Шифр наших сердец

Тонкая, женская окровавленная рука медленно тянет в сторону массивный железный засов со странными, горящими алым светом, обжигающими символами. Безжизненный взгляд некогда красивых глаз смотрит в никуда, ничего не замечая перед собой. Она не чувствовала ни боли от полученных ран, ни каких-либо эмоций. В голове было пугающе пусто. Будто кто-то нажал на кнопку, заблокировал мысли, не позволял вспомнить что-то очень важное… Землю под ногами ощутимо тряхнуло. Девушка чуть было куклой не свалилась на землю, но некая темная сила не позволила этого сделать. Чернильные ленты обвили ее лодыжки и бедра, настойчиво удерживали перед огромными металлическими древними Вратами, за которыми клубилась тьма. «…Первая сорвана… Осталось еще шесть…» — шептал некий потусторонний голос из пустоты. — «Давай, девочка… Подними руку и продолжи…» Во взгляде, подернутом пеленой, на миг промелькнуло осознание. Вот оно… Нельзя… Вскрывать печати… Нельзя... Подчиняться этому голосу… Рука застыла в нескольких миллиметрах от второго засова. Ей не хотелось этого делать. Внутри все кричало, что нельзя сдаваться, что нужно сопротивляться до последнего, не позволить ему разрушить… А что разрушить? Почему-то не получается вспомнить… Сознание продолжало отчаянно противиться чужому контролю. Но бесполезно. Этот некто, чей зов становился все громче, был гораздо сильнее. Он давил, выворачивал наизнанку, выбивал любую осознанную мысль из сознания. Запускал туман в голове, не давая соображать, рассуждать… И в какой-то момент сил на протест не осталось…

