Кровь демона

      «Формально говоря, план сработал», — промелькнула абсолютно неуместная сейчас мысль в голове Рука, мгновенно становясь самой несмешной шуткой тысячилетия.       Достижение, блин.       Они должны были прервать ритуал эльфийского бога Соласа, который внезапно вознамерился уничтожить Завесу между привычным миром и Тенью. Зачем? Этого Рук так и не понял, торопясь на помощь Варрику — затеявшему все это гному и, якобы, давнему другу Соласа. Последствия? Оооо, они были хорошо известны каждому: без завесы в Тедас мгновенно хлынут демоны, скверна и прочие прелести Тени. Не то, чтобы Рук бывал за гранью, даже будучи магом, но прорывы в Завесе случались, и эльф уже сталкивался с некоторыми существами из Тени. Парой-тройкой существ, если быть точным. А сколько их за Завесой было всего? Миллионы? Миллиарды? Никто не знал.       М-да.       Но формально план и вправду сработал: завеса осталась на месте, отделавшись лишь легким испугом после встречи с зарвавшимся эльфийским божком, но вот последствия их действий победой назвать было точно никак нельзя.       Варрик — лидер их небольшой команды по предотвращению конца света, после короткого разговора с «другом», которого он сначала попытался вразумить, остался прикован к постели. Нэв — ледяная магесса-детектив, сейчас больше напоминала насильственно воскрешенный труп, со множеством синяков и ссадин, а Хардинг — гном-разведчица, никак не могла избавиться от чувства вины за произошедшее с товарищами.       Казалось бы, не велика цена за отмененный апокалипсис, но все это оказалось лишь вершиной айсберга.       Прошедший не по сценарию из-за вмешательства команды ритуал освободил из Теневой ловушки двух древних эльфийских богов с совершенно очевидными планами по захвату мира посредством кровавой тирании. Соласа же кривой ритуал наоборот навсегда запер в Тени, с редкой возможностью перекинуться парой слов с Руком в его же голове, когда он медитировал, спал или был без сознания.       Так, волей судьбы, Солас из врага превратился в абсолютно ненадежного советника, а Руку пришлось возглавить всю эту сомнительную авантюру по спасению мира от очередной смертельной угрозы, нависшей над Тедасом.       К слову, статистика по спасению жизней была на его стороне. Последний раз, когда Рук возглавлял экспедицию, он вытащил из ловушки кучу народа, но потерял ценнейший артефакт, из-за чего ему пришлось спешно временно покинуть ряды Завесных Странников, дабы Страйф или кто-то другой из верхушки Странников не прибил его во сне. Серьезно опасаясь такого исхода, Рук плохо спал и всю ночь прокручивал ту экспедицию в голове.       Шаг за шагом.       Решение за решением.       Каждое его действие подвергались самому детальному анализу, но сколько бы он этого ни делал, Рук снова и снова приходил к выводу, что чужие жизни (эльфов, людей, гномов или кунари) однозначно важнее какой-то карты, даже если бы она привела их к величайшим открытиям и легендарным артефактам. Ослушаться приказа Страйфа было правильным и логичным решением. Это был единственный выход для спасения жизней и выбор был очевиден. Для Рука очевиден. Но, как ни странно, многим Странникам он не понравился.       А что теперь?       Теперь Рук, не без подсказки Ужасного Волка, поселился со всей командой, получившей условное название — Стражи Завесы, на Маяке — безопасном месте недоступном богам. Оказалось, что Солас создал для личного пользования целый комплекс зданий на парящем острове, окруженном Тенью. Теперь их люксовое жилье состояло из множества памятников Ужасному Волку, потрепанной временем и магией башни, в подвале которой оказался очень полезный выход на Перекресток через элювиан, уютного дворика с мастерской Смотрителя, просторной столовой с прилегающим складом для провизии и нескольких отдельно парящих на островках земли и камня построек.       Варрик все так же лежал в лазарете, помогая Руку исключительно добрым словом. Нэв перестала напоминать нежить и поселилась в одном из парящих зданий на улице, куда сразу же неровным строем потянулись магические огоньки. Хардинг обосновалась в другом ливитирующем строении, мост к которому представлял собой переплетенние огромных корней деревьев. Присоединившаяся к их команде Беллара — жизнерадостная эльфийка и по совместительству Завесная Странница, отлично разбирающаяся в магических артефактах, решила поселиться по соседству с Нэв, на очередном парящем островке.       