Однажды в Лешково

Забава уже несколько минут не спускала глаз с это странной парочки, Лизы и Мала. Ее собранные губки с критичным видом гуляли по лицу то одного, то другого. Что-то было не так, колдунья это чувствовала, но это что-то было настолько неуловимым, подобно смутно знакомой мелодии, вертелось на языке, но никак не хотелось облачаться в слова. Девушка стояла, прислонившись к стене, скрестив ноги и сложа руки на груди. И своим ничем не прикрытым вниманием к чужой личной жизни ужасно раздражала и смущала подруг. Для многих этот дуэт оказался чем-то из разряда фантастики, но у остальных хватило такта промолчать и не забивать свою голову, а вот Забава себе такого позволить не могла. Благодаря богатому опыту и многочасовому просмотру романтических комедий, колдунья все пыталась уловить химию между одноклассниками. Но в этом случае со стороны Мала стояла звенящая тишина. И только сердце Лизы бурлило, дышало жаром такой силы, словно работало за двоих. Потому, даже спустя недели, Забава никак не могла успокоиться. - Отстань ты уже от них! – не выдержала Леся. – Это просто некрасиво! - Нет, ну как же так? – не унималась Забава. – Я была просто уверенна, что у них с Мирославой что-то наклевывается! Помнишь, ты рассказывала… Не успела девушка договорить, обращаясь к Люсе, как та грубо прервала ее. - Ничего я не рассказывала! – школьнице претила сама мысль быть втянутой в какую-то сплетню. Выразительно отвернувшись от подруги, она всеми силами делала вид, что никак не участвует в диалоге. Танья с опаской насторожилась. Будучи по натуре неконфликтным человеком, фея всегда остро реагировала на малейшие перемены в их дружеской среде, сильно огорчаясь, когда доходило до разлада. Потому как в такие моменты девушка просто не знала, к какой из сторон приткнуться. - Ты рассказывала! – настойчиво повторила Забава. – Что Мирослава с Малом вместе с вами поехали. - Поехали, и что? – раздраженно отвечала Люся. Тут уж настала очередь злиться колдунье. Она просто не понимала, что такого страшного в том, чтобы просто пересказать события, очевидцем которых ты был. - Тебе сложно, что ли? – не выдержала Забава. - Там, между прочим, был еще и Ярослав! – нарочито выразительным тоном напомнила Люся. К слову, девушка с самого утра была не в духе. А ежели день шел наперекосяк, то и поведение школьницы было соответствующим. А тут еще и очередные любовные перипетии. Можно подумать, ей не хватает вечного влюбленного выражения лица брата. Порой Люсе, к своему стыду, хотелось, чтобы Забава все-таки разбила ему сердце. Не было бы так приторно находиться с ним в одном помещении. - Не приплетай сюда Ярослава, - угрюмо предупредила Леся, мрачно глядя на подругу. Но Забаву было уже не остановить. Выудив взглядом одноклассника, она закричала на весь коридор: - Ярик! – и призывно поманила рукой. Юноша не заставил себя долго ждать. Ему было невероятно любопытно, за какой такой надобностью его так открыто и нетерпеливо пригласили в женский круг. Улыбнувшись Лесе, богатырь слегка приобнял ее за плечи и тут же убрал руку, словив неодобрительный взгляд русалочки. - Что, девчонки, у вас стряслось? – весело включился в разговор Ярослав. - Расскажи про поездку в город. Мал ведь с Мирославой там был? – не очень умело из-за нетерпения издалека подошла Забава. - Ага, - легко качнул головой юноша и перевел взгляд на парочку напротив. – Они и тебе покоя не дают? - И тебе тоже? – несколько громче, чем следовало, воскликнула колдунья. Она была рада найти единомышленника. Возможно, он-то как раз и поможет ей подобраться к разгадке. А если и нет, то хотя бы поддержит ее в недоуменном негодовании. Леся же была не в восторге, что Ярослав позволяет себя втянуть и вообще проявляет интерес к настолько мелочным сторонам жизни. Но богатырь, слишком оживившись предоставленной возможностью высказать свое мнение, на свою беду, не замечал негодования со стороны своей девушки. - Ты, кстати, знала, что на велике Мирославу Мал научил кататься? – гордясь, что владеет эксклюзивной информацией, сообщил юноша. Забава красноречиво вскинула брови. - Да ну? - Ага, - улыбка одноклассника сделалась шире, приняв схожесть с оскалом Чеширского кота. – Мы хотели поехать еще раньше, но Мал сказал, что Мирославе еще требуется практика, и они еще денек потренируются. - Мда-а, - протянула колдунья. – И как после этого поверить в это? – она без стеснения тыкнула большим пальцем в сторону Мал и Лизы. - Может, хватит? – обратила на себя внимание Леся. – Ты просто сплетник! – отчитала она Ярослава. – Да