Кровь демона

      Рук вошел в столовую, улавливая обрывок разговора обитателей Маяка.       — Это хорошо. Наверное.       — О чем речь? — эльф остановился за спинами Беллары и Нэв, которые сидели за общим столом, лицом к разожженному камину.       — О Злости, — сообщил Луканис, на секунду отвлекаясь от созерцания пламени и окидывая Рука равнодушным взглядом.       Наемный убийца стоял у камина, оперившись на стенку предплечьем. Может с первого взгляда его поза могла показаться расслабленной, но это впечатление было обманчивым.       — Что? — Рук не понял его ответа.       Это что-то из философии или психологии? Курсы управления гневом и все такое?       — О его демоне, — пояснила Нэв. — И как от него избавиться.       Рук поджал губы, на автомате скрещивая руки на груди в закрытой позе. Демона Луканиса зовут Злость? Отличные новости. Впрочем, чего он ожидал от демона?       — Есть один способ, — воодушевленно начала Беллара. — Но тогда… — ее энтузиазм угас так же внезапно, как и возник, и она запнулась. — Нам придется…       — Убить меня, — завершил за нее мысль Луканис, не отрывая взгляда от горящих дров.       — Ой. Как неудобно вышло, — буркнул Рук, прежде чем успел хоть как-то обдумать услышанное. Язык всегда почему-то действовал быстрее его мозга.       Луканис слегка поморщился и чуть заметно тряхнул головой. Наблюдая за этим движением, эльф так и не смог однозначно интерпретировать реакцию Ворона. Что ж, смешно ему точно не было.       — Давайте прежде чем это делать рассмотрим другие варианты, — примиряюще предложила Беллара.       — Я знаю пару человек в Минратосе, которые могут помочь и...       Без видимых на то причин Луканис дернулся в сторону, со сдавленным шипением прикрывая лицо рукой.       В тот же момент девушки повскакивали со своих мест.       — Луканис, ты?..       — Со мной все в порядке, — Ворон выставил ладонь в останавливающем жесте.       Ладонь, перепачканную алой кровью, которая сейчас мелкой струйкой сочилась у Луканиса из носа.       — Это Злость? — внезапно понял Рук. Вопрос был риторическим. — Он сделал тебе больно и, судя по твоей реакции, не в первый раз. Почему?       — Он всегда бесится, когда не получает желаемого. Дайте мне немного времени. Когда все разойдутся, ему это надоест.       Рук на секунду задумался, взвешивая слова Ворона. Обычно демоны захватывают магов и получают полный контроль над жертвой, но здесь ситуация была совсем иной. Во-первых Луканис магом не был, во-вторых жертвой он тоже не выглядел, а способ вселения Злости Руку был и вовсе непонятен, так что опираться на известные ему факты об одержимости в данный момент не получалось. Но все сопутствующие вопросы были сейчас второстепенны. Главное было понять: опасен ли Злость для команды? А для самого Луканиса? Судя по недавней демонстрации, ответ на второй вопрос однозначно был положительным.       Настроение от этих мыслей как-то резко упало вниз.       — Не хотелось бы тебя оставлять одного с… — Рук сбился, замечая начинающее меняться не в лучшую сторону выражение лица Ворона, и тут же засунул свою, явно ненужную наемному убийце, заботу куда подальше. — Добро пожаловать в команду, — быстро добавил он и, не заставляя Луканиса повторять свою просьбу об уединении дважды, направился к выходу из столовой.       Судя по звуку шагов, остальные члены команды тоже поняли все правильно и последовали его примеру, спешно покидая помещение.       — Если ты не против, я займу кладовку за камином, — донеслось ровное Руку вслед.       — Она не занята, — нейтрально отозвался эльф, прежде чем захлопнуть тяжелую дверь.       — Кажется, Хардинг хотела с тобой поговорить, — Нэв легко, почти невесомо, похлопала Рука по плечу и направилась к своему домику. Бэллара тут же посеменила следом, начиная тараторить что-то про недочитанные рассказы.       Рук только вздохнул, окидывая взглядом огромную вращающуюся башню.       Насколько осложнит им жизнь появление на Маяке первоклассного убийцы, одержимого демоном? Такое ощущение, что освобождение его из Костницы принесло больше проблем, чем пользы.       «Тревизо осажден антаамом, надо проверить как там дела у Воронов», — внезапная мысль посетил Рука и тут же вызвала отторжение и раздражение. У него что, других дел нет?       Эльф поморщился, вспоминая их «триумфальное» возвращение в «Бриллиант» дома Кантори.       Катерина Деламорте, которая, собственно, и обещала эльфу помощь Луканиса в обмен на его освобождение, на торжественное воссоединение с внуком не явилась по причине своей преждевременной и скоропостижной кончины. Позже выяснилось, что Зара Рената, которая, собственно и организовала пленение Луканиса и подселение к нему демонического соседа, убила его бабушку, пока Ворон был занят побегом. Об этом Илларио, второй внук Катерины и, по совместительству, кузен Луканиса, сообщил им таким тоном, будто двоюродный брат, сидя в заточении, лично выдал Заре подробный план поместья Деламорте и контракт на убийство бабули, а Рук, как минимум, подсаживал негодяйку на балконе, помогая залезть в окно. Тогда, задвигая подальше непонятно откуда взявшееся замешательство, эльф напомнил присутствующим об обещании Катерины, и Луканис без всяких вопросов подтвердил слова Первого Когтя, собираясь немедленно покинуть «Бриллиант» в компании эльфа. Конечно, Руку это показалось странным, но лезть в семейные разборки Воронов он точно не собирался, поэтому просто подхватил Нэв под руку и отправился к элювиану, ведущему на Маяк.       И теперь они здесь.       Быстро сбежав по лестнице и немного побеседовав со Смотрителем, на предмет улучшения снаряжения, Рук быстренько уточнил какие материалы необходимо духу и мысленно поставил себе задачу по дальнейшим поискам.       Затем он отправился к Хардинг и обсудил с ней свои опасения по поводу открывшейся у разведчицы силы управления камнем, пообещав в скором времени предпринять вылазку в Арлатланский лес, чтобы попрактиковаться в ее использовании.       Выходя от Нитки, Рук еще раз хмуро окинул взглядом здание столовой, прикидывая сколько он отсутствовал. Так и не придя ни к чему определенному, решительно шагнул по лестнице вверх. Достаточно ли времени он дал Луканису и может ли, наконец, получить свои ответы?       Этот вопрос он озвучил прямо с порога, проходя без стука в кладовую, расположенную за столовой.       — Достаточно. Наверное у тебя есть вопросы?       Какая проницательность!       Рук чуть было не съязвил на эту тему, но вовремя прикусил язык, во все глаза разглядывая кровать за спиной Луканиса. Сколько времени он был у Хардинг? Когда и как Ворон успел принести сюда кровать? Неужели из лазарета? Больше он подобной мебели на Маяке не видел.       — Как ты притащил сюда кровать? — со всей серьезностью поинтересовался эльф, скрещивая руки на груди.       Рук мог поклясться, что Луканис на секунду растерялся. Такого вопроса он явно не ожидал. Лидеру Стражей Завесы стоило больших трудов не улыбнуться: надо же, застал врасплох самого Демона Вирантиума. Надо не забыть внести этот пункт в список личных достижений.       — Это имеет какое-то значение? — мгновенно беря себя в руки ответил Ворон вопросом на вопрос.       — Просто интересно, — Рук только пожал плечами, все еще ожидая ответа.       — Ты не спрашиваешь о Злости…       — Как ты в одиночку притащил сюда из лазарета целую железную, мать его, кровать? Да еще за такой короткий промежуток времени?!       — Ничего я не тащил, — поджав губу, наконец сдался под его натиском Луканис. — Все уже было здесь, нужно было только собрать.       — Ты умеешь собирать кровати?       — А ты только и умеешь, что молоть языком всякую чушь?       — В этом я лучший, — серьезно кивнул Рук, позабавленный реакцией убийцы на предположение об отсутствии у него бытовых навыков.       — Я уже заметил, — Луканис махнул рукой, будто бы отгоняя от себя несуществующую мошку, и вернул лицу скучающее выражение. — Убил бы за чашку хорошего кофе. Когда я сплю демон становится сильнее, поэтому я стараюсь этого не делать.       — Тогда зачем тебе кровать? — Рук вопросительно поднял брови.       На секунду в кладовке воцарилась тишина, а потом Луканис прислонился к стене, прикрывая глаза и интенсивно растирая пальцами виски.       — Mierda. A nuestro líder solo le importa su cama. Todos vamos a morir.       — Я не владею антиванским, но слово «смерть» мне знакомо. Надеюсь это не угроза в мой адрес.       — Больше вопросов не будет?       — Так ты еще на последний не ответил.       — Да, — Луканис отлепился от стены и двинулся к нему. — Ты прав.       В кладовке за обеденным залом что-то неуловимо изменилось.       Рук несколько раз моргнул, наблюдая, как с грацией дикой кошки и плотоядной улыбкой на лице к нему приближается убийца.       Лучший убийца Тедеса, одержимый демоном.       По позвоночнику побежали мурашки и Рук, с трудом подавляя иррациональное, абсолютно неподобающее лидеру желание позорно сбежать, громко сглотнул и, чтобы хоть как-то заземлиться на этой планете, прислонился плечом к стене. Эльф пытался все это время держать лицо невозмутимым, но был абсолютно уверен, что в данной ситуации мог бы обмануть разве что вечно рассеянную Баллору, и то если бы она в этот момент не смотрела в его сторону, а рылась в очередном магическом артефакте.       — Скажи-ка мне, Рук, — ладонь Луканиса лег на стену, чуть выше и правее его головы, а улыбка стала еще шире. — Чем же тебя так заинтересовала моя, — он сделал паузу, выделяя последнее слово, — кровать?       — Я… Э… — в первый раз в жизни красноречие ему отказало. До Рука только сейчас дошло, как Луканис мог расценить его интерес. Но он ничего такого даже не имел в виду! Не признаваться же Ворону, что все дело в обычной зависти.       — Да? — Луканис наклонился чуть ниже, сокращая расстояние между их лицами сразу наполовину. — Я слушаю.       На смену страху за свои жизнь и здоровье, пришло совсем другое чувство. Сердце застучало быстрее, а к щекам прилила кровь.       — Твоя кровать интересует меня не больше, чем кровать Нэв или Хардинг, — выпалил Рук, с замиранием сердца уставившись на фиолетовые всполохи, пробегающие по радужке карих глаз. — Злость? — внезапная догадка поразила его как гром среди ясного неба. С кем он вообще сейчас разговаривает?       — Хорошо, если так, — Луканис отпрянул от стены, перемещаясь к центру комнаты и осматриваясь по сторонам. — Демон — моя забота. Мне нужен кофе.       — Среди запасов он должен быть, — Эльф кивнул на несколько мешков, валяющихся на другом конце комнаты. Руки, сложенные на груди, предательски подрагивали. — Чувствуй себя как дома.       Изо всех сил стараясь не перейти на бег, эльф двинулся к спасительной двери.       — Я займусь контрактом. Боги, расследования, политика… Должно пролиться много крови, — Луканис отвернулся к мешкам с провизией, а Рук пулей выскочил за дверь.       Только зайдя в свою комнату лидер Стражей Завесы понял, что фактически по делу так ничего и не узнал. Ни про возможность побега из Костницы, ни про обстоятельства похищения Лканиса, ни про способности демона.       — И сдалась мне, вправду, эта кровать, — отругал сам себя эльф, с нарастающим раздражением сверля взглядом собственное ложе в виде неудобной кушетки. — Эй! — крикнул он, задирая голову вверх. — Маяк, Смотритель, Солас, какая-нибудь хтонь из Тени, или кто у вас тут всем заправляет, можно мне тоже нормальную кровать?       Никто из перечисленных ответить не пожелал. Но, возможно, просьба была услышана. На это только и оставалось надеяться.       Глубоко вздохнув, Рук отправился к шкафу, чтобы проверить свое снаряжение.       Будучи магом он всегда носил с собой длинный посох, однако, в бою почти никогда им не пользовался, предпочитая сферу и кинжал. Почему? Посох в разгар битвы казался ему слишком медлительным: долго заряжался и копил магию, а сфера всегда работала быстро и четко. Дополнение в виде кинжала, обеспечивало прикрытие, если враг все-таки подбирался к магу достаточно близко, но использовал Рук холодное оружие очень редко.       