Стабилизирующее безумие

Слова Линь Цяньму несколько удивили Сюй Цинжаня, но в целом его реакция не показалась ему слишком неожиданной. В конце концов, с самого первого дня знакомства с Фэн Вэем он не считал его хорошим человеком. Сюй Цинжань считал, что у него довольно хороший глаз на людей: если что-то с первого взгляда кажется подозрительным, значит, с этим определённо что-то не так. Он на мгновение задумался, а затем внезапно кое-что понял: — Так вот почему ты раньше был ко мне враждебно настроен? — Поскольку я с ним близок и у нас, кажется, хорошие отношения, ты думаешь, мы похожи? — Фэн Вэй этого даже не заслуживает! — Вы заслуживаете того, чтобы вас ставили в одну группу с ним? Щёки Линь Цяньму заметно покраснели. Немного помучившись, он опустил голову и извиняющимся тоном сказал: — Прости, мне не следовало быть предвзятым к тебе из-за других людей. Сюй Цинжань взглянул на него и вдруг усмехнулся: — Я ещё не расстался с ним, так почему ты передумал? Линь Цяньму искренне ответил: — Душа и дух Сюй относятся к типу D. Раз ты тоже относишься к типу D, значит, ты, должно быть, очень мягкий человек. Думаю, ты не совсем понимаешь характер Фэн Вэя. Мне не стоило вымещать на тебе свою злость из-за него. — А теперь, когда у тебя развился тип D, я должен напомнить тебе, что нужно хорошо заботиться о себе. Глубокое понимание Линь Цяньму характера Фэн Вэя проистекало из того факта, что он сам когда-то был одной из жертв Фэн Вэя. В средней школе он и Фэн Вэй были одноклассниками. На церемонии открытия их случайным образом посадили рядом друг с другом. После непродолжительной беседы они узнали друг о друге больше, чем просто как знакомые, и подружились, потому что у них было много общего. Когда они впервые встретились, Линь Цяньму, как и большинство людей, понятия не имел о своих духовных качествах. Позже, в первый год обучения в старшей школе, он неожиданно оказался единственным учеником с типом D. Это мгновенно сделало его самым популярным учеником, и и одноклассники, и учителя с готовностью выражали ему свою симпатию. Даже Фэн Вэй сблизился с ним и помогал отгонять всех, кто пытался его донимать. Изначально Линь Цяньму думал, что Фэн Вэй проявляет к нему особую заботу из-за их дружбы. Но со временем он начал замечать, что всё меньше и меньше людей осмеливаются сближаться с ним или заводить с ним дружбу, а одноклассники стали избегать его в школе. Те друзья, с которыми он раньше хорошо ладил, либо исчезли, либо перевелись в другие школы. Данные, свидетельствующие о высокой степени духовной совместимости между ним и Су Вэньмином, были опубликованы лишь на втором году обучения в старшей школе. Семьи Су и Линь много лет поддерживали хорошие отношения, и он с детства общался с ними. Это устраивало и его, и обе семьи. Однако вскоре после этого он внезапно попал в аварию и был похищен. Если не учитывать тот факт, что его боевые возможности значительно ослабли после возвращения в первоначальную форму, то у захватившего его человека был более высокий уровень духовного запаса. Он не смог противостоять противнику и был практически вынужден заключить с ним духовный контракт. К счастью, семья Су, имеющая давние связи с армией и полицией, действовала оперативно и нашла его вскоре после получения известия. Семья Су тщательно расследовала это дело и в конце концов выяснила, что оно связано с Фэн Вэем. В комнате Фэн Вэя хранилась коллекция фотографий, отражающих жизнь Линь Цяньму за последние два года, а также множество снимков других представителей типа D в Империи. Очевидно, его увлечение типом D достигло экстремального уровня. Пойманный с поличным, Фэн Вэй спокойно признался во всём, заявив, что он был самым близким человеком для Линь Цяньму и что они даже фантазировали о том, чтобы быть вместе. Линь Цяньму также узнал от него, что всех остальных своих близких друзей, если у них не было влиятельных связей, он отталкивал безжалостными методами. В том числе и старосту класса, который раньше был очень близок к ним обоим — он даже был другом Фэн Вэя ещё с начальной школы. Когда Фэн Вэй упомянул его, в его глазах читалась холодная ирония, лишённая всякой вины или затаённой привязанности: — Кто ему велел постоянно упоминать тебя и хвалить передо мной? Он что, пытался показать, что вы тоже очень близки? — Я просто не хотел сдавать домашнее задание, а он сказал это обо мне на глазах у стольких людей. — Хех, я думаю, он просто хотел покрасоваться перед тобой, использовать свой статус старосты класса, чтобы подавить меня, верно? Он заслужил, чтобы его избили до состояния овоща. Линь Цяньму до сих пор испытывал страх и отвращение, вспоминая выражение лица и тон Фэн Вэя, когда тот