Холодное сердце альфы

Первые три дня в замке Альф Тэхён провел в глухой обороне. Он не притрагивался к еде, которую приносили слуги, и не проронил ни слова, когда к нему заходил лекарь. Замок Чонгука, высеченный в черной скале, казался ему склепом. Здесь не было ярких красок его родины — только сталь, камень и тяжелый запах хвои, пропитавший каждый коридор. Чонгук появился на четвертый вечер. Он вошел без стука, застав Тэхёна у окна. Омега выглядел бледным, его серебристые волосы спутались, а глаза опасно блестели от лихорадки и упрямства. — Ты решил заморить себя голодом? — Чонгук остановился в паре шагов, скрестив руки на груди. — Глупая смерть для принца. — Это не смерть, это протест, — огрызнулся Тэхён, даже не повернув головы. — Я не буду есть хлеб того, кто держит меня в цепях. — На тебе нет цепей, Тэхён. Дверь в твои покои открыта. Ты волен ходить по замку, — спокойно ответил Альфа. — Но если ты выйдешь за ворота — ты погибнешь. Мои земли не прощают слабости. Тэхён резко обернулся. Его запах — обычно нежная лунная лилия — сейчас отдавал горечью полыни. — Твои земли — это тюрьма. Ты похитил меня, как вещь! Ты хоть понимаешь, что мой отец уже собирает армию? Он сожжет этот замок до основания! Чонгук сделал стремительный шаг вперед, сокращая дистанцию. Тэхён вжался спиной в холодный камень подоконника. Альфа был выше почти на голову, и его мощная энергетика буквально прижимала омегу к месту. — Твой отец, — процедил Чонгук, наклонившись к самому уху Тэхёна, — отправил тебя по той дороге, зная, что там рыщут мои патрули. Он не ищет мира, Тэхён. Ему нужен был повод для войны, и он использовал собственного сына как приманку. — Ложь! — Тэхён замахнулся, чтобы дать Альфе пощечину, но Чонгук перехватил его запястье. Хватка была стальной, но, к удивлению Тэхёна, он не причинил боли. — Посмотри на меня, — приказал Чонгук. Тэхён поднял взгляд, полный ненависти, но наткнулся на нечто иное. В глазах Чонгука не было торжества врага. Там была усталость и странное, пугающее спокойствие. — Я не причиню тебе вреда, если ты не будешь делать глупостей. Ешь. Мне нужен здоровый супруг, а не хладный труп. Чонгук отпустил его руку и вышел, оставив на столе поднос с горячим супом и хлебом. Запах еды дразнил, но еще сильнее Тэхёна беспокоило то, как его тело отозвалось на близость Альфы. Внизу живота неприятно ныло, а инстинкты омеги предательски шептали, что этот хищник — самый сильный и надежный в лесу. Тэхён всё же поел — ему нужны были силы. Он начал изучать замок. Альфы не обращали на него внимания, лишь провожали хмурыми взглядами. Он заметил, что Чонгук действительно не запирал его, но на каждом выходе стояли двое стражников. Единственный шанс — северная башня, где стена замка смыкалась с отвесной скалой. Там был старый сточный желоб, прикрытый ржавой решеткой. — Ты думаешь, он влюбится в тебя? — раздался за спиной голос одного из советников Чонгука, старого Альфы по имени Минхо, когда Тэхён проходил по главному залу. — Наш правитель не знает, что такое любовь. Для него ты — политическая шахмата. Помни об этом, когда будешь строить глазки. Тэхён лишь выше поднял подбородок. "Шахмата? Ну что ж, посмотрим, как эта шахмата перевернет доску", — подумал он. Ночью началась буря. Ветер выл, как раненый зверь. Тэхён, одевшись в самую теплую накидку, которую нашел, выбрался через ту самую решетку в северной башне. Снег слепил глаза, колючий мороз мгновенно пробрался под одежду. Он скользил по камням, сдирая кожу на ладонях в кровь. Его план был прост: спуститься к реке и по течению добраться до границы. Он не учел одного — зима в землях Альф была магической. Мороз здесь мог убить эльфа за полчаса. Уже через пятьсот метров Тэхён перестал чувствовать пальцы ног. Его дыхание стало тяжелым, а перед глазами поплыли круги. Он споткнулся о корень дерева и повалился в сугроб. — Холодно... — прошептал он, сворачиваясь калачиком. Запах лилии почти угас, перекрытый запахом наступающей смерти. Внезапно из темноты леса послышался низкий рык. Но это были не волки. Тэхён увидел тени — четверо мужчин в серых плащах. На их груди был герб... его собственного дома. — Вот он, — сказал один из них, обнажая меч. — Господин сказал, принц не должен вернуться живым. Вините во всём Альф. Тэхён зажмурился. Смерть от рук своих же была куда горше, чем плен у врага. — Чонгук... — сорвалось с его губ неосознанное имя, прежде чем сознание окончательно померкло.