maknae on top

Черная майка, влажная от пота, тяжелое дыхание и раздражение во взгляде. Чонин прекрасно знал, какое сильное желание пробуждал в своих хенах подобным видом. Знал, но ничего с этим не делал. На фото и видео для их преданных поклонников он выглядел ничуть не хуже, а значит скрываться за оверсайз одеждой не имело никакого смысла. Даже если приставучие парни липли к нему каждую свободную минуту между репетициями. Хореография к альбому давалась Чонину нелегко, поэтому с каждым подходом настроение становилось всё мрачнее. Минхо делал больше и больше замечаний, пока устав поправлять макнэ не велел разойтись всем на перерыв. Будто чувствуя его мрачное состояние, остальные не рисковали подходить к Чонину с вопросами. Но, разумеется, не Джисон. Он весь день облизывался на младшенького, мечтая заполучить хоть немного его внимания. Обычно, для всеобщего комфорта, на выходе из дома все использовали спрей, нейтрализующий запах. Помогал он всегда относительно, потому что полностью скрыть его можно было только специальными препаратами. В мире шоу-бизнеса обойтись без чего-то подобного было нереально, особенно, если желаешь скрыть свой вторичный пол. Особенно, если ты омега. Как Чонин. И если на большие мероприятия по типу концертов, съемок или премий они все пользовались серьезными медикаментами в строго предписанных дозировках, то для обычных встреч в пределах офиса компании никто не заморачивался. В небольшом зале для тренировок, набитом людьми, всегда было трудно находиться, если вытяжка работала не на полную мощность. Но сегодня Чонин был раздражен как никогда. Разбираться, из-за чего он так себя чувствовал, было некогда, поэтому просто бесился и не мог толком ни на чем сосредоточиться. Чужое настроение различными оттенками недовольства впивалось острыми иголками. Пока в конечном итоге он не остался один, пытаясь привести дыхание в порядок. Или не совсем один. Совсем не легкий шлейф чужого возбуждения прорвался сквозь стену запахов. Лежа на жестком диванчике, последнее, чего хотел Чонин, это узнать виновника. Но этого и не требовалось. Единственным, кто весь день не мог оторвать от него глаз… — Йенни. Чонин почувствовал сначала жар от чужого тела, а потом и его давление на своем. Горячее дыхание опалило кожу сначала в районе шеи, а потом поднялось выше. Цепкие собственнические прикосновения обжигали обнаженные руки. — Отвали, хен. Сил, чтобы оттолкнуть Джисона, не было, как и желания вставать с горизонтальной поверхности. Мягкие губы жадно составили хаотичный узор поцелуев на лице. Чонин поморщился. — Хен, я потный и ты, между прочим, тоже. Хотя последнее было не совсем правдой. Джисон вместе с остальными ушел довольно давно, и судя по тому, что несло от него исключительно концентрированной похотью, в душ он сходить успел. Наглый извращенец. — Так хочу тебя, Йенна. Руки под майкой Чонин стерпеть мог. Но стоило Хану потянуть вниз его спортивные штаны, как злость достигла своего апогея. Одним рывком Ян опрокинул альфу на лопатки, нависая сверху. Лицо под ним сияло ухмылкой, не скрывая довольства. Джисон, радуясь, что сумел-таки привлечь внимание, обхватил крепкие бедра Чонина, вжимая в свои. — Я бы на твоем месте не был таким довольным. Ян перехватил запястья парня, подтягивая их вверх, удерживая параллельно голове. Уголки губ Хана дернулись, растягиваясь сильнее. Ему нравился такой макнэ. Сильный, властный и абсолютно несоответствующий своей природе. — У меня для тебя подарочек, не злись, малыш. Несмотря на свое положение, Джисон продолжал дразнить Чонина. Даже понимая, что он делает это специально, а поддаваться — значит играть по его правилам, Чонин не мог не реагировать. Он сполз с бедер альфы, устраиваясь между ними. Отпустив не сопротивляющегося парня, Ян стянул его штаны до колен и не сильно удивился, когда между ягодиц блеснула