До того, как все кончилось.

      На следующее утро было трудно подниматься. Болело абсолютно все.       Эдди не помнил как вчера уснул. Рука была закутана в бинт, на виске чувствовался пластырь. Без футболки было прохладно, но одеяло спасало. Когда он успел накрыться?       Сил не было совсем. Он перевернулся на спину и посмотрел в потолок. В голове вдруг всплыл вчерашний вечер.       "Стоп. Где Харрингтон?" — пронеслась мысль.       В комнате его не было, поэтому парень решил подняться. Аккуратно, потихоньку встал с кровати. Комната немного кружилась, в глазах немного потемнело.       На кухне горел светильник. За столом сидел дядя, что-то читал в газете, попивая растворимый, горький кофе. Он сразу замечает хромающего мальца. Поворачивает на него голову и в глазах как обычно тепло. Но на сердце кровь обливается от его вида.       — Доброе утро, сынок.       Он встаёт из-за стола, не задаёт вопросов по поводу того, что произошло и просто идёт к чайнику, ставит его и достает любимую кружку Эдди.       Тот в это время аккуратно садиться на стул, пытается опереться рукой, что бы было легче, но кисть сильно ноет, заставляя лицо перекоситься от гримасы боли.       Спустя несколько минут чай уже стоял перед ним, а Уэйн сидел рядом.       — Дядя, тут вчера парень приходил.. — начал младший. — Он когда ушёл, ты видел? Говорил что-то?       — Ты про Стива? — уточняюще спрашивает тот, и дождавшись кивка, продолжает. — Когда я пришёл, он был ещё тут, но скорее всего я его напугал, поэтому он быстро собрался и уехал. Попросил сказать, что ещё приедет, если получится, а если нет, то позвонит. Я дал ему номер.       Эдди немного приподнял бровь, отпивая горячий напиток. Стив позвонит? Зачем дядя дал ему номер? Тот волнуется? Не похоже на Харрингтона, если честно. Хотя то, что он приехал вчера, тоже не в его стиле.       — Хорошо... Я на этой неделе дома отлежусь? — Спрашивает он, уже зная ответ. Уэйн никогда не будет заставлять его что-то делать, если тот не хочет.       — Конечно, отдыхай, сынок. — Беря обратно газету, он продолжает её читать. Не задавая вопросов, просто сидя рядом.

***

      Стив сидит на английском с девушкой, у которой были тёмные длинные волосы, заплетенные в косу. Она смотрела на него и улыбалась, иногда что-то писала на листочке, давая ему почитать. Ему это было не интересно. Взгляд парня был направлен на последнюю парту, где он обычно сидел с Эдди.       "Интересно, как он там? Ему лучше?" — пронеслось в голове.       Он бы хотел приехать. Хотел сесть рядом, перебинтовать руку, принести чай, да хотя бы просто узнать какой чай тот пьёт. Но ему нельзя. Сегодня тренировка. Да и родители будут явно против. Вчера он слушал холодный тон отца минут 20. Слушал о том, что тот совсем обнаглел и что мама в нем разочарована. Разве раньше она так не думала о нем?       На уроках стало скучно. Да, в целом, всегда на них было скучно. Но Эдди как-то умудрялся скрашивать эту обстановку, заставлял искренне смеяться, а не просто натягивать эту дурацкую идеальную улыбку.       Звонок с урока приводит обратно в чувства. Стив улыбается однокласснице, говорит ей, что она очень милая и уходит из класса. Он всегда делает комплимент девушкам, если они ему помогают, это уже считается обычным делом, которому парень не придаёт значение, но девушкам это нравится, считают себя особенными.       В раздевалке, как всегда гомон. Команда обсуждает новую игру, которые они видели по телевизору в эти выходные. Стив её тоже смотрел, но вступать в диалог не хотелось.       Джеймс сидит на скамейке, протирает обувь от грязи, ведь с приходом зимы они занимаются в здание. Он видит как капитан команды проходит мимо и начинает переодеваться. Смотрит и ухмыляется.       — Я думал, тебя не допустят до игры. — замечая взгляд Джеймса, говорит парень.       — Не правильно думал. Как вы без меня справитесь то на поле?       — Так же как и с тобой. — Кидает Харрингтон, надевая футболку и оборачиваясь к товарищу.       — Сегодня твоего мальчика не видно. Что лапки подал и решил не приходить? Так то. — Сжимает салфетку и бросает её в мусорное ведро, которое стоит около стенки, он не долетает, но Эйл на это лишь закатывает глаза, не собираясь поднимать.       — "Твоего мальчика" издеваешься? Во-первых у него имя есть, во-вторых он не мой, мы с ним общаемся иногда. А твоя фраза звучит по гейски, я не такой. — Потирая переносицу от напряжение.       Злиться, но на что? Всего-то тупая шутка Джеймса, как всегда. Но раздражает, почти так же как его довольное лицо.       — Ах да, точно, забыл. По тебе иногда не видно, что ты по девочкам.       Ухмыляется, падла.       — Идиот.       Тренер Джонс открывает дверь и зовет всех в спортзал. И парни покидают помещение, вместе с остальной командой, немного толкаясь.