произнёс эти слова. Он никак не ожидал, что человек, причинивший ему боль, окажется его давним другом, и никак не ожидал, что его давний друг с его элегантной внешностью окажется таким мерзким типом. В то время Фэн Вэй был несовершеннолетним. А поскольку его семья имела связи с королевской семьёй, даже если бы правда вскрылась, его отправили бы лишь в Башню 5 — самую внешнюю башню Зловещей башни — за преступление, совершённое несовершеннолетним. Даже семья пострадавшего старосты класса была вынуждена пойти на компромисс и согласиться на внесудебное урегулирование в обмен на шанс спасти жизнь своего ребёнка. В результате этого инцидента Линь Цяньму получил серьёзную психологическую травму и перевёлся в другую школу. Сейчас он уже привык, но всё ещё не может смотреть Фэн Вэю в глаза. Он не понимал, как после всего, что тот сделал, они могли снова встретиться в университете и вести себя так, будто ничего не произошло, подойти к нему и снова попытаться подружиться. Линь Цяньму категорически отказался, и позже Фэн Вэй, в свою очередь, связался с Сюй Цинжанем. В то время у Сюй Цинжаня была плохая репутация, и, видя, что они вдвоём проводят время вместе, он неизбежно был задет и тоже составил очень плохое впечатление о Сюй Цинжане. Теперь, когда он об этом думает, Сюй Цинжань, вероятно, был таким же, как он и тот староста класса в своё время, не подозревая об истинном характере Фэн Вэя. Выслушав его, Сюй Цинжань снова спросил: — Кроме этого, есть ли у него ещё что-нибудь, что ему нравится или не нравится? Линь Цяньму долго и серьёзно обдумывал это, а затем, поколебавшись, сказал: — Трудно сказать. Тот, кого он показывает нам, совсем не похож на его настоящего «я». — Однако мне кажется, что он довольно негативно относится к типу Е. Возможно, это потому, что тип Е — лучший выбор партнёра для типа D, и если посмотреть на это с этой точки зрения, можно понять причину. Понятно. Подумал про себя Сюй Цинжань. — Поэтому тебе следует быть осторожнее, — снова посоветовал Линь Цяньму. Сюй Цинжань очнулся от раздумий, прищурил глаза и спросил: — Чего именно мне следует остерегаться? — Следует ли мне быть осторожнее и использовать меньше силы при надавливании? — Хорошо, спасибо, что напомнил. Постараюсь его не убить, — небрежно сказал он. Линь Цяньму был ошеломлён. «Мне было интересно, какую чушь несёт Сюй, и понимает ли он вообще, что он всего лишь D-тип S-класса!» Как раз когда он собирался продолжить попытки уговорить его, Сюй Цинжань уже потащил свой багаж и быстрым шагом прошёл довольно большое расстояние. Ему оставалось лишь молча опустить слегка приподнятую руку и повернуть голову в сторону своего жилища. О, это действительно тревожно.

***

За несколько дней до официального начала занятий Сюй Цинжань случайно встретил в школе нескольких знакомых. Сначала это был Ни Сяоюань. Её реакция была самой обычной: она просто заметила: — Мы с несколькими подругами играли в азартные игры с попкорном, долго гадали, но все проиграли. Ни одна из нас не угадала твой тип души и духа! — Кстати, когда я приезжала домой на каникулы, папа спросил меня, как у нас с тобой дела и когда я смогу пригласить тебя к себе на ужин. Сюй Цинжань немного подумал, а затем серьёзно сказал: — Всё подойдёт, главное, чтобы это не было свиданием вслепую. Услышав это, Ни Сяоюань громко рассмеялась, не обращая внимания на свой образ: — Да ладно тебе! Ты теперь важная персона, мы не можем позволить себе обидеть семью Шэнь, понятно?! — Кроме того, я думаю, что человек типа D больше подходит на роль младшего брата, чем партнёра! Затем, во время ужина, он случайно встретил Цзи Хуайсю. Цзи Хуайсю по-прежнему носил свои привычные синие волосы, но его поведение сильно отличалось от того, каким оно было при их встрече в прошлом семестре. Он больше не относился к нему как к заклятому врагу и даже сам предложил сесть за один стол после того, как заметил его в столовой. Сюй Цинжань поднял глаза и увидел, как юноша поджал губы, а кончики его пальцев, сжимающих тарелку, слегка побелели: — Ешь вместе со мной. Прежде чем он успел ответить, Цзи Хуайсю добавил: — Если захочешь прийти ко мне домой поужинать, это тоже возможно. Сюй Цинжань: «…?» Он был рад, что проглотил еду всего секунду назад, иначе мог бы подавиться. И он точно не говорил, что собирается ужинать в доме Цзи Хуайсю. Затем Сюй Цинжань снова встретил Лин Юэгэ. Будучи носителем типа Е, он много слышал о её отличных академических результатах в прошлом семестре, поэтому ещё до начала занятий спросил, не хочет ли она устроить дружеское соревнование. Лин Юэгэ отказалась. Она по-прежнему выглядела отстранённой, но в её словах звучала странная мягкость: — Ваш