***

— Итак, я собрал вас здесь, потому что Комиссия Героев тщательно закрывает глаза на происходящее. — взял слово Незу, пристально оглядывая присутствующих. Директор легендарной Академии UA всегда тщательно отслеживал происходящее в мире, особенно в стране, в которой он живет. И с каждым днем происходящее нравилось ему все меньше. С тех пор как Всемогущий ушел в отставку, уровень преступности начал расти не по дням, а по часам. Мир не просто лишился Символа Мира, нет. Он окончательно утратил покой и надежду на светлое будущее. К тому же злодеи — не единственная проблема. Если безопасность герои еще как-то могли обеспечить, то странная вспышка непонятной болезни, при которой причуды буквально уничтожают своих владельцев, сеяла панику гораздо больше, чем можно было представить. Особенно после заявления ученых, которые не представляют, что это такое и как лечить пациентов. Происходящее невольно напоминало пришествие всадников апокалипсиса, о которых стали часто шептаться люди. Однако Незу не верил в религиозные байки. Его мозг ученого принимал только факты, а не мистику. Поэтому уже как год пытался донести проблемы общественности до Комиссии Героев, чтобы хоть как-то начать улучшать ситуацию, но без толку. Гнилая, коррумпированная система делала только то, что ей было выгодно и продолжала уничтожать неугодных вместо того, чтобы решать реальные проблемы. Вот почему умный герой решил взять все в свои руки. Если с болезнью пока не разобраться, то обеспечить общественную безопасность — первостепенная задача. Особенно после последних данных, угодивших в его загребущие… Эм… Лапки. Поэтому Незу и собрал в кабинете тех, в ком достаточно уверен. Айзава, Тошинори, Секиджиро, Каяма, Тодороки Энджи, а также хорошо зарекомендовавшие себя во время учебы — Шото и Бакуго. Каждый присутствующий здесь был тем, на кого можно положиться. — Поэтому, — продолжил говорить директор, сложив лапки перед собой в замок, — я решил, как это говорится у людей, взять все в свои руки. А для этого мне нужна ваша помощь. Присутствующие, нахмурившись, коротко переглянулись между собой. — Что ты задумал в этот раз? — устало спросил Айзава, глубоко вздохнув. У него в целом был вид не ахти — сказывались бессонные ночи патруля. — Дело в том, что ко мне попала любопытная информация. — дернув усами, начал рассказывать Незу. — Злодеи хотят еще больше укрепить свои позиции и нанести удар сразу по нескольким нашим стратегическим точкам, а именно — геройским академиям. — Академии великолепно защищены. — скептически фыркнул Бакуго, сложив руки на груди. — Это так. — согласно кивнул директор. — Но боюсь, они хотят применить нечто такое, что позволит усилить причуды в несколько сотен раз. Просто представь, на что будет способен твой самый сильный взрывной удар, если к нему добавить мощность в несколько сотен. Кацуки поморщился, очевидно, представив эту картину. Приятного в этом зрелище мало. По сравнению с таким масштабом даже атомная бомба отдыхает. — Но разве можно настолько усилить причуду? — с сомнением уточнил Всемогущий. — К сожалению, да. — мрачно подтвердил Незу, после чего щелкнул кнопкой на пульте. Проектор вывел на доске несколько фотографий. На первой были странные руины, на другой — огромный монумент. А третья представляла собой фото письмен на древнем языке. — Это руины одной из неизвестных цивилизаций. — принялся объяснять директор UA. — Наши ученые недавно обнаружили эту землю и принялись исследовать, но пока особых успехов не добились. Однако суть не в этом. — он вновь щелкнул пультом, приблизив письмена. — Эти символы никто не может расшифровать. Они не подходят ни под одну известную нам систему. Лишь один ученый смог частично разобрать их и выяснить, что здесь говорится про некий артефакт, усиливающий необычную силу владельца. К несчастью, он опубликовал свои труды, желая получить признание. И создал этим немало проблем. — Это полный бред. — скептически поморщился Старатель. — Артефакт, усиливающий причуду? Созданный в глубокой древности, когда еще даже причуд у людей не было? Незу, ты умнейшее создание. Неужели действительно веришь в эту байку? — Я — нет. — невозмутимо пожал плечами Незу. — Но не отрицаю вероятность. Иначе бы злодеи сейчас не начали поиски как одержимые. — Значит, ты хочешь, чтобы мы тоже начали искать этот… Артефакт? — уточнила Немури, выгнув темную бровь. — Именно. — мордочка директора стала довольной, но тут же вернула серьезный вид. — Нам нужно заполучить эту реликвию первыми. Если Лига Злодеев раньше нас доберется до этой реликвии, то сомневаюсь, что у героев вообще получится хоть как-то противостоять им в дальнейшем. Помимо этого необходимо усилить патрули. На улицах стало слишком неспокойно. А недовольные люди… — он выдержал паузу, тщательно подбирая слова. — Тоже опасная стихия. — С чего предлагаешь начать поиски? — без какого либо энтузиазма спросил Кан. На его взгляд затея выглядела слишком сомнительной. — На самом деле, я уже провел анализ записей своего друга и уже появилась одна зацепка. — Незу достал из тумбы небольшой, потрепанный временем ежедневник. — В его последних заметках сказано о некой Книге Жизни, в которой могут быть указания на местонахождение реликвии. К несчастью, друг недавно погиб в ходе обрушения дома во время стычки со злодеями, так и не закончив свое исследование. Но здесь указано имя его ученицы, которая также активно участвовала в переводе монумента. — Вы хотите, чтобы мы нашли эту девушку? — понял мысль директора Шото. — Да. — подтвердил Незу. — И как можно скорее. Если злодеи узнают о ней, то она может оказаться в большой опасности. Ее знания имеют очень большую ценность. — И кто она? — небрежно спросил Бакуго. — Студентка третьего курса Института Общественной Безопасности Мусутафу. Судя по моим наводкам, она на редкость талантливый криптограф. А зовут ее… — Незу опустил взгляд, чтобы прочесть имя. — Мидория Изуми…

