Скрытое

Лог снова набрал слишком много работы, поэтому у него долго не находилось времени на исследование. Нужно было выполнять миссии, разбирать отчёты, писать свои отчёты для Орочимару, помогать ему в опытах, проводить уборку, изучать самостоятельно «нормальные» науки, а не философию и психологию. Но всё же время нашлось. Уже поздно вечером Лог включил ноутбук и принялся искать материалы для изучения. Включил первое, что выдал браузер. В фильме была даже какая-то завязка, хотя Лог ожидал, что то, ради чего он это, собственно, включил, начнётся сразу же. Девушка мечтала с детства стать актрисой, но не проходила ни один отбор. Отчаявшись, она решила брать красотой своего тела. Героиня задумала переспать с режиссёром за роль первого плана. Мужчина очень охотно согласился на такую сделку, и началось то, для чего был снят порнофильм. Детородные органы показывали крупным планом, актёры ахали, охали, потели, стонали, а Лог смотрел на это ничего не выражающим взглядом. На секунду ему стало лишь немного противно, но не более. — Дружище! — Он услышал голос Суйгецу и то, как открывается дверь. — Ты бы не мог… Суйгецу прислушался, постоял, продвинулся дальше и увидел во всей красе, что смотрел в тот момент Лог. — Это че? — Суйгецу открыл рот. — Не знал, что ты смотришь такое. — Девушка на экране взяла в рот детородный орган мужчины. — Ой фу! — Я в научных целях, — проговорил Лог, не отрываясь от монитора ноутбука. — Сказал бы мне это другой парень, я бы не поверил. Я надеюсь, это тебя не Орочимару попросил исследовать? — Нет. Я самостоятельно решил, что хочу исследовать этот жанр кинематографа. — Жанр кинематографа — это громко сказано. — Суйгецу стал вглядываться в происходящее в фильме. Но почти тут же снова вернулся в реальность. — Ну вот. Я забыл, что хотел тебе сказать. — Пауза. — Я спать, короче. И он ушёл, оставив Лога один на один с научными материалами. Когда фильм кончился, он решил всё же закрыть дверь, чтобы ему никто не мешал, и продолжил просмотр. К концу ночи Лог просмотрел два полнометражных фильма и несколько недлинных видео, и ничего абсолютно не почувствовал. В его понятии секс — это средство для зачатия. Почему люди придавали ему так много смысла, он искренне не понимал даже после просмотра того, что должно было его возбудить. На следующий день он поразмыслил, что во всех видео и фильмах, что он увидел, акцент был сделан на женских телах. Что если ему нравятся не женщины, а мужчины? Для него было логичным, что людей противоположного пола влекло друг к другу, это задумано природой, чтобы человечество воспроизводило себе подобных. Но он знал о существовании людей, которых возбуждали представители своего же пола. Наука точно не могла дать ответа, почему такое вообще возможно (норма это или отклонение, и если отклонение — в чем причина), а неизвестность и странность людей пугают. Люди обычно боятся признаться, что они «из этих», но Лога стереотипы не волновали. Если он реально нетрадиционной ориентации, то этого его ни капли не расстроит. Поэтому без страха он принялся смотреть гей-порно. Посмотрел четыре видео, попробовал разные жанры — ничего не вызвало ни эмоциональной, ни физиологической реакции. Лог даже расстроился. Потом начал думать, почему расстроился. Неужели так хотел почувствовать себя обычным человеком? На следующий день его голову заняли мысли, что, возможно, следует попробовать с реальными людьми. Потом Лог подумал, что он ещё слишком молод, нужно было подождать ещё года три. Ждать не хотелось, но юный учёный всё же решил повременить с этой частью исследования. Лог, которого к тому моменту уже повысили