пробка. «Вот и подарочек» Первой мыслью было просто трахнуть наглеца, но для наказания за навязчивость созрела идея получше. Чонин прижал ноги Джисона к его телу, заставляя обхватить их под коленями для удобства. Если альфа и заподозрил неладное, то делать с этим ничего не стал. Кожа растянулась, открывая еще больше уязвимых мест. Член Хана оказался зажат в ловушке между его бедер и нетерпеливо подергивался. Джисон был первым альфой, который без стеснения предложил Чонину роль топа. Остальные в группе, в принципе, не предлагали ничего подобного, считая макнэ слишком молодым. Но, несмотря на возраст, невинной ромашкой омега не был. Да, девственность сохранить получилось, хотя, едва ступив на путь трейни в большой компании, это казалось чем-то сюрреалистичным. Впервые попробовав активную роль, на Чонина будто снизошло озарение. Он и должен быть на вершине, плевать на вторичный пол. Взяв в ладони две идеальные половинки, он не смог удержаться от того, чтобы помять их. Мягкая, нежная кожа, без единого сопротивления, поддалась. Вздох отвлек Яна от своеобразной медитации. Усталость давала знать о себе подобного рода залипанием, но Джисон сам виноват, что пришел. Чонин надавил на пробку, проталкивая ее глубже, чем вызвал писк. Ноги альфы под ним непроизвольно дернулись, но омега только сильнее сложил его пополам, удерживая за сдернутые наполовину штаны. Чонин прекрасно мог понять одержимость Феликса ногами Джисона, потому что и сам готов был не прекращая их трогать. Схватив силиконовое колечко пробки, он слегка потянул ее наружу, сразу же засовывая обратно. Смесь из стонов и брани была его любимым звуком. Издеваться над хеном было какой-то особой медитацией, но кровь закипала, стоило только вспомнить, что они в тренировочной комнате компании, а не дома. Пробка одним резким движением покинула тело Хана с ужасно громким хлюпаньем. Он оставил ее болтаться на пальце, чтобы не потерять. Дырочка парня судорожно попыталась сжаться, но Чонин быстро заменил пустоту своими пальцами. Смазки внутри оказалось так много, что они беспрепятственно скользили внутри, пока Чонин наслаждался каскадом звуков, вылетающих изо рта хена. От охватившего тело возбуждения собственная смазка грозила промочить штаны насквозь. Вентиляция немного рассеивала их запахи, но они находились так близко друг к другу, что помогало едва ли. Тело грозилось предать, желая ощутить альфу в себе, а не наоборот. Но Чонина так сильно вело от осознания — это он управляет Джисоном, что никакие инстинкты были над ним не властны. Кое-как приспустив штаны одной рукой, Чонин вытащил пальцы и без предупреждения заменил их своим членом. Конечно, размером он уступал тем же альфам в их группе, но среди омег имел самый крупный. Да и в конце концов никто не жаловался. Он замер, сдерживаясь от того, чтобы не начать двигаться слишком быстро. Адреналин от страха быть застигнутыми врасплох распалял очень сильно. — Ну же… — проскулил Джисон, его ноги нетерпеливо дернулись, но Чонин остановил его звонким шлепком по бедру. Ему и самому не терпелось, поэтому он медленно начал погружение маленькими толчками туда-обратно. Смазки было так много, будто под ним омега, но быть внутри альфы ощущалось совершенно иначе. Да, скользко и тепло, но все существо парня под ним инстинктивно пыталось сопротивляться, сжимая мышцы против воли его хозяина. Насколько бы ни был Джисон растянут и расслаблен, природа будет напоминать, что так быть не должно. И этот факт заводил Чонина не на шутку. Аккуратные движения стали размашистее, а стоны, издаваемые Ханом, все более громкими. Нужно было сказать ему быть потише, но Чонин и сам едва сдерживался. Член Джисона налился кровью и был мокрым от постоянного трения о бедра и живот. Ян обхватил его своей ладонью и крепко сжал, потирая чувствительную головку, от чего парень под ним взвыл. Пульсация в руке усилилась, но Чонин сильно сжал основание, не позволяя парню кончить. Благо, ему запретить никто не мог, поэтому, не сдерживаясь, он еще несколько раз толкнулся внутрь альфы, снова начиная надрачивать ему. Мокрые штаны остались где-то на заднем плане мыслей, стоило Яну отпустить себя, кончая. Резко стало клонить в сон, но необходимо было сделать еще кое-что. Джисону, пережившему, благодаря Чонину, сухой оргазм из-за вновь прерванной возможности кончить, оставалось лишь поскуливать, надеясь на его благосклонность. Но план у омеги был другим. Он достал из Хана обмякший член, стараясь сделать это как можно более аккуратно, вставив на место пробку. Спермы у омег было постольку-поскольку, но даже такое небольшое количество парень будет ощущать в себе при передвижении. — Что ты?.. Еще один сладкий шлепок приземлился на второе бедро. В следующий раз Чонин обязательно выберет в качестве наказания порку. Если Джисон согласится. Но проблемой это скорее всего не будет. Опустив ноги Хана на диван, Чонин пресек потянувшиеся к члену руки альфы. Орган до того покраснел, что казалось, вот-вот может лопнуть. Блестящий от смазки, он так и просился в рот, в чем Чонин и не думал себе отказывать. Прижав по бокам руки Джисона, он облизнул головку, почти сразу обхватив ее губами. Жадно и слюняво посасывая ее, невозможно было остановиться. Колени альфы опасно раскачивались туда-сюда, пока сам он, не переставая, стонал в каком-то невероятном диапазоне, да так, что омега готов был сосать всю оставшуюся жизнь. На третий раз кончить Джисону позволили. Пока он приходил в себя, Ян попытался найти, куда, не выходя из зала, можно было бы выплюнуть сперму. Не найдя ничего подходящего, он хотел было уже проглотить жидкость, наполняющую рот, но, не спешащий натягивать штаны, Хан продолжал пытаться отдышаться на диване и… Охотливый до поцелуев, он даже не расстроился, что таким образом глотать собственную сперму пришлось ему самому. *** Домой Чонин приехал уставший, но на удивление спокойный. Видимо, способ Джисона сбрасывать стресс действительно работал как часы. Сам хен остался прибраться в зале, а его выгнал, чтоб не мозолил лишний раз глаза. Все-таки быть младшим и получать так много заботы было приятно. Чонину вдруг стало совестно, что он целый день только и делал, что ворчал и огрызался на мемберов. Все они по-своему за ним присматривали и не заслужили такого отношения. Спустя пару камбеков и безумное количество мероприятий, он начинал понимать, что не все в мире будут настроены против него. Нет, для компании он все еще глупый омега, которого можно использовать для фансервиса. А в группе таких имелось целых три. И, может, в самом начале пути он действительно был глуп, потому что молод, но индустрия развлечений это отличная школа жизни. Реальной злой жизни, где либо ты, либо тебя. И Чонин выбрал себя. В общежитии БокСынАри было тихо. Свет горел только за закрытыми дверьми комнат. Вряд ли хоть кто-то из жителей мог спать в такое время, поэтому и красться к себе необходимости не было. В комнате его уже ждали. Развалившись на заправленной постели, Феликс, подсвеченный экраном телефона, непрерывно скроллил ленту новостей. Заметив в дверях Чонина, он лишь слегка подвинулся, уступая край кровати. Единственным, кому макнэ позволял подобные вольности, был именно он. Феликс с его ангельской внешностью и голосом дьявола действительно являлся искусителем, чьих чар невозможно было избежать. Любой бросил бы к его ногам целый мир, и даже Чонин не был исключением. Конечно, жизнь в пределах нескольких квадратных метров, двадцать четыре на семь, немного ослабляла эффект, но подкупало всегда то, что Феликс не играл никакую роль. Он был собой. — Я в душ. Ян сбросил в углу спортивную сумку и скрылся за дверью. Смазка в штанах высохла и неприятно стягивала кожу, поэтому принять ванну было необходимо не только для расслабления мышц после тренировки. Горячие струи быстро смыли с него пот, усталость и остальные неприятности. Не утруждая себя лишними слоями одежды, Чонин натянул только трусы и футболку. Лежать в объятиях Феликса всегда ощущалось особенно. Его прикосновения никогда не вызывали такого волнения и чувствительности, как от других. Все мемберы знали, что Чонин не любит скиншип. И знали почему. На любое касание он реагировал очень бурно, потому что тело отзывалось уж слишком сильно. Особенно, если это были альфы. — Как ты? Ли мягко гладил его по голове, перебирая влажные после душа волосы. Даже после стольких осветлений они оставались на удивление гладкими. Легкие почесывания заставляли тело покрыться мурашками. — Лучше, хен. Над ухом раздался тихий хмык. Сладкий запах омег идеально переплетался в воздухе, успокаивая. Чонин, прикрыв глаза, довольно устроился на груди Феликса, слушая его размеренное дыхание. — Правда? — тихий голос вдруг бархатной волной отозвался изнутри. Пальцы Ли сжали волосы на затылке, слегка оттягивая, заставляя макнэ посмотреть на него. Хитрая улыбка на лице омеги выдавала все мысли. — Джисон мне рассказал. Скрывать Чонин и не думал, но на мгновение стало немного стыдно. Ладонь Феликса легла на щеку, поглаживая, и Ян подумал, что не против продолжить. Он приподнялся на локтях и втянул Феликса в поцелуй, в последний момент заметив, как блеснули глаза. Парень под ним позволил немного покомандовать, но через минуту уже навис сверху. — Развернись, малыш. Мгновенно подчинившись, Чонин уткнулся лицом в подушку, но быстро передумал и утянул ее вниз, укладываясь животом. Да, Феликсу с ним можно всё, но выбор всегда был за макнэ. Приподняв футболку до лопаток, Енбок стянул мешающее нижнее белье, откидывая на край постели. Чонин знал, что хорошо смотрится сзади, и знал, как это нравится всем остальным. Легкое возбуждение от предвкушения и уплотнившийся запах благотворно влияли на самочувствие омеги. Член, прижатый подушкой, слегка налился кровью, но ему сегодня вряд ли достанется еще хоть капля внимания. — Расскажешь подробнее, как вы с Джисон-и развлекались? Он специально это делал. Низкий завораживающий тон действовал не хуже феромонов, заставляя выгибать спину и шире расставлять колени. Маленькие ладошки собственнически впились в ягодицы, сминая и немного разводя в стороны. Дырочка Чонина блестела от выделившейся смазки и издавала тихий хлюпающий звук, когда Феликс массирующим движением разводил половинки. — Не в этот раз. Палец огладил нежные складочки, размазывая скользкую жидкость вокруг. Феликс облизал губы и с наслаждением широко прошелся языком от мошонки вверх. Из дырочки тут же просочилось еще несколько капель, но омега поймал их и протолкнул обратно вовнутрь. Короткие пальцы может приносили не так много удовольствия, но он отлично умел работать ртом. Ноги Чонина грозились разъехаться каждый раз, когда горячий язык оказывался внутри и мастерски вылизывал его. Простыня под головой промокла от слюны, но он старался поменьше шуметь, прекрасно понимая, что сдерживаться уже невозможно. О какой приватности могла идти речь, если звуки со стороны его задницы слышали, если не все в округе, то соседи по общежитию точно. Стоило Феликсу подключить пальцы, как омега не выдержал, самостоятельно толкаясь назад, чтобы почувствовать еще больше и глубже. Он опять весь вспотел, тело нагрелось, как будто он вот-вот упадет в течку, благо до нее было еще далеко. Не выдержав напора хена, Чонин вздрогнул и с протяжным стоном кончил. Еще немного пройдясь поцелуями по бедрам и округлым ягодицам, Ли вытер слюну рукавом худи и завалился рядом. Пряча лицо в сгибе локтя, Ян пытался отдышаться. Заботливая рука поправила футболку, прикрывая влажные, но чистые ягодицы, мягко их похлопывая. — Принесу тебе подушку из гостиной.