Restart

***

      Всемогущий подошёл ближе, пока герои вокруг занимались раненными и тушили остатки огня. Он не улыбался. В его взгляде не было привычной сцены «всё будет хорошо» — только усталость человека, который только что заглянул в бездну и увидел, как близко стоял край.       Изуку стоял неподвижно, чувствуя, как под костюмом расползается боль от треснувших рёбер. «Третья фаза» держала форму, но тело уже требовало расплаты. Он не позволял себе ни стонать, ни кривиться.       Старатель, всё ещё на колене, перевёл взгляд с Всемогущего на Изуку, будто пытался собрать пазл по одной детали.       — Ты… — начал он, но Всемогущий поднял ладонь, останавливая любые вопросы.       — Все уходят, — сказал Тошинори спокойно, но так, что спорить не хотелось. — Сейчас.       Айзава бросил на Всемогущего быстрый взгляд и кивнул. Цементос поднял стену из обломков, отсекая часть площади от случайных камер и любопытных. Небольшой коридор тишины образовался сам собой — слишком быстро для совпадения. Это была работа профессионалов.       Впереди была встреча с Незу.       Встреча с Незу прошла в его кабинете, под приглушённым светом ламп и гулом вентиляторов. Директор сидел за столом, лапы сложены в замок, глаза — сканировали, словно два рентгена. Рядом — Всемогущий, Старатель, Айзава и Изуку. Другие герои остались снаружи, разбираясь с последствиями. Воздух пах кофе и озоном.       — Мидория, — начал Незу без предисловий. — Ты нарушил уговор. Объяснись.       Изуку стоял прямо, игнорируя боль в рёбрах. Костюм "третьей фазы" он снял, но следы сажи и крови остались.       — Я предотвратил худший сценарий, — ответил он ровно. — Все за одного ушёл не с победой. Шигараки нейтрализован на время. Бакуго спасён. Символ Мира цел.       Старатель фыркнул, потирая ушибленное плечо.       — Цел? Ты знаешь, кто этот "Девятый"? Откуда он это взял?       Всемогущий молчал, но его взгляд на Изуку был тяжёлым. Тошинори ждал ответа ученика.       — Это не важно, — сказал Изуку. — Он пытался вывести из равновесия. Важно, что мы выиграли время.       Незу наклонил голову.       — Мидория, ты раньше только говорил обрывками, но сегодняшняя сцена показала объем угрозы. Пришло время рассказать полную версию событий, которая тебе известна.        Айзава и Всемогущий внимательно смотрели на него, пока Старатель пытался понять о чём речь. Изуку перевел взгляд на Незу. Немой вопрос. Стоит ли давать эту информацию Старателю?       Голос Йоичи в голове подсказал:       —Если сейчас ты дашь им возможность узнать – это будет твоим преимуществом. Ты сохранил статус Символа Мира Восьмому, но Все за одного остался на свободе. Процесс вживления причуды «Все за одного» в Шигараки начнется быстрее.       Кудо добавил:       —Впереди еще встреча с Ночноглазом. Он – ценный союзник, которого мы не должны потерять. «Восемь заветов смерти» с Чисаки и его пулями, стирающими причуды – помеха на нашем пути.  Чем быстрее мы расправимся с ним, тем больше у нас будет времени на подготовку к встрече с Шигараки.       Изуку перевёл ледяной взгляд на Старателя.       —Всё, что я сейчас скажу, не должно выйти за стены этой комнаты, ни единого слова , — заговорил  Изуку, и в тишине кабинета его голос прозвучал не как просьба, а как условие.       Старатель дернул щекой, будто собирался возразить, но Незу опередил.       — Всё в порядке, — спокойно сказал директор. — Записи не ведутся. Все присутствующие понимают цену утечки. Продолжай, Мидория.       Всемогущий медленно кивнул, не сводя взгляда с ученика. Айзава не двигался вовсе.       Изуку вдохнул. Боль в рёбрах отозвалась тупым давлением, будто тело напоминало: ты не железный. Он проигнорировал.       — Нас ждёт рост активности новой группировки. Они называют себя «Восемь заветов смерти». Якудза. Лидер — Кай Чисаки. Прозвище… Восстановитель.       Старатель прищурился.       — Якудза давно вымерли. Их добили сами злодеи и законы.       — Именно поэтому их недооценят, — без эмоций ответил Изуку. — Они вернутся не массово. Технологией и страхом. У Чисаки будет ресурс, который обнулит саму идею «героев с причудами».       Всемогущий напрягся. Не резко — едва заметно. Но Изуку почувствовал.       — Он разрабатывает пули, стирающие причуду, — сказал Изуку. — Не временно. Практически необратимо. Источник — девочка. Маленькая. Её держат как материал.       