до чунина, получил задание от Орочимару устранить одного шиноби, чья шайка пыталась вынести из лаборатории ценные образцы. Всех посягающих на плоды трудов Саннина уничтожили его шиноби, парочку взяли в плен и запытали, стремясь получить информацию, но один из них сбежал. Разведка его вычислила, а убить его должен был Лог. Он прятался в горах. На огромной высоте шиноби и подопытный Орочимару сражались, применяя множество техник. Лог был сильнее его, но не убивал шиноби тут же, чтобы понять, есть ли какие-то уникальные техники в его деревне. Ничего интересного он не обнаружил: стандартные техники стихии земли. Настало время убивать. Лог мгновенно оказался перед шиноби. Он тут же повалил его на снег и уже сидел на нем, держа в миллиметре от его глаз кунай. — Проклятый выродок! Не кончилась бы чакра, убил бы тебя сейчас же! — кричал мужчина, из его рта летела слюна Логу на лицо, но он заинтересовался его отчаянием и решил выслушать. — По глазам вижу, что нет в тебе ничего святого. Для пешек этого злодея нормально вынуждать страдать других. Ты хоть знаешь, что творит твой хозяин? — Да. — И тебе нормально работать на него? — Мы шиноби, это наша обязанность — убивать того, на кого укажет заказчик, — хладнокровно ответил Лог. — Бездушная тварь! Орочимару утащил мою жену и убил её во время опытов! А ты и рад ему служить! Шиноби завопил: «Чтоб вы все сдохли!» Лог устал его слушать. Он перерезал ему глотку. Вскоре настала тишина. В лабораторию он вернулся задумчивым. За несколько лет исследования он понял, что люди крайне эмоциональные существа, не такие бесчувственные, как он. Им гораздо сложнее жить, чем ему. И, судя по тому шиноби, больнее. Столько злости и отчаяния Лог ещё никогда не видел. Он всегда знал, что Орочимару свёл в могилу множество людей, но никогда не задумывался над чувствами его жертв. У того шиноби Орочимару убил жену. Жены у Лога не было, но когда создатель разрешил ему считать его своим родителем, Лог стал смотреть на него как-то по-другому. Во взрослом возрасте он понял, что начал смотреть на него с нежностью, стал к нему привязываться, разрешил себе что-то к нему чувствовать, но в детстве он не понимал, что с ним вообще происходит. — «Орочимару, выходит, мне как отец. Отец — это тоже часть семьи, как и жена. Что я бы почувствовал, если бы Орочимару умер?» Думать о таком казалось безумством. Орочимару? Умереть? Он всегда найдёт способ выжить, он цеплялся за жизнь сильнее кого бы то ни было. Но если чисто теоретически… Он умер — что будет чувствовать Лог? Он не мог это представить, ему будто что-то мешало. Он начал жить с мыслью, что Орочимару дорог ему, лелеять её. Он катал её в голове, как снежный ком: чем чаще он думал о ней, тем сильнее она увеличивалась и тем больше занимала места в разуме. Орочимару постепенно переставал быть для него эфемерным хозяином, чем-то далёким, непознанным. Он для него ожил. Лог стал присматриваться к нему ещё пристальнее, ещё больше убеждаясь, что он не такое чудовище, как у людей принято считать. Он следил за развитием Лога, интересовался его жизнью, как-то по-особенному относился к Саске, не убивал подчинённых за их косяки, иногда их даже хвалил. Наружность у него тоже была нечудовищная. Когда Лог только родился, Орочимару выглядел суровым мужчиной, но с годами он начал походить всё больше и больше на женщину. Он будто стал мягче, добрее на вид. Логу казалось, что он даже может получить от этого удивительного существа что-то наподобие нежности. Он мало что знал о заботе, но стал догадываться, что когда тебя гладят, обнимают, говорят, что ты ценен, это приятно. Он хотел