Белый Тигр

Сердце бешено стучит, будто пытается проломить рёбра изнутри. В ушах стоит глухой звон, словно после взрыва. Вокруг лишь витает зелёная дымка. Даже оружие растворилось, исчезло, будто его и не было. Амулет тяжело висит на шее, тянет вниз, словно камень на верёвке утопленника. Я в шоке прыгаю в машину и срываюсь с места, свистя резиной. Асфальт визжит под колёсами, мотор ревёт, а я жму на газ. Что это, блять, было? Откуда я знаю кунг-фу? Что это за голос? И почему образ красных ниндзя мне так знаком? Кровь гоняет адреналин по венам, мысли путаются, сбиваются в комок. Я заезжаю на пустую парковку без зданий вокруг — только потрескавшийся бетон, редкие сорняки и тёмная лента реки неподалёку. И именно тут, когда тишина наваливается всей тяжестью, я осознаю, насколько у меня всё болит. Каждое движение — как удар током. Спина горит, руки дрожат, ноги подгибаются. Я вываливаюсь из машины и опираюсь о капот, тяжело дыша. Начинаю специальную дыхательную практику, которую совершал, чтобы успокоить нервы перед гонками в прошлой жизни. Медленный вдох через нос. Задержка. Долгий выдох. Снова. И снова. Когда сердце наконец-то успокаивается и перестаёт биться где-то в горле, я начинаю напрягать мозг. Что мне делать? Кто бы это ни был, они были готовы убить и умереть за этот амулет. И, возможно, их больше. Намного больше. Идти в полицию? Я так и представляю разговор «Помогите, меня хотят убить!» «Кто?» «Ниндзя, которые растворяются в зелёный туман, сэр» Смех да и только. Идти домой точно нельзя. Даже если этот амулет защищает меня, я не знаю, распространяется ли это на мою семью. Мысли о них сжимаются в груди холодным комком. Нужно где-то на время спрятаться. Точно. Зал. Никто не знает, что у меня есть ключи от него (кроме дочери тренера, но я не думаю, что она связана с ними). Даже родные туда не пойдут — я им ещё не рассказал о нём. Но теперь вопрос: ехать туда вот так? Без денег, без припасов и, по сути, угнав такси? Но возвращаться домой и на работу наверняка опасно. Стоп. Этот амулет им настолько важен, что они готовы убить и умереть за него. Если бы рядом с местом битвы были другие ниндзя, они бы точно поучаствовали. Камер не было, свидетелей тоже. Может ли меня пронести? Но они могли отправить одного на базу с номером такси, пока остальные преследовали. «Демонопоклонники не узнают твою личность, пока не используют своё проклятое киндзюцу. У тебя пара дней, максимум неделя», — пробасил железный голос в моей голове. «Да кто ты такой? Кто они? И что такое киндзюцу?», - мысленно выкрикиваю я. Ответа не последовало. Я глубоко вздохнул. Хорошая и плохая новость. Плохая — за мной придут. Хорошая — не сейчас. Нужно готовиться. Бежать из города не вариант: не будет меня — пойдут к моим.Я проворачиваю ключ и направляюсь домой. Розовый рассвет медленно возвышается над таунхаусами. Небо будто стыдливо румянится, не зная, что произошло этой ночью. Я выхожу из машины — боль невообразимая, во всём теле. Я помню ощущения после долгой тренировки: усталость, крепатура. То, что я чувствую сейчас, в сто раз хуже. Поднимаясь по ступеням, я прячу амулет под рубашку и закрываю куртку до самого горла. В тёмной гостиной, читая при свете лампы, сидела мисс Фло. Книги были везде: плотно забитые стеллажи у стен, ряды книг на подоконнике, камине, полу, возле кресел и дивана. Даже небольшие стопки книг тут и там, словно она пыталась окружить себя знаниями, как крепостью. В столовой завтракал Оскар, уже в комбинезона, с расстёгнутым воротом, просматривая газету и поглядывая на часы. Камила стояла у плиты, помешивая кофе в турке. Услышав, как хлопнула входная дверь, она обернулась первой. - Ты сегодня рано… - сказала она и тут же замолчала, вглядываясь в моё лицо. - Гектор? - Я почувствовал это сразу - она увидела. Не поняла, что именно, но