Эйва слышит сердце

      Икраны опускались медленно, тяжело взмахивая крыльями. Воздух над водой был другим — солёным, влажным, непривычным. Эй’лун почувствовала это сразу, ещё до того, как их тени легли на песок. Пандора здесь дышала иначе. Лес остался далеко позади, и от этого внутри сжималось что-то тревожное.       «Дом — это не место», — подумала она. Это те, кто рядом.       Когда икраны коснулись песка, звук трубы разнёсся над островом. Он был низким, глубоким, будто сам океан подал голос. Эй’лун почувствовала, как вибрация прошла через грудь. Не угроза. Предупреждение.       Нас заметили.       На’ви выходили со всех сторон. Они не спешили. Они смотрели. Из воды поднимались стройные фигуры, с длинными хвостами и широкими плечами. Их движения были плавными, как волны. Даже стоя, они будто не переставали плыть.       Лесные На’ви невольно стали ближе друг к другу. Эй’лун ощутила это почти телом. Коллективное напряжение. Инстинкт.       Нетейам и Ло’ак спрыгнули первыми. Их жест был отработанным, спокойным.       Рифовые На’ви начали обходить их. Не враждебно. Скорее — с любопытством. Слишком открытым. — Ух ты… — протянул один из парней, остановившись напротив Нетейама.       Он был примерно их возраста. Короткие волосы, кудряшки, насмешливый. Он наклонился чуть ближе. — А это что?       Он указал пальцем. Прямо на хвост Нетейама. — Это хвост называется?       Секунда. Две.       Потом раздался смех. Громкий. Без стеснения.       Нетейам не двинулся. Его плечи были ровными, дыхание спокойным. Только пальцы на луке чуть сильнее сжались.       Не здесь. Не сейчас.       Эй’лун почувствовала, как внутри поднимается волна злости. Она не любила, когда смотрели так. Как на диковинку.       Она подняла взгляд — и встретилась глазами с морским на’ви.       Он смотрел на неё с ленивой уверенностью, будто уже сделал выводы. Его губы дрогнули в усмешке, и он подмигнул.       «Самоуверенный», — подумала Эй’лун.       Она медленно закатила глаза, не скрывая этого.       Он усмехнулся шире.       Нетейам, прищурился.       Что это было?       Он не знал, что именно его задело — жест Ао’нунга или реакция Эй’лун.       Ло’ак тем временем почти не слушал смех. Он делал вид, что рассматривает поселение. Его внимание привлекло движение у воды.       Из океана выходила девушка.       Она шла спокойно, уверенно, будто вода отпускала её неохотно. С её кожи стекали капли, отражая свет. Она выпрямилась, закинула волосы назад одним плавным движением, освобождая лицо.       Ло’ак замер. – Красивая…       Она подняла взгляд и тоже посмотрела на гостей. Не оценивающе. Внимательно.       Нетейам заметил, как брат задержал дыхание.       Ну конечно.       Эй’лун тоже это увидела и едва заметно улыбнулась.       Смех рядом всё ещё продолжался. — Прекратите, — прозвучал голос.       Он был спокойным, но твёрдым.       Девушка повернулась к мальчикам. Вздохнула — будто устала от этого раньше, чем они начали. — Хватит.       Смех стих. Не сразу, но стих.       Ло’ак, не подумав, сделал шаг вперёд к девушке. — Привет.       Слово вышло неловким. Слишком простым.       Она явно не ожидала. Лёгкий румянец проступил на её лице. Она улыбнулась — мягко — и опустила взгляд в песок.       Над берегом раздался новый звук.             Глубокий, низкий, совсем не похожий на крик икранов.        Вода дрогнула.       Оло’эйктан прибыл.       Тоновари сошёл с тулкуна спокойно, уверенно. Его присутствие сразу изменило всё. Смех исчез окончательно.       Джейк вышел вперёд.       Жест «Я тебя вижу» был чётким, уважительным. Тоновари ответил тем же. Остальные повторили.       Когда появилась Ронал, Эй’лун сразу это почувствовала. Не увидела — именно почувствовала. Её присутствие было тяжёлым. — Я тебя вижу, Ронал, — сказали Джейк и Нейтири.       Ронал смотрела долго. Слишком долго. — Что привело тебя сюда, Джейк Салли? — Просить утуру.       Слова легли тяжело.       Ронал напряглась. — Мы рифовое племя. Вы — лесное.       Она подошла ближе. Коснулась хвоста Нейтири. Потом — Кири.       Слишком резко. — Ай! — Эти дети… — голос Ронал стал громким. — В них кровь демонов!       