нынешний тип души не совсем подходит. Сюй Цинжань: «…» Такое ощущение, будто ему просто присвоили тип D, и вдруг весь мир стал относиться к нему как к хрупкой фарфоровой вазе. Новые учебные курсы были оперативно внедрены в учебный процесс. В ходе обучения основное внимание уделялось боевым действиям на воде и в воздухе. Они будут сражаться друг с другом на разных площадках и учиться адаптироваться к различным условиям. В отличие от того, как в первой половине года его одноклассники сначала игнорировали его, а затем стали ценить и восхищаться им, в новом семестре их отношение снова изменилось. Начиная обучение… — Сюй, это плавсредство очень опасно. Нужно быть осторожным при его использовании». — Ух ты, инструкторы такие жестокие! Они тренируются всего два дня, а уже начали создавать в воде инопланетных существ. Я так волнуюсь за Сюй. — Конечно! А вдруг наш драгоценный юный господин получит удар или пострадает! После первоначальной оценки на начальных этапах обучения инструктор с сожалением заметил: — Только Сюй во всей группе одновременно освоил навыки вождения, нападения и защиты! Он даже S-класса, тип D! Как вы все можете быть такими бесстыдными?! При сотрудничестве команды. — Пусть несколько из нас займутся миссией по сближению с инопланетными расами! Мы участники уровней 3S и 2S, поэтому наша способность к подавлению разума будет выше, чем у Сюй! — Отлично! Мы сами займёмся приманкой! — Оставьте удалённую поддержку нам! Сюй… просто расслабься и будь нашей опорой. Как члены команды, мы позаботимся о том, чтобы ты сегодня вернулся домой без единого синяка, чистый и свежий! Затем огромное водное чудовище взмахнуло хвостом, и вся группа была уничтожена. В конце концов, он в одиночку справился с водным гигантом среднего и высокого уровня, созданным системой, используя клинок ближнего боя на основе ментальной энергии. Он даже следовал инструкциям инструктора, максимально используя водное оборудование и плавательные средства на тренировочной площадке, демонстрируя исключительное равновесие. Даже преподаватели и студенты из других классов не смогли устоять перед соблазном прийти посмотреть. После выступления его встретили аплодисментами, а преподаватель был так тронут, что вытер слёзы: — Вот оно! Это то боевое состояние, которое я всегда для вас представлял! Во время индивидуальных тренировок по PvP . 　　Одноклассник, которому по случайному стечению обстоятельств досталась роль соперника Сюй Цинжаня в той же группе, сразу же проявил к нему особую заботу и был очень вежлив: — Здравствуй, Сюй, меня зовут XXX, и я ваш соперник в первом матче PK. — Хотя у меня двойной S-класс, в этом соревновании не предполагается использование ментального оружия, поэтому я буду осторожен со своей силой и постараюсь действовать как можно мягче — бац! Прежде чем одноклассник успел закончить свою мягкую и доброжелательную вступительную речь, Сюй Цинжань, не отличавшийся терпением в общении с другими, перехватил инициативу и первым напал. Он обезвредил противника всего за несколько движений. После этого он больше никогда не сходил с водной арены, где проходили бои. Только и видно было, как товарищи по команде один за другим выбывали и их постоянно заменяли. В то время как Ни Сяоюань, живущая по соседству, всё ещё перехитрила своих товарищей по группе 3S, группа Сюй Цинжаня уже стала самой быстрой в классе, победив всех соперников и достигнув вершины. Члены группы, которых отбросило в сторону, издавали крики отчаяния. Чёрт, их одноклассник Сюй совсем не сдерживался! К этому моменту студенты из одной и той же группы всё полностью поняли. У других людей тип D называется типом D, но тип D Сюй Цинжаня необходимо классифицировать отдельно. Боже мой, это ужасно! Он способен в одиночку одолеть целую команду; он вовсе не похож на слабого защитника, требующего особого внимания! Вся проявленная в начале учебного года забота оказалась напрасной! После возвращения молодого господина в новом облике он стал очень популярен среди одноклассников. 　　Сюй Цинжань пил воду после тренировки, когда рядом с ним внезапно раздался кислый голос. Его взгляд на мгновение задержался, он ничего не ответил, а мужчина, как обычно, продолжил: — Ваши отношения со всеми в последнее время становятся всё лучше и лучше. — Ах, когда у тебя в будущем будет больше друзей, ты бросишь меня, своего лучшего друга от всего сердца? — жалобно спросил Фэн Вэй, сделав плачущее лицо, словно это была дружеская шутка. Сюй Цинжань поставил бутылку с водой и плотно закрутил крышку. Он спокойно ответил: — Правда? Мне кажется, мои отношения со всеми так себе. Сказав это, он повернулся и, не оглядываясь, направился в сторону общежития. 　　