Слова повисли.       — Ребёнок, — тихо повторил Айзава. Не вопрос. Уточнение для самого себя, как он всегда делал, когда фиксировал моральную границу. — Имя?       — Эри, — ответил Изуку. — У неё причуда, связанная с откатом состояния тела. Чисаки будет использовать её кровь. Если мы не вмешаемся быстро, появятся боеприпасы, которые изменят баланс в обществе. И их начнут продавать.       Незу молча сложил лапы плотнее.       — Дальнейшие события? — спросил он.       — В ближайшие недели мы столкнёмся с агентством сэра Ночноглаза, — сказал Изуку и перевёл взгляд на Всемогущего. — Он снова попытается вмешаться в ваши дела. И… он должен увидеть, что не захочет говорить вслух.       Всемогущий выдохнул носом, как человек, которому сказали то, чего он боялся услышать.       — Ты знаком с Мираем … Ночноглазом? — спросил Тошинори.       — Достаточно, — ответил Изуку. — Он полезен. Если мы сделаем неверный шаг — мы потеряем его, а значит потеряем лучшее «предвидение», доступное героическому обществу. Но если мы сыграем правильно — он станет полезным активом в дальнейшем.       Старатель медленно поднялся с кресла, глядя на Изуку уже иначе.       — Ты говоришь сейчас ни как школьник , — произнёс он. — Ты говоришь как герой с длительным опытом боевых действий. Откуда у тебя данные по якудза? По ребёнку? По боеприпасам?       — Я пришёл из будущего, там где все мертвы, — отрезал Изуку. — Но вам не нужно верить. Вам нужно проверить. Найдите слухи о «возвращении якудза», движение денег, исчезновения детей, медицинские цепочки. Чисаки осторожен, но он не невидим. Его слабое место — уверенность, что никто не посмеет лезть на территорию «старых правил».       Незу на секунду прикрыл глаза.       — Допустим, мы принимаем это как рабочую гипотезу, — сказал он. — Следующий шаг?       — Два потока, — ответил Изуку. — Первый: официально — мы готовимся к экзамену на временные лицензии и повышаем готовность учеников, но не открыто, им не стоит вмешиваться. Это прикрытие. Второй: мы начинаем тихую разработку плану по якудза. Не через шумные рейды. Через Ночноглаза и его агентство. Он умеет копать, он фанат деталей. Его стиль — то, что нужно против Чисаки.       Айзава нахмурился.              — Ты опять лезешь вперед.        — Я предлагаю не мешать неизбежному, но контролировать это, — спокойно сказал Изуку. — Я знаю, что в какой-то момент я всё равно окажусь рядом с Эри. И если я не окажусь там — она умрёт или станет «расходником», а пули уйдут на рынок.       Старатель резко выдохнул.       — И ты молчал.       — Потому что мне нужно было, чтобы Камино прошло иначе, — ответил Изуку. — Если бы сегодня вы потеряли Символ Мира, Чисаки вообще не пришлось бы прятаться. Он бы продавал пули официальным лицам через третьи руки, и никто бы не смог остановить волну.       Экзамен на временную лицензию стал для Изуку формальностью, замаскированной под испытание. Полигон имитировал реальный город: узкие улицы, толпы "граждан" (манекены и актеры), ложные цели и заложники, которых нужно было спасти, не причинив вреда. Другие ученики 1-А нервничали — Урарака прыгала на месте, Иида поправлял галстук, Тодороки стоял неподвижно, как статуя. Бакуго, вернувшийся из плена с мрачной решимостью в глазах, просто сверлил пол взглядом.       Изуку это не волновало. Он уже проходил такие тесты в реальной войне — под огнем, без сетки безопасности. Его костюм "второй фазы" сидел как вторая кожа: матовый черный, с усиленными суставами и визором, скрытым под высоким воротом. Он ждал не оценки, а момента, когда сможет связаться с Ночноглазом.       Экзамен начался с сиреной. Задача: нейтрализовать "злодеев" (роботов), спасти гражданских и добраться до финиша за 15 минут. Изуку сразу взял командование на себя — не словами, а действиями.        — Тодороки, ледяная стена на севере, отсеки толпу. Иида, эвакуация по главной. Кацуки, фланг справа, но без лишних взрывов — минимизируй жертвы. Остальные — следуйте за мной.       Бакуго фыркнул, но выполнил. Ученики синхронизировались лучше, чем когда-либо: опыт с лагерем сплотил их, как клей. Изуку двигался как тень — "Предвидение" Шиномори подсвечивало траектории роботов, "Черный хлыст" вытаскивал "заложников" из-под обвала, а 15% ОЗВ разбирали цели точечно, без разрушений.  