Исповедь без прощения

Дазай Осаму и без того сводил концы с концами. Денег едва хватало на самый базовый набор продуктов: хлеб, колбасу и что-нибудь по акции. У парня не было другого выбора, кроме как хорошо учиться. И дело было не только в том, что он действительно хотел стать журналистом, но и в том, что именно на эту специальность проходил по баллам на бюджет. А это было решающим фактором. Учёба без оплаты — единственная возможность стать «нормальным человеком с бумажкой», как любила повторять его мама. Родители старались поддерживать сына, иногда присылали деньги, но долго так продолжаться не могло. Их финансовое положение тоже оставляло желать лучшего: долги, напряжённые отношения и постоянные проблемы. Осаму не хотелось лишний раз беспокоить их и заставлять переживать за него, когда существовали куда более насущные трудности. Учитывая ещё и то, что отчиму требовалось срочное лечение, это не оставило Осаму другого выбора, кроме как устроиться на работу. Он никогда не считал работу чем-то постыдным. Его пугало лишь одно — что она может навредить учёбе. Но страх остаться голодным оказался сильнее. Всё-таки даже самым старательным студентам иногда нужно есть. Первый рабочий день оказался настолько изматывающим, что Осаму после него требовался недельный отпуск. Но, к сожалению, его работа не подразумевала такого количества отдыха — наоборот, с каждым днём обязанностей должно было становиться всё больше. По своему темпераменту студент был довольно тихим и неразговорчивым, тогда как работа требовала совершенно другого: быстрой реакции и незамедлительных решений. Осваиваться на новом месте было непривычно и тяжело. Множество незнакомых людей, фамилий и имён, которые требовалось запомнить, а также необходимость уважительно относиться ко всем — даже к тем, кто мог накричать за неправильно выполненное задание. Внутри он, возможно, хотел бы показать свой гнев и послать всех подальше, но внешне оставался таким же спокойным, бормоча извинения и обещая немедленно исправить ошибку. Его подзывали резким голосом, а иногда и вовсе безымянным «эй». Он метался от стола к столу, выполняя бесконечные поручения: принести документы, заказать бумагу, разнести почту, сделать кофе. Обычная разнорабочая работа — та, за которую платят копейки, а нервы, которые потом пришлось бы восстанавливать после такого жизненного опыта, были по-настоящему бесценны. Но был один человек, который заметно отличался от остальных. С ним Осаму познакомился немного позже, чем с другими. Можно сказать, студент редко попадал в эту часть офисного корпуса. Здесь в основном находились люди с более высокими должностями, поэтому лишний раз отвлекать их не следовало. Когда стажёр впервые оказался в одном из таких кабинетов, атмосфера показалась ему совершенно другой — не такой нервной и напряжённой, как в общем коллективе. Здесь было тихо. Спокойно. Даже воздух будто ощущался иначе. Первое, что бросилось в глаза парню, — чистота. На столе не было привычного «рабочего беспорядка», где от порядка остаётся одно название. Всё лежало аккуратно, разложенное по папкам, каждая вещь находилась на своём месте. Перед входом в кабинет он успел мельком прочитать, к кому заходит. Ему казалось, что сейчас его встретит абсолютно типичный офисный работник — вечно уставший и нервный, потому что дедлайны горят, а работа всё ещё не выполнена. Но, к удивлению Осаму, его встретил довольно спокойный мужчина, что-то монотонно печатающий на клавиатуре. — Елена, я надеюсь, ты смогла разд... Взгляд мужчины оторвался от монитора и остановился на парне, который должен был принести документы. — Тебя я раньше не видел. Ты у нас новенький? Присаживайся. С лёгким любопытством мужчина рассматривал его, указывая на стул. Он не выглядел раздражённым из-за того, что вместо привычной сотрудницы перед ним оказался кто-то другой. Скорее наоборот — в его взгляде чувствовалась заинтересованность новым человеком в коллективе. Осаму на секунду замялся, но всё же прошёл внутрь, осторожно прикрыв за собой дверь. Даже тихий щелчок замка показался слишком громким в царившей здесь тишине. — Да... я стажёр, — коротко ответил он, присаживаясь на край стула. — Меня попросили занести документы. Он положил папку на стол и пододвинул её ближе к мужчине. Фёдор кивнул, будто этого объяснения было вполне достаточно. Его