***

Обучение и подготовка шли полным ходом, и больше месяца пролетело в мгновение ока. Сюй Цинжань в очередной раз продемонстрировал превосходные результаты на оценке проектной работы в новом семестре. Теперь никто больше не недооценивал этого бойца типа D. На самом деле, все чувствовали, что его боевые навыки качественно улучшились после возвращения с тренировок в городе Линлун. Инструкторы, которые раньше уделяли ему дополнительное внимание только по приказу начальства, теперь искренне полюбили и приняли этого выдающегося ученика. Ежедневная жизнь в военной академии протекала довольно гладко. В ту ночь. Сюй Цинжань только что закончил принимать душ и собирался высушить волосы, когда внезапно погас весь свет на вилле. Комната мгновенно погрузилась в кромешную темноту, настолько сильную, что невозможно было разглядеть собственную руку перед лицом. Однако всего через три секунды коридор и потолок осветили два ряда слабых сине-белых огоньков. Это были аварийные светильники, входящие в комплектацию виллы и работающие от накопленной в доме энергии. Сюй Цинжань отложил полотенце, которым сушил волосы. Не торопясь, он медленно подошёл к окну, приподнял занавеску и осмотрел другие дома снаружи. Все уличные фонари в окрестных виллах и жилом районе погасли. Если не произойдут непредвиденные обстоятельства, территория военного университета сейчас должна быть полностью погружена во тьму. Он смутно различал мерцающие, похожие на свет фонариков, огоньки в окружающих домах. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что это были студенты или старшекурсники, подобные ему, которые, вероятно, вышли из любопытства проверить ситуацию. Несколько инструкторов также выбежали из служебных помещений, не переодеваясь, и направились к главному кампусу базы. На улице было довольно спокойно. Ничего необычного не происходило, и не было ощущения, что кто-то устроил засаду. В это время Сюй Цинжань выключил аварийное освещение, чтобы избежать лишнего расхода электроэнергии в доме. Система также спросила его: «Хозяин, вы не боитесь темноты?» Сюй Цинжань, который годами боролся за выживание в постапокалиптическом мире, лишённом электричества, Wi-Fi и даже солнечного света: «?» «Ага, понятно, мне страшно, рыдаю.» — …Чего ты боитесь, если вы всего лишь система? Вкратце, в связи с текущей ситуацией на территории военного университета произошло временное отключение электроэнергии. Конкретная причина была неизвестна. Ночь прошла, и ничего не произошло. Однако в такой обстановке Сюй Цинжань не смог спокойно заснуть, поэтому он просидел на диване в гостиной до рассвета. Электроснабжение было восстановлено только утром, после чего университет разослал уведомление всему району с объяснением причин временного отключения электроэнергии прошлой ночью. Сообщается, что в важном районе электроснабжения компании «Аквамарин Стар» произошла ещё одна авария, и ведутся срочные ремонтные работы. Также было отмечено, что в этот период подобные инциденты могут происходить довольно часто, и студентам следует быть морально готовыми и не поддаваться панике. Что касается причины происшествия, университет не предоставил подробных объяснений, вероятно, чтобы избежать волнений. Однако люди в университете, скорее всего, и сами могли догадаться о правде. — Это, должно быть, снова связано с этими дьяволами. В кафетерии Ни Сяоюань схватила ароматный сливочный хлеб и откусила большой кусок. Затем, надувшись, она добавила: — На днях «Серебряный Дракон» и «Золотое Крыло» зачистили несколько зон бедствия, чтобы повысить свою эффективность. Видимо, они больше не смогли это терпеть, да? За длинным металлическим обеденным столом, помимо Ни Сяоюань и Сюй Цинжаня, сидели ещё несколько бывших соседей по комнате, в том числе Чжан Чжихэ. Даже отстранённый и вспыльчивый Цзи Хуайсю теперь вёл себя довольно сдержанно перед Сюй Цинжанем. Хотя он по-прежнему редко общался с другими и предпочитал слушать музыку и жить в собственном мире, при встрече он спокойно садился за один стол с ними. Единственная причина — желание быть ближе к типу D, чтобы хоть немного успокоить беспокойство, вызванное собственной подавленной натурой. — Однако тот факт, что нападение было совершено на Аквамарин, действительно вызывает тревогу, — заговорил Линь Цяньму, сидевший рядом с Сюй Цинжанем. С тех пор как он откровенно рассказал обо всём Сюй Цинжаню, он чувствовал себя виноватым и боялся, что Фэн Вэй может снова нацелиться на него, поэтому всё чаще сам искал его общества. В отличие от Цзи Хуайсю и его друзей типа E, Линь Цяньму также считал, что Сюй Цинжань — это тот одноклассник во всем университете, который давал ему наибольшее чувство защищённости. Поэтому он, редко заводивший близких друзей, был рад проводить время с Сюй Цинжанем и Ни Сяоюанем. Линь Цяньму с тревогой сказал: — Аквамарин можно считать пограничной обороной Небесной системы. Если его захватят, разве вся система не превратится в зону катастрофы? Вероятно, Сюй Цинжань был самым спокойным человеком за столом. Он небрежно