Серая тень принца

Леголас стоял в торжественном зале, в витражное окно рассматривая стекла зимней оранжереи. Остатки снега на крыше давно растаяли и капли медленно стекали по стеклам, отражая солнечные лучи. Туда зашла Линдаэль. Она замерла у входа, остановленная кем-то. Молодой эльф подошел к ней, почтительно поцеловал руку, и протянул какой-то свиток. Она быстро его развернула, прочитала, что-то ему ответила и мило улыбнулась, вызвав в душе принца странное колкое чувство. Чуть позже Леголас даст ему постыдное имя «ревность». Линдаэль же проводила собеседника взглядом и подняла глаза, словно почувствовав его взгляд. Скользит взглядом по витражным стеклам и в итоге заходит в оранжерею, снимая теплый плащ. Это было почти час назад и Леголас не покидал свой пост, следя за подготовкой празднику, что состоится через пару дней, со своего места. Следить за ней не входило в планы на день. Но увидев ее не мог теперь отделаться от собственных мыслей. Что, собственно, он испытывал к жене? Любовь? Вне всяких сомнений. Он не переставал ее любить. Злость? Что же, да, он злился на нее пару дней за недоверие к нему. Идиот, о каком доверии может идти речь, когда ты сам же исполнил ее страх, выплеснув свой гнев на нее. Теперь он злился на себя за несдержанность, глупость, гордость. Леголас вздохнул, устало проведя по лицу ладонью. Он знал чего хотел бы, вот только как это сделать пока не мог… Придумать? Да нет, уже давно все сложил в голове. Переступить через себя? Отчасти, пожалуй, что да. - И давно ли тебя так увлекает подготовка балов? – голос отца вырвал эльфа из раздумий, заставив отпрянуть от окна. Незаметно опустились сумерки и зал утонул в свечах. – Хотя кажется ты больше наблюдаешь за другим. – усмехнулся король, бросив быстрый взгляд на оранжерею. Он прекрасно знал, что это место давно перестроено под спуски в штаб разведки и судя по рассеянному взгляду сына Линдаэль скрывалась сегодня там. Леголас смотрит на отца, выдерживает его внимательный взгляд, понимая, что тот видит его насквозь. Он тяжело вздыхает и снова поворачивается к окну, рассматривая опустевший двор. - Я не знаю, что делать. – и в его голосе звучит почти отчаяние. – Между нами столько всего. Моя злость, ее ложь, недоверие, обиды. Я боюсь снова сорваться и сказать что-то не то и мы снова погрязнем в этом ледяном молчании. - Как король, советую отправиться на переговоры. В этой области вы оба хороши. Поверь ей тоже есть что тебе сказать. Как отец дал бы подзатыльник, за то, что так долго думаешь, да народу много. Как вдовец, - чуть тише добавил он, повернувшись лицом к принцу и тот заметил, так и не утихшую боль на дне лазурных глаз. – сделай все, чего бы это не стоило, чтобы потом не жалеть. *** Линдаэль всю свою жизнь любила наблюдать и анализировать. Она выращивала цветы на подоконнике, ежедневно измеряя их рост и бутоны, скрупулезно записывая в дневник изменения, а потом на полях делала заметки с выводами, собирая собственную базу того, какие цветы в какой месте и при каком поливе лучше выращивать. Позже подобный способ она стала применять к друзьям и соседям, делая заметки, рисунки и свои выводы так же на полях. Правда потом она их сжигала, устыдившись своего странного увлечения. Позже, в юности, когда к отцу в гости приехал королевский секретарь, а ей запретили спускаться к ужину, аргументировав тем, что там будет информация не для всех ушей. Но Линдаэль сквозь замочную скважину разглядела лицо гостя, запомнила все детали и по памяти набросала детальный портрет. За это она получила от матери выговор и ее заперли в комнате на три дня, забрав единственное утешение – книги и блокнот с записями. На четвертый день, когда эллет выпустили, у нее состоялся долгий разговор с тем самым секретарем. Он и предложил взять девушку к себе в ученицы, в отличие от родителей, оценив цепкий ум и взгляд, по достоинству. Сейчас эллет сидела за свои столом в штабе, рассматривая кружащих внизу эльфов. Ее «кабинет» находился на возвышении, чтобы было видно всех и вся. Хотя сложно это маленькое помещение назвать кабинетом. Это было углубление в скале, где были лишь стол, и стены, завешанные картами и заметками. Линдаэль, впервые за долгое время, смотрела, но не видела, снующих внизу, увлеченная самокопанием. И это раздражало, потому что мешало сосредоточится на полученных сведениях о передвижении лунхартской делегации. Как итог она стала нервно отстукивать какой-то совершенно дурацкий ритм. Устало уронив голову на скрещенные руки, она все-таки отложила в сторону карандаш и доклад. Хочется откинуться на теплую мускулистую грудь, вдохнуть запах леса и дыма, и просидеть так до самого рассвета. Она знала, что вероятно однажды ее обман раскроется. Просчитала возможные исходы и действия со стороны мужа и к подобной реакции была готова - погрузиться в работу и не отсвечивать лишний раз. Что она не предусмотрела – свою реакцию. И столкнувшись с реальностью была выбита из колеи. Работать не получалось, вести светские беседы тоже, уделять время назойливому послу Карнаху тем более, благо принц взял его внимание на себя. И что теперь делать она тоже не знала, ведь он попросил не подходить и не говорить. А ведь они трижды сожгла лист с приказом установить слежку за наследным принцем, чтобы быть готовой, когда он все же решит поговорить. В конце концов до отставки было всего полгода, ей терять было нечего и можно было бы и воспользоваться служебным положением. Своего решения об уходе с поста она не изменила, совмещать две должности было слишком тяжело. Кстати, о должностях. Пора было возвращаться, чтобы не заметили ее исчезновения. Окинув взглядом свой стол, Линдаэль с усмешкой взяла в руки листок, на котором сама же написала «влюбленная дура» и смяла, швырнув в ящик. На пути к выходу ее поймала Ирин. Фрейлина несколько минут назад была вызвана принцем с просьбой передать письмо леди Линдаэль в руки. Девушка кивнула, принимая из рук запечатанный конверт без обозначений. С секунду поразмыслив стоит ли открывать здесь или подняться в покои, Линдаэль сломала сургуч, подошла к ближайшему факелу, вчитываясь в витиеватые строчки. " Ее Светлости, Принцессе Линдаэль из Дома Серебряного ручья, Хранительнице Королевских садов, моей Супруге.

Официальное прошение о встрече

Линдаэль. Я не знаю с какого обращения начать это письмо. «Глава Серой Тени?» «Супруга» «Женщина, что завладела моим средцем?» Пожалуй, начну так, как учит этикет. Настоящим письмом имею честь пригласить Вас на встречу, для проведения переговоров. Целью встречи является: 1 Принесение моих глубочайших извинений за резкость, которую позволил себе в отношении тебя. За то, что, узнав правду, я не обнял Вас, а отшатнулся. Это было низко и не достойно. 2 Обсуждение дальнейшей стратегии нашего совместного существования как супругов, представителей королевского дома и союзников. 3 Поиск пути, к тем рассветам, которые мы делили на двоих. Я буду ждать Вас Малой Чайной комнате. Там нас никто не услышит, даже если мы решим говорить на повышенных тонах. Если позволите личную просьбу, то прошу лишь не надевать той ледяной маски, что скрывает лицо. Приходите, когда возникнет желание говорить. Я буду ждать столько, сколько нужно, ведь Вы стоите любого ожидания. С уважением и надеждой Леголас, Принц Эрин Ласгален."