Алые кружева

Декабрь 2013

– Светлые стены напоминают мне психушку. – Жаль, что ты там не был. – Для этого мне нужна лишь ещё одна минута в твоей компании. – Забини, заткнись. – раздраженно кинул Драко, сминая испорченный документ.  Белые стены резко контрастировали с тёмной мебелью кабинета. Малфой сидел в бежевом кресле, перебирая полки деревянного стола в поисках листа пергамента. Блейз же, разглядывая массивный стеллаж, что был наполнен папками и бумагами, развалился на небольшом кожаном диванчике. Над ним висела карта земного шара, но не в привычном её понимании.  Страны были подписаны по-другому и залиты различными цветами. Например, Италия обозначалась как «клан Мома» и была розовой, что соответствовало цвету нимба над головой Блейза. Греция как «клан Эреба» и была чёрной — нимб Драко подсвечивался чёрной дымкой. Малфой подписывал указы о перемещении Астории в Лондон с остановкой в Турине. После второй магической войны Международное Министерство Магии ввело более жестокие условия перемещения, которые сохранились и спустя пятнадцать лет. – Ты уверен, что хочешь её смерти? – Забини кинул задумчивый взгляд на друга.  – Я не хочу её смерти, Блейз, я хочу её клан, – оправдал себя Драко. – А если это единственный способ его получить, то у меня нет выбора. Мулат подошёл ко столу, чтобы подписать согласие на временное нахождения миссис Малфой в Италии.  – Не боишься разбить своё сердечко? – Думаешь, оно у меня есть? – Ну если я и мой длинный язык всё ещё живём, то да, определённо есть, – улыбнулся Блейз. – Кстати, длинный у меня не только язык, можно я возьму у тебя троих девчонок?  – И куда тебе столько? – Ну он же секс-машина, – послышался женский голос, и в дверном проёме появилась фигура Астории — госпожи клана Нюкты. Ухмыльнувшись, Забини удалился, оставляя супругов наедине.  – Драко, почему я не могу воспользоваться камином? Я не хочу несколько часов трястись в поезде. – Потому что это небезопасно, а я не могу рисковать тобой. Ложь. Потому что это выгодно.  Ровно в семь вечера на станции магических железнодорожных путей Афин эхом разносились гудки. Это место всегда напоминало Астории античные дворцы. Стены украшались рукописными фресками, полы — цветными мозаиками, а фасады — портиками с колоннами. Воистину волшебное место, из которого так не хочется уезжать. В то время как туринская магическая станция больше походила на святилище забытых богов, чем на транспортный узел. Высокие своды, высеченные из кварца, отражали приглушённый свет парящих факелов. Здесь, на территории Забини, всё казалось обманчиво мягким и радушным, но миссис Малфой знала, что за этим розовым свечением скрываются самые острые ножи Европы. Остановка в Турине была короткой — всего сорок минут. Астория чувствовала себя неуютно в этом городе. В воздухе пахло дорогим табаком, сухой лавандой и чем-то металлическим, похожим на запах крови.  – Сеньора Малфой, позвольте ваш багаж, – перед ней появился низкорослый эльф. Его руку тонкой нитью оплетали розовые волокна — отличительный признак вхожих в клан. – Я справлюсь сама. – Мой господин настоял на исключительном комфорте для госпожи клана Нюкты, – проговорил домовик, низко кланяясь. — Прошу вас, пройдите в VIP-зал, там уже подан кофе. Астория вздохнула. Усталость брала свое.  Последнюю неделю её мучают ночные кошмары, в которых чёрная дымка Драко поглощала её белую. Они настолько измотали её, что даже крохотная минута отдыха не казалась лишней.  Пока она сидела в глубоком бархатном кресле, потягивая горький эспрессо, за её спиной разыгрывался спектакль. Человек Блейза, подобно тени, скользнул к её багажу, оставленному у входа. Одно плавное движение, короткое заклинание, и в подкладку её дорожной сумки легли три тяжелых мешочка из грубой мешковины.  Астория даже не обернулась. Она смотрела на улицу, где за магическим барьером моросил дождь, и была погружена в свои мысли. Переход через Ла-Манш по магическому тоннелю всегда сопровождался неприятным давлением на виски. Когда поезд наконец замедлил ход, и кондуктор объявил прибытие на платформу 9 3/4 в Лондоне, миссис Малфой почувствовала что-то странное. Она списала это на истощение. Лондонская станция встретила её привычным хаосом. Кингс-Кросс дышал мощью и вековыми традициями. Массивные чугунные колонны, густой пар от алого паровоза и крики сов создавали атмосферу детства. – Мама! – звонкий голос прорезал шум толпы. Скорпиус выскочил из вагона, расталкивая других учеников. Его платиновые волосы, точь-в-точь как у отца, были растрепаны, а на шее небрежно болтался шарф Слизерина. Мальчик подбежал к ней и крепко обнял. – Скорпи, – выдохнула женщина, и её лицо впервые за день осветилось искренней улыбкой. Парень с надеждой оглянулся по сторонам, ища глазами высокую фигуру в черном пальто. – Папа приехал? – Папа ждет нас дома, дорогой. У него много работы, ты же знаешь. – Да, – процедил с явной брезгливостью, – конечно. Она взяла сына за руку, собираясь направиться к нужному поезду. Как вдруг к ним подошли двое крепких мужчин в форме аврората Англии. – Миссис Малфой, вы не прошли контроль по приезду, – сказал один из них — Тим Соул. – Ох, это формальность, – отмахнулась Астория. – Мы уже уезжаем. – Но это наша работа. Мэм, пройдёмте  с нами, уверяю, это не займёт больше двух минут. – Если вам нечего скрывать, – с улыбкой добавил Соул и его оскал уж очень запомнился Скорпиусу.