продолжал есть и лишь добавил, когда все замолчали: — О чём тут беспокоиться? Его тон был ровным, но уверенным: — Если они придут, почему бы нам просто не прогнать их? За столом воцарилась минута молчания. Наконец, Ни Сяоюань рассмеялась: — Мышление молодого господина простое, но логичное! — Верно. Даже если забыть о том, что на других континентах Аквамарина есть множество могущественных армий, защищающих планету, то даже если эти демоны действительно нападут на базу университета, вы думаете, мы их боимся? Нас здесь целая толпа! Если они осмелятся прийти, мы покажем им, что с нами шутки плохи! Рен Пин и остальные согласно кивнули: — Точно! К тому же наши ученики недавно успешно справились с делом в городе Линлун, так что мы не боимся этих тварей! Чжан Чжихэ поднял локоть и толкнул его, поправляя: — Это дьяволы! В кафетерии царила гармоничная и оживлённая атмосфера. Фэн Вэй молча стоял у входа, бесстрастно оглядывая происходящее. Пластиковая бутылка в его руке была смята от того, как сильно он её сжимал. Чёрт, как же это раздражает. Почему каждый раз, когда он проявляет интерес к кому-то с типом D, вокруг этого человека обязательно собирается целый рой мух и комаров? С самого начала Фэн Вэй не испытывал к Сюй Цинжаню никаких чувств. Напротив, когда он только поступил, он даже недолюбливал его. Сюй Цинжань был словно луч света: стоило ему появиться — и всё внимание автоматически устремлялось к нему. Будь то его выдающиеся результаты на вступительных экзаменах или пикантные слухи, ходившие вокруг него, всего этого было достаточно, чтобы вызвать у любого зависть и раздражение. Фэн Вэю казалось, что уверенность, отражавшаяся в глазах Сюй Цинжаня, была ослепительной и унизительной. Он всего лишь парень из бедной семьи. А затем по чистой случайности связался с семьёй Шэнь и получил место специально приглашённого студента — даже без рекомендательного письма. Хуже всего было то, что Фэн Вэй заранее считал себя будущим типом E и полагал, что Сюй Цинжань окажется таким же. Это ещё сильнее ухудшило его впечатление. Его первоначальный интерес не имел ничего общего с дружбой — он просто хотел усыпить бдительность Сюй Цинжаня, чтобы потом было легче действовать. Все несчастные случаи, с которыми Сюй Цинжань столкнулся во время прошлых аттестаций, были устроены им. Фэн Вэй вовсе не беспокоился о возможном разоблачении. Его происхождение и статус были всем известны, а в академии у его матери имелись «свои люди». Найти козла отпущения и заставить его взять вину на себя было несложно. В конце концов, власть и деньги — самые надёжные вещи в мире. Фэн Вэй прищурился. Я никак не ожидал, что у этого «хорошего друга» окажется тип D. Если так, то он больше не будет его недолюбливать. Фэн Вэй на мгновение задержался у выхода, а затем тихо ушёл. Но в тот же миг темноволосый парень, до этого спокойно евший, вдруг посмотрел в ту сторону, где он стоял. Отведя взгляд, он едва заметно усмехнулся. Ни Сяоюань заметила это и спросила: — Над чем ты смеёшься? — Ничего, — ответил Сюй Цинжань. — Просто кое-кого вспомнил. Не задумываясь, Ни Сяоюань выпалила: — А, генерал Шэнь, да? — …? — Сюй Цинжань посмотрел на неё. — Какие у вас с ним ассоциации? — Ну, я просто думаю, что у вас двоих такие хорошие отношения! И разве те пирожные от семьи П. не он вам купил? Сюй Цинжань с невозмутимым лицом начал распространять слухи: — Нет, у нас ужасные отношения. Мы ссоримся каждый день. — В тот день я даже разбил ему телевизор. 　　— … 　　

***

В новом семестре Сюй Цинжань по-прежнему придерживался своей привычки к дополнительным тренировкам. Если в расписании были тренировочные площадки, он оставался там до поздней ночи. В противном случае продолжал утренние или вечерние пробежки вокруг своего жилья. В этот период на территории университета всё чаще происходили отключения электроэнергии. После официальных уведомлений паника постепенно улеглась, и люди даже начали привыкать. В этот вечер Сюй Цинжань тренировался на поле, когда на базе снова погас свет. Он остался один в темноте, поэтому просто собрал вещи и ушёл. На обратном пути и без того слабо освещённая тропа стала ещё менее различимой после того, как погасли фонари. Это особенно подходящая обстановка для людей с корыстными мотивами, стремящихся совершать плохие поступки. Как только Сюй Цинжань закончил размышлять об этом, позади него внезапно появилась хорошо скрытая аура — тихая и почти безмолвная. Знакомая сцена, знакомое внезапное нападение. Однако на этот раз Сюй Цинжань среагировал мгновенно, словно предвидел атаку. Он резко развернулся и точно ударил нападавшего по запястью, выбив предмет из его руки. Человек, пытавшийся напасть на него в темноте, был сгорблен и одет в несколько слоёв одежды, включая пуховик. На нём также были шапка, шарф и маска — очевидно, чтобы его не узнали. Можно было лишь примерно сказать, что это мужчина. Длинный тонкий предмет с тихим звуком упал на землю. Сюй Цинжань мельком взглянул на него. Это была игла. А шприц был наполнен лекарством — явно