ощутить это. Ощутить, каково это, — когда тебя любит родитель. Он безвозвратно привязался к Орочимару. И отныне он был уверен: тот, кто убьёт его, жестоко поплатится за это. Но эта мысль сделала мучительным другое. Орочимару постоянно убивал людей. После Четвёртой мировой войны шиноби этого стало меньше, но раньше он убивал очень и очень часто. И у этих людей тоже были те, кто дорог им, как и Орочимару Логу. Справедливо ли будет, если они отомстят его родителю и убьют его? И правильно ли делает Орочимару, что несёт так много смерти? Но Логу не хотелось размышлять об этом. Он порешил, что Орочимару важнее для него всех людей на планете вместе взятых, и он будет считать его своим родителем, несмотря на все запреты морали. К черту человеческую мораль! Но быть привязанным к кому-то оказалось тяжело, тем более когда эта привязанность безответная. Лог не был уверен, но спустя годы ему стало казаться, что он смог испытать к Орочимару сыновьи чувства, но его родитель сам сказал, что не сможет почувствовать к нему то, что родители должны испытывать к детям. И жить с этой мыслью было тяжело. При встречах с Орочимару захотелось задержаться с ним подольше, но тот не проводил с Логом времени больше, чем нужно. Теперь ему хотелось больше рассказывать родителю о своей жизни, пускай она и была безынтересной, но Орочимару слишком занят, чтобы слушать болтовню. Слишком занятой, слишком идеальный и слишком гениальный, чтобы любить. Чувство привязанности к Орочимару усугубило то, что он, когда Лог пробыл чунином полгода, посчитал, что его уже пора представить народу. Логу, который был, по сути, ещё ребёнком, теперь были обязаны подчиняться все в деревне и называть его Мицуки-сама. Став джонином, Лог начал возглавлять большие отряды, состоящие из взрослых шиноби, и они все беспрекословно его слушались, потому что перечить правой руке Орочимару — значит рыть себе могилу. Так они думали. Но Лог не собирался передавать Орочимару каждый скверный комментарий в свой адрес. Он предпочитал наказывать только за существенные проступки, но таких тогда не случалось, Отогакуре — деревня железной дисциплины, так своего господина не боятся больше ни в одной Скрытой деревне. Логу стало казаться, что он что-то наподобие принца, сын короля, хотя никто не знал, что он своего рода ребёнок Отокаге (все считали, что он всего лишь сильнее всех приближен к нему, Орочимару не стал разглашать их родство в рамках безопасности). Это было глупо, да, но от этого своего господина любить хотелось ещё больше. Так, мучаясь, Лог прожил ещё три года с небольшим. Устав от этого, он вспомнил о своём исследовании полового влечения. И тут как раз подвернулись сведения Суйгецу. — Видел, как на тебя Хидеко смотрит? — жуя сказал он, когда они сидели на кухне и пили чай. Суйгецу поедал сэндвичи, Лог ограничился напитком. — Кто? — Да я сам не знаю, кто это на самом деле. Просто какая-то куноичи Отокагуре. Но смотрит на тебя очень влюблённо. Ты ей нравишься явно. — Опиши мне её. — О, так ты заинтересовался. Суйгецу описал высокую девушку примерно семнадцати лет с белыми длинными волосами, заплетенными в косу, Хидеко вечно носила черную форму шиноби Звука, красила губы таким же цветом и имела кожу, чья бледность могла сравниться с бледностью Лога и его родителя. Лог в этот же день обнаружил её на улице — она тренировалась посреди скал недалеко от главной лаборатории. Длинная белая коса поднималась и опускалась, пока её хозяйка изучала тайдзюцу; кожа девушки была настолько бледной, что казалось, будто в её теле вообще не было крови. Лог увидел, что на её руках отчётливо проступали вены. Так, он