***

Вскоре, после обсуждения дополнительных деталей, собрание подошло к концу. Бакуго, как и Старатель с Шото, поспешили покинуть собрание. Немури и Кан также откланялись, сказав, что им нужно срочно идти проводить занятие. В кабинете директора остались лишь Всемогущий, Айзава и сам Незу. Лица каждого были предельно серьезными. — Я могу понять, почему ты решил доверить эту информацию Кану и Немури, Всемогущему и мне. — угрюмо заговорил Сотриголова, не сводя подозрительного взгляда с директора. — Но зачем было звать остальных? Тем более, бывших учеников. — Все просто, друг мой. — Незу скривил мордочку в хитрой гримасе. — Таким образом я повысил наши шансы в этой гонке. Каждый из этих людей преследует собственные цели и будет стараться как можно скорее самостоятельно отыскать артефакт, чтобы заполучить его в свое пользование. Нам это на руку. — Они могут наврать нам или исказить информацию, чтобы мы отстали в гонке. А они смогли бы заполучить артефакт первыми. — веско обронил Всемогущий. — Верно. — согласился со старым другом директор. — Вот почему мы будем пристально за ними следить. Особенно за Бакуго. — Почему? — ошалело моргнул бывший Символ Мира, пытаясь понять, причем тут вообще его бывший ученик. — Потому что он знает, кто такая Мидория Изуми, не так ли? — догадался Айзава, вспомнив, как ошалело распахнулись глаза бывшего ученика при упоминании этого имени. — Именно так. — довольно подтвердил Незу. — Он знаком с ней с детства, но их отношения, по моим сведениям, были довольно непростыми. Думаю, в ближайшее время Бакуго-кун будет из кожи вон лезть, чтобы добиться ее расположения. А мы… Будем очень тщательно за этим наблюдать. — И как же? — выгнул бровь Всемогущий. — Не можем мы ведь сутками следить за ним. — Верно, не можем. — кивнул директор. — Но нам это и не нужно… Незу потер перед собой лапки, а выражение мордочки стало еще более коварным. И Айзава, и Тошинори синхронно вздрогнули, глядя на эту реакцию. Ой, не к добру все это. Зная их товарища и его злобного гения, даже страшно представить, что за планы он разработал и уже начал осуществлять…

***

Бакуго вышел после собрания в мрачной задумчивости. Стоило до боли знакомому имени прозвучать в кабинете, как весь покой моментально покинул его. Деку… Как же давно он ничего не слышал про эту задротку. С тех пор как их пути разошлись, Кацуки даже ни разу не поинтересовался, да что там, не думал о ней вовсе. Только был рад, что эта девчонка наконец-то поумнела и перестала лезть туда, где её размажут наповал. И все-таки каким-то неведомым образом она снова вляпалась в историю. Криптограф, которая знает, где отыскать артефакт, дарующий невиданную мощь… Силу, с которой он пробьет себе место в топе и раз и навсегда станет лучшим… Никогда бы не подумал, что эта тупая задротка будет владеть столь ценной информацией! Данными, которые он наверняка не сможет получить, если Деку изменилась и не простила ему всех унижений за пройденные годы! А она наверняка не простила. Кацуки, на ее месте, послал бы себя подальше и пару тройку раз заехал себе по роже. Осознавать, какую он вырыл себе могилу тупыми подростковыми действиями, было тошно. Правду говорит пословица: «Не плюй в колодец, пригодится воды напиться»! Впрочем, до этого момента Бакуго никогда бы не подумал, что ему вообще придется просить помощи у такого червяка, как Деку! Но иначе никак… Иначе артефакт окажется в нежелательных руках. Особенно если это загребущие лапы хитрого директора Незу, чьи маниакальные наклонности до усрачки напугают любого. А значит, нужно поговорить с ней. Извиниться, попробовать втереться в доверие. Расположить к себе эту задротку, а после получения инфы просто слинять. Делов не так много. Пальцы ловко достали из кармана мобильник, вбивая по памяти знакомый номер. Спустя несколько гудков в трубке прозвучал удивленный голос: — Кацуки? Ты серьезно решил вспомнить про мать? — Заткнись, старуха! — рыкнул Бакуго, закатив глаза. — У меня к тебе есть разговор…