предназначенным для того, чтобы причинить ему вред. Увидев иглу, Сюй Цинжань внезапно окаменел, и его прежде спокойный взгляд стал ледяным. Будто безмятежную погоду внезапно накрыл сильный зимний снегопад. Шприц перешёл все допустимые границы, и в его глазах вновь вспыхнуло давно дремавшее убийственное намерение. В следующий миг он, словно потеряв контроль, рванул к нападавшему, схватил его за воротник и начал безжалостно избивать. Уровень психической устойчивости противника, вероятно, находился между двумя и тремя S. Однако с точки зрения реального мастерства, как только Сюй Цинжань его схватил, вероятность освободиться и дать отпор стала практически нулевой. Тот попытался надавить ментальной силой, но быстро понял, что Сюй Цинжань, будучи D-типом, обладает запасом энергии, почти сравнимым с высшим S-классом. Давление попросту не действовало. Мужчину в пуховике быстро избили до крови. Его лицо покрылось синяками, а переносицу пронзала резкая боль. Он хотел молить о пощаде, но даже не успел открыть рот. Его избивали, как боксёрскую грушу. Увидев, как парень катается по земле и стонет, Сюй Цинжань поднял упавшую иглу и снова присел перед ним на корточки. Сняв с него маску и шапку, он увидел ещё одного незнакомого одноклассника, которого едва узнавал. Но сейчас любой, кто активно или пассивно пытался причинить ему вред, в его глазах одинаково заслуживал смерти. — Ты действительно хочешь укол? Я исполню ваше желание прямо сейчас, — холодно усмехнулся он. С этими словами он глубоко вонзил тонкую иглу в шею лежащего на земле мужчины. Его глаза были пустыми, без малейшего сочувствия или жалости. Студент задрожал от ужаса. Действие препарата вызвало у него ощущение жара и липкой влажности под одеждой. Он открыл рот, будто хотел что-то сказать, но смог лишь выплюнуть полный рот крови, после чего его тело обмякло. Теперь он очень сожалел. Ему не следовало соглашаться на задание этого таинственного человека ради денег, полностью отбросив мораль, чтобы напасть на Сюй Цинжаня — настоящего «дьявола». Фэн Вэй, прятавшийся в тени неподалёку, был потрясён увиденным. …Очевидно, что бойцы типа D по своей природе слабее остальных в бою, так почему же Сюй Цинжань кажется вдвое сильнее, чем в прошлом семестре?! Пока Фэн Вэй всё ещё был охвачен страхом из-за этого зрелища, Сюй Цинжань внезапно повернул голову, и его холодный взгляд остановился именно в том месте, где он прятался. У Фэн Вэя сжалось сердце. Несколько секунд спустя Сюй Цинжань, только что закончивший «разговор» с жертвой, сделал движение, будто собираясь подойти. Фэн Вэй сжал кулак. В тот короткий миг его первой мыслью было уже не как заполучить этого человека, а как выжить и отомстить, если его обнаружат. Вокруг стояла полная тишина. Но вдруг чей-то голос прервал шаги Сюй Цинжаня. — Сюй Цинжань? Голос женщины был холодным и отстранённым, в нём слышалось сомнение. Странное совпадение — это снова оказалась Лин Юэгэ. Высокая женщина с коротким каре не испугалась жуткой сцены. Окинув взглядом ситуацию, она сразу поняла: — На тебя снова напали из засады? Сюй Цинжань молчал. Его лицо было очень бледным. Однако он уже начал понемногу приходить в себя. Лин Юэгэ подошла к лежащему на земле мужчине, который сплёвывал кровь. Присев на корточки и оценив его состояние, она ровно сказала: — Это обычное снотворное. Без серьёзных побочных эффектов. В основном вызывает кому или сильную слабость. Сказав это, она задумалась на мгновение и искренне спросила: — Он хотел изнасиловать тебя? Сюй Цинжань усмехнулся, в его голосе сквозил холод: — Кто знает. После того как Лин Юэгэ стала свидетелем ночного нападения, об этом быстро сообщили в университет. Руководство сначала принесло Сюй Цинжаню извинения, а затем провело совещание о необходимости увеличить количество патрульных механических дронов, чтобы контролировать даже самые удалённые участки. Но это уже была другая история. В тот же вечер, уладив все формальности, Сюй Цинжань вернулся на виллу один. Электричество так и не восстановили. В комнате царила кромешная тьма. Он сел на диван, слегка сгорбившись, и опустил голову, уперев сложенные руки в лоб. Затем слабый голос системы, звучавший почти испуганно, спросил: «Хозяин, вы действительно ненавидите иглы?» Когда Сюй Цинжань был маленьким, он совсем не боялся иголок. Он помнил, как родители водили его в больницу на уколы, и врачи хвалили его за храбрость и отсутствие страха. А вот Сюй Цинъяо, наоборот, боялась иголок до слёз ещё до того, как их вводили. Сейчас же это было не страхом — скорее сильным отвращением и болезненной реакцией. В прошлой жизни его схватили и вкололи запрещённый яд. После апокалипсиса это никого не волновало, и подобные препараты использовались повсеместно. Для людей с более сильными способностями эффект был ещё более разрушительным. Они пытались использовать это, чтобы сломать его, ослабить власть и заставить подчиняться и выполнять их приказы. Естественно, Сюй Цинжань не мог с этим согласиться. Более того, он искренне отвергал и ненавидел подобные