нашёл её. Дальше? Просто сидеть в кустах и наблюдать? — «Нужно подумать, привлекает ли она меня». Лог не мог понять, по каким критериям оценивать привлекательность. Он начал вспоминать просмотренные фильмы. Из них он понял, что люди считают красивым в женщине длинные ноги — у Хидеко они были. Большую грудь и широкие бедра — замечено не было. Длинные ухоженные волосы — имелось. В одной из книг он вычитал, что бледная кожа считается признаком аристократичности. Тогда Хидеко по виду очень знатная дама. А знатность, как Лог понял, это что-то привлекательное. — «Предположим, она мне понравилась. И что теперь?» В него полетел кунай, но он смог увернуться. Кунай пролетел ещё несколько метров и вонзился в дерево. Хидеко начала подходить. — Кто там? Зачем ты следишь за мной? — Она держала ещё один кунай. Лог сам вышел из кустов, подняв руки. — Мицуки-сама? Зачем вы следили за мной? Лог не знал, что ответить. Если он скажет, как есть, это отпугнет её, как и Сатоми. — Вы… — рот отказывался говорить. — Вы мне нравитесь, Хидеко. Она покраснела. Так Лог увидел, что кровь в ней была. Девушка начала перебирать пуговицы жилетки. — Вы так быстро признались, — сказала она и икнула. — Вы мне… тоже… нравитесь. Лог кивнул. Она как-то странно тогда на него посмотрела, подняв бровь. — Может, погуляем вместе? — начала девушка. — Ой, какая я дура. Нашла, кому говорить такое. — В чем проблема? — Лог действительно тогда не понял. — Ну, вы его правая рука, а я просто чунин. — Не вижу препятствий. Тем более я вам первым признался. Хидеко смотрела как будто сквозь него и выглядела напуганной. — И как вы только на меня внимание обратили? — Она теребила волосы. Разговор не клеился. Необходимо было что-то делать, он нуждался в этой девушке для исследования. — Я согласен сходить куда-нибудь с вами. — Ой, и куда же? Лог сам не знал, куда принято ходить у людей в таких случаях. — Можем прогуляться в лесу, — предложил он. — Я могу даже сегодня. — Я — нет, потому что скоро мне нужно будет отправиться выполнять небольшое задание. Вы свободны завтра? Она кивнула. Так они договорились встретиться на следующий день в шесть вечера у главной лаборатории. Лог не особо понял, что значит «погулять», но решил, что разберётся в моменте. Потом всё же подумал, что было бы неплохо почитать хотя бы что-то о взаимоотношениях полов вне секса. Так он узнал о существовании свиданий. Начал размышлять, является ли их с Хидеко действие под названием «погулять» свиданием или нет. В интернете он увидел мнение, что свиданием можно назвать вообще поход куда-либо людей разного пола. Значит, у него с Хидеко свидание. Лог прочитал, что у людей на свидание принято как-то красиво одеваться. Но у него ничего такого не имелось. Решил пойти, как есть, — в бело-сером кимоно. В назначенный день в назначенное время в назначенном месте Лог встретился с Хидеко. Заметил, что она тоже никак по-особенному не оделась: как была в форме шиноби, так и осталась. Лог тогда подумал, что, возможно, у подчинённых родителя приняты не все традиции и ритуалы обычных людей. — Привет, Мицуки, — сказала, немного краснея, Хидеко. — Ой, извините, что на «ты», господин. — Можем перейти на «ты». И не нужно называть меня господином. — Логу никогда не было комфортно от этой официальности. — Как здорово! Хорошо! Далее они пошли к реке, где Лог когда-то ловил рыбу с Сатоми. «Нашла ли она себе настоящих друзей?» — В нашей деревне нет ничего для досуга, только дома и лаборатории, но река очень красивая, я часто прихожу сюда, — рассказала Хидеко. Лог осмотрелся, пытаясь уловить эту красоту. Отметил, что температура была