***

В это же время Старатель и его младший сын сели в машину. Нынешний герой номер один устало смотрел перед собой на дорогу, но не спешил заводить мотор. Судя по морщинке меж бровями, он что-то напряженно обдумывал, но не торопился озвучивать. Шото, глядя на своего отца с холодным равнодушием, сразу догадался по этой медлительности, что тот хочет что-то обсудить. И разговор не заставил себя долго ждать. — Если этот артефакт действительно существует, нам нужно первыми его отыскать. — мрачно произнес Энджи, бросив взгляд на сына через зеркало заднего вида. — Боишься наклонностей директора Незу? — безразлично предположил Шото. — Отчасти. — согласился Старатель, поджав губы. — Если такая сила попадет к его злому гению, готов поставить на то, что человечество будет порабощено. — А если серьезно? — Шото встретился взглядом с отцом через зеркало. — Дело в братце Тойе? Руки героя номер один стиснули руль при упоминании старшего сына, который стал злодеем по его вине. — Да. — глубоко выдохнув, признался Энджи. — Думаю, если он уже узнал про этот артефакт, то наверняка захочет его отыскать, чтобы поквитаться со мной. И не остановится ни перед чем. Мне нужно остановить его пока не поздно. Исправить свою главную ошибку, пока есть шанс. — Думаешь, что шанс действительно есть? — безлико уточнил сын, переведя взгляд на пасмурное небо за окном. — Не знаю. Но буду продолжать в это верить. — едва слышно ответил Старатель, заводя мотор. — Я попробую отыскать информацию о Мидории Изуми. А ты… Попробуй подружиться с ней, хорошо? Учитывая, что на нее сейчас всех собак спустят… Думаю, ей не помешает помощь и защита. — У меня плохо получается заводить друзей. — сухо ответил ему Шото. — И все же попробуй. — с нажимом выделил Энджи, от чего его сыну захотелось по привычке нервно передернуть плечами. — Выведай у нее подробности про артефакт. С ним мы остановим Тойю и получим достаточно власти, чтобы навести в обществе порядок. Шото на его слова лишь равнодушно кивнул, чтобы старик наконец-то отстал. Машина тронулась. Парень, глядя в окно, тщательно обдумывал всю ситуацию. Что-то в словах отца не давало ему покоя. Да, Шото тоже хотел остановить старшего брата, тут без вопросов, но… Точно. Последняя фраза. Навести порядок в обществе… А что именно это значит? Долго гадать не пришлось. Зная нрав своего родителя и его вечную манию быть первым, все контролировать… Не сложно догадаться, что Старатель хочет установить свою диктатуру и получить больше власти, чем имеет сейчас. И этого нельзя допустить. Шото, мрачно глядя на скользящие по стеклу дождевые капли, принял собственное решение. Их семья была разрушена из-за чрезмерного эгоизма и жестокости. Нельзя, чтобы подобное произошло и без того расшатанным обществом. Он подружится с Мидорией Изуми, как сумеет. Однако, когда доберется до артефакта — уничтожит его собственными руками. А что до братца Тойи… С ним Шото справится своими силами.

