Мы всего лишь тени и отражения друг друга, так почему же всё так обернулось

Когда путешественник открыл глаза, что были мокрыми от слёз, перед собой он увидел Асмодей, лежащую лицом к нему. Стоп. ... Она тоже плакала? По щекам простёрлись мокрые дорожки. Слёзы отражали лунный свет, а за окном медленно падал снег. Итэр пальцем смахнул жемчужины воды с её век. Кажется... он немного привязался к ней. Наверное всё из-за того, что они готовы убить друг за друга, поставив собственную жизнь на кон. Он встал с постели. Половицы тихо скрипели под ногами, за окном выл ветер, с крыши упал снег. Путешественник подошёл к тумбе и опёрся о неё руками, опустив голову. Ему до сих пор было не очень. Голова кружилась, ноги стали ватными, грозя Итэру весьмя шумным падением. Он взял из рюкзака какой-то зелье и выпил его до дна. На языке появился ощутимый привкус лекарственных трав. Повернувшись, парень ощутил некое давление на спину и грудную клетку – его раны обработали и перевязали. Он вернулся к постели, укрыв богиню. Путешественник подошёл к зеркалу и приложил руку к поверхности. Внезапно отражение убрало руку, в отличии от самого Итэра. В стекле парень открыл глаза. И путешественник уставился на своё "отражение". – Ты ведь прекрасно знаешь, что звать меня бесполезно – "Итэр" заговорил с строгим лицом и безразличным взглядом. – Да, но могу ли я поступить так... – сказал путешественник. – Не забывай, мы всего лишь части одного целого, придёт время, и я покину тебя. Но не забывай, как только ты дашь слабину я сотру в порошок весь Тейват – в отражение появился намёк на ухмылку и золотое свечение глаз, после чего взгляд снова стал холодным. – Ты всего лишь моё эхо из вне... – начал Итэр, спокойно смотря на "себя". – Но это не мешает мне быть твоей божественной сущностью и тем, что ты так упорно игнорируешь. Боишься, что сам разрушишь всё, что тебе дорого. Прямо, как... Тогда. Мимо проносились отголоски воспоминаний. Кровь на мече, руках, одежды. Нет, не его кровь. Ветер обдавал жаром, всё горело. Сколько лет он об этом не вспоминал, думал, что уже забыл. Да и лучше бы забыл. Рука предательски дрогнула. – Ты уже забыл, как убил их всех? Уничтожил всё, что было тебе дорого? Именно твой меч тогда пронзал их тела. Твой руки по локоть в крови. Ох, нет.... Точно... – отражение самодовольно улыбнлось – ты же уже в ней тонешь. – Замолчи!...– рука ударила по зеркалу и оно треснуло, разбиваясь на осколки. – Рано или поздно они узнают кто ты, какой ты и что скрываешь. Ведь ты – причина и ты – тот, кто сам всё это разрушит. Сколько не беги, всё повторится вновь. Запомни мои слова. Осколки посыпались из рамы, впиваясь в бледную кожу парня. Отражение вернулось в норму, а с рук капала золотая кровь. – Чёрт... – путешественник осел на пол. Пришлось собирать осколки стекла, а после перевязывать раны. Нужно было выйти. Видимо, за то время что он разбирался со своим "я", Асмодей превратилась в Паймон, пока спала. Путешественник оделся, тихо вышел из дома Тартальи и начал идти по тропинке. Холодный и блестящий он хрустел под ногами, как кости. Не хотелось снова вспоминать. Он поднял глаза, перед глазами предстала луна, обрамлённая северным сиянием. Подул ветер – ветки сорвался слой снега. Вокруг тихо. Итэр стоял на краю скалы прямо над замёршим озером. Ему не страшно падать, он уже привык, он не умрёт. Гораздо страшнее взлететь, чтобы потом упасть. Путешественник становится спиной к обрыву, смотрит на небо. Развёл руки в стороны и немного перееаправил центр тяжести своего тела. И вот он уже падает. Перед глазами звёзды, распущенные волосы развиваются по ветру, который бьёт в спину и окутывает. Итэр расслабляется, но в следующую секунду его встречает холодный лёд, что ломается под силой удара. Прозрачная корка ломается и хрустит, режет кожу. Секунда – он уже в холодной воде. Чувствует себя живым: пока больно – он жив, ощущает жжение, как ломается кости, сводит руки. Ему нравится. И не то, чтобы сказать, что он мазахист. Просто, когда ты бессмертен, такое ощущение, что не жив, не мёртв. Ты общаешься, знакомишься и делаешь то, что нравится, но ничего не чувствуешь. Итэр вынырнул из воды и лёг на снег. Где-то в ветках встрепенулся филин. Тихо и спокойно. Он скучал по спокойствию. Облака на небе полупрозрачные, словно дымка, плыли, иногда останавливая лунные лучи. В воде юноша увидел своё отражение и грустно улыбнулся. Собравшись с силами он встал и пошёл обратно в дом. Зайдя, путешественник снял куртку и повесил на вешалку, как вдруг услышал шаги: – Тебе не спится товарищ? – сонно сказал Тарталья. – Да... Вышел подышать свежим воздухом – ответил Итэр. – Заодно, как я вижу, искупаться решил – сказал парень исследуя взглядом мокрого до нитки юношу . – Не волнуйся, всё в порядке. Я пойду. Спокойной ночи – сказал путешественник, стараясь удалиться к себе в комнату, как можно быстрее. Итэр переоделся и лёг в постель, засыпая. Наверное, ему стоит всё переосмыслить, но сначала отдохнуть. Он смотрел в окно и медленно засыпал, погружаясь в царство Морфея.