Шёпот прошёл по толпе.       Эй’лун почувствовала, как внутри всё сжалось.       Это неправда. — Видите, — Джейк шагнул вперёд. — Я тоже был не На’ви. Но стал. — Это победа? — Ронал усмехнулась. — Скрыться в чужом племени?       Нейтири закрыла глаза на мгновение.       Потом выпрямилась. — Мой муж — Торук Макто.       Тишина.       Решение было принято. — Мой сын Ао’нунг и моя дочь Цирея покажут вам наш путь.       Ао’нунг нахмурился. — Почему я? — Всё решено.       Цирея улыбнулась. — Идёмте.       Лесных всё ещё сторонились. Но путь был открыт.       Эй’лун шла рядом с Нетейамом.       «Мы здесь надолго», — подумала она. И ничего уже не будет простым.       Эй'лун шла вперёд рядом со своей семьёй. Её сердце трепетало с каждым шагом. Дыхание прерывистое, движения рваные.        «Не верится, что мы останемся здесь до тех пор, пока не закончится война», – подумала девушка, взглянув направо – там играли и веселились дети. Они были безаботны, а их души – самые чистейшие.  Взглянув налево, лесная на'ви видит набор типичных оматикайских стрел, которые стояли, будто на витрине. Они выглядели очень образцово и индивидуально.        И она взглянула на свой лук.       Пёстрый, а самое главное, сделанный своими руками.       Стрелы такие, что их можно было отличить ото всех стрел, которые побывали в джунглях.        Та, что летела в тот момент, над её головой, когда она была на грани жизни и смерти.        И тогда, взгляд Эй'лун переместился на Нетейама.       Её губы приподнялись в лёгкой улыбке.       Солнце сильнее обычного грело. Горячий песок приятно обжигал ноги. Приятно, от чего по телу пробегали мурашки. Особенное чувство умиротворения.        Нужно расслабиться.        Они почти подошли, а затем остановились у просторной хижины.  – Мы подошли! Прошу располагайтесь, – сказала Цирея, оглядев семью Салли. Они, как слепые котята, только что родившиеся и непонимающие устройства мира, рассматривали новое жильё. – Благодарим, Цирея, – Джейк кивнул, улыбнувшись.       Он кидает сумку на пол: – Тут неплохо, правда?        Эй'лун с усталым вздохом легла на гамак. Джейк и Нейтири отправились изучать местность для будущих военно-стратегических манёвров, да и в целом, изучить территорию, а может быть, помочь местным в знак своей огромной благодарности.       Она наблюдала за Нетейамом, которому поручили раскладывать вещи по местам, а вокруг него кружила неугомонная Тук.       Вдруг, Нетейам прерывает неловкую тишину, наколившуюся между ними: – Ты видела, как Ло'ак смотрел на Цирею?        Эй'лун тихо усмехается. – А, ну конечно. Ничего не ускользает из виду старшего брата.        И это не было чем-то удивительным, ведь он знал от и до жизнь каждого из них. Бремя, что возложилось на нём – это ему нужно нести до конца.       Они переглянулись. Смешок вырвался из них.       В вход хижины врывается Ло'ак, чуть ли не запинаясь об всё, что можно, подбегает к своей сумке и прихорашивается.       Эй'лун и Нетейам переглядываются, заливаясь смехом. – Чего такое? Что смеётесь то? – он был застат врасплох, слегка смущаясь.        «Кажется, заметили», – досадно подумал средний брат, раздражённо закатывая глаза и поджимая губы. – Жених, красавчик! Уже приглянулась девчонка из клана? – старший не мог не поиздеваться над своим братом. Он ворковал и улыбался во все зубы и клыки. – Новая подружка! – воскликнула Эй'лун, поддерживая догадку Нетейама. Даже не догадку, а истину.       Ло'ак стоял весь покрасневший, отрицая все слова: – Да с чего бы! Нет!        Но этих двоих уже нельзя было остановить. Они держались за животы, почти катаясь по полу, в истеричном смехе. Ло'ак чувствовал жуткий стыд, уже отбросив все свои планы, чтобы вообще подойти к Цирей.        Он кинул несчастную костяную расчёску на пол и взялся за голову. Нетейам встал и похлопал его по плечу, а Эй'лун продолжала тихо хихикать.       Вечерний семейный совет.        На улице было тихо.        Ночное светило возвышалось в небе.        Звёзды, как роса в траве, были раскиданы на тёмном фоне. Их тысячелетний сон никто не нарушал.

