«Остаточная ночь не закончилась»

Акира проводил взглядом удаляющуюся машину. Красные габаритные огни медленно растворялись в густом вечернем тумане Кавасуми, который сегодня казался особенно тяжелым и холодным. — Что будем делать? — глухо спросил Акира, не оборачиваясь. — Надо сообщить об этом Рин, — Кайто стоял, засунув руки в карманы куртки. Его привычная весёлая маска исчезла, обнажив лицо лидера, знающего цену жизни в этом городе. — Ты не боишься последствий, Кайто? — Акира нахмурился, в его глазах промелькнула тень тревоги. — Нет, — твердо и уверенно отрезал Кайто. — Будет лучше, если она узнает об этом от нас, а не наткнется на новость сама. Если услышит от «семьи», она поймет, что круг замкнулся. Но если узнает от кого-то другого... последствия будут куда хуже. и тогда её гнев обрушится на всех. Акира молча кивнул, признавая горькую правоту друга. Он достал телефон и набрал номер Рин. В салоне машины, увозившей ребят в Макоти, царило странное, наэлектризованное напряжение. Рин сидела, прижавшись лбом к прохладному стеклу. Её всё еще потряхивало — и от воспоминаний, разбередивших душу, и от того внезапного поцелуя Акиры. Она чувствовала себя так, будто её мир только что перевернули с ног на голову. Сакура, сидевший рядом, выглядел не лучше: он буквально вибрировал от подавляемой ярости, сверля взглядом спинку переднего сиденья. — Рин-сан, ты в порядке? — негромко спросил Нирей, прерывая затянувшуюся тишину. Рин вздрогнула и постаралась улыбнуться как можно мягче. — Да, всё нормально, Нирей. Просто длинный день. — Я и не знал, что ты встречалась с кем-то настолько... сильным, — Нирей поправил очки, в его голосе слышалось неприкрытое уважение пополам с опаской. Рин почувствовала, как краска снова приливает к лицу. Она опустила голову, пряча взгляд за прядями волос. — Простите, что не рассказала раньше. Просто эти отношения уже в прошлом. А я... не очень люблю говорить о прошлом. Больно вспоминать. — Всё нормально, Рин-сан, — мягко вставил Суо, его спокойная улыбка всегда действовала умиротворяюще. — Это твое право — рассказывать или нет. Мы будем ждать, пока ты сама не созреешь. Мы рядом. — Верно! — подхватил Нирей. — Когда сама захочешь, тогда и поделишься. Он решил перевести тему, чтобы не давить на подругу: — Если честно, я поначалу думал, что Кавасуми — это какой-то город кошмаров. Но сейчас понял, что не всё так плохо. — Твои друзья оказались очень приятными и гостеприимными, — добавил Кирю. Сакура всё это время молчал, не сводя глаз с Рин. Наконец, он не выдержал: — Слушай, Рин. Ты смогла с ними поговорить? Мы ведь за этим приехали. — Да, — ответила она. — Мы поговорили, но проблема осталась. Надеюсь, они смогут её решить своими силами. — А если нет? — быстро спросил Нирей. — А если нет, — Рин на мгновение стала очень серьезной, — я им помогу. — Это значит, — подал голос Кирю, — что ты вернешься туда? В Кавасуми? — Да, это ведь и мой дом тоже. Но не навсегда, не переживайте. Парни синхронно выдохнули с облегчением. И в этот момент тишину разорвал звонок. Рин вытащила телефон и, увидев имя «Акира», мгновенно посерьезнела. — Да, Акира. Что-то случилось? — голос Рин звучал мило и мягко, но в машине все мгновенно затихли, ловя каждое слово. — Ишида Тору мертв, — холодно и безжизненно произнес Акира в трубку. Лицо Рин не изменилось. Она не вскрикнула, не побледнела. Лишь пальцы чуть сильнее сжали корпус телефона. — Понятно, — коротко ответила она. — Что будешь делать? — в голосе Акиры слышалось