***

В это же время на базе Лиги Злодеев царил полный разгром. Стулья, столы, техника — все что попадалось под руку, беспощадно летело в бетонные стены или вовсе оседало пеплом после расщепа. Шигараки буквально сметал все на своем пути от ярости. От очередного фиаско, которое потерпели они, будучи практически у цели. — Вам было сказано доставить этого профессоришку живым! ЖИВЫМ!!! Идиоты!!! — бесновался злодей, расщепив в пыль третий по счету стул. Это был очередной, до безумия идиотский провал, который просто невероятно раздражал и бесил Томуру. Едва узнав об исследованиях недавно открытой древней цивилизации и о существовании некого артефакта, способного наконец-то обеспечить им победу, парень принялся за это дело с маниакальной одержимостью, какой не было даже у его Учителя. Едва ли не сутками изучал опубликованные исследования, взломанные архивы, тайные реестры, которые удалось раздобыть кровью и потом. В общем делал все, чтобы наконец-то заполучить вещь, которая даст им неоспоримое преимущество, а там и с героями покончить недолго. И все шло хорошо. Ровно до тех пор, пока его шайка никчемных NPC не умудрилась разнести здание, отвлекая героев! Осколки бетона расквасили голову гребаного ученого, который был им кровь из носу как нужен! И, видите ли, несчастный случай! Не хотели они допускать такого! Просто не рассчитали силу, отражая атаку героев! Все произошло настолько быстро, что даже Курогири не успел с помощью портала перенести ученого в безопасное место! Шигараки не сводил полного бешенства взгляда со своей команды. Тога, Спиннер, Твайс и Мистер Компресс выглядели в большей степени раздосадованно провалом, нежели виновато. Лишь Даби с полным пофигизмом продолжал бессмысленно пялить в потолок, периодически поджигая над указательным пальцем синий огонек. Их, казалось, вообще не волновала смерть человека, чьи исследования могли бы уже привести их к победе! Учитель определенно будет в не меньшей ярости от их неудачи. Если не в большей. Вроде, уже давно не новички, опыт в похищении и допросе людей большой, и так досадно проморгать их шанс! И при этом делать вид, что все в полном порядке! Будто ничего не произошло и это не они прозевали возможность одержать верх над героями! — Шигараки Томура, пожалуйста, успокойся. — лаконично попросил Курогири, решив перевести гнев лидера на себя. — Эти идиоты провалили элементарный квест, а ты говоришь мне успокоиться?! — гневно сузив глаза, Шигараки перевел свое внимание на бармена. — Ты хоть понимаешь, что именно мы упускаем?! — он с нажимом выделил суть. — Понимаю. — спокойно ответил ему Курогири, продолжив отточенными годами движениями протирать прозрачные стеклянные стаканы. — Мне жаль, что так получилось, но ничего не исправить. Нужно придумать другой план. — Да! Например, перебить к чертовой матери этих кретинов! — Томура вновь перевел свой гнев на команду. — Ну, рискни! — Тога ехидно улыбнулась и отточенным движением метнула в босса один из ножей. — Рискну! — прорычал Шигараки, увернувшись от ножа. И уже хотел было кинуться на девушку, как вдруг его резко остановил туманный злодей. Курогири телепортировал руку так, чтобы она