Рук же долго изучал территорию Маяка, разгадывая его загадки: поворачивал каменные статуи, открывающие странные круглые проходы в пыльные захламленные помещения, непригодные для жизни; скакал по парящим камням, снова и снова (не рассчитав силу прыжка) цепляясь за очередной выступ с грацией картошки; всматривался в корешки пыльных книг в главном зале, надеясь найти какой-нибудь рычаг, открывающий тайный проход; распахивал двери, шаг за которые привел бы его к долгому и безрадостному падению в Тень, и все никак не мог найти себе места, которое хотя бы формально можно было бы назвать своей комнатой.       Так Рук и провел несколько суток, ночуя в лазарете вместе с Варриком, пока случайно не наткнулся на новый проход, которого еще утром, он был в этом абсолютно уверен, здесь не было. Маяк без всякого сомнения жил собственной жизнью, с готовностью меняясь под обитателей и их нужды. Или, что Руку оптимизма совершенно не прибавляло, Солас даже из Тени мог как-то воздействовать на свое убежище. Точного ответа эльф не знал. И из-за этого очень скептически отнесся к залу для медитации, появившемуся на втором этаже башни, несмотря на то что он был очень светлым и просторным. К слову, чудес на Маяке хватало. Чего только стоил призрачный Смотритель и парящие в воздухе камни, здания и мебель, но входя в зал для медитации Рук позволил себе удивиться снова: за панорамным окном, раскинувшимся во всю стену, плескался совершенно непонятно откуда взявшийся… Океан? Ощущая себя пссажиром глубинного батискафа, Рук рассматривал растущий прямо по центру огромный коралл, вокруг которого в толще воды дрейфовали водоросли, сновали туда-сюда косяки морских рыб, а откуда-то снизу переодически поднимались пузырьки воздуха.       Вид просто завораживал. Но, пожалуй, только вид. Один только взгляд на неудобную кушетку заставил скептицизм Рука возрасти в геометрической прогрессии. Уже представляя, как после пары ночей, проведенных здесь, начнет ныть спина, он все же разложил свои немногочисленные вещи по полкам, пытаясь хоть как-то обжиться на новом месте.       Тогда, заглядывая в зеркало, которое дал ему Варрик, он увидел в нем Найта Олдвира — парня с достаточно короткими для эльфа ушами, заканчивающимися заостренными кончиками и гладкими черными волосами, зачесанными на один бок и достающими до середины щеки. Широко раскрытые ярко-зеленые глаза смотрели уверенно, но в них явно читался этакий озорной огонек. Пробегая взглядом по двум родинками, слабо выделяющимся на весьма смуглой коже, Рук еще раз утвердился во мнении, что полное отсутствие татуировок на лице, абсолютно нетипичное для Завесных Странников, с лихвой компенсировали татуировки на теле, из которых сейчас на виду было только несколько черных линий, паутиной уходивших по ключице вниз к груди.       Темноволосый эльф улыбнулся своему отражению одними уголками губ, откладывая зеркало.       Найт Олдвир, или Рук, как с легкой руки Варрика его теперь все называли. Не важно.       Он себе нравился.       Таким, какой он есть.       Рук еще раз окинул зал для медитации придирчивым взглядом и, подойдя в плотную к панорамному окну, положил ладонь на прохладное стекло. Рыбы из косяка, проплывавшего мимо, тут же бросились в рассыпную.       Да, комната была не идеальной, но другой у него не было.              Время шло, Рук вместе с Хардинг не без приключений забрали с места проведения ритуала кинжал Соласа, способный убить древних богов и вместе с ним на Маяке поселилась призрачная надежда на удачный исход главной миссии Стражей Завесы.       Теперь Рук ежедневно изучал донесения и слухи, собирая словно мозаику картину событий, происходящих на континенте под божественным влиянием, и пытался завербовать новых союзников.       Иногда они совершали вылазки через элювиан на Перекресток, а оттуда уже в Артланский лес — малую родину Рука, чтобы помочь с очередной просьбой Странников или конкретно Белларе; в Минратоус, чтобы решить проблемы Нэв и Драконов Тени, которые противостояли Венатори — религиозным фанатикам, наводнившим местные улицы. Они могли бы отправиться и еще куда-то, чтобы помочь другим жителям противостоять нарастающему влиянию богов, но большинство элювианов на Перекрестке почему-то не функционировало и было непонятно куда они вообще ведут. Но со временем ситуация менялась, как и менялся сам Перекресток, постепенно освобождаемый Стражами Завесы от натиска богов и их последователей.       