Есть дело

Пришлось взять себя в руки. Они уже тут, отступать было некуда, только полный вперёд. Мотивацией выступил страх за близкого. Одной мысли о том в каком сейчас положении находится Венди, было достаточно, чтобы до белизны костяшек сжать ладони в кулаки и с полной решимостью к действию сконцентрироваться на поставленной перед ним задачей: указывать путь. Потратив ещё несколько драгоценных секунд на то, чтобы проводить взглядом удаляющегося, а после сливающегося в одно целое с укрытой вязкой тенью стеной Кенни, Марш будучи до мозга костей неверующим человеком, взмолился единственному известному ему богу и с этим воодушевляющим напутствием занял позицию. Сотрясаясь всем своим нутром, он боязливо выглядывал из-за невысокого кирпичного заборчика по периметру всей крыши, оглядывал окрестности, а после выцеплял среди груд мусора родной силуэт. Нервозно дрожащие руки с трудом подчинялись владельцу и только с третьего раза, настроив волну и зажав кнопку, раздается голос. — Прием, ээ... Плащ? Прием, — друзья поздно спохватились о кодовых именах, а потому пришлось импровизировать. — Прием. Жду указаний, прием, — не заставляя себя ждать, вдруг, оживает в руках рация. "Жду указаний" — про себя повторил Стэнли, сейчас эти слова ему показались неудачной издевкой. Насмешкой. О каких указаниях могла идти речь, когда даже думать было до урчания в животе страшно. Сощурившись от сильных порывов ветра со стороны моря Стэн закусив губу робко выглядывает из-за ограждения. Спрятанные под шапкой прямые смоляные волосы на загривке от любого шевеления в темноте, будь то озорная тень или лавирующая между коробок кошка поднимались дыбом. Какими могли быть указания? Куда нужно идти или где сейчас тот дуэт двух голосов. А где именно находится Венди? Будь я на месте похитителя, вдруг задумался Стэн, куда бы я кинул, нет слишком грубо, где бы я расположил заложницу. Мысли сбивались в беспокойный запутанный ком, штормом рвущимся наружу. Нельзя было тянуть с ответом, нельзя было отвечать бездумно. Но именно так по итогу Марш и поступил, вывалив то что видел: — Прием, двое завернули за угол, дорога к дверям откуда они вышли свободна. В тот же момент, когда слова сорвались с уст, он хлопнул себя по губам, зажал рот, но корректировать послание не стал, заметив, как блондин сразу же сдвинулся с места. Рация командой подняла Кенни с места и тот, не боясь, движемый порывом энергии и удачи, приблизился к проходу в дверях. Возможно оно было к лучшему. Простая констатация происходящего, разве не этого требовала ситуация от Стэна? Массивные, широкие куски металла, издали походящие на ворота с облупленной краской, прикрывали уставшую в ожидании банду. Кровь в сосудах заледенела, когда Кенни молил ушедших двух членов группировки не возвращаться, а рацию молчать рыбой. Сомнения зудили, но Маккормик старался концентрироваться на разговорах "бронированных в фольгу наркош". С угрозой взвыл ветер, подталкивая в спину Стэнли отползти от края и спуститься вниз к счётчику. Его, юный мастер на все руки заметил сразу, только они ступили на территорию этого склада и в голове сразу вспыхнула мысль, озвучить которую раньше брюнет не успел из-за эмоциональной нестабильности, а сейчас побоялся лишними звуками от рации привлечь к другу внимание. Щёлкнула металлическая заклёпка и небольшая дверца с протяжным скрипом открылась. — Мы должны охранять периметр - выкрикнул юноша, чей звенящий голос был так отчётливо слышен издалека — Нам донесли о гулящих тут подросткоах, он, —бородатый, но бывший ничуть не старше парень кивнул в сторону другого бандита рядом, - подтвердит, если сейчас мы их поймаем... Люминесцентная кисло-жёлтая лампа раскрашивала лица находящихся в помещении в больные оттенки. — Слишком рано! А если это вообще были не они? Да и как ты двумя отыщишь кого-то на такой территории? Мы сейчас отправили туда единственных и самых способных из всех присутствующих, а сами, будучи теми ещё калеками, если ещё не угашенными, то слабыми... — Твоё дело выполнять