      «Падающая звезда, кажется, надо загадать желание», – только про себя, хорошо? Тогда оно точно сбудется.

      Все на'ви разошлись по своим домам, слышался лишь непрерывный шёпот голосов в хижинах и трекс дров – это был костёр, стреляющий в разные стороны, а пламя дрожало под колыханием тёплого бризового дуновения ветра.       Обычно, семейка Салли всегда собирались в кругу семьи. Это была их традиция, которая переросла в приятную не надоедающую рутину.       Когда Эй'лун примкнула к ним, для неё это было удивлением, слегка диковато. Её отец, Он'сара, предпочитал лишь свободу мыслей и импровизацию, хотя в таких условиях не выживешь за счёт этого. Семейные советы стали обыденностью.       Их частью.        Без душевных разговоров они не смогли бы совладать друг с другом.        С огромной семьёй.        Джейк, как всегда, начал первым. – Дети, вы должны вести себя прилично и вежливо. Помогайте всем вокруг, старайтесь и всему учитесь. Самое главное – не ссориться. Ясно выразился? – спросил он у своих детей, посмотрев на Нейтири. Она не питала надежд, что они так быстро пойдут на контакт с другими, учитывая бойкий характер Ло'ака и Кири.       Тук, явно сгрустнув, что они на долгое время не вернуться домой, жалобно протянула: – Я домой хочу...       Младшая дочь жалобно вздохнула и вытерла своим маленьким кулачком слезу с глаза, понурив взгляд вниз.       Нейтири сочувственно вздохнула, но не собиралась покидать семью. Она продолжала делать вид, что всё нормально. Женщина обняла её, погладив по голове, целуя тепло и нежно.       Сердце Эй'лун сжалось от боли. – Не вешайте нос – теперь наш дом здесь. – пытался подбодрить свою семью Джейк, повышая их моральный дух. – Мы справимся, если будем друг друга прикрывать. Как там говорит ваш отец?        Послышались голоса: – Салли за своих горой.       Все легли по своим гамакам.        Нетейам и Эй'лун обменялись взглядами.        Легко улыбнулись.       Утро встретило всплеском волн, свежей, слегка прохладной водой, которая обрызгала лицо и тихое пение рифов.        Волосы обрамляли лицо, щекоча. Это была Кири, улыбающаяся с надеждой. – Эй'лун, вставай скорее! Пора идти, – она с особым нетерпением взяла её за руку, почти потянув на себя.        И они побежали.        На улице было ещё темно, но рассвет встречал их первыми лучами солнца. Клан встречал новый день, с новым расцветом сил и целью – обучить лесных на'ви их традициям, образу жизни и выживанию среди морей и океанов.       Запах сгоревших дров для костра напомнил Эй'лун моменты, когда они собирались всем лесным кланом за ужином, когда она вместе с отцом уходили в джунгли, чтобы прогуляться, а она наблюдала, как он ловко стреляет в дичь.  Затем, когда он возвращался, они разжигали костёр и наслаждались тёмными вечерами.        Невольная слеза пробивается на уголках глаз, но она жмурится и встаёт с гамака, чтобы встретить первый день здесь, в рифовом племени.       Ротхо, Ао'нунг и Цирея стояли вместе на морском привале, ожидая своих учеников. – Они идут, – безразлично сказал Ао'нунг, замечая детей Салли вдалеке, неловко идущих по подобию дорожку из крепких верёвок. Их движения были неуклюжими и медленными.       Вскоре, они подоспели как раз во время.  – Задержите дыхание и прыгайте в воду, – начала свой первый урок Цирея, посмотрев на лесных. – Почувствуйте, как вода обволакивает вашу кожу. Вы должны почувствовать единение с водой.       