***

      В машине тепло, по сравнению с улицей. Идёт снег, немного портят вид на дорогу. Хотя Харрингтон всегда любил зиму: ночь длиннее, день короче, мягкий снежок на земле, прохладнач погода. Ехать домой было не охото.       Песни сменяются одна за другой.       Hall & Oates "Private Eyes", вызвала улыбку на лице парня.       "Мда, уж. И правда отстой" — Подумал он про себя.       Взгляд зацепился за стоящую телефонную будку, неподалёку от поворота к дому.       Стив вспомнил о том, что в его кармане лежит номер, который ему дал дядя Эдди и остановился.       "Стоит ли ему звонить? Может он отсыпается и я лишь побеспокою его этим? Или вообще трубку не возьмёт?"       Сомнения кипели в голове, но в конечном итоге победило желание услышать, что тот в порядке. Поэтому парень вышел из машины, немного поежавшись от ветра. Пальцы нащупали бумажку.       Набрав нужный номер и закину в автомат небольшую монетку, он облокотился на стекло, осматривая полупустую улицу.       Гудки шли долго, казалось, что уже никто не возьмёт. Рука уже потянулась повешать телефон обратно, но вдруг с той стороны провода послышался голос, немного сиплый.       — Ало? — тихо, с недоверием.       — Это я. — чуть прикусывая губу, говорит Стив. — Прости, я тебя разбудил?       Эдди и правда недавно проснулся, но не от звонка.       — Нет, я не слышал просто, на улице был.       — Хорошо... — А что вообще говорить? — Ты как там? Как рука?       — Живой. Побаливает, но двигать могу. — Коротко отвечает парень.       — Это главное. — мнется. — Я приеду.       — Не нужно. — Почти перебевает его. — Тебе домой надо. Ты итак вчера задержался.       Молчит. Знает, что это правда. Знает, что приехать не может, но очень хочеться.       — Тогда... Я позвоню завтра.       — Незачем.       - Позвоню. — И прерывает этот диалог первым, вещая трубку.       Хоть это и было всего несколько фраз, они вызвали облегчение. Он в норме, значит все хорошо.

***

      Стив правда позвонил на следующий день. И так каждые два дня. Эдди никогда так много по телефону не говорил. Им вообще никто не звонит, почти, а если звонят то отвечает дядя. Но не сейчас.       Разговоры у них не длинные. Харрингтон узнает, как тот себя чувствует, обрабатывает ли садины и что с рукой. Иногда, пытается настоять на том, чтобы съездить в больницу, но Мансон отнекивается.       Парень говорит и о том, что приедет, но почти всегда Эдди пресекает это желание, что наверное к лучшему, ведь родители бы точно не спустили это с рук. Тем более, ему достаточно и звонков. Приятно от того факта, что кто-то переживает за него, особенно если этот "кто-то" — Стив.