приказ. Если что, у нас есть оружие, — мужчина, видимо с привычкой кивать, покрутил головой, имея в виду, что при всех есть огнестрел. Некий сидящий у стены парень похлопал по плечу спавшего до этого момента товарища, с намерением, чтобы тот поднял лежавший пистолет в ладони, но он только отмахнулся. Смекалка подсказала блондину, что их причудливое одеяние не совсем многофункционально и не позволяет носить с собой оружие, а так как многие здесь - идейные волонтёры, не имеющие с такими приборами опыта, получавшие их только на таких "тематических сборах", то не все имеют хотя бы свой чехол, чтобы удобно спрятать пистолет. Хорошо было бы обладать стволом: тогда силы хауса и его будут равными. В уязвимом зрении, помимо яркого света, отпечаталось сиреневое пятно, прижимающееся без сознания к стене. Оно стояло дымкой перед глазами точно, как блеск лампы - зрачки привыкли к темноте. На неопределённое время воцарилось молчание. Маккормик в достаточно широком прямоугольнике света увидел бьющуюся о воздух ночную бабочку. Какие-то мошки и пылинки. Пахло грудами металла, гниющим от влаги картоном. Слышались тихие вздохи и выдохи, окрашенные серой скукой. Не хотелось бы застыть тут ещё на пару минут, иначе пришли бы те двоя - со Стэном или без, но точно упаковали бы и Кенни. Закрыв глаза ладонью, Маккормик потянул воздух лёгкими и успокоил ноющие, слезящиеся от света глаза. Громкий щелчок и сразу последовавшая за тем морозная темнота выбили Кенни из колеи, по коже пробежали мурашки. Шумящее электричество онемело лишь на секунду. В следующую весь порт закричал, запищал, сотни голосов влились потоком в яростные мужские возгласы. Включилась пожарная сигнализация. Топот ног внутри, шелест одежды или звуки собственного горячего дыхания изо рта: бурный коктейль тел начал перемешиваться. В тот момент Кенни на инстинктивной хитрости проник внутрь так быстро, что его организм не успел среагировать. Надежда привела его к тому по чистой случайности одинокому пистолету. Одной рукой герой поднял находку, а другой, проходя по стене, нашёл шелковистый загривок, мягкие женские волосы, пахнущие даже в такой момент легкими духами. Сказать, что ему было тяжело - это ничего не сказать. Кенни впервые носил кого-то на руках, пока бежал, хотя всего и пару минут. У проволочной ограды Маккормик заметил поднятую вверх руку и узнал Стэна: он никогда не видел настолько блестящих глаз. Дух блондина подхватила сладкая гордость. Легкие болели, мышцы рук чуть тряслись, а внутри, в органах, стоял мороз. Кенни был счастлив не только адреналину, лавой из жерла льющегося во время побега и после, но и облегчению Стэна, а больше его реакции - только в этом беззаботном, рискованном моменте Кенни забыл и о жизни извне, и о хаусе, о том, что есть Венди и его неутихающая буря чувств, блондин думал только о том, будто Марш рад исключительно ему. Когда они выпрыгнули из огражденной территории, Кенни передал черноволосую подругу её истинному спасителю, и в этот момент, когда не отрывающийся, трепетный взгляд заблестел в мокрых глазах друга, блондин потерял столь очаровательную, щербатую улыбку на лице. Прижимая обмякшее бессознательное тело к груди, перед тем как перейти с шага на бег, сразу следом за удаляющимся прочь от порта Маккормиком, Стэн, предварительно оглядевшись, опускается на колено. Влажными пальцами проводит по бледному девичьему лицу, убирая черные пряди со щек и отрицая саму эту мысль, на долю секунды прикладывает палец к носу. Горячее дыхание окатило фалангу и, проклиная себя за одну мысль о возможном неблагоприятном исходе, он набирает в легкие воздуха и рывком отрывается от земли. Борцы за справедливость, не сбавляя шага, вернулись к месту, откуда начали. Тут их с распростертыми объятьями встретил сверкающий в свете луны мотоцикл, пустующая трасса и сияющий на горизонте тысячами огней мегаполис. В попытках перевести дыхание, брюнет усаживает на разогретый дневным солнцем асфальт, девушку, а та в свою очередь постепенно приходить в