и ты хороша! – взвилась русалочка на подругу. – Зачем и его сюда приплела?! - Да я сам…, - юноша был сбит с толку таким поведением своей девушки и едва не потерял дар речи. Нахмурившись, он попытался понять, когда успел ее обидеть. - Раз сам, то знай, вы оба вмешиваетесь в чужие дела! Тебе было бы приятно, если бы кто-то шептался о тебе и Борисе? – было ясно, что вся злость выливалась у Леси исключительно на Забаву. Последняя закатила глаза. - Да пусть шепчутся, - безразлично ответила колдунья. – Ты слишком остро реагируешь. - Нет, Забава! – вклинилась в конфликт Люся. – Это ты везде суешь свой нос! В отличие от русалочки, чей голос хоть и дрожал от скопившегося недовольства, но все равно звучал ровно и четко, Люся же, никогда не отличающаяся спокойным темпераментом, рубила с плеча, при этом голос ее опасно взвизгивал, угрожая поймать самую высокую ноту. - Если у тебя плохое настроение – нечего срываться на других! – верно подметила колдунья строгим и спокойным голосом. - Я просто говорю, что хватит сплетничать! И не все ли равно, с кем Мал? Это его дело! – защищалась Люся. Она старательно уверяла себя, что не вымещает свое недовольство на подруге, а искренне поддерживает позицию русалочки. Это было несложно, потому как девушка действительно не любила сплетни, считая их пустой тратой времени и быстро уставала от этого. Леся же пошла на принцип, потому как искренне верила в аморальность поведения Забавы. И только Танья молчала, в тайне согласная с Забавой. Но она так боялась быть втянутой в конфликт, что предпочла оставить свое мнение при себе и просто не вмешиваться. Ярослав же, тщательно прокрутив в голове весь разговор и поняв, что никак не мог обидеть Лесю, заметно успокоился. - Ты чего? – отведя девушку в сторонку, негромко поинтересовался он. - Потому что вы поступили непорядочно, - уже намного спокойнее, но все еще пребывая в негодовании, ответила Леся. - Но мы ведь ничего плохого не сказали, - пытался достучаться до русалочки Ярослав. – Ты ведь не можешь отрицать, что все это странно, - стараясь поймать ее взгляд, подначивал он девушку. - Да, не могу, - наконец, согласилась Леся. – Но и лезть в это не буду. И обсуждать не вижу смысла. И ты не должен был, - последнее предложение было озвучено с ноткой обиды, словно учительница разочаровалась в подающем надежды ученике. Резко развернувшись на пятках, девушка оставила друга и в одиночестве направилась в класс. - С подругами поцапалась? – без какого-либо чувства такта спросил Драган, как только Леся заняла свое место рядом с ним. Русалочка вперила в него недоуменно-скептический взгляд. - Вашу перепалку вся школа слышала, - пояснил одноклассник. - А тебе это что, интересно? – все еще взвинченная, несколько резко задала вопрос Леся. - Вообще нет, - безразличным тоном уверил ее юноша. - Тогда к чему вопрос? Вся поза школьницы выдавала ее напряжение. Руки так и замерли, сжимая тетради. А взгляд настороженно ловил каждое слово. - Расслабься, - коротко усмехнулся Драган. – Просто спросил. Думал, захочешь поделиться. - Не хочу, - постепенно расслаблялась девушка. Негромко выдохнув, она аккуратно разложила школьные принадлежности. - Просто, - все-таки не уходил от диалога юноша, - у Таньи было такое лицо, словно у нее родители разводятся. Драган произнес это тем самым двояким тоном, который сбивал собеседника. Невозможно было понять, проявляет ли юноша заботу или высмеивает фею за ее слабость. Леся, все-таки успев несколько сблизиться с одноклассником, сумела верно распознать его тон. - С ней так всегда, - более раздраженно, чем хотелось бы, ответила русалочка. – Слишком остро реагирует. - А не стоит? – уточнил Драган. - Послушай, - тяжело выдохнула девушка, - это наше личное дело. Парадокс в том, что мы все равно миримся, так или иначе. И спустя столько лет можно и менее драматично к этому относится, - вынесла свой вердикт Леся. Одноклассник больше не задавал вопросов. Погрязнув в пучину мрачных раздумий, слишком увлеченная собой, русалочка пропустила очередной неожиданный и странный интерес юноши к фигуре Таньи. Раньше русалочка безусловно соотнесла бы этот короткий разговор с тем разговором в лесу во время ориентирования. Но сейчас что-то в Лесе переменилось. Появилась странная раздражительность на подруг, словно ее сердце вымещает их из себя. И чем дальше, тем больше русалочка чувствовала, что не понимает себя. Дезориентированная, Леся буквально горела изнутри от воспламеняющейся злости. И это было так больно, и так страшно. Сильные эмоции пугали русалочку.