вещи. Это было тяжёлое, отвратительное чувство; одна лишь мысль о том, что подобные вещества находятся внутри его тела, вызывала тошноту. Убив всех, он находил тихое, безлюдное место, чтобы пережить приступы боли от действия наркотиков. Но помимо физических страданий, каждый такой эпизод заставлял его ненавидеть себя до предела, испытывая отвращение, сравнимое с ощущением, будто его тело кишит червями. Чтобы как можно скорее избавиться от этого недуга, он без колебаний наносил себе глубокие порезы и позволял крови течь по несколько дней. Ему казалось, что так из организма выйдет вся эта мерзость. У него даже развилась навязчивая потребность в «очищении». Хотя его тело больше не реагировало на препараты, он всё равно чувствовал себя грязным и в течение года несколько раз делал кровопускание. Именно поэтому в финальной битве, когда его окружили и уничтожили главные герои, он не смог им противостоять и погиб так, как было предначертано судьбой. Эта единственная ошибка навсегда оставила глубокий след в его памяти. С тех пор он отвергал любые инъекции. Даже понимая, что препарат не является смертельным ядом, он всё равно не мог успокоиться при мысли о том, что внутри его тела снова находится нечто, способное причинить вред. Узнав об этом, система не знала, как его утешить, и могла лишь молча оставаться рядом. А потом присоединялась к нему в ругани: «Эти люди заслуживают смерти!» Сюй Цинжань довольно быстро пришёл в себя и восстановил душевное равновесие. В конце концов, в прошлой жизни он привык справляться со всем в одиночку. Проснувшись, он полностью отбросил уныние и мрачные мысли, накопившиеся за ночь. Однако во время дневных занятий он всё же не смог устоять перед настойчивыми просьбами Фэн Вэя и оказался в одной группе с ним для практических тренировок. Они взяли оружие и начали спарринг. Выражение лица Сюй Цинжаня оставалось безразличным, словно лишённым эмоций. Но каждый его приём становился всё более жёстким. Фэн Вэй из уверенного противника постепенно превратился в того, кто начал чувствовать давление. Несмотря на более высокий уровень интеллекта, он ясно ощущал: если его ментальные способности подавлены, а физически он не может одержать верх, значит — он действительно не может победить. Вероятно, именно потому, что уровень Сюй Цинжаня вырос по сравнению с первой половиной года, он наконец начал испытывать то же давление, которое обычно чувствовали другие ученики, сталкиваясь с ним. Увидев, что Сюй Цинжань уже обильно потеет от усталости, Фэн Вэй решил первым прекратить атаку, ухмыльнулся и сказал: — Молодой господин, кажется, у вас почти не осталось сил. Как насчёт того, чтобы… Не успел он договорить, как Сюй Цинжань резко взмахнул клинком. Хотя Фэн Вэй успел увернуться, удар всё же задел его челюсть, оставив тонкую кровавую линию. В тот миг, когда лезвие пронеслось мимо, он ощутил давление, знакомое лишь тем, кто годами жил среди убийств. У него даже на секунду остановилось сердце. Когда он снова поднял глаза, Сюй Цинжань уже убрал оружие и с недоумением спросил: — Почему ты вдруг остановился? — Так опасно терять бдительность, — спокойно добавил он. — Если я не буду сдерживаться, ты можешь лишиться головы. Фэн Вэй очнулся и с усмешкой ответил: 　　 — Эй, не преувеличивай. Этого не случится. Разница между их духовными уровнями была очевидна; даже если бы Сюй Цинжань приложил все силы, убить его было бы крайне сложно. Сюй Цинжань опустил взгляд, вытирая кровь с клинка, и ничего не ответил. Обучение в университете продолжалось. Фэн Вэй вёл себя как обычно — постоянно пытался сблизиться с Сюй Цинжанеи, и у них каждый день находились темы для разговоров. Сюй Цинжань неизменно холодно отвергал его попытки, но для Фэн Вэя это, наоборот, казалось признаком «хороших отношений». Однако во второй половине семестра Фэн Вэй всё чаще сталкивался с дискомфортом во время практических заданий. Как и раньше, каждое испытание Сюй Цинжаня сопровождалось странными происшествиями: то выходило из строя оборудование, то он получал травму ещё до начала аттестации. Каждый раз после этого Сюй Цинжань садился рядом с ним и спокойно анализировал: — Похоже, это тот же человек, который пытался уколоть меня в прошлый раз. — Думаешь, он завидует нам из-за нашего положения и поэтому нацелился на нас? Фэн Вэй замер, на этот раз неожиданно промолчав. Сюй Цинжань немного подумал и добавил: — Может, это Цзи Хуайсю или Линь Цяньму? — Всё-таки странно, что они вдруг начали так активно общаться со мной в этом семестре. Его голос был спокойным, без эмоций, словно это был просто логический анализ. Фэн Вэй, обладая острым умом, на мгновение даже допустил мысль, что сам Сюй Цинжань может быть подозреваемым, но тут же отбросил её. Это правда: Сюй Цинжань не знал, что именно он стоял за всеми инцидентами. Все приготовления были слишком чистыми, чтобы вызвать подозрения. Он просто слишком много думал. К тому же, зная вспыльчивый характер Сюй Цинжаня, если бы тот действительно понял, кто за этим стоит, он бы давно сломал ему руки. 　　