оказалась у плеча Томуры и ощутимо сжала его. — Пожалуйста, соберись. — обратился к нему бармен. — Нас вызывает Учитель. — убрав руку с его плеча, он указал на мигающий экран. Шигараки, сглотнув ком, сделал глубокий вдох. Вот и пришло время отчитываться за их неудачу… Щелкнув кнопку на пульте, туманный злодей включил монитор. Спустя несколько секунд помех на экране возникло обезображенное лицо их предводителя, подключенное к датчикам жизни. — Итак, у вас очередной досадный провал… — хриплый, пугающе спокойный тон главного злодея заставил вздрогнуть всех. — Простите, Учитель… — заговорил было Томура, не скрывая в голосе вины, как его перебили. — Ничего уже не поделать. Старикан мертв. — невозмутимо оборвал его извинения и будущие оправдания Все за Одного. — Тем не менее, рано опускать руки. В конце концов, он вел научную деятельность и наверняка не один занимался переводом. Кто-то должен быть в курсе всех его разработок. Этого человека и ищите. — Но как?! Он же наверняка не собирался никого посвящать в свои исследования! Этот тщеславный NPC хотел в одиночку сделать открытие! — горячо заявил Шигараки. — Томура, мой дорогой ученик… — ухмыльнулся мужчина. — Ты сильно заблуждаешься, если думаешь, что исследованием древней цивилизации занимается только один человек… Нет, у него определенно были помощники. Выясните их личности. Разузнайте, с кем наш ученый имел контакты, кто были его друзья или ученики в университете. Возможно, он проявлял к кому-то больше покровительства. — Я понял, Учитель. Все сделаем. — сипло ответил парень, рвано кивнув. — Вот и замечательно… — довольно протянул Все за Одного. — И учтите, времени у вас не так много… Пока длилось обсуждение деталей, никто не обращал внимания на отстраненного Даби, который уткнулся в телефон. Тот хоть и делал вид, что ему безразлично происходящее, но внимательно слушал и запоминал детали. В отличие от всех остальных членов Лиги он был единственным, кто всегда преследовал свои цели и умел думать собственными мозгами. А потому, едва узнав об артефакте, Тойя понял, что это — его шанс. Заполучив в руки эту неизвестную реликвию, он сможет наконец-то поквитаться с папашей. А после этого сразу уничтожит эту вещь — ни злодеям, ни героям такая мощь не должна достаться. В их обществе и без того полно грязи. Одна сторона не лучше другой. Вот почему Даби успел до операции злодеев пообщаться с ученым и выяснить все, что ему было нужно. Жалкий старик был никчемен и всего-навсего желал благодаря чужим рукам получить премию и прославиться. Ничего не знал и не мог перевести монумент. А после немногочисленных угроз этот трус и вовсе назвал имя той, которая действительно могла расшифровать клинопись. А дальше дело было за малым. Подстроить несчастный случай — дело плевое. Замести следы также не проблема. Ведь его «команда» должна как можно позже выяснить детали, дав парню столь необходимую фору. «Мидория Изуми… Скоро мы встретимся…» — обожженные губы едва заметно растянулись в довольной усмешке. Напоследок мазнув взглядом по фотографии красивой зеленоволосой девушки, которая была опубликована в одной из соцсетей, Даби захлопнул крышку мобильника…