Морские спрыгнули в воду, а за ними самые храбрые – Нетейам вместе с Тук и Ло'аком, а уже затем, очередь дошла до Эй'лун и Кири.  – Боишься? – вдруг спросила Эй'лун, взглянув на свою сестру. – Слегка, но я верю, что всё будет хорошо. Прыгаем! – весело крикнула Кири, взяв за руку Эй'лун.        Красота океана была особенной.        Различные тропические рыбы, проплывающие мимо них, щекотали и аккуратно касались ног и рук, а так же другие млекопитающие проплывали рядом.       Морские растения росли на огромных камнях, через которые все проплывали, тренируясь. Эй'лун заметила кое-что – Цирея вплетала водоросли, которые красиво развивались в кристальном океане.        Всё настолько завораживающее, что отсюда не хотелось выходить. Эй'лун и Кири настолько отвлеклись, что не заметили, как отстали от остальных ребят.        Все разом вынырнули. У Ло'ака закончился воздух, а его тело шло вниз, из-за того что лёгкие неистово сжимались от боли и отдышки. Ротхо, Ао'нунг и Цирея высунули головы следом за Нетейамом и Тук. – Цирея, за тобою не успеть, можно промедление? – с отдышкой попросила Тук, держась за старшего брата. – Вы, главное, не забывайте дышать, – напомнила Цирея.       В диалог включился Ао'нунг, который гадко усмехнулся, закатив глаза: – Не умеете плавать? Может с ветки на ветку прыгать у вас лучше получится, – он и Ротхо начали смеяться, на что парень получил нехилый подзатыльник от сестры.       Нетейам и Ло'ак посмеялись над такой развернувшейся сценой: «Наконец-то его угомонили», – подумал про себя средний. – Кстати, – вдруг откликнулся Ло'ак, – мы не умеем разговаривать на пальцах. Я ничего не понял из того, что ты показывала, Цирея, – сказал Ло'ак, показывая что-то пальцем. – Ничего, я вас научу, – ответила она. – А где Эй'лун и Кири? – Нетейам заметил пропажу девочек только сейчас. Его паника была заметна. Он вертелся туда-сюда, как волчок, будто перед ним, или сзади него, появятся девочки.       Кири и Эй'лун всё ещё разглядывают новые живописные подводные места. У них в лесу была страсть к животным и растениям, а тут что-то новое, тем более под водой. Это совсем другой мир, который только начал постепенно раскрываться перед ними.       Эй'лун отплыла от Кири и ей повезло, что она вернулась к ребятам. – Эй'лун! – Тук была рада видеть свою подругу, –  а где Кири? – Я не знаю, – девушка потёрла затылок в замешательстве. – Мы с ней разделились, – она взглянула в воду. – Я думаю, она скоро вернётся, – Ао'нунг взглянул на детей Салли. – А теперь давайте мы вам с Циреей кое-что покажем, – он начал издавать звуки, на которые приплыло необычное животное. – Это Илу. В нашем клане принято ездить на них верхом.       Ло'ак вызвался попробовать первым, ему помогла сесть Цирея. – Делай связь постепенно, – Цирея следила за Илу и Ло'аком. Связь с Илу прошла успешно, и его зрачки расширились. Ло'ак закрыл глаза и пытается успокоиться, почувствовать его. – Держись крепче!       Ло'ак поплыл быстро и стремительно – он совсем не ожидал такого, но хватило его ненадолго, и он свалился с Илу.        Ао'нунг же залился издёвочным смехом, который могли услышать все. Ребята лишь пустили короткие смешки. – Ничего – это лишь начало, – подбодрила Цирея, подплыв к Ло'аку. – Кое-кому щас станет плохо, Эй'лун... – пошутил Нетейам, пихая её локтём в плечо.       Она ухмыльнулась: – Верно подмечено.       Ао’нунг сидел напротив Эй’лун, скрестив ноги на тёплом песке. Океан дышал рядом — ровно, глубоко. Солнце уже клонилось ниже, и вода отражала свет мягкими переливами.       