скрытое напряжение. — Ничего. — Ты серьезно? Вообще ничего? Не хочешь знать, чьих это рук дело? — Нет, Акира. Главное, что всё закончилось. Для меня было важно только это. Правосудие свершилось, и мне не важно, кто стал инструментом в руках судьбы. — Я понял тебя, — Акира выдохнул в трубку, и в этом выдохе слышалось колоссальное облегчение. — Тогда до связи. — До связи. Рин убрала телефон в карман. Сакура тут же подался вперед, его глаза горели любопытством и тревогой. — Ну и что случилось? Рин посмотрела на него и вдруг улыбнулась — на этот раз по-настоящему, от всей души, сбрасывая с плеч многолетний груз. — Они решили проблему. — Ого, так быстро? — удивился Суо. — Вот что значит лидеры Кавасуми! — воскликнул Нирей. — Решают вопросы мгновенно! Все заулыбались, почувствовав, как гроза миновала. Но Рин заметила, что Хаято ведет себя странно. Он сидел в углу, постоянно проверяя телефон, а его взгляд был отсутствующим. — Хаято, что-то случилось? — тихо спросила она. Он слегка вздрогнул, убирая экран от её глаз. — Нет, всё нормально... Просто жду сообщения от друга. Не бери в голову. — Понятно, — ответила Рин, но внутри у неё поселилось странное предчувствие. В Кавасуми Акира медленно опустил руку с телефоном, чувствуя, как холодный ветер Кавасуми пробирается под куртку. Он обернулся к Кайто, который всё это время внимательно следил за выражением его лица. — Она лишь сказала «понятно», — произнес Акира, и в его голосе слышалось странное сочетание разочарования и облегчения. — И добавила, что ей главное, что он уже мертв. Похоже, она не собирается ничего предпринимать. — Если так, то хорошо, — Кайто нахмурился, глядя на пустую дорогу, где скрылась машина. — Одной проблемой меньше. Но вопрос в другом: зачем «Небесному Дракону» из соседнего Сейрана понадобилось убивать Ишиду? У них явно своя игра. — Об этом скоро узнаем, — Акира сжал телефон в руке. — А пока нужно следить за Рин. — А что с ней? — раздался резкий голос. К ним быстрым шагом подошел Рю, который только что вернулся со своей территории. Он едва разминулся с ребятами из Фурин. Акира вкратце пересказал ему суть разговора и новость о смерти их общего врага. Рю округлил глаза, потирая затылок. — Ого... и что, она совсем никак не отреагировала? — Рю недоверчиво хмыкнул. — Странная она. Будь я на её месте, я бы наоборот расстроился, что не я его прикончил, и уже вовсю искал бы этого убийцу-дракона! Кайто перебил его, усмехнувшись: — Хорошо, что она — это не ты, Рю. Твоя горячая голова нам сейчас ни к чему. Пока просто понаблюдаем за ней со стороны. Если что-то пойдет не так — начнем действовать. И пока лидеры Кавасуми гадали о мотивах соседей, в самом Сейране, на крыше местной старшей школы, стоял парень с белоснежными волосами. Он смотрел вдаль, туда, где за густым туманом скрывался Кавасуми. — Опять ты тут, — раздался знакомый голос за спиной. Юки медленно обернулся, его лицо осталось беспристрастным. — А, это ты, Ягами. — Давненько я тебя здесь не видел, — Ягами подошел ближе, щурясь от ветра. — Не так уж давно, — отозвался Юки. — Прошел всего месяц, как я перевелся сюда. — Ого, уже месяц? А ведь правда, — Ягами встал рядом, опершись на ограждение. — Ровно месяц назад именно тут, на этой самой крыше, мы с тобой и познакомились. Месяц назад. Юки, только что зачисленный в школу Сейран, стоял на краю крыши. Его белые волосы трепал ветер, а взгляд был прикован к горизонту. — Эй, ты что тут делаешь? — окликнул его высокий парень. Юки обернулся. Перед ним стоял