Restart

***

      Изуку шел по ночному городу, и холодный воздух помогал остудить гудящую голову. Внутри Пустоты было необычайно шумно.       — Восьмая могила, значит? — хмыкнул Дайгоро Банджо, и в его голосе слышался скрежет металла. — У этого очкарика глаз — алмаз.       — Он увидел семь могил, — тихо произнес Йоичи. Его голос дрожал от странной смеси печали и гордости. — Семь носителей, что пали до тебя. Но он не понимает, что мы не лежим в земле. Мы здесь. С тобой.       — Хватит лирики, — отрезал Кудо. — Ночноглаз на крючке. Он прагматик. Теперь, когда его причуда подтвердила твои слова, он начнет рыть под Чисаки с удвоенной силой. Изуку, стажировка — это лишь легальный способ оказаться на месте в момент удара. Ты должен заставить его доверять тебе так же, как он доверяет своим глазам.       Изуку сжал кулаки.       — Я знаю. Стажировка начнется через три дня. До этого момента мне нужно подготовиться. Если Эри выйдет к нам, как в прошлый раз... я не позволю Чисаки забрать её обратно ни на секунду.       Официальное начало стажировки у сэра Ночноглаза было обставлено со всей строгостью закона. Изуку и Мирио Тогата стояли в главном офисе.        Мирио, как всегда, тактично разряжал обстановку, но Изуку чувствовал на себе тяжелый, колючий взгляд Ночноглаза. Герой-провидец больше не пытался завязать разговор. После той ночной встречи между ними возникла негласная дистанция взаимного признания опасности.       — Итак, — Ночноглаз разложил на столе снимки. — Благодаря наводке... анонимного источника, мы обнаружили, что группа «Восемь заветов смерти» закупает медицинское оборудование через подставные фирмы в Китае. Препараты для свертывания крови и центрифуги. Это подтверждает нашу теорию о «биологическом ресурсе».       — Мы идем туда прямо сейчас? — спросил Мирио, его лицо стало серьезным.       — Нет, — отрезал Ночноглаз. — Мы ведем наблюдение. Чисаки не дурак. Его база — лабиринт. Нам нужен ордер на обыск, который полиция даст только при наличии неопровержимых улик.       Изуку молчал. Он знал, что через два дня они с Мирио столкнутся с Чисаки и Эри в узком переулке. Это был каноничный узел событий, который он не собирался развязывать полностью, но планировал затянуть на шее Якудза.       Переулок. Два дня спустя.       Все произошло именно так. Маленькая фигурка в белой сорочке, босые ноги, дрожащие руки. Эри выбежала из тени и врезалась в ноги Изуку. Она вцепилась в его штанину, и этот ужас в её глазах... Изуку почувствовал, как ОЗВ внутри него взвыл от ярости.        — Пожалуйста... не отдавай... — прошептала она.       Из тени вышел Кай Чисаки. Маска чумного доктора, холодные глаза, перчатки. Мирио напрягся, его инстинкты кричали об опасности.       — Извините, — голос Чисаки был ровным. — Моя дочь вечно доставляет хлопоты. Эри, иди к папе.       Мирио сделал шаг вперед, пытаясь разрядить обстановку, как предписывал протокол:       — О, мы просто хотели помочь, она выглядит напуганной...       Но Изуку не стал играть в «вежливых героев». Он присел на одно колено, закрывая Эри собой, и медленно поднял взгляд на Чисаки.       — Она не твоя дочь, — сказал Изуку. Воздух вокруг него начал вибрировать. — У неё на руках следы от свежих инъекций. Кожа вокруг локтей воспалена. Это не бытовая травма, «папа».       Чисаки замер. Его взгляд стал острым и смертоносным. Мирио застыл, понимая, что ситуация сорвалась в пике.       — Ты... — прошипел Чисаки. — Герои. Вечно суете нос в чужую грязь.       — Мы не просто суем нос, — Изуку встал, его рука лежала на голове Эри, успокаивая её. — Мы вычищаем её. Даю тебе фору в пять минут, Чисаки. Беги в свою нору. Потому что когда мы придем за тобой завтра — лабиринт тебя не спасет.       Чисаки увидел в глазах подростка нечто такое, что заставило его отступить на шаг. Он развернулся и ушел в тень. Он знал, что раскрыт.        — Изуку! — воскликнул Мирио, как только злодей скрылся. — Мы должны были следовать протоколу! Ночноглаз сказал...       — Ночноглаз сказал, что нам нужны улики, — Изуку поднял на руки Эри, которая обмякла от шока. — Теперь она — наша главная улика. И она больше не вернется в ту клетку. Рейд начнется сегодня вечером. Мы не дадим им времени уничтожить доказательства.       Мирио замер, держа средство для связи в руке. Его глаза метались от Эри, прижавшейся к груди Изуку, к тёмному провалу переулка, куда скрылся Чисаки. Протокол кричал в голове: вызвать подкрепление, зафиксировать инцидент, не рисковать. Но в голосе Изуку не было места для споров — это был тон человека, который уже просчитал все ходы.       — Ты с ума сошёл, — наконец выдохнул Мирио, но в его позе уже не было агрессии. — Ночноглаз нас убьёт. Это не по плану!       — План изменился, — Изуку аккуратно поправил Эри на руках. Девочка дрожала, но её пальцы вцепились в его куртку, как в спасательный круг. — Чисаки теперь знает, что мы видели её. Он уничтожит лабораторию, Эри и все улики в ближайшие часы. Рейд — сегодня. Или завтра мы найдём пустой склад и 50 пуль на чёрном рынке.       Мирио сжал губы. Он был героем, который верил в правила, но видел перед собой не просто стажёра — видел того, кто только что перевернул доску.       — Ладно, — кивнул он. — Но звоним Ночноглазу. Сейчас.       Связь ожила через секунду. Голос Ночноглаза был ледяным, как скальпель:       — Докладывайте.       Мирио начал сбивчиво, но Изуку перехватил:       — Эри у нас. Чисаки раскрыт. Он уйдёт в глухую оборону. Рейд — сегодня, 22:00. Вход с севера, через канализацию. Лабиринт под складом — 12 уровней, охрана на четвёртом и восьмом. Первая цель — серверы с данными, вторая — лаборатория. Эри подтвердит.       Пауза на том конце была долгой. Ночноглаз видел будущее — или пытался. Когда он заговорил, в голосе не было гнева:       — Подтверждаю. Группа собирается.       Агентство Ночноглаза работало как часовой механизм. За два часа до рейда в оперативной комнате уже собралась команда: Ночноглаз, Мирио, Изуку, а также ещё два героя, Сотриголова и Жирножвач. Эри находилась в безопасной комнате под охраной двух героев-женщин, которые пытались успокоить её.       22:00. Северный вход, канализационный коллектор. Запах сырости и ржавчины висел в воздухе густым одеялом. Команда стояла в темноте, лишь слабый свет налобных фонарей выхватывал из мрака мокрые стены и текущую по желобу воду.       Ночноглаз провел рукой по планшету, на экране которого мерцала схема подземелий, составленная на основе данных Изуку и собственной разведки.       — Вход здесь, — он указал на решетку, которую Айзава уже бесшумно снял с помощью своего шарфа. — Первые три уровня — технические помещения, маловероятно встретить сопротивление. Охрана концентрируется с четвертого. Чисаки знает, что мы идем. Будьте готовы к ловушкам.       — Ловушки — его стиль, — тихо сказал Изуку, проверяя крепление перчаток «третьей фазы». — Он перестраивает стены, пол, создает тупики и обвалы. Но у него есть слабость — ему нужно коснуться цели, чтобы её трансформировать.       — Значит, не позволяем ему конкрактировть с чем-либо, — кивнул Айзава, его глаза в темноте светились красным. — Входим.       Спуск в коллектор был тихим, как падение пера. Жирножвач шел первым, его массивное тело служило живым щитом. Изуку и Мирио — в центре, Ночноглаз и Айзава замыкали группу.       Первый и второй уровни прошли без происшествий — пустые коридоры, ржавые трубы, следы давно заброшенной инфраструктуры. На третьем уровне впереди показался свет.       — Стоп, — прошептал Ночноглаз, активируя причуду. Его глаза вспыхнули золотым на секунду. — За поворотом. Двое. Вооружены. Не видят нас.       Сотриголова кивнул, его шарф метнулся вперед, как тень. Два приглушенных стона, звук падающих тел. Группа двинулась дальше.       Четвертый уровень встретил их лабиринтом. Стены здесь были не из бетона, а из странного, будто живого материала — то гладкого, то покрытого шипами. Воздух стал густым, с привкусом меди.       — Это его работа, — сказал Изуку, касаясь стены. Материал под пальцами дрогнул, как мышца. — Он уже здесь. Где-то рядом.       Как будто в ответ, стена справа от них внезапно поползла, смыкая проход.  Пол под ногами Жирножвача провалился, превратившись в воронку с острыми краями. Герой едва успел отпрыгнуть, его причуда смягчила падение.       — Не останавливаемся! — крикнул Ночноглаз. — Вперед, к центральной шахте!       Лабиринт ожил. Пол поднимался волнами, стены сжимались, с потолка сыпались острые осколки перестроенного бетона. Команда двигалась рывками, используя причуды для защиты и продвижения. Мирио фазово проходил сквозь стены, разведывая путь. Изуку использовал «Черный хлыст» и «Дымовую завесу».       На восьмом уровне их ждала засада.       Помещение напоминало операционную — стерильные белые стены, яркий свет, в центре — несколько столов с оборудованием. И пусто. Слишком пусто.       — Ловушка, — сказал Айзава, но было уже поздно.       Пол раскрылся под ними, не как яма, а как пасть, стены которой мгновенно начали смыкаться. Одновременно с потолка опустились металлические решетки, отсекая пути к отступлению.       — Всем ко мне! — рявкнул Жирножвач, расширяя свое тело в гигантский барьер. Он принял на себя удар смыкающихся стен, его мышцы напряглись до предела.       Изуку не стал ждать. Он знал, что Чисаки наблюдает. Где-то здесь должна быть камера, смотровое окно. Его взгляд метнулся по стенам — и зацепился за едва заметную щель в потолке.       — Там! — он указал, и в тот же миг из щели выстрелили несколько дротиков. «Предвидение» сработало автоматически. Изуку уклонился, дротики вонзились в стену рядом, издав шипение. Седатив. Или хуже.       — Он пытается нас разделить, — сказал Ночноглаз, его глаза снова вспыхнули. — Через три секунды — газовая атака с левой стены. Жирножвач, прикрой!       Пророчество сбылось точно. Из вентиляции повалил желтоватый газ.  Жирножвач раздул грудную клетку, втянул в себя облако и, сморщившись, выдохнул его в уплотненном сгустке обратно в вентиляцию. Где-то вдалеке раздался взрыв и крик.       — Пробили, — ухмыльнулся герой.       Но ловушка была лишь диверсией. Пока группа сражалась здесь, Чисаки делал что-то другое. Изуку почувствовал это — холодный укол тревоги в спине.       — Лаборатория, — выдохнул он. — Он уничтожает доказательства. Мы должны идти сейчас!       Они прорвались через сомкнувшиеся было стены. Айзава обезвредил несколько механических ловушек. Девятый, десятый уровни промелькнули как в тумане. На одиннадцатом их ждала дверь — массивная, стальная, без видимых замков.       — Серверная, — определил Ночноглаз, изучив схему. — За ней — лаборатория.       Дверь не поддавалась. Жирножвач ударил по ней — металл лишь глухо прогнулся. Айзава попытался найти механизм — безуспешно.       — Отойдите, — сказал Изуку.       Он подошел к двери, положил на нее ладони. Воздух вокруг его рук завибрировал, загудел низкой частотой. «Один за всех » на 30%. Он не знал, сработает ли это против творения Чисаки, но нужно было попробовать. Металл застонал, затем затрещал. По поверхности двери поползла сеть трещин, светящихся изнутри тусклым зеленым светом. Секунда, две — и дверь рассыпалась на груду мелкой, горячей пыли.       За ней открылся просторный зал. С одной стороны — ряды серверных стоек, мигающие огоньками. С другой — за стеклянной перегородкой виднелась лаборатория: центрифуги, холодильники с пробирками, операционный стол. И посреди зала стоял он. Кай Чисаки. Без маски. Его лицо было бледным, глаза горели холодным безумием. В руках он держал металлический чемоданчик.       — Поздно, герои, — его голос звучал спокойно, почти устало. — Данные стерты. Образцы уничтожены. Осталось только это.       Он приоткрыл чемодан. Внутри, в мягких гнездах, лежали ряды аккуратных ампул с темно-красной жидкостью.       — Первая партия. Пятьдесят штук. Готовы к отправке.       — Остановись, Восстановитель, — шагнул вперед Ночноглаз. — Сдайся. Девочка в безопасности. Твоей игре конец.       