***

Время пролетело незаметно. Несколько месяцев прошли, и Сюй Цинжань с классом подошли к предпоследнему учебному проекту — изучению и управлению мехами и боевыми дирижаблями. Для Сюй Цинжаня это было совершенно новым направлением. Поэтому, как и остальные курсанты, он сначала часто ошибался. Ангары с боевыми машинами отличались от обычных тренировочных площадок: после занятий технику убирали, и возможности для дополнительных тренировок почти не было. Однажды в разговоре с одноклассником Сюй Цинжань вскользь пожаловался на это. Фэн Вэй, услышав его, после занятия отвёл его в сторону и сказал: — Хочешь продолжить тренировку? Я могу тебе помочь. Он приподнял бровь и спросил: — Ты не инструктор. Чем ты можете помочь? Фэн Вэй загадочно улыбнулся, вытащил из кармана нечто похожее на пропуск и с гордостью заявил: — Ты что, даже не знаете, кто я? — Ещё до поступления в академию мама дала мне эту «универсальную карту». За исключением особо секретных зон, я могу открывать двери практически во все помещения университета — включая тренировочные площадки и склады. — В основном её используют для решения чрезвычайных ситуаций. Фэн Вэй продолжил: — Ну так что, молодой господин, хотите практиковаться или нет? — Конечно. Но ты пойдёшь со мной. Я мало что понял из объяснений инструктора, так что ты будешь меня учить. Сюй Цинжань взглянул на карточку и кивнул: — Хорошо. Ясно. Значит, именно поэтому ему удалось забрать спрей из медицинского блока — всё из-за этой карточки? Так Сюй Цинжань потянул за собой Фэн Вэя, и они начали свои ежедневные дополнительные тренировки. Тем временем, с началом курса по управлению мехами, на его вилле появился ещё один обитатель — Шэнь Тинъюй. Однако в этот раз их задания и расписания не совпадали, поэтому они почти не виделись. Когда Шэнь Тинъюй заканчивал свои занятия, Сюй Цинжань всё ещё тренировался на базе. К тому времени как Сюй Цинжань принимал душ после тренировок, занятый генерал Шэнь уже ложился спать. А как специальный инструктор он уходил из дома даже раньше, чем Сюй Цинжань, будучи студентом. Самым заметным изменением для Сюй Цинжаня стало то, что ему больше не нужно было беспокоиться о еде. Независимо от того, насколько поздно он возвращался, заботливый Шэнь Тинъюй всегда оставлял ему порцию в термосе, обеспечивая горячую пищу каждый день. Вскоре проект Сюй Цинжаня снова подошёл к этапу оценки. Фэн Вэй, которого он так измотал тренировками, что тот постоянно жаловался на усталость, неожиданно сам предложил дополнительное занятие за день до аттестации. — В этом месяце мы тренировались в самых разных местах, и результаты отличные! — сказал он. — Поэтому сегодня я хочу показать тебе секретную базу, которую обнаружил недавно. Там идеальный рельеф для отработки стрельбы из псионических пушек! Сюй Цинжань не возражал. Как обычно, они отправились в ангар за тренировочными мехами. После месяца интенсивных занятий они уже свободно управляли машинами и легко преодолели горы и леса возле базы, обогнули пролив и направились к острову, о котором говорил Фэн Вэй. Во время полёта взгляд Фэн Вэя невольно скользнул к меху, летевшему на той же высоте. Учебный год подходил к концу. Империя была огромной, и никто не знал, куда их распределят после выпуска. Сюй Цинжань был слишком безупречен — даже будучи эгоистом, Фэн Вэй не хотел упускать такую возможность. Тогда он был слишком молод и не хотел, чтобы Линь Цяньму повторил прежнюю ошибку. Прости, Сюй Цинжань. Не волнуйся. Я просто хочу, чтобы ты не смог закончить университет и уйти в армию. Чтобы ты остался рядом со мной навсегда. Чего захочет Фэн Вэй — того он добьётся. Секретная база оказалась необитаемым островом недалеко от основной территории академии в Лучжоу. На острове было множество природных скал — идеальное место для боевых тренировок. Когда оба были готовы, они синхронно изменили форму своих мехов и медленно навели орудия. Сияние духовной энергии начало собираться у дул. Перед выстрелом Фэн Вэй ещё раз взглянул на Сюй Цинжаня — и заметил, что тот смотрит на него в ответ. Потрясающе красивый юноша вдруг улыбнулся, чуть приоткрыл губы и произнёс одно короткое слово. Фэн Вэй не сразу понял его смысл. В тот момент его волновало лишь одно — спасти Сюй Цинжань от возможного взрыва. Но в следующую секунду мех Фэн Вэя взорвался с оглушительным рёвом. Ослепительная вспышка окрасила его зрение в оранжево-красный, и адская боль пронзила всё тело. Над тёмным островом вспыхнул столб огня и дыма. Мех разлетелся на части, обломки с лязгом рухнули на камни. Кровь стекала по лбу Фэн Вэя. Голова гудела. Металлическая плита придавливала тело, и он долго не мог пошевелиться. Зрение постепенно прояснилось. Боль в правой руке стала невыносимой. Он посмотрел на неё — и ужас сжал горло. Руки не было. От неё осталась лишь окровавленная культя, из которой непрерывно текла кровь. Неподалёку стоял другой мех — целый и невредимый. Из него вышла высокая фигура и медленно подошла к нему. Сюй Цинжань смотрел сверху вниз без малейшего удивления. С лёгкой усмешкой он сказал: — Фэн, ты слишком неосторожен. Тон был таким же спокойным, словно всё происходящее было им заранее просчитано. Мысли Фэн Вэя пришли в хаос. Почему?.. Это ведь должен был быть он… В оцепенении Фэн Вэй вспомнил то слово, которое Сюй Цинжань произнёс перед выстрелом. Его зрачки резко сузились. Он наконец понял. Сюй Цинжань сказал: — Взрыв