Крайне редко.       Сейчас он даже не мог припомнить, когда в последний раз лезвие настигало врага, все-таки ближний бой был действительно не в его стиле, но проверял Рук кинжал исправно. Вот и сейчас эльф вытащил лезвие из ножен и уставился на него в некотором недоумением. Он не был асассином или воином и никогда не наносил на оружие яд или какие-то другие средства для увеличения его убийственных свойств. Только периодически чистил, поддерживая остроту и чистоту стали. А сейчас…       Рук уставился на грязное лезвие, как Кунари на невзорвавшуюся бочку с порохом.       Шестеренки в голове быстро закрутились.       Кровь Луканиса!       Эльф не использовал яды, но кинжал, как и многое другое подобное оружие, имел свойство сохранять на себе нанесенные составы в первозданном виде. Кровь врагов, убитых кинжалом, конечно же вела себя по-другому, а вот кровь, которая хранилась в специальном сосуде, предназначенном для использования магии крови, видимо, была принята кинжалом за что-то совершенно иное.       Рук сглотнул, касаясь кончиком пальца вязкой жидкости и разглядывая субстанцию на свет. Он хотел окончательно убедиться, что это действительно кровь, а не, например, сок какого-нибудь растения, которое он перерубил, освобождая себе путь к очередному спрятанному в лесу сундуку.       Кровь.       Это точно была кровь.       Тысяча мыслей тут же заскакали в его голове, как блохи.       Опасный, одержимый демоном наемный убийца на Маяке.       С помощью крови он может управлять ими обоими и тогда больше не придется беспокоиться о безопасности команды и ждать выкрутасов от демона.       Рук резко тряхнул головой, отгоняя абсолютно дикие мысли.       Нет.       Никаких жертв, никакой опасной и аморальной магии крови. Возможно, Солас и воспользовался бы такой возможностью, но Рук не он. У него совсем другой путь.       — Надо ее уничтожить, — прошептал эльф, очень осторожно поднимаясь с кушетки.       Бах!       Маг вздрогнул, мгновенно перехватывая кинжал и резко поднимая голову. Оружие тут же выпало из рук, а реакцию на боль от внезапного жжения в левой ладони пересилило удивление от вида уплывающей прочь огромной черно-белой косатки, которая, без всякого сомнения, только что со всей силы влетела в панорамное стекло его комнаты.       Что это вообще было?       Рыбина исчезла из поля зрения, а по глупости пораненная кинжалом ладонь дала о себе знать с новой силой.       — Черт! — выругался Рук и метнулся к шкафу с одеждой. Хватая первую попавшуюся тряпку, он обернул ей кровящую ладонь. — Черт, черт, черт! Порезался собственным кинжалом, — шипел он, вне себя от злости. — Глупое млекопитающее!       Мало ему забот, теперь он еще и кровью истекает.       Рук на секунду застыл, парализованный липким страхом, постепенно обволакивающем все его тело.       Кровь!       Эльф метнулся к выпавшему из рук кинжалу.       — Это плохо. Это очень плохо, — прошептал он, рассматривая совершенно чистое и блестящее лезвие.       Пораженный внезапной догадкой он быстро размотал пораненную руку и успел увидеть, как остатки чужой крови, будто обладая собственным разумом, шустро сползаются к его ране и буквально втягиваются внутрь.       С последней каплей крови, Рук наверняка не мог сказать его собственной или крови Луканиса, порез начал затягиваться буквально на глазах. Миг и, напоследок вспыхнув пурпурным светом, рана исчезла.       Рук никогда не обладал навыками регенерации и, не веря собственным глазам, несколько долгих минут крутил ладонью во все стороны, не замечая и не чувствуя ровным счетом ничего необычного или подозрительного. Еще несколько минут ушло на бессознательное созерцание абсолютно чистой тряпки.       Потом нервная система эльфа не выдержала и Рук разразился гневной тирадой, попутно отправляя любимый эльфийский фонарь в полет до ближайшей стены и почти мгновенно испепеляя ни в чем неповинную тряпку.       Одновременно с уже давно забытыми миром эльфийскими ругательствами раздался громкий и очень настойчивый стук в дверь.