около десяти-двенадцати градусов, солнце еле светило, вода журчала, где-то вдали пели птицы. Уже настал апрель, снег растаял, но до жары было ещё далеко. Пахло сырым песком, прелой прошлогодней травой и чем-то холодным, металлическим. Виднелись горы, на которых росли сосны, где-то среди них была спрятана небольшая лаборатория Орочимару, но Лог туда почти не ходил. — Как хорошо здесь дышится, — сказала Хидеко и сделала глубокий вдох. Лог повторил за ней — холодный воздух поступил в нос. Хидеко почему-то хихикнула. Потом они двинулись в сторону хвойного леса. Пахло смолой и чем-то лекарственным — вероятнее, такой запах издавал можжевельник. Кругом был мох: на камнях, на стволах деревьев. Птицы пели тут более слышно. Раздавались свист и потрескивание. Лог не особо силен в орнитологии, но Джуго немного научил его различать пения птиц. — Это чиж поёт. — Ты разбираешься в этом? — удивилась Хидеко. — Как здорово! — Вот сейчас сорока прокряхтела. Лог говорил обычные вещи, но Хидеко смотрела на него с восторгом. — А ты в растениях разбираешься? — В основном в лекарственных. Хидеко подбежала к случайному кусту. — Оно как называется? — Это легко, странно, что ты не знаешь. Это кедровый стланик. Лог и Хидеко внимательно смотрели на куст, имеющий чашеобразную крону, некоторые его ветви были прижаты к земле, куст имел небольшие шишки, на глаз Лог примерил, что они были около шести сантиметров в длину и около трех сантиметров в ширину. Хидеко подбежала к другому растению. Лог увидел, как она смотрит на скопление какой-то травы. Подойдя, он понял, что это валериана лекарственная. Цветков ещё не было, но Лог все равно смог её опознать по стеблю, который ближе к соцветию разветвлялся, и по листьям, которые располагались кольцеобразно на одном уровне. — Это валериана лекарственная. Применяется в качестве седативного лекарственного средства и как спазмолитик в отношении гладкой мускулатуры ЖКТ и мочевыделительной системы. — Как много умных слов, — сказала Хидеко, и Лог не понял смысла её высказывания. Они двинулись дальше, вступая по прошлогодней листве и мху и продолжая слушать трели чижей. Выглянуло солнце, оно прорывалось через хвою, словно решето. Каждый луч дробился на блики. Тут даже Лог отметил, что это выглядит красиво. — А это что за травка? Лог взглянул, куда показала Хидеко. — Без цветков сложно определить, но, по всей видимости, зверобой. Будь тогда лето, Лог и Хидеко увидели бы жёлтые цветки. — Расскажи ещё про лекарственные растения! И Лог начал лекцию: он рассказал о календуле, алтее, кровохлёбке, шиповнике, малине и прочем. Хидеко шла и внимательно слушала, почему-то улыбаясь. Так они зашли довольно далеко в лес, повстречали дикого агрессивного кабана, но Хидеко одним ударом смогла заставить зверя потерять сознание. — Очнется и дальше побежит, — сказала она. — Давай рассказывай дальше! И Лог говорил и говорил. В процессе лекции вспомнил про лекарства синтетического происхождения. — Ты фармацевт, что ли? — Нет, я шиноби, но многое знаю в области медицины. Когда уже стемнело, они вернулись в деревню. — Мне так понравилось гулять с тобой. Ты очень интересно рассказываешь, — поделилась впечатлениями Хидеко. — Спасибо тебе! — Эти знания наверняка тебе пригодятся, — монотонно проговорил Лог. — Давай договоримся о следующей встрече. В ходе попыток договориться стало ясно, что они свободны одновременно только через неделю. Хидеко предложила погулять не в Отогакуре, а в городе, что неподалёку. Для Лога локация значения не имела — он согласился. — Ты очень милый, — сказала Хидеко напоследок, они попрощались, и она убежала в сторону