чувства. Пока металлический конь со всем усердием нагружался десятком инструментов, ловко перекинутых из карманов в сумки, его владелец, не отрывая взгляда от ритмично вздымающихся и опускающихся плеч, дергано метался с места на место. Освобожденная заложница открыла глаза и в тот же момент, уже сидящий рядом герой любезно протягивал бутылку воды. Венди, охваченная тянущей головной болью жалобно стонет, поджимает ватные ноги к телу и с трудом, разлепив длинные ресницы, смотрит на размытый силуэт перед собой. Все похоже на дурной сон. Хотела бы она просто проснуться, но хлестающий по щекам и открытым частям тела ветер был настолько правдоподобным, что развеивались все сомнения. Это был не сон. «Где я», захотела вспылить она, но язык словно заполнил весь рот и стал весить примерно тонну. Она только кивнула в ответ, взяла дрожащими руками бутылку и, запрокинув голову, опустошила ее. После чего закрыла пальцами глаза, противясь надоедливо рябящей перед глазами пеленой. Все, что сейчас мог сделать Стэн – это оставить ее без досаждающих сюсюканий, так он и поступил, припал к мотоциклу и выудил из сумки, закрепленной на руле, моторолу, после чего отошел в сторону, ближе к маячащему перед глазами Кенни и, ссутулившись, стал набирать номер. — Что делаешь? — подойдя со спины, в полголоса поинтересовался Маккормик. — Вызываю такси. Так, я думаю, будет лучше? — Стэн помедлил, перед тем как клацнуть по кнопке вызова, добродушно улыбнулся и слабо толкнул кулаком в грудь блондина, — Ты еще извиняться передо мной должен, помнишь? В ответ Кенни многозначительно хмыкнул и телефон загудел. Оставшийся перед Маршем в вечном долгу водитель такси Чеккер пришелся как кстати, правда объяснить свое местоположение оказалось достаточно проблематично. Но раз они справились с тем, чтобы вызволить из западни заложницу, оставшись незамеченными то и с этим, они разберутся. Спустя десять минут ожидания к компании подростков подкатил красный автомобиль. К тому времени Венди уже уверенно стояла на ногах, но так и норовила, закатив глаза, рухнуть без сознания. Задребезжал мотор, машина развернулась и усвестала прямиком к сияющему на горизонте мегаполису, оставив двух подростков на обочине. Лимонное зарево разлился по молодому небу. Дорожные фонари не гасли, хотя было относительно светло: то был святой час, как древние сказали бы, - между мирами. Вместе с ними светили и туманно белеющие звезды с луной, оставляя после себя остатки ночного мороза. Утренняя прохлада умывала руки перед солнечными, горячими лучами. — Ахринеть, — лаконично заключил брюнет и по его лицу расползлась придурковатая улыбка. Глаза подростка сверкнули неописуемой гордостью за себя и переведя взгляд голубых глаз на стоящего неподалеку Кенни, Стэнли, почувствовал, что не может описать словами охватившую его эйфорию, а от того, чтобы хотя бы в какой-то степени выплеснуть свои эмоции он со всей ускользающей сквозь пальцы силой обнимает друга за плечи. Погони не было, банда приняла шах и мат. Кенни, чувствуя некоторую скованность, только с досадой приобнял товарища, свободной рукой похлопывая по лопаткам. Блондин же только что, пребывая в неугомонных мыслях, не желал ничего хорошего любимому человеку Марша, как он мог так спокойно, без притворства искренне радоваться моменту? - Она узнала нас? - Тихим голос задал в пустоту вопрос Маккормик. Влюблённый, разгоряченный от адреналина Стэн мягко отстранился, демонстрируя уставший взгляд и помутненность сознания: умные мысли от того не жди. Он только неловко пожал плечами и отошёл в поисках шлема. Вероятнее всего, Марш хотел бы такой искренности перед своей девушкой, хотел бы, чтобы она знала все. И в этом интересы "героев" расходились. Кенни с закрытыми глазами набрал полные легкие воздуха и, аналогично брюнету, двинулся в сторону мотоцикла. - Сегодня ещё пару уроков. А там, кажется, опять вечеринка собиралась. Стэн промычал что-то в ответ. - Бедный, ты больше моего устал, - усмехнулся Кенни, застегивая шлем и прикрывая сонные глаза.