Чисаки улыбнулся. Это была не улыбка человека, который проиграл. Это была улыбка того, кто все рассчитал.       — Конец? Нет. Это только начало. Вы думаете, я один? Вы думаете, эти пули — конечная цель? — Он поднял одну ампулу к свету. Жидкость внутри переливалась, как живая. — Это ключ. Ключ к миру без причуд. К миру, где такие, как вы, — не боги, а просто люди.       Изуку понял раньше всех. Чемоданчик, спокойствие Чисаки, его слова — это не последний рубеж обороны. Это приманка.       — Он тянет время, — резко сказал Изуку. — Где-то здесь…       Его взгляд упал на лабораторию. За стеклом что-то двигалось. Тень.       — Эри! — крикнул Мирио.       За стеклянной стеной, привязанная к столу, лежала девочка. Рядом с ней стояла фигура в черном — один из подручных Чисаки, с шприцем в руке.       — Дистанционный триггер, — прошептал Чисаки. — Один мой сигнал — и он введет ей дозу, которая превратит её кровь в яд. Она умрет, а с ней и ваш ключ к разгадке.       Комната замерла. Герои стояли, оценивая расстояние, варианты. Айзава мог бы обезвредить причуду подручного, но не успеет, если тот уже начал движение. Мирио мог пройти сквозь стекло, но не знал, что ждет по ту сторону. Изуку не думал. Он действовал.       Его тело вспыхнуло зеленым светом. «Полное покрытие» — 20% ОЗВ. Он не побежал к стеклу. Он ударил по полу.       Удар прошел сквозь бетон, как удар молота по наковальне. Пол под лабораторией вздыбился волной, стеклянная перегородка взорвалась осколками. Стол с Эри подбросило в воздух.       В тот же миг Айзава активировал причуду. Красные глаза вспыхнули, шарф метнулся через зал и обездвижил подручного, чья рука со шприцем уже занесена для укола.       Мирио, уже находившийся в фазовом состоянии, прошел сквозь летящие обломки и поймал Эри на лету, мягко приземлившись у дальних стоек.       Чисаки замер. Его план рухнул в секунду. Он потянулся к чемодану, вероятно, чтобы разбить ампулы, но было поздно.       «Черный хлыст» Изуку обвил его руку, вырвал чемодан и отбросил к Ночноглазу. Одновременно Жирножвач накрыл Чисаки своим телом, обездвижив его.       — Всё кончено, Чисаки, — сказал Ночноглаз, поднимая чемодан. — «Восемь заветов смерти» — больше не угроза.       Чисаки не сопротивлялся. Он лишь смотрел на Изуку, и в его взгляде была не ненависть, а странное, почти научное любопытство.       — Ты… кто ты? — прошептал он. — Ты не такой, как они.       Изуку не ответил. Он подошел к Мирио, который успокаивал плачущую Эри. Девочка, увидев его, потянулась к нему руками.       — Всё хорошо, — тихо сказал Изуку, беря её на руки. — Ты в безопасности. Больше никто не причинит тебе вреда.       Эри прижалась к его груди и, наконец, разрыдалась — не от страха, а от облегчения.       Операция была завершена. Данные на серверах, хоть и частично поврежденные, были изъяты. Пули — конфискованы. Члены группировки задержаны. Эри передана под опеку героев и медицинских специалистов. На поверхности, уже под утро, команда стояла у входа в коллектор. Город просыпался, не подозревая, какая битва только что закончилась под его ногами.       Ночноглаз подошел к Изуку.       — Ты был прав, — сказал герой-провидец. — Без тебя…       Изуку кивнул. Он чувствовал усталость, глубокую, костную. Но также и удовлетворение. Одна угроза нейтрализована. Одна траектория изменена.       — Это только начало, — тихо ответил он. — Шигараки еще на свободе. «Все за одного» ждет.       Ночноглаз посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло то самое видение — семь могил, восьмая, пустая. Но теперь в этом видении появилась новая нить — тонкая, едва заметная, ведущая не в мрак, а сквозь него.       — Тогда мы продолжим смотреть вперед, — сказал Ночноглаз. — Вместе.       Они пошли к машинам, увозящим задержанных и доказательства. Рассвет окрашивал небо в бледно-розовые тона. Новая глава начиналась. Глава, в которой у Изуку Мидории появился еще один союзник. И в которой война за будущее только набирала обороты.