домов. Лог отправился в лабораторию. По дороге он думал, что значит «милый». И он не понимал, что вызвало у Хидеко столько восторга (или что это было?). Взрослый Лог понимал, что ей просто нравилось, что красивый, «знатный» мальчик ей что-то рассказывает и в чем-то так хорошо разбирается, но тогда он решил, что у неё просто сильная тяга к изучению ботаники. Через неделю Лог и Хидеко встретились у ворот и вместе отправились в ближайший город под названием Мэсэйоши. Нужно было двигаться через лес, так короче, и Хидеко снова спрашивала Лога о каждой травке, это начинало его утомлять. В тот день уже было около двадцати градусов, слепило глаза солнце, дул тёплый ветер, поднимая периодически косу Хидеко, летали разноцветные бабочки. Вскоре стали видны каменные ворота и рыжего цвета башня ратуши. Когда Лог и Хидеко вошли в город, их тут же застали торговые лавки, где продавались и еда, и хозяйственные товары, и одежда, и ещё много чего. Уши Лога раздражало большое количество разных голосов, постоянно что-то говорили и дети, и женщины, и мужчины, и старики. Лог улавливал кучу тем для обсуждения: сплетни, рассказы о жене, муже, брате и прочих родственниках, рассуждения о быте. О чем-то подобном Лог говорил только с Суйгецу, но и то больше слушал, чем участвовал в беседе. Говор перемешивался со стуком ножей мясников, разрубающих туши, жужжанием мух, топотом ног, блеяньем овец, выставленных на продажу, лаем собак. Хидеко же разнообразие звуков несильно волновало, она выглядела абсолютно расслабленной. Логу же впервые в жизни захотелось куда-то спрятаться. Он и его спутница всё шли и шли по центральной улице. Хидеко будто что-то выискивала глазами. Город состоял в основном из одинаковых зданий из белого камня, в центре города стоял небольшой фонтан, возле него были лужи, в которых купались ворковавшие голуби. — Смотри, тут какое-то кафе, — сказала Хидеко и показала на двухэтажное здание с большой деревянной дверью. Внизу было само кафе, на верхнем этаже находились квартиры. — Ты взял деньги? — Нет. — Я тебя угощаю. Пойдем в кафе? Лог кивнул. Его угощали впервые, он решил исследовать и эту сторону межличностных отношений. Они зашли в кафе, где почти никого не было. Хидеко сразу же подошла к кассе, возле которой висело меню. Она начала внимательно читать все позиции. Лог тоже принялся читать, но ему ничего оттуда не хотелось, потому что он не привык к человеческой пище. — Я буду банановое мороженое. А ты? — Если можно, то мини-бургер. — И всё? — Всё. Лог выбрал именно бургер, потому что ел его, когда был якобы другом Сатоми. С исследовательской точки зрения было бы лучше съесть что-то другое, но ему так не хотелось испытывать свои не привыкшие к такому вкусовые рецепторы. Лог и Хидеко сели за маленький круглый деревянный столик возле окна с длинными шторами в розовый цветочек. Они молча ждали свою еду. Когда заказ был готов, Хидеко забрала его и принесла два подноса. — Приятного аппетита, — сказала она и улыбнулась, взяв в руки чайную ложку. — Спасибо. Тебе тоже. Лог принялся есть. Когда бургер, имеющий неплохой вкус, уже был почти съеден, Лог заметил, что на него как-то странно смотрит Хидеко. К своей еде она даже не притронулась. — А ты любишь мороженое? — спросила девушка. — Не знаю. Не пробовал. — Ни разу не ел?! — Хидеко даже крикнула. Кассир косо на них посмотрел. — Как так? — Не приходилось. — Хочешь попробовать? — Предположим…? — А можно… я тебя с ложечки покормлю? — Зачем? — У Лога даже брови приподнялись. — Ну хочется мне. Можно? — Если для тебя это важно, то хорошо, корми. Лог решил, что лучше поддаться, чтобы узнать больше