В финале он лично вытащил манекен из горящего здания, использовав "Дымовую завесу" для маскировки и "Фа Цзинь" для рывка. Время: 12 минут 47 секунд. Идеально.       В зале ожидания результаты объявили быстро. Класс 1-А прошел весь — рекорд. Изуку, Бакуго, Тодороки и Иида в топ-5. Айзава хлопнул его по плечу — жест, которого раньше не было.       — Ты не учишься. Ты применяешь, — тихо сказал учитель. — Но не перегибай. Лицензия — не наказание.       Изуку кивнул. В кармане завибрировал коммуникатор — сообщение от Незу: "Ночноглаз ждет. Сегодня. 20:00. Агентство."       Вечер опустился на город, как занавес. Агентство Ночноглаза находилось в тихом районе. Изуку пришел один, в гражданке, но под курткой — перчатки с лезвиями "третьей фазы". Дверь открыл сам Мирай Сасаки — высокий, в строгом костюме, глаза за очками острые, как скальпель.       — Мидория Изуку, — произнес он без улыбки. — Всемогущий передал, что ты... интересный. Заходи.       Внутри пахло бумагой и кофе. На столе — стопки досье, карты Токио с пометками. Рядом сидел другой герой.       — Малец из UA? — хмыкнул он. — Слышал, ты в Камино был. Не по уставу.       Ночноглаз не дал вставить слово.       — Я вижу будущее, — сказал он резко, садясь за стол. — 30 секунд, иногда больше. Точность — 95%. И то, что я вижу... тревожит.       Он активировал свою причуду. Глаза вспыхнули золотом. Изуку почувствовал знакомый холодок — предвидение работало на нем. Ночноглаз моргнул и откинулся назад.       — Ты стоишь в реке крови. Руки в шрамах. Лицо... старше. Конец – смерть.       Изуку не дрогнул. Это было из его прошлой линии — Ночноглаз видел эхо.       — Это одна тропа, — ответил он. — Мы ее изменили. Но впереди новая угроза. «Восемь заветов смерти».       Ночноглаз замер.       — Откуда ты знаешь это название?       Изуку перевел взгляд на постороннего, что слушал их. Немая просьба убрать лишние уши. Ночноглаз попросил того выйти. Изуку раскрыл часть правды. Герой  внимательно слушал. В конце он смерил его внимательным взглядом. Ночноглаз откинулся в кресле, его пальцы замерли на краю стола, словно он пытался удержать равновесие в мире, который только что сдвинулся. Золотистый блеск в глазах угас, но напряжение осталось — мышцы вокруг висков подёргивались, выдавая перегрузку.       — «Восемь заветов смерти».— тихо сказал он.       Изуку не отвёл взгляд. Он сидел ровно, куртка чуть поскрипывала от скрытых перчаток. В Пустоте голоса предшественников молчали — ждали его хода.       — Я прошёл уже это, — ответил он спокойно. — Чисаки Кай. Его причуда — перестройка материи на молекулярном уровне. Он создаст пули из крови Эри. Первая партия — 50 штук. Тест на героях начнётся через три недели. Место — заброшенный склад в районе Шимотозава, севернее Токио.       Ночноглаз медленно снял очки, протёр их краем рукава. Его глаза, без стекол, казались обнажёнными, уязвимыми.       — Эри... Её причуда — откат тела к предыдущему состоянию. Чисаки использует её как фабрику. Если ты прав... это не просто якудза. Это конец героев.       — Не конец, — поправил Изуку. — Перезагрузка. Но только если мы опоздаем. Ваше агентство — идеальный инструмент. Вы копаете тихо. Никаких штурмов. Сначала — информация: цепочки поставок, охрана, слабые звенья.       — Я нужен для Эри. Она боится взрослых. Меня — нет. Но сначала вы должны увидеть траекторию, которую удалось исправить.       Ночноглаз прищурился.       — Ещё раз?       Он активировал причуду снова. Золотой свет залил комнату. Изуку сидел неподвижно, позволяя взгляду проникнуть. На этот раз Ночноглаз смотрел дальше. Мгновение. Два. Герой моргнул резко, как от удара. Его лицо побелело, рука сжала подлокотник так, что дерево скрипнуло.       — Я... вижу, — выдохнул он. — Всемогущий... сломлен. Но не сегодня. Камино... иначе.       Он не сказал остальное. Не смог. Тропа, где Тошинори падает, а Изуку стоит над обломками с руками в крови — слишком тяжёлая для слов.       — Теперь вы знаете, — сказал Изуку. — Действуйте. Я свяжусь через Незу.       Ночноглаз встал, подошёл к окну. Город мерцал огнями, равнодушный к теням. Было ещё одно видение, что перекрыло падение Всемогущего.       — Уходи. И... будь осторожен. Твоя тропа ведёт в ад. Я вижу семь могил. Твоя — восьмая.       Изуку вышел без слова. Дверь закрылась за ним тихо, как финал акта.