увидела, что что-то не так. - Что случилось? - мягко, но уже настороженно спросила она, вытирая руки о полотенце. - Ничего страшного, - ответил я слишком быстро. И тут же понял, что облажался. Камила медленно подошла ближе, всматриваясь, как мать всматривается в ребёнка с температурой. - Ты так говоришь только когда врёшь, - тихо сказала она. - У тебя руки дрожат. Я сжал кулаки. - Я просто не спал. - Все не спят, mijo. Но не все выглядят так, будто только что поцеловали грузовик - она по доброму улыбнулась. Оскар опустил газету. - Гектор, если проблемы на работе... - Нет, — перебил я. - С работой всё… нормально. Слово «нормально» прозвучало фальшиво даже для меня. Я сделал вдох. - Я сегодня встретил Джека. Джека ЛаРуссо. Помните его? Камила нахмурилась, пытаясь вспомнить, потом кивнула. - Тот самый… с секции? - Да. Мы разговорились. Выпили немного. Он сейчас живёт хорошо. Очень хорошо. Оскар хмыкнул: - Его отец ведь на бирже поднялся, да? - Именно. Я опёрся рукой о спинку стула, боль не отступала. - Он позвал меня к себе. В Хэмптонс. На неделю, - Камила замерла. - В Хэмптонс? - переспросила она. - Просто так? - Просто так, - соврал я, глядя куда угодно, только не ей в глаза. - Море, солнце… Я давно никуда не выезжал. - Ты хочешь сказать, - медленно произнесла она, - что бросишь работу, семью и уедешь вот так, без предупреждения? - Я устал, Titi, - вырвалось у меня. - Я устал сильнее, чем могу объяснить. Каждую ночь одна и та же дорога, одни и те же лица, один и тот же руль. Я просыпаюсь и не чувствую, что живу. Она долго смотрела на меня. Потом подошла и взяла меня за руку. - Ты никогда не ничего не делаешь просто так, - сказала она тихо. - Ты всегда сначала думаешь о других. А сейчас ты будто бежишь от чего то. Я замер. - Я не от чего не бегу, - сказал я после паузы. - Тогда что? Я не ответил. Камила вздохнула и притянула меня к себе, обняла крепко, по-настоящему. - Я не буду тебя останавливать, - сказала она мне в плечо. - Но пообещай одну вещь. - Что угодно. - Что вернёшься, — сказала она. — И не будешь делать глупостей в одиночку. Ты не один, Гектор. Никогда не был. Я кивнул, потому что голос мне бы сейчас отказал. - Когда ты уезжаешь? — вмешался Оскар, уже понимая, что решение принято. - Через полчаса. Заеду в таксопарк, отмечусь, потом вернусь за вещами. Камила кивнула. Оскар, которому уже было пора на работу, заранее со мной попрощался, похлопал по плечу, пожелал удачи и ушёл. Я быстро поднялся к себе в комнату и достал из ножки кровати заначку, которую прятал от малышни. Триста десять долларов, свёрнутые в рулон и перевязанные резинкой. Все мои скромные накопления. Выходя из комнаты, я заглянул в приоткрытую дверь в комнату сестры. Белые стены, деревянный пол, письменный стол с небольшим креслом, стены в плакатах групп и вырезках из журналов, награды за соревнования по гимнастике на полке. Она спит тихо, почти неслышно. Лицо сейчас мягче, чем днём: напряжение ушло, брови больше не сведены упрямо. Черты хрупкие, но не слабые - в скулах и линии челюсти чувствуется характер, пережитое. Я смотрю на неё и думаю о том, как сильно боюсь её потерять. Потерять любимого человека из-за своей глупости. Снова. Я направляюсь в таксопарк. Мотор тихо урчит, будто тоже устал от этой ночи. Я сжимаю руль до побелевших костяшек и думаю о том, в какую чертовщину угодил. Асфальт тянется под фарами серой лентой, фонари редеют, город ещё спит, но уже начинает ворочаться, как старый зверь, которому пора вставать. Я понял, что вторая жизнь мне дарована в мире чудес, когда мне было шесть лет. В тот год в городе и по всей стране проходил большой парад в честь пятнадцатилетия со дня гибели Капитана Америки. Его, конечно, везде называли траурным, но, учитывая помпу и пафос, даже слепому было понятно: парад проводили ради пропаганды