о романтических отношениях. Хидеко даже взвизгнула. Она зачерпнула мороженое, которое уже немного подтаяло, и приблизила ложку к Логу. Он впервые почувствовал настолько сильное смущение, но открыл рот, ради чего ему даже пришлось с собой бороться. Приторно-сладкая пища попала на язык, раздражив вкусовые рецепторы, Логу показалось, что его накормили какой-то дрянью, но он оставался невозмутимым. Это повторилось раз пять. Потом он не выдержал и сказал, что наелся. — Вкусно? Мне вот показалось, что слишком сладко. — Неплохо. — Ты так мило смущался. Лог кивнул, не зная, что отвечать. После кафе они пошли к фонтану. Лог чувствовал, как от него исходит прохлада, маленькие капли попадали на его лицо, шею и ладони. Хидеко взяла его за руку, отчего ему захотелось её отдернуть, но он стерпел ради исследования. Держась за руки, они двинулись на смотровую площадку, где открывался вид на горы, поросшие елью. В небе кричал орёл, летали ещё какие-то птицы, чьи очертания были едва уловимы. — Красиво, да? Она снова задала ему этот трудный вопрос. Он не знал, по каким критериям оценивать красоту! — Верно. Хидеко предложила сесть на скамейку. Они сели, хотя Логу и стоялось вполне сносно. Девушка положила голову ему на плечо и охватила его руки. Он взглянул на неё — она выглядела очень довольной. Сам не зная зачем, он положил голову на её голову. Белые шелковистые волосы приятно щекотали его щеку. Посмотрел на реакцию девушки — она закусила губу, её взгляд метался. — Куда дальше пойдём? — Я устал. Пойдём в Отокагуре? — Я же ещё даже ничего не купила. Давай останемся. Лог решил остаться. Хидеко потянула его со скамейки, и они отправились в местный магазин со всякими безделушками. В нем продавались бижутерия, сувениры с разными животными из мифологии, не очень качественные игрушки, искусственные цветы, косметика и прочее. Хидеко примеряла браслеты. Один из них состоял из белых и чёрных чередующихся бусин, к ним был прицеплен маленький стеклянный кулон в виде змеи с золотыми глазами. — Смотри, как на тебя похожа, — сказала Хидеко, показывая ему змею. Тут из рукава Лога вылезла точно такая же. Глаза Хидеко увеличились в размерах. — Она всегда в твоём рукаве? Кивок. — Как здорово! Можно погладить? Лог разрешил. Хидеко прикоснулась к змее — та подставила свою маленькую голову и стала ластиться, как кошка. Лог подумал, что змее прикосновения девушки приятнее, чем ему. Животное переползло с ладони Лога на руку Хидеко и обвила её запястье, высовывая язык. — Она такая хорошая и милая, прям как ты, — проговорила девушка. Лог кивнул. — Хочешь, я подарю тебе этот браслет? — сказала Хидеко и протянула к нему ладонь, в которой лежал браслет. Лог не понимал, зачем она так хотела потратить на него деньги, это же неразумные траты. — Тебе разве не нужны деньги? Зачем ты их тратишь, когда можно этого не делать? — Я хочу сделать тебе подарок. Тебе что, ни разу не дарили подарки? — Нет. — Тогда тебе точно нужно подарить браслет! Не спрашивая Лога, она побежала на кассу, купила браслет, пока змея все ещё была на её руке, прибежала и надела на Лога его подарок. Он не понимал, чем он это всё заслужил, но чувствовал, что в груди потеплело. Что за физиологическая реакция, Лог не понял. Он принялся рассматривать браслет и отметил для себя, что считает его красивым. — Спасибо, — сказал он неожиданно для себя. Хидеко, выглядевшая довольной, приобняла его. Он позволил взять себя за руку (змея тут же метнулась к нему и заползла в рукав), и они, не расцепляясь, отправились в Отогакуре. Лог всю дорогу смотрел, как трясётся кулон на браслете. Хидеко права: он и змея похожи.