсарте благополучно довёз госпожу Руар, но, к его неудовольствию, дома был только Портос: Арамис ушёл к Леветтам в надежде хоть сейчас получить ответ на свой вопрос, а Атос ещё не вернулся. Делсарте не был трусом, но, когда он думал, что за ними могли следить и госпоже Руар может грозить опасность, а их с Портосом только двое, зубы его начинали стучать. Впрочем, мушкетёру недолго пришлось волноваться, так как почти сразу за ним и его прекрасной спутницей явился Арамис. При взгляде на него любой мог сказать, что перед ним человек, добившийся своего. Довольный мушкетёр сообщил, что господин Леветт до сих пор пьян, но оправилась его жена, и она назвала не только места, откуда родом был барон Сигаль, но и семейства, особо близкие к нему. Госпожа Руар, в отличие от остальных, не казалась столь радостной, услышав эти новости. Вместо того, чтобы ликовать, она спросила, оставил ли Арамис старикам хоть какую-то охрану, ведь ранее у них уже убили дочь и теперь могли добраться до них самих, о чём женщина узнала от Делсарте. По лицу Арамиса было ясно, что он и не думал о какой-то охране. Портос узнал у него адрес четы и немедленно уехал, почти что сразу после его отъезда вернулся д`Артаньян, сообщив о смерти герцога. Только тогда госпожа Руар успокоилась и попросила позволения ненадолго отлучиться: после всего пережитого ей хотелось побыть в одиночестве. Женщина поднялась на второй этаж, она шла медленно и слегка опустив голову. Делсарте проводил её взглядом и тяжело вздохнул. Арамис устроился с книгой, которую он нашёл в доме гвардейца кардинала и счёл весьма любопытной, и заметил из-за неё: –Amorem canat aetas prima! –Чего? –опешил Делсарте: он не был знаком с «Элегиями» Проперция и благополучно не знал латынь. –Пусть юность поёт о любви! –с немного лисьей улыбкой перевёл Арамис, после чего его лицо полностью исчезло за книгой. –С чего это его вдруг потянуло на такие комментарии… –пробормотал Делсарте, густо покраснев. –Возможно, его вдохновили взгляды, которыми обмениваются любящие друг друга мужчина и женщина! –с лукавством пояснил д`Артаньян, и тихий смешок из-за книги дал ему понять, что он угадал верно –Вы ведь любите её, и не говорите, что это не так. Делсарте судорожно сглотнул. –Друг мой, достаточно одного взгляда на вас, чтобы всё понять. –ласково произнёс юноша –Вы ведь были неравнодушны к ней ещё когда рассуждали о женском непостоянстве, только не хотите признаться в этом. –Да какая разница? –хриплым шёпотом спросил Делсарте. –Мой дорогой Делсарте, не только вы смотрите на неё, она тоже смотрит на вас, и взгляд любящей женщины ни с чем ни спутаешь, так что разница огромная! –Чёрт возьми, и откуда у вас такие познания в вашем-то возрасте! Юноша скромно пожал плечами. Делсарте болезненно стиснул зубы. –Вы полагаете, что госпожа Руар испытывала глубокое чувство по отношению к графу, и теперь она тянется к вам исключительно из желания заполнить возникшую пустоту, проще говоря, её порыв мимолётен? –раздался голос из-за книги. –Она сильно страдала, когда прочла его письмо!.. –Вы тоже терзались, когда увидели письмо госпожи Шеффилд к герцогу, но можете ли вы сказать, что ваша любовь была серьёзна? –спросил гасконец. –Нет… Теперь я вижу, что нет, это было просто одержимостью. –А у неё была задета гордость, но именно гордость, а сердце уже принадлежало вам. –Вам бы пойти в аббаты вместе с Арамисом, проповедник из вас отменный! –нервно улыбнулся Делсарте. –Боюсь, вместе мы уничтожим тот несчастный монастырь, куда нас могут определить. –хмыкнул д`Артаньян и оживлённо