***

Изуми устало откинулась на спинку компьютерного стула, потерев переносицу от усталости. Голова гудела от обилия мыслей и информации, а спина болела от долгого неподвижного состояния. Чтобы хоть немного разгрузиться, девушка поднялась с места и направилась на кухню, привычными действиями поставив кофемашину готовить новую порцию кофе. Что-что, а этот напиток, казалось, теперь у нее вместо крови течет по венам. И что бы ей сказала мать на такой образ жизни? Наверняка бы просто обеспокоенно покачала головой, как делала всегда, когда не одобряла чего-то. Тяжелый взгляд изумрудных глаз застыл, безжизненно уставившись в окно. Пасмурное небо было подстать ее настроению. А дождевые капли напоминали слезы, которые она давно перестала лить. Мидория смотрела на свое тусклое отражение в стекле и размышляла, когда все в ее жизни пошло не так? Со смерти мамы, которая погибла от рук злодеев, а герои отказались спасать, потому что у них были «неподходящие для ситуации причуды»? Или с момента, как ее мечту стать героем растоптал Символ Мира? Нет, гораздо раньше. С момента, когда ей озвучили диагноз — беспричудность. Именно после этих слов врача началось непростое для Изуми существование. Насмешки, побои, буллинг — все это лишь цветочки по сравнению с тем, как таких, как она, людей, уже принижают даже на законодательном уровне. Именно поэтому ее не взяли не то что в UA, даже в полицейскую академию отказались рассматривать заявку. И пришлось выбирать другой путь. Пораскинув мозгами и поняв, что разгадывать шифры и узнавать тайны ей нравится не меньше, чем героика, Мидория приняла для себя решение стать криптографом. Закончила обычную старшую школу с отличием, блестяще сдала экзамены в Институт Общественной Безопасности Мусутафу и вот, уже заканчивает третий курс. Но даже в вузе не раз приходилось отстаивать свои права. Преподаватели, зная о ее беспричудности, часто либо относились снисходительно, либо занижали оценки из-за своей нетерпимости, из-за чего Изуми не раз приходилось писать заявление, чтобы ее экзамены оценивал коллектив из определенных лиц. Были и те, кто хотел нажиться на ее открытиях. Например, профессор Хироки, чтоб земля ему была бетоном, ибо стоило ему погибнуть на днях — как Мидория почувствовала облегчение. Этот человек курировал ее исследование в области перевода языка недавно найденной древней цивилизации. Стоило сенсею понять, что только у нее получается расшифровать текст, как он тут же взял девушку под свое крыло, активно влезал в дела на правах профессионала, а при каком-то успехе присваивал все заслуги себе. Наглая мразь. Она уже была на грани, чтобы поставить зарвавшегося преподавателя на место, как произошел этот несчастный случай. Мидория даже не смогла сдержать злорадной усмешки, когда на просторах даркнета наткнулась на не скрытые цензурой кадры его размаженной по асфальту головы. Так ему и надо. Вы не подумайте, Изуми не всегда была такой агрессивной. Напротив, раньше она была очень доброй, робкой и старалась всем понравиться. Вот только жизнь и череда трагедий заставила ее ожесточиться. Нет, она была по-прежнему предельно вежлива. Но тех, кто травил, уже не боялась ставить на место. Она просто устала жить в постоянном страхе и вечно лить слезы. Особенно после смерти мамы. Поэтому теперь любому обидчику прилетает только в путь. Да так, что порой девушка сама осознавала, что перегибает палку. Конечно, ей все еще было жалко несчастных, но сострадание и добро с ее стороны теперь могли видеть лишь единицы. Те, кто реально того заслуживал. Машинка издала противный звуковой сигнал, давая понять, что кофе готово. Девушка, моргнув и отогнав наваждение, взяла кружку с горячим кофе и медленно поковыляла обратно в свою комнату. Вновь опустившись за компьютерный стол и сделав шумный глоток кофе, Мидория уставилась на монитор, продолжая изучать свежие фото, которые были недавно сделаны на практике её лучшей подруги-археолога. Древний Храм, изображенный на снимках, был прекрасен. Роспись была сделана с поразительной точностью и сохранилась очень хорошо, что облегчало работу. Хотелось бы, конечно, взглянуть на этот монумент в реальности, но пока что была слишком тяжелая обстановка в мире. Преступность возросла, да и какая-то эпидемия бродит — она уже давно не вдавалась в подробности, ограничив себя от детских увлечений по максимуму, дабы лишний раз не бередить старые раны. Щелкнув мышкой на нужное фото, Изуми принялась с хирургической точностью изучать витиеватые символы на клинописи, то приближая, то отдаляя изображение. Вновь в некоторых местах проскальзывала латынь, благодаря чему части строк можно было зацепиться и сопоставить последовательность. Даже было непонятно, почему никто из ученых так и не смог разобрать это письмо? Система, вроде, элементарная, на первом курсе университета проходят. Впрочем, кто знает… Рука с карандашом машинально заскользила по бумаге, делая пометки. Удалось расшифровать еще несколько слов. «…Книга Жизни, что откроется в руках Мессы…» «…Смысл поймет лишь она …» «…И приведет сиё откровение ее к оружию, что дарует невиданную силу…» — И почему эти древние люди не могли писать более простым языком? Обязательно добавлять этот ореол загадочности? Звучит всё это как полный бред. И на что я только трачу свою жизнь... — с нотами усталости вслух пробормотала Изуми, устало опуская голову на заваленный бумагами стол. Взгляд лениво мазнул по часам. Почти три ночи. Нужно было ложиться спать — днем надо съездить в университет. Ректор хотел что-то обсудить с её группой. Широко зевнув, Мидория, скрипнув стулом, поднялась и побрела в сторону кровати. Обессиленно рухнув на заправленную постель, она моментально забылась в тревожном сне.

И даже не подозревала, что это будет последний день ее спокойной жизни...