Эй’лун ощущала себя не на своём месте.       Не потому, что здесь было плохо.       А потому, что напротив неё сидел именно он.       «Почему я здесь с ним, а не с Циреей?» — мелькнуло у неё в голове. Мы же обе девушки. Это было бы проще. Спокойнее.       Ао’нунг выглядел расслабленным — как всегда. Плечи опущены, спина прямая, взгляд цепкий, но не напряжённый. Он привык чувствовать себя уверенно. В воде, на песке, среди своих. И сейчас он смотрел на неё так, будто оценивал не На’ви, а течение. — В целом дыхание у тебя нормальное, — сказал он спокойно, без насмешки. — Но не воспринимай это как похвалу. Тебе всё равно нужно поработать.       Эй’лун закатила глаза, но без злости — скорее по привычке. — Попробуй снова, — добавил он. — Не торопись.       Она закрыла глаза.       Сделала вдох.       Сначала вышло плохо. Плечи поднялись, грудь напряглась, дыхание сбилось. — Нет, — сразу сказал Ао’нунг. — Всё равно не то. Ты слишком напряжена. Успокойся.       Он наклонился чуть ближе и, почти не задумываясь, положил ладонь ей чуть ниже груди — туда, где чувствуется движение дыхания. — Вот здесь, — сказал он тихо. — Дыши не вверх. А глубже.       Эй’лун резко замерла.       Это прикосновение было неожиданным. Не грубым — скорее слишком прямым.       Тело постепенно откликнулось. Напряжение ушло из плеч, дыхание стало ровнее, спокойнее — таким, каким оно должно быть в воде. — Вот, — сказал Ао’нунг. — Теперь правильно.       Эй’лун открыла глаза.       Они встретились взглядами — случайно, почти механически. И задержались дольше, чем нужно.       «У рифовых На’ви голубые глаза…», — вдруг подумала она.       Ао’нунг тоже не сразу отвёл взгляд.       «У лесных глаза жёлтые», — отметил он про себя. Но у неё они… другие. Яркие. На свету — почти золотые.       Он первым опомнился. Убрал руку, сжал её в кулак, потёр шею — жест выдал неловкость, которую он не привык показывать. Затем отвернулся и посмотрел на песок, будто тот вдруг стал очень интересным.       Эй’лун тоже отвела взгляд.        Рядом Цирея делала то же самое с Ло’аком, объясняя ему дыхание.       Нетейам наблюдал за всем этим со стороны. Сначала с лёгкой усмешкой — сцена казалась обычной, почти бытовой. Но когда его взгляд задержался на Эй’лун и Ао’нунге, выражение лица изменилось.       Он не злился.       Скорее — насторожился.       Он давно привык быть рядом с Эй’лун. Привык к её присутствию, к её голосу, к тому, что она всегда где-то неподалёку. И сейчас он видел, как она постепенно вписывается в другую жизнь. В другую стихию. — Я пойду, — сказала Эй’лун, поднимаясь. — Пока, Ао’нунг. — Пока, — ответил он просто.       Она сделала несколько шагов, но он догнал её. — Подожди.       Он встал рядом, не слишком близко. — Как тебе здесь? — спросил он. — Нормально, — ответила она после паузы. — Красиво. Особенно под водой. Но я всё равно скучаю по дому.       Она сказала это спокойно. Без жалоб.       Просто как факт.       Ао’нунг кивнул. — Хочешь сегодня поплавать на илу? — предложил он. — Давай завтра, — сказала она. — Сегодня я устала. — Ладно, — пожал он плечами. — Завтра так завтра.       Они подошли к дому. — Мы пошли. Пока, — сказала Эй’лун и махнула рукой. — Пока, — ответил он.       Цирея плыла впереди — легко, почти не касаясь воды. За ней Джейк, Ронал и Нейтири. Их движения были разными: у рифовых — текучими, у лесных — осторожными, чуть напряжёнными. Это место было особенным. Здесь можно было сделать связь. Здесь вода была тёплой, глубокой и живой — будто сама Эйва дышала под поверхностью.       