среди молодёжи. Мол, смотрите, какой правильный человек защищал правительство - значит, и правительство тоже правильное. Флаги, оркестры, конфетти. И пока мои ровесники бегали с пластиковыми щитами и яблоками в карамели. Я сидел в муниципальной библиотеке и в панике читал хроники одного из «Ревущих командос», и сравнивал их с тем, что помнил. Стив Роджерс - тощий астматик с кучей болячек, блондистой шевелюрой и голубыми глазами. Он соглашается на эксперимент, который проводят военный промышленник Старк и беглец из Рейха. Эксперимент удаётся, но учёного убивают сразу после, а его величайшее творение отправляют развлекать толпу. Находясь на британской базе в Каире, Стив слышит о взятии в плен подразделения своего друга детства - Баки Барнса и героически отправляется на спасение. Но в замке в Нижней Саксонии он находит не только Баки и остатки 107-го. Британец, который смог дойти до пика человеческих возможностей, но не перейти его, как Стив. Американец, которому сыворотка дала скорость звука (я тогда уже подозревал, что она просто пробудила в нём ген икс). И принца подводного царства с крыльями на лодыжках, которого нацисты мучили жаром.А потом - битва. На доблестных американцев спускают андроида, управляющего пламенем, и тот переламывает ход сражения. И быть новоиспеченному герою картошкой фри если бы не истощённый принц, который перемахнул крепостную стену, упал в море, восстановил там силы и вернулся,вместе с кэпом вырубая андроида. После этого из Кэпа, Британца, Бегуна, Подводника и перепрошитого андроида формируют команду Захватчиков. А из освобождённых остатков 107-го - ревущих командос им на подхват. Так они и воевали с сорок первого по сорок пятый против Красного Черепа и его Гидры.В сорок пятом они потеряли Баки. Принц вернулся в своё царство. А Кэп с Андроидом улетели уничтожать бомбардировщик Черепа над Гренландией - и пропали. Когда я всё это понял, мне было шесть. Шесть, мать его, лет. Я был в полном шоке и не понимал, что делать с этой информацией. Я пытался искать что угодно о будущих героях. Но правда в том, что пацан из Гарлема многого не нарыл. Пара статей про антиматерию от юного гения по имени Рид Ричардс. Скандальные загулы молодого Тони Старка. Научные работы о кибернетике протезировании от Отто Октавиуса и клеточной регенерации от Курта Коннорса. Норман Осборн с его быстро растущей компанией появился на обложке журнала Таймс. Новости большого яблока освещал Дэйли Бьюгл и Вестник Нью-Йорка. Немногочисленные репортажи о пробуждённых мутантах. На карте появилась Ваканда - где-то между Руандой, Конго и Угандой. Геноша - рядом с Мадагаскаром. В Европе приличный кусок Румынии теперь занимала Латверия, граничащая с Заковией на Балканах. Но время шло. Новая жизнь вытесняла память прошлой. Да и какая польза от послезнания, если ты всего лишь таксист? Я подъезжаю к таксопарку. Пятнадцать минут выслушиваю недоумение и отборный мат от Джо Конти - италоамериканца, владельца парка. Он обходит машину кругами, цокает языком, пинает бампер. - Ты что, на ралли Монте-Карло ездил, Гектор?! Пришлось отдать сто сорок баксов за ремонт. Я хотел решить всё побыстрее. Заявляю об отпуске, ставлю подпись, слушаю шутки про «счастливчиков», и возвращаюсь домой пешком. Внизу меня ждёт вся семья. Даже дети - сонные, растрёпанные, не понимающие, что тут делают. Решили меня проводить. Не стоило но приятно. Я собираю вещи в длинную брезентовую сумку цвета хаки. Пара футболок, джинсы, спортивный костюм, старые кеды. Камила провела ладонью по моей щеке — так, как делала, когда я был ребёнком. - Береги себя, mijo. - Я не мог ничего от нее утаить, никогда не мог. Пацаны по очереди желают удачи, постоянно зевая. Ава просто скромно обнимает. Мисс Фло удивляет. Впервые за мои восемь лет тут она встаёт с кресла, подходит ко мне, обнимает и шепчет. "Задай им" я хотел было удивиться, а потом вспомнил, с кем имею дело. Я направляюсь в продуктовый. Накупаю вяленого мяса, консервированной фасоли, супов, макарон с сыром, растворимого кофе. В магазине «Всё для кемпинга» беру спальный мешок, походную горелку, фонарь и керосин для них. Расстаюсь ещё с пятьюдесятью долларами. Иду к мрачной многоэтажке.