***

Гермиона Грейнджер переступила порог Министерства Магии с тем видом женщины, которая точно знает, чего хочет от этого утра. Той девочки с вечно лохматой копной волос и горой пыльных учебников больше не существовало. Она её уничтожила. Точнее, это сделала война. После её окончания Гермиона совершила самое важное открытие — жизнь оборвётся в любую секунду, несмотря на то, что ты не успел её прожить. Мир не рухнет, если она не прочитает все книги в библиотеке, но он точно станет серее, если она забудет пожить для себя.  Сегодня на ней было кашемировое пальто цвета спелой вишни, которое идеально подчеркивало её фигуру. А там определённо было, что подчеркнуть. Под ним скрывалась шёлковая блузка и узкие брюки, а волосы были уложены в элегантную, чуть небрежную причёску, которая стоила ей ровно пять минут у зеркала. В ней проснулась та самая дурманящая женская сила, которая заставляла коллег-мужчин невольно выпрямлять спины при её появлении. От гриффиндорки веяло цитрусовым парфюмом, а во взгляде больше не было тревоги — только спокойная уверенность. – Грейнджер, ты снова опаздываешь на целых три минуты. Это ужасно, я вызываю авроров, – раздался весёлый голос, как только она распахнула дверь кабинета. Гарри Поттер, глава отдела международного правопорядка, сидел за своим столом, который, в отличие от стола Гермионы, был полностью завален отчетами. Сама Гермиона занимала должность ведущего специалиста в том же отделе. – Поттер, если ты сейчас ещё что-нибудь скажешь, я заколдую твои очки так, что ты будешь видеть всех в розовых чепчиках! – Ради Мерлина не надо! Это напоминает мне Амбридж. Гермиона рассмеялась, вешая пальто. В этот момент она неловко взмахнула рукой, задела подставку для перьев, и та с грохотом полетела на пол.  – Ой! – Ну, шикарная женщина вернулась, а моя неуклюжая Гермиона никуда и не уходила. – Это мой шарм, Гарри, – она подмигнула ему и уселась в своё кресло, делая глоток принесенного с собой зелёного чая. Их утреннюю беседу о планах на Рождество прервал резкий всплеск магии. На столе Гарри появилось министерское уведомление, объятое синим пламенем. Он быстро пробежал глазами по строчкам. – Что там? – спросила Гермиона, заметив, как напряглись плечи друга. – Астория Малфой. Она на Кингс-Кросс, приехала встречать Скорпиуса. Грейнджер усмехнулась.  – Странно. Обычно Малфои присылают за ним целую делегацию доверенных лиц. Но чтобы сама Астория к нам пожаловала… что-то не так. – Именно. И это «что-то» уже произошло. Контроль на выходе с платформы зафиксировал у неё в сумке запрещенный груз. Это уровень международного скандала. Я еду туда.  Гарри встал, устало расправляя плечи и набрасывая на них мантию. – Я с тобой. – Нет, Гермиона, оставайся здесь. Сегодня должны приехать испанские эльфы. – Но они приедут после обеда! – Сиди и не высовывайся. И это приказ главы отдела, крошка, исполняй. Он исчез в камине прежде, чем она снова успела возразить. – Ну конечно, Поттер. «Сиди и не высовывайся». Ты до сих пор не понял, с кем работаешь? – пробормотала девушка себе под нос. Спустя десять минут она уже была на вокзале. Гермиона проскользнула за массивную колонну, откуда открывался вид на служебное помещение вокзала. Дверь была приоткрыта. Она услышала резкий, срывающийся голос Астории Малфой. – Это какая-то ошибка! Я понятия не имею, как это оказалось в моей сумке! Я была в Турине всего полчаса, это провокация! – Миссис Малфой, – голос Гарри звучал сухо и официально. – Три мешочка чистого наркотика. Это не просто лелолин. Это чистый концентрат магической эйфории, который запрещен во всей Европе. – Вызовите моего отца! – почти выкрикнул Скорпиус. – Вы не имеете права обвинять маму! – Мистер Малфой будет уведомлен, но сейчас вы, мэм, проследуете с нами для допроса. Груз изъят. Грейнджер впитывала каждое слово. «Лелолин»? Это же синтетическая магия, разрушающая каналы мага за считанные дни. Откуда у Астории такая дрянь? Послышались шаги. Она резко дернулась назад, понимая, что её сейчас заметят. Гермиона начала быстро отходить спиной, пытаясь скрыться за углом, и в этот момент на