А на мелководье осталась Кири.       Она лежала почти неподвижно, грудь и живот касались воды, пальцы медленно перебирали песок. Взгляд был прикован к маленькой дырочке — совсем крошечной, но живой. Песок вокруг неё едва заметно шевелился.       Кири не моргала.       Она слушала.       Со стороны это выглядело странно. — Что она делает?.. — пробормотал кто-то.       Ротхо прыснул со смеху, Ао’нунг и несколько ребят подхватили. — Просто смотрит в песок? — усмехнулся Ротхо. — Ты что, мутанша?       Кири медленно поднялась. Вода стекала по её коже, волосы липли к плечам. Она вздохнула — не раздражённо, не испуганно. Скорее устало. — Нет, — спокойно ответила она.       Этот спокойный тон почему-то разозлил ещё сильнее. — Точно? — Ао’нунг прищурился. — Ты вообще не похожа на На’ви.       Он шагнул ближе. Его друзья — следом. Не агрессивно, но слишком близко. Слишком давяще.       Кири молчала. Она не отступала, но и не смотрела им в глаза. Будто уже знала, что они не услышат.       В это время Эй’лун и Ло’ак шли чуть в стороне, обсуждая место. Эй’лун внимательно смотрела под воду — здесь всё было иначе, чем в лесу. Свет, песок, движение. — Эй’лун, — Ло’ак резко остановился. — Это случайно не к Кири пристают эти придурки?       Она повернула голову. Увидела Кири.       Кольцо ребят вокруг неё. Смех. — Да, — коротко ответила Эй’лун. — Эти придурки, — Ло’ак уже сорвался с места. — Сейчас они узнают, как издеваться над моей сестрой. — Ло’ак, подожди, — она побежала за ним. — Давай без драки. Пока можно — мирно.       Он не ответил. — Эй! — Ло’ак влетел в круг.       Ротхо тут же схватил его за хвост и дёрнул назад, смеясь. — О, да тут ещё один пятипалый уродец! — хмыкнул он. — И подружка семейства Салли.       Смех стал громче.       Кири сжала пальцы, но голос остался ровным. — Оставьте нас в покое.       Она говорила тихо. И от этого слова звучали ещё сильнее. — Давайте просто разойдёмся, — сказала Эй’лун, выходя вперёд.       Она встала между Кири и ребятами — не броско, не вызывающе. Просто заняла место. Её взгляд был прямым, холодным, внимательным. — Вам скучно, — продолжила она. — А нам — нет. Так что идите.       Кто-то фыркнул. — Слышали? — протянул один из друзей Ао’нунга. — Лесная решила командовать. — Я не командую, — спокойно ответила Эй’лун. — Я предупреждаю.       В этот момент подбежал Нетейам. Быстро. Резко. Он толкнул Ао’нунга плечом, заставив того отступить на шаг. — Вы что, не слышали? — голос Нетейама был низким, твёрдым. — Оставьте их в покое.       Он ткнул Ао’нунга пальцем в грудь. Не сильно. Но достаточно, чтобы стало ясно: дальше — не слова. — А-а-а, — протянул кто-то сзади. — Старший брат пришёл. Спасать своих мелких и свою уродскую принцессу.       Слово повисло в воздухе.       Эй’лун почувствовала, как внутри что-то сжалось.       Нетейам резко повернулся. В его взгляде вспыхнуло предупреждение.       Ао’нунг тоже нахмурился. Он не улыбался. Ситуация перестала быть смешной. — Повтори, — сказал Нетейам тихо. — Не стоит, — вмешалась Эй’лун.       Все обернулись к ней. — Если вы называете нас уродами, — продолжила она ровно, — то это только потому, что вам больше нечего сказать. А если больше нечего сказать — значит, разговор окончен.       Кири подняла взгляд. — Пойдём, — сказала Эй’лун, повернувшись к Кири.