Бомжи греют руки у костров в бочках. Люди колются прямо во дворе. Группа чернокожих парней сидит на старом диване и креслах, обнимая фальшиво смеющихся проституток. Я встаю перед ними и спокойно говорю: - Мне нужен ствол. И побольше патронов. Главный из них, Ламар, поднимает на меня глаза, узнаёт и спихивает с себя женщину. - Неужели Святой Гектор решил запачкаться? Его свита гогочет. - Кто-то достал? - Самооборона, - показываю смятые купюры. Он кивает и свистит в открытую дверь подъезда. Из неё торопясь выбегает мальчик лет восьми. Ламар передаёт ему мой заказ, и пацан убегает. Возвращается с бумажным пакетом. Внутри - десятая модель «Смит и Вессон» с потёртой рукоятью и пять коробок патронов. Кровь начинает закипать от того, что такие ублюдки как он дают детям в руки оружие и наркотики просто потому, что им лень поднять свои задницы. Я отдаю оставшиеся деньги, хватаю пакет и направляюсь к залу. Войдя внутрь, я сжимаю амулет. Сердце снова ускоряется .В мыслях кричу: «Давай же, подай голос! Кто ты такой, чёрт тебя подери?! Давай!» Амулет впивается в руку, пуская кровь. Металл будто оживает, морда тигра на груди вдруг тяжелеет. Я чувствую это раньше, чем вижу: воздух вокруг становится плотным, тёплым, будто само время задержало дыхание. Зелёный свет просачивается сквозь щели резьбы - сначала тонкими нитями, как светлячки, заблудившиеся в металле, потом шире, ярче, пульсирующе. Сначала возникают лапы - огромные, прозрачные, будто вырезанные из изумруда. Потом из света вытягивается спина - мощная, гибкая, как напряжённая струна. Полосы проступают медленно, темнее самого сияния, словно тени на пламени. Голова формируется последней. Морда тигра выходит из света так, будто её лепят из самого страха. Чёткие скулы, тяжёлые клыки, пасть, в которой клубится зелёный туман. Глаза зажигаются внезапно - два живых огня, смотрящих прямо мне в душу. - Кто… кто ты? - спрашиваю я, чувствуя, как все мои самые тёмные страхи сгущаются в голове. - Я - тот, кто родился в миг, когда первый человек оглянулся на тьму за пределами костра. Я - страх перед тем, что рыщет в ночи. Я - Великий Белый Тигр. Призрачный зверь приближается, величественно обнюхивая меня. - Веками этот амулет служил моим аватарам. Твой предшественник был силён, но Рука нашла способ пробить его шкуру. Они веками ищут путь завладеть моей силой - силой повелевать самим страхом. - Умирая, он швырнул амулет в изнанку теней, чтобы он не достался этим прислужникам гниющего демона. Амулет выбрал тебя. Твой разум не был сокрушён страхами твоей души. Я сижу, вглядываясь в огонь его глаз, словно загипнотизированный, но он сам нарушает тишину. - Ты помнишь, что чувствовал сразу после битвы? Боль во всём теле, такую, что хотелось кричать? Твоё тело было повреждено. Моя сила слишком велика для неподготовленного сосуда. Я чувствовал, как трескались кости, как рвались связки и мышцы под моим контролем. Но сейчас ты этого не испытываешь. Я киваю. Боль действительно отступила, оставив лишь обычную крепатуру. - Амулет исцелил тебя. Он улучшит твои чувства и твоё хрупкое тело. Но это лишь задаток. Ты должен тренировать дух и оболочку. Я научу тебя сокрушать любого противника. Он делает паузу. - А пока прибери этот хлоповник. И исчезает. Назначил меня аватаром бога страха. Втянул в войну с древней организацией бессмертных ниндзя, которые в комиксах всему миру просраться давали. И сказал мне пыль протереть. Во что я, блять, ввязался?