продолжил – Нет, в самом деле! У вас теперь есть наследство вашего отца, вы любите госпожу Руар, она, очевидно, любит вас, вы давно друг друга знаете, за чем же дело стало? Делсарте скрестил руки на груди. –Вы всё ещё думаете о графе? –с внезапной улыбкой спросил д`Артаньян –Друг мой, а вы могли бы описать его? –То есть?.. –растерялся Делсарте. –Ну, его внешность. –А... Кхм... Не понимаю, зачем это вам нужно, ведь вы его видели, но раз вы хотите... Он высокий, светловолосый, голубоглазый... –Именно! Д`Артаньян взял со стола зеркало Портоса и повернул его так, чтобы Делсарте мог видеть своё отражение. –Высокий, светловолосый, голубоглазый. –размеренно повторил гасконец. Делсарте вспыхнул. Он покусал губы и спросил непривычно робким голосом: –Друг мой, вы думаете... –А вы разве нет? Значит то, как она бросила подарок графа на мостовую, не натолкнуло вас ни на какие мысли? Вы не могли видеть, как она покраснела, так как в тот момент вы целовали ей руку, но неужели вы не заметили её отчаяния? То, как она спрашивала вас о вашей возможной жене, вам тоже ничего не объяснило? Кровь отхлынула от лица Делсарте, он поднёс руку к горлу. –Бог ты мой, вы ничего не видели, так вы не влюблены вовсе, иначе давно бы всё поняли! Я теперь жалею, что выдал госпожу Руар, поистине мой язык когда-нибудь меня погубит! –с притворным отчаянием воскликнул д`Артаньян. –Несносный насмешник! –выдохнул Делсарте. –Впрочем, друг мой, что вам за дело до сердца женщины, знающей вас с самого детства? Женское сердце совершенно непостижимо для мужчины, кроме того, вы ведь теперь проклинаете сами мысли о какой-либо близости... –Да замолчите же наконец! Д`Артаньян услышал в голосе Делсарте отчаяние и действительно замолчал: он не хотел заходить слишком далеко. Юноша мягко похлопал мушкетёра по плечу и улыбнулся. Делсарте глубоко вдохнул и прикрыл глаза. Наконец его лицо приобрело твёрдость. Он улыбнулся другу и направился к лестнице, по которой недавно поднялась госпожа Руар. –Куда же вы? –воскликнул юноша. –А вам обязательно надо всё знать, гасконский вы бес! –усмехнулся Делсарте –Если вы будете совать во всё нос, он у вас вытянется, и такой профиль сильно испортит вам внешность! –Мне нет нужды так волноваться из-за моего профиля, мне ещё не встречались хорошенькие вдовы! –гвардеец Дезессара немедленно отклонил удар. Делсарте вспыхнул и хотел что-то сказать, однако сразу понял, что его язык по остроте всё равно не сравнится с языком д`Артаньяна, и счёл за благо удалиться молча, к тому же его мысли стремились в совершенно ином направлении. Госпожа Руар стояла рядом с небольшим окном, прижимаясь лбом к холодному стеклу. Услышав шаги, она быстро повернулась, инстинктивно поправляя непослушные кудри. Делсарте покраснел, увидев её. Госпожа Руар закусила губу, а её щёки порозовели. –Я хотел убедиться, что вы в порядке, дорогая. –тихо произнёс Делсарте. –Не стоит беспокоиться, друг мой, я быстро прихожу в себя, разве вы не помните? –глаза госпожи Руар блеснули, а щёки порозовели ещё больше. –Помню. –так же тихо продолжил Делсарте, он приблизился к молодой женщине и практически прошептал –Вы знаете, я сегодня получил наследство… И подумываю начать вести более спокойную жизнь, возможно, вернуться в родовой дом… Дальше мушкетёр не мог продолжать из-за сильного волнения. Глаза госпожи Руар смотрели на него с трепетом и надеждой. Делсарте сглотнул и молча протянул молодой женщине руку. Госпожа Руар осторожно коснулась её кончиками пальцев. По её щекам скатились две слезы, но она улыбалась. Делсарте