уверенный в себе ученик. — Занятия закончились, — спокойно ответил Юки. Ягами заметил, что на пиджаке новенького пустует место для эмблемы. — А, так ты тот самый новенький, о котором все говорят? Юки посмотрел на него сверху вниз, сохраняя дистанцию. — Верно. Меня зовут Кагэяма Юки. Третий год обучения, — он сделал короткий, официальный поклон. Ягами на мгновение растерялся от такой вежливости, но тут же улыбнулся и поклонился в ответ. — Меня зовут Ягами Рей. Тоже третий год. Так что ты тут забыл, Кагэяма? — Просто решил осмотреться, — Юки снова отвернулся к виду на город. — Ведь самый лучший вид на Сейран — именно отсюда. Так проще понять масштаб места. — Тут ты прав, — Рей встал рядом. — Это самое тихое место во всей школе. Идеально для тех, кто не любит суету. — Кстати, Кагэяма... — начал было Рей, но Юки перебил его. — Можно просто Юки. Не люблю формальности, тем более мы ровесники. Ягами удивленно приподнял бровь: — Неожиданно. Хорошо, будь по-твоему, Юки! Тогда меня зови просто Рей. Слушай, а откуда ты перевелся? — Из соседнего города Хакуро. — О-о, Хакуро? И из какой школы? — Академия Тейко. Ягами присвистнул: — Тейко? Это же элитное заведение для гениев и богачей. Почему ты оказался здесь, в Сейране? Юки вздохнул, его взгляд стал немного отстраненным. — Отца перевели сюда по работе. Пришлось переехать вместе с семьей. — Понятно. Прости за допрос, — Рей глянул на часы и вскрикнул: — Ого, уже так поздно! Мне пора бежать. Рад был познакомиться, Юки! До завтра! — и он стремительно скрылся за дверью крыши. Утром Юки шел в школу, когда впереди показалась знакомая фигура. — Доброе утро, Рей. — О, Юки! — Рей обернулся, сияя улыбкой. — Доброе утро! Как делишки? — Пойдет. Слушай, — Юки кивнул на проходящих мимо учеников, — я хотел спросить. Почему у всех разные эмблемы на форме? — А, ты про значки фракций? — Рей оживился. Пока они шли к входу, он начал свой рассказ. — В нашей школе власть поделена между четырьмя «Драконами». Огненный Дракон: Лидер — Рюджи Такара. У них ярко-красные эмблемы. Его правая рука всегда носит красный галстук. Водный Дракон: Лидер — Сора Минамото. Темно-синие значки. Приближенные носят синие повязки на правом предплечье. Земляной Дракон: Лидер — Дайго Курода. Темно-зеленая эмблема. Их верхушку узнаешь по серьге в левом ухе. Небесный Дракон: Самый загадочный. Никто не знает его имени, он захватил власть сразу после зачисления. Эмблема серебряно-голубая. Его элита — близнецы с татуировками рыб инь-ян на ладонях. — Значит, у вас четыре лидера, — задумчиво произнес Юки. — Верно. Но ходят легенды о Короле Сейран, — прошептал Рей. — Говорят, давным-давно был парень, который перевелся на третьем году и не примкнул ни к кому. Он вызвал всех четырех Драконов на бой одновременно и победил. Драконы признали его Королем. Через год он выпустился, с тех пор трон пустует. Королем может стать только тот, кого признают все четыре фракции. — Понятно, — Юки внимательно слушал. — Но знаешь, — Рей заговорщицки подмигнул, — говорят, в городе появился кто-то, кто сможет бросить вызов всем четверым и снова объединить Сейран. — Значит, скоро смена власти, — констатировал Юки. — Не думаю. Нынешние лидеры чертовски сильны. Настоящее время. Юки перевел взгляд с тумана на стоящего рядом Рея. — Мда... припоминаю, — начал Юки. — Именно тогда ты мне всё это рассказал. Но не упомянул одну деталь... — он косо посмотрел на друга. — Ты не сказал, что «Небесный Дракон» — это ты. Рей неловко почесал затылок и отвел