взгляд задержался на молодом стажёре чуть дольше, чем требовалось, а затем всё же переместился на документы — уже с заметно меньшим интересом. — Вот как, — спокойно произнёс он. — И как тебе здесь? Вопрос прозвучал неожиданно просто. Не про документы. Не про работу. И даже не про то, всё ли в порядке. Осаму слегка нахмурился, пытаясь понять, что именно от него хотят услышать. На мгновение в голове промелькнула странная мысль: а не какой ли это своеобразный тест? «Как вам тут работается? Не нравится? Тогда можете уходить». — Довольно неплохо, — после короткой заминки ответил он. — Но шумно. Уголок губ Фёдора едва заметно дрогнул. — Да, — тихо согласился он. — Здесь это обычное дело. Постоянно кто-то куда-то спешит, работа горит. Если бы люди ещё умели соблюдать тайм-менеджмент... Он откинулся на спинку кресла и снова посмотрел на Осаму — уже внимательнее. Взгляд медленно скользнул по его фигуре, словно мужчина пытался зацепиться за какие-то детали. Слишком молодой.Скорее всего, студент. Денег явно не хватает. Иначе вряд ли бы оказался здесь. — Ты нечасто сюда заходишь, верно? Это прозвучало уже не как вопрос, а как констатация факта. Учитывая, что обычно к нему приходили одни и те же сотрудники, сделать такой вывод было несложно. В ответ последовал короткий отрицательный кивок.Как и большинство ответов Осаму — коротко и по существу. Тишина, возникшая между ними, не казалась неловкой или давящей. Скорее наоборот. Она позволяла спокойно рассмотреть друг друга, не торопясь заполнять пространство бессмысленными словами. — И всё же зашёл, — спокойно продолжил Фёдор, наконец протягивая руку к документам. — Значит, доверяют. Он пролистал несколько страниц, не особо вчитываясь в текст. Казалось, сейчас его интересовали совсем не бумаги. — Как тебя зовут? Вопрос прозвучал неожиданно. — Дазай. Мужчина слегка кивнул, будто мысленно запоминая имя. — Дазай... — повторил он чуть тише. — Понятно. Он закрыл папку и аккуратно отложил её в сторону. — Можешь возвращаться к работе, Дазай. На секунду повисла пауза. — Если, конечно, у тебя нет причины задержаться. Эта фраза заставила парня ненадолго замолчать. Он не сразу уловил её смысл, из-за чего слегка нахмурился, но решил не придавать этому особого значения. Поднявшись со стула, Осаму направился к выходу. Когда дверь кабинета закрылась за его спиной и его снова встретил привычный шум офиса, он неожиданно поймал себя на том, что продолжает думать об этом разговоре. Слишком странно. Непривычно было встретить такую вежливость от человека его должности. Это спокойное внимание почему-то не успокаивало, а наоборот — заставляло насторожиться. Будто за ним скрывалось что-то ещё, чего Осаму пока не мог понять. Дазай попытался отвлечься работой, разговорами, шумом вокруг, но эта странная фраза всё равно возвращалась в его мысли до самого конца рабочего дня. --- Через несколько дней в компании намечался корпоратив в честь десятилетия фирмы, поэтому почти все сотрудники находились в приподнятом настроении. Даже те, кто обычно ворчал и старался лишний раз ни с кем не разговаривать, сегодня выглядели заметно оживлённее. Некоторые коллеги начали чаще обращать внимание на Осаму. Спрашивали, придёт ли он, уверяли, что это отличный шанс поближе познакомиться с коллективом и наконец перестать быть для всех просто «тем новым стажёром». — Я не думаю, что приду... У меня скоро экзамены, и... Он не успел договорить.Недовольные вздохи перебили его почти сразу. — Да брось ты. — Один вечер ничего не решит. — Ты же новенький, тебе как раз нужно с нами познакомиться. Голоса наслаивались друг на друга, не давая вставить ни слова. Под таким напором Осаму не смог отказаться. Он лишь коротко кивнул, соглашаясь, хотя внутри уже принял решение уйти как можно раньше, не дожидаясь окончания праздника. Вечером сотрудники постепенно начали собираться в арендованном зале неподалёку от офиса. Сегодня никто не спешил закрывать отчёты или разбираться с документами. Наконец появилась возможность отвлечься от бесконечной работы и провести время в более приятной обстановке. Ещё на входе были слышны музыка, громкие разговоры и смех. Люди здоровались друг с другом, обменивались шутками и охотно обсуждали темы, никак не связанные с работой. Даже самые серьёзные сотрудники сегодня выглядели расслабленнее обычного. Стараясь не выделяться из общей массы, Осаму тоже взял бокал шампанского. Потом ещё один. Напитки уходили легко — почти так же быстро, как и разговоры ни о чём с коллегами, которых он знал всего несколько месяцев. Кто-то спрашивал про учёбу, кто-то интересовался планами на будущее, кто-то просто поддерживал бессмысленную беседу ради приличия. Поначалу это казалось терпимым.