тоже улыбнулся и взял руку молодой женщины в свою. Госпожа Руар закрыла глаза и положила голову на плечо мушкетёра. –Я уже не надеялась!.. –прошептала она. –Я был слеп как крот, но теперь наконец-то прозрел! –прошептал в ответ Делсарте, нежно обнимая молодую женщину. Пока происходили эти события, д`Артаньян дежурил неподалёку от лестницы и лукаво улыбался. Арамис не выдержал и опустил книгу. –Друг мой, я и подумать не мог, что в вас заложен такой талант к сводничеству, я просто преклоняюсь вашему искусству всё узнавать и распоряжаться этим. –практически пропел он, слегка улыбаясь. –А я не знал, что вам так интересны подобные вопросы! Быть может, вам тоже требуется дружеская помощь? –ласково спросил д`Артаньян. –Ах, друг мой, любовь – лишь ещё одна разновидность людского обмана, стоит ли тратить на неё своё время! –безмятежно отозвался Арамис. –О, конечно, намного лучше потратить это время на диссертацию! –с едва уловимой насмешкой пробормотал гасконец. Арамис почувствовал близость опасности и укрылся за спасительной книгой. Однако не успел он прочесть и двух строк, как открылась дверь и вошёл Портос. Его лицо, обычно пышущее здоровьем, было бледным и осунувшимся. Арамис и д`Артаньян невольно вскрикнули, и это услышали госпожа Руар и Делсарте. Все собрались вокруг подавленного мушкетёра. –В доме четы Леветт начался пожар, они не успели выбежать и сгорели заживо. –хриплым голосом сообщил Портос. –Несчастные старики! –с искренним ужасом воскликнул Арамис –Нельзя было оставлять их одних! –Не думаю, что это напрямую связано с вашим визитом. Будь это так, вы бы не добрались сюда без происшествий. Полагаю, всему виной пьянство Леветта, который мог проболтаться и потому внушал тревогу. –резонно заметил д`Артаньян. Портос тяжело вздохнул: –Они-то были старыми и всё равно скоро умерли бы, но когда умирают совсем молодые… –Как, кто-то ещё умер? –госпожа Руар побледнела. –На обратном пути я узнал, что сегодня погибла мадемуазель Лансло, и её родные пытаются убедить священников, что девушка выпила яд по ошибке, а не покончила с собой. Д`Артаньян с громким проклятием выбежал из дома, хлопнув дверью и никому ничего не объяснив. Свидетели этой внезапной вспышки в недоумении замерли, не зная, бежать ли за гасконцем или же ждать его. В конце концов было решено ожидать юношу, кроме того, по расчётам скоро должен был вернуться Атос, который сильно задерживался у художника. Д`Артаньян всё-таки вернулся раньше Атоса, бледный и злой. –Что означает ваша выходка? –холодно спросил Арамис. –Я только что из дома мадемуазель Лансло. Там полная неразбериха, что вполне понятно, и мне удалось проникнуть в дом и попасть в комнату с телом девушки, очевидно, там она и умерла. –Боже мой! –глаза госпожи Руар гневно блеснули. –Не волнуйтесь, сударыня, у меня не было цели оскорбить покойную, я лишь хотел избавить её от несправедливого обвинения, ведь её считают самоубийцей, между тем… Между тем, есть некоторые обстоятельства, на которые пока не обратили внимания просто потому, что не знали, на что надо смотреть... –А вы знали и увидели? –напряжённо спросил Делсарте. –Друг мой, вспомните, когда вчера вы говорили о графе Де Ля Серро, мадемуазель Лансло искала вас, и она могла случайно услышать ваши слова. После этого её не видели на вечере, а сегодня вас преследовал не сам граф, что было бы ожидаемо, а герцог де Бриенн! Чем же занимался граф? Все в ужасе молчали. В это мгновение наконец появился Атос. Когда д`Артаньян увидел его, он мгновенно увлёк друга за собой, чтобы поговорить с ним наедине.