взгляд: — Прости, Юки. Просто мы с тобой так легко начали общаться... я не хотел этого терять. Стоит людям узнать, что ты лидер фракции, как они начинают либо лебезить, либо бояться. Мне это осточертело, поэтому я и молчал. Юки лишь слегка улыбнулся: — Но ведь даже после того, как правда всплыла, мое отношение к тебе не изменилось. Рей широко улыбнулся, и в его глазах блеснула искренняя благодарность: — Да... знаешь, я боялся, что ты перестанешь со мной разговаривать. Но когда ты на следующий день как ни в чем не бывало подошел ко мне поздороваться, я понял, что зря переживал. Спасибо тебе, Юки. Юки похлопал его по плечу: — Ладно, нам пора, а то закроют школу. Он по-дружески обнял Рея за плечи, и они вместе направились к выходу с крыши, оставляя туман Кавасуми позади. Вечернее небо Макоти встретило ребят прохладой и уютным светом уличных фонарей. Когда машина наконец затормозила у дома Рин, Нирей, потирая заспанные глаза, едва выбрался из салона. — Наконец-то мы добрались... — пробормотал он, потягиваясь до хруста в костях. — Дорога была просто бесконечной. — Прости, Нирей-кун, — отозвался Амамия, выходя из-за руля. — Я не думал, что машина решит сломаться на полпути. — Нет-нет, вы не виноваты! — Нирей поспешно и вежливо поклонился. — Спасибо, что довезли нас. Дверь дома распахнулась, и на крыльцо вышла мама Рин. Увидев её, Рин, словно отбросив все тяжелые мысли последних дней, со смехом побежала навстречу и крепко обняла её. Парни подошли следом и почтительно поклонились. — Здравствуйте, ребята! Ну как прошла поездка? — с теплой улыбкой спросила женщина. — Всё прошло хорошо, — ответил за всех Суо, сложив руки за спиной. — Город оказался намного доброжелательнее, чем мы предполагали. — Я так рада, что Кавасуми вам понравился. Проходите в дом, я как раз приготовила крылышки к ужину, аромат на всю кухню! Сакура, который до этого стоял чуть поодаль, неловко кашлянул: — Нет, спасибо большое, но мы, пожалуй, пойдем. Уже поздно, все устали с дороги, да и домой пора. Мама Рин понимающе кивнула: — Хорошо, раз такое дело — отдыхайте. Спасибо, что присмотрели за моей дочерью. Ребята попрощались с Рин и скрылись в темноте улиц, направляясь к своим домам. Рин же вместе с мамой и дядей зашла в дом. Оказавшись в родных стенах, она наконец дала волю чувствам. За чашкой чая она подробно рассказала им всё: о тяжелом разговоре в логове Кайто, о напряженном молчании в кафе и, самое главное, о звонке Акиры. — Наконец-то всё закончилось... — прошептала Рин. У неё на глазах заблестели слезы, которые она сдерживала всё это время. — Теперь настоящий виновник смерти Куро мертв. Справедливость восторжествовала. Мама молча подошла к ней и крепко прижала к себе, её плечи тоже подрагивали от беззвучных рыданий облегчения. — Да, милая... Теперь мы правда можем дышать свободно. Сакура шел домой, и его мысли были далеки от спокойствия. — Сакура-сан, ты в порядке? — нарушил тишину Суо. — Ты какой-то сам не свой с того момента, как мы выехали из Кавасуми. — Верно подметил, — кивнул Нирей. — Тебя что-то тревожит? Или это... из-за того поцелуя Рин и Акиры-сана? Лицо Сакуры мгновенно исказилось, он резко отвернулся: — Не говори чепухи! Просто голова немного разболелась от долгой дороги. Ладно, я пошел. Он прибавил шагу, оставляя друзей позади. Зайдя домой, он, не раздеваясь, рухнул в постель. Но сон не шел. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним всплывала сцена у машины: Акира, уверенно держащий руки на плечах Рин, и его губы на её губах. «Почему меня это так бесит?!» — Сакура со злостью ударил подушку. — «Ну встречались они, и что? Это её дело. Она мне просто... соратница по Фурин. Друг. Тогда почему в груди так печет, будто я пропустил удар под дых?» Он ворочался всю ночь. Его злило, что какой-то парень из Кавасуми так легко ведет себя с Рин. Злило, что сама Рин не оттолкнула его. Но больше всего его пугало осознание: он просто не может представить рядом с ней кого-то другого. И это бессилие доводило его до исступления. На следующее утро Сакура пришел в школу с огромными мешками под глазами и опухшим лицом. По дороге он встретил Рин. — Доброе утро, Сакура! — весело окликнула она его. — Да... доброе, — буркнул он, стараясь не смотреть ей в глаза. — А где Хаято? — Не знаю, мы не встретились. Может, он ушел раньше? Пойдем скорее! — Рин с широкой улыбкой схватила его за руку и потащила за собой. Сакура замер, чувствуя её тепло, и его сердце предательски пропустило удар. В классе Хаято тоже не оказалось. — О, а Хаято не с вами? — спросил Суо, когда они вошли. — Нет, — ответил Сакура. — Рин-сан, ты что-нибудь знаешь? — Нет, простите... Мы еще не созванивались сегодня. Я думала, он уже здесь. — Может, проспал? — предположил Кирю. Пока они обсуждали отсутствие друга, их окружили одноклассники, жаждущие подробностей: — Ну как вам Кавасуми? Страшно было? — Сакура, ты там всех раскидал? Сакура, чувствуя, как закипает, громко отрезал: — Всё прошло нормально! Отвяжитесь! Нирей, видя состояние друга, быстро переключил внимание на себя и начал увлеченно рассказывать о своих впечатлениях. В этот момент у Сакуры пискнул телефон. Сообщение от Умемии: «Сакура, можете после уроков подняться на крышу? Только те, кто был в Кавасуми. Хочу поговорить». В обед ребята поднялись на крышу. Там их ждал Умемия и все столпы школы. — О, ребята, наконец-то вы пришли! — весело улыбнулся Уме. — А где Хаято? — Мы не знаем, он не пришел в школу. На сообщения не отвечает, — ответила Рин с тревогой в голосе. — Если он заболел, надо будет навестить его. Хираги, стоявший рядом, вздохнул: — А, кстати, Умемия. Хаято заходил утром до занятий. Он написал заявление. Сакура резко вскинулся, его глаза расширились: — В смысле — заявление?! О чем ты? Он что... уходит из Фурин? На крыше повисла шоковая тишина. Хираги, поняв, что его слова истолковали неверно, поспешно продолжил: — Да нет же! Заявление на пропуск на неделю. Он уехал в свой родной город, сказал, что возникли какие-то семейные проблемы. Официально отпросился. Все облегченно выдохнули. — Не пугай нас так, Хираги! — рассмеялся Умемия. — А то мы уже подумали, что он решил нас покинуть. Но Сакура не смеялся. Он опустил голову, и его плечи задрожали от ярости. — Сакура? Ты в порядке? — мягко спросил Умемия. — Почему... — начал Сакура, и его голос сорвался на крик. — Почему он даже не написал нам?! Почему не сказал лично?! Разве мы не друзья? Почему вы все вечно самовольничаете и всё скрываете?! Умемия подошел к нему и крепко обнял за плечи. — Остынь, Сакура. Конечно, то, что он не предупредил вас — это некрасиво. Но у него могли быть серьезные причины, о которых трудно говорить. Он расскажет всё, когда вернется. А нам нужно просто дождаться этого момента. Мы ведь семья, верно? Сакура глубоко вздохнул, постепенно успокаиваясь под тяжелой рукой лидера. — А теперь, — Умемия широко улыбнулся и усадил всех в круг на пол. — Давайте, садитесь удобнее. Я хочу знать каждую мелочь о вашей поездке в Кавасуми! Рассказывайте!