Но чем больше проходило времени, тем сильнее его утомляли шум, музыка и постоянная необходимость поддерживать разговор. Одни и те же вопросы повторялись снова и снова, а улыбаться становилось всё труднее. В какой-то момент этого стало слишком много.Ему требовалась хотя бы пара минут тишины. Выйдя на балкон, Осаму сразу почувствовал прохладный вечерний воздух. Тот приятно коснулся разгорячённой кожи и помог немного прийти в себя. Город уже давно погрузился в ночь, а россыпь огней внизу мягко размывалась перед глазами, создавая почти спокойную картину. — Тоже решил проветриться от этой духоты? Спокойный голос прозвучал неожиданно и в наступившей тишине показался слишком громким. Осаму едва заметно вздрогнул и обернулся. Фёдор стоял чуть поодаль, прислонившись к перилам балкона. В полумраке его силуэт казался почти частью ночного города за спиной. Щёлкнула зажигалка, на секунду освещая его лицо тёплой вспышкой света. Он поджёг сигарету, сделал короткую затяжку и только после этого протянул открытую пачку в сторону Осаму. Пачка сигарет оказалась в руке брюнета. На мгновение их пальцы соприкоснулись. Холодные. Неожиданно пронеслось в голове Осаму, заставляя его почти сразу отдёрнуть руку. Достав сигарету, он зажал её губами и уже хотел попросить зажигалку, но Фёдор неожиданно подался вперёд. Не говоря ни слова, он наклонился достаточно близко и кончиком своей зажжённой сигареты поджёг сигарету Осаму. Расстояние между ними сократилось до неприличного. Настолько, что парень невольно замер, чувствуя, как к щекам приливает тепло. К счастью, темнота скрывала этот предательский румянец. Сам же Фёдор будто не видел в происходящем ничего необычного. Сделав очередную затяжку, он спокойно перевёл взгляд на ночной город. — Как тебе здесь работать? И снова эти дурацкие вопросы о том, как ему тут. На такие вопросы обычно требовался только положительный ответ — и никак иначе. Поэтому Осаму ограничился коротким: — Нормально. Он снова затянулся сигаретой, надеясь, что никотин хоть немного успокоит нервы, но эффект получался совершенно противоположным. Дым неприятно оседал в лёгких, а нависшая между ними тишина только сильнее давила. Фёдор молчал, и именно это было хуже всего. Будто он ожидал большего. Будто заранее знал, что Осаму не остановится на одном слове, если дать тишине затянуться подольше. Дазай отвёл взгляд в сторону, наблюдая, как огни ночного города расплываются за стеклом. То ли алкоголь приятно ударил в голову, то ли ему просто захотелось заполнить эту тишину хоть чем-нибудь, но в итоге он всё же сдался. — На самом деле... терпимо, — тихо произнёс Осаму, стряхивая пепел. — Просто не нравится отношение. Будто меня здесь вообще ни во что не ставят. Я даже уверен, что половина офиса не знает, как меня зовут. — Ясно, — коротко ответил Фёдор. Всего одно слово. Спокойное, ровное. Но почему-то от него по коже сразу пробежали мурашки. В этой простой интонации слышалась странная уверенность. Будто его действительно услышали. Будто эти слова не растворились в пустоте, как это обычно бывало. Наверное, всему виной алкоголь. Пара бокалов явно оказалась лишней, раз обычный разговор теперь казался Осаму чем-то слишком личным. Брюнет уже хотел уйти. Слишком много слов для одного вечера. Слишком много откровений перед человеком, которого он почти не знает. Он был уверен, что этот разговор ничего не значит и что через несколько минут Достоевский забудет о нём так же легко, как и о десятках других сотрудников. Но уже у самого выхода с балкона его остановил спокойный голос: — Ты слишком много молчишь для человека, у которого явно есть что сказать, Осаму. Почему-то от этих слов стало не по себе. Наверное, виноват алкоголь или усталость после тяжёлого рабочего дня. Но именно эту фразу он потом ещё долго не сможет выбросить из головы, раз за разом возвращаясь к ней мыслями. Лишь спустя время Осаму поймёт, что именно этот разговор стал отправной точкой в их отношениях.