Первый раз в Тревизо к Антиванским воронам Рук переместился с Нэв по ее же наводке. У него был кинжал, способный победить богов, но в команде не было «узкопрофильного специалиста», который мог бы им эффективно воспользоваться, а Вороны были профессионалами своего дела: с детских лет их учили убивать. Кинжал, яд или тонкая веревка — любые средства шли в ход для выполнения контрактов на устранение цели.       Воронов в Тревизо было много и все они были несомненно хороши в деле преждевременного прерывания чужой жизни, но Руку этого было недостаточно: для убийства богов ему нужен был только один Ворон — лучший.       Демон Вирантиума.       Так назвала его Нэв, не зная ни имени, ни дома, к которому он принадлежит. Магесса, рассказала Руку о знаменитом Вороне — убийце магов, полностью заслужившем свое прозвище.       — Он нам нужен.       Ожидаемые слова и вот, Рук уже стоит перед четырьмя наемными убийцами, скрестив руки на груди и, подобно одному из Воронов, принимает контракт на освобождение из Костницы внука Первого Когтя — Катерины Деламорте. Того самого знаменитого Демона Вирантиума.       Луканиса Деламорте.       Рук не успевает даже глазом моргнуть или добыть какую-то информацию о Костнице, как уже ступает на пол разрушенных эльфийских руин где-то глубоко под водой.       Быстро переводя взгляд с многочисленных трупов Венатори, разбросанных по земле, на фонтанирующие струи воды, пробивающиеся сквозь сдерживающую морскую пучину магию, Рук пытался понять чего опасается больше: существа, что убило столько опытных магов или прорыва сотен тонн воды, от которых их с Нэв не спасут никакие магические щиты.       А когда земля под ногами содрогнулась, уверенность в том, что им непременно нужен Луканис и вовсе начала таять, как кусок льда, брошенный в растопленный камин.       — Слабоумие и отвага, — озвучил Рук себе под нос очевидную вещь, переступая очередной труп, но Нэв все равно услышала, согласно хмыкнув.       Однако юмор, всегда являющий собой для Рука этакий стержень и поддержку, мгновенно улетучился, оставляя место недоумению и какой-то детской обиде, стоило ему распахнуть тяжелую двойную дверь.       Он разглядывал мужчину, который только что на их с Нэв глазах порезал на лоскуты шесть магов Венатори и даже не сбил дыхание, и мог думать только о том, что Вороны их бессовестно надули, а Демон Вирантиума отдыхал в Костнице, как на курорте, или, возможно, и вовсе оттачивал свои навыки убийцы, складывая аккуратными стопочками тела воинов-смотрителей в одну сторону, а магов в другую, рассуждая о процентном соотношении классов специализации тюремных надзирателей. Рук все больше хмурился, теперь абсолютно уверенный, что Луканис был способен самостоятельно вернуться в Тревизо в любой момент. Боже, да первый убитый им стражник лежал прямо у выхода из тюрьмы.       Но сказал Рук совсем другое.       — Ты одержим демоном.       Не вопрос, а утверждение.       — Все не так просто.       Эльф только усмехнулся, внимательно рассматривая возможного союзника.       — Расскажешь по дороге, а сейчас нам нужно валить отсюда.       — Нет.       — Нет? — Рук вопросительно приподнял брови, ожидая от судьбы очередной пакости.       — Я пришел сюда не просто так. У меня контракт на Каливана, а Вороны всегда выполняют контракты. Но сначала нужно уничтожить сосуд с кровью, с помощью нее он может управлять мной.       — Отлично. Еще просьбы будут? — язвительно уточнил Рук.       — Я перед вами в долгу.       Рук уставился на Луканиса, часто моргая, кажется даже приоткрыв рот. Это что, шутка? Единственных живых стражников убил сам Ворон, а они с Нэв вообще ничего не сделали, кроме того, что просто пришли.       — Ты хотел сказать будешь в долгу?       Внезапно даже для самого себя спросил Рук. И тут уже Луканис несколько раз озадаченно моргнул, будто бы не зная, что ответить.       — Нам нужно спешить.       Не важно кто это сказал, но суть была отражена верно, и через несколько минут Рук уже рассматривал парящий в воздухе темный многогранный кувшин.       — Это она, — сказал Луканис, — уничтожь ее, и я выполню свой контракт.       Рук еще раз осмотрел кувшин и еле удержался, чтобы не присвистнуть. Да тут было литра три. У Луканиса вообще в теле хоть что-то осталось? Или это заслуга демона, которым он был одержим?       Эльф медлил, а его почему-то никто не торопил.       Уничтожить. Легко сказать.       Разбить кувшин, а потом выжечь кровь дотла? Заморозить и унести с собой? Сбросить в бездну между коридорами?       Пожалуй, первый вариант подходил лучше всего.       Так как Рук стоял почти вплотную, он решил воспользоваться кинжалом, чтобы не тратить ману.       Графин разлетелся вдребезги, а кровь хлынула на ступенчатое возвышение.       — Отлично, теперь Каливан, — сказал Луканис и Рук снова не понял его логики.       Да, кровь теперь была не в сосуде, но не исчезла вовсе. Вот же она, растеклась по ступеням и любой, обученный магии крови, мог ей легко воспользоваться.       Так Рук и стоял, пялясь на огромное алое пятно, ровно до тех пор, пока оно с подозрительной быстротой не начало всасывается в камни, а потом и вовсе исчезло.       «Лааааадно», — подумал про себя Рук, поражаясь свойствам этого места. Удобно, практично и после пыток мыть полы не нужно. Так и запишем.       А еще через десяток минут он уже без всякого сочувствия рассматривал труп трижды проклятого им Каливана, который загубил в этой отвратительной тюрьме сотни чужих жизней.       Они справились.       Теперь можно было уходить.       Поднимая голову и собираясь озвучить свою мысль, Рук внезапно заметил, что Луканис смотрит куда-то вбок, и попытался проследить за его взглядом, но ничего примечательного в той стороне не нашел.       — Луканис? — вопросительно позвал он.       — Я уже подумал, что ты его видишь, — невпопад выдал Ворон, продолжая отстраненно смотреть в пространство.       Рук только отрицательно покачал головой, понимая, что речь, вероятнее всего, идет о демоне, которым одержим Луканис. Это и многое другое им еще предстоит обсудить. Но явно не здесь.       — Дай знать, когда будешь готов отправляться.       И снова это дурацкое чувство, что Ворон мог выбраться отсюда без их помощи в любой момент.       Ладно. Все вопросы потом. Эльф устроит этому человеку настоящий допрос на Маяке.       Рук неохотно кивнул, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках чего-то полезного. Он все проверит, и они вернутся к Первому Когтю, чтобы закрыть контракт.       Спрыгивая с уступа, на котором был найден золотой сундук, Рук еще раз внимательно осмотрел Луканиса. Год в тюрьме с пытками и демоном-соседом будто бы совершенно не отразился на его внешнем виде: никаких признаков уталости на лице, одежда словно только что постирана и выглажена, а запах…       Подходя ближе, Рук нахмурился.       Поймав его взгляд, Луканис вопросительно заломил бровь. Рук только покачал головой. Он обязательно найдет ответы на все волнующие его вопросы.       Позже.       — Ну, погнали.       — И чем же от нас пахло?       Рук отвел взгляд от плавающих за окном рыб и уставился в светящиеся пурпуром глаза.       — Не помню, — не моргнув глазом, соврал Рук.       — Ложь! — равкнул демон и шагнул вперед.       — Нет, — не из-за страха, а скорее инстинктивно, эльф одновременно с ним сделал шаг назад, вдоль окна.       — Да, — демон нарочно резко подался к нему и прошел насквозь, оставляя после себя табун мурашек, пробежавших по всему телу.       Ловко развернувшись, Злость опустился на кушетку.       — Тебя интересует только это? — Рук слегка вздернул бровь, сверля взглядом демона, который выглядел, как точная копия Луканиса.       — Нет. Всё, — Злось растянул губы в широкой ухмылке и похлопал призрачной ладонью по месту рядом с собой. — Иди. Сюда. Рук.       Тяжело вздохнув, хозяин комнаты принял приглашение эфемерного гостя и тут же пожалел о своем решении, потому что стоило ему сесть на самый дальний от демона край кушетки, как Злость мгновенно перегрупировался, ложась на спину и кладя голову Руку на колени.       Эльф сцепил зубы, наблюдая за горящими глазами, смотрящими на него снизу вверх.       Сердце пропустило удар. Луканиса он с такого ракурса ещё никогда не видел.       Ещё!?       Рук споткнулся о собственную мысль, но тут же призвал себя к порядку.       — Пошел вон!       — Нет. Продолжай, — милостливо предложил Злость, полностью игнорируя негодование Рука.       — Думаешь, что я не найду на тебя управу? — плотоядно оскалившись, спросил эльф.       — Рассказывай. Дальше!       Рук резко поднялся, упорно не реагируя на снова побежавшие по коже мурашки, и подошел к панорамному окну. Если бы сейчас Злость опять выкинул какой-нибудь фокус, эльф послал бы все планы и договоренности к чертовой матери. Но демон, будто бы чувствуя где проходит невидимая грань терпения Рука, молча лежал на кушетке, подперев голову рукой, и смиренно ждал.       Тишина длилась не более минуты.       — Когда мы вернулись в Тревизо, Катерины уже не было...