Тонкие стены

Поздний вечер. Квартира Мидории. Бакуго на кухне, наливает себе воды. В комнате горит настольная лампа. Мидория сидит за столом, склонившись над новой тетрадью. Пишет медленно, иногда замирает, подбирая слова. Он не замечает, как Бакуго выходит из кухни и останавливается рядом.

***

Бакуго не собирался читать. Просто взгляд скользит по странице, пока Мидория задумался и перестал писать. Аккуратный почерк. Заголовок сверху: «Что у меня есть сейчас». Ниже несколько строк. И одна из них: «Человек, рядом с которым мне спокойно даже в тишине.» Бакуго замирает. Мидория придвигает тетрадь чуть ближе к себе, но не закрывает. Бакуго успевает увидеть еще: «Он не говорит много теплых слов, но всегда рядом. И я начинаю понимать, что этого достаточно.» Бакуго тихо отступает на шаг назад. Мидория поднимает голову и видит его. — Ты давно тут стоишь?.. — Нет. — Ты… видел? — Немного. Мидория краснеет, закрывая тетрадь. — Я не собирался, чтобы ты… — Я знаю. Бакуго подходит ближе. Кладет ладонь на край стола. — Ты слишком много думаешь. — Возможно. Пауза. — Но… если тебе спокойно - значит, я все делаю правильно. Мидория смотрит на него, не моргая. — Да. Бакуго выключает настольную лампу. — Пошли спать, писатель. Мидория улыбается. Тетрадь остается на столе. Тетрадь, где впервые написано не о том, кем стать, а о том, кто рядом.

***

Темно. Мидория уже спит. Бакуго лежит рядом и смотрит в потолок. В голове крутятся обрывки фраз: «Он не говорит много теплых слов…» «…но всегда рядом.» Бакуго тихо фыркает. — Дурак… Он смотрит на Мидорию, который во сне поджал руки к груди. Осторожно тянет одеяло повыше ему на плечо. И закрывает глаза.

***

Солнечно. Мидория стоит на балконе, как обычно. Домашняя футболка, кружка в одной руке и зерно в другой. Голуби уже устроились на перилах. — ла-ла-ла… Он поет тихо. Все так же фальшиво. Балконная дверь скрипит. Выходит Бакуго. Щурится от света, от голубей, от всего. — Тебе никто не говорил, что ты поешь как сломанный чайник? Мидория оборачивается, сияя. — Доброе утро! Голуби хлопают крыльями, один садится ближе к Бакуго. Он морщится. Мидория улыбается птицам, солнцу, миру. Бакуго смотрит на него. Вспоминает тетрадь. Строчки. «Человек, рядом с которым мне спокойно…» Он тяжело выдыхает, будто собирается с силами. — Изуку. Мидория поворачивается. — Мм? Бакуго смотрит куда-то мимо него, на город, на небо - куда угодно, только не в глаза. — Ты стал моим домом. Мидория замирает. — Даже если твой балкон полон ебанных голубей. Тишина. Мидория моргает. Потом еще раз. И вдруг смеется сквозь подступившие слезы. — Это… самое красивое, что ты когда-либо говорил. Бакуго фыркает. — Не привыкай. Голуби хлопают крыльями. Солнце светит в окна. Мидория стоит рядом с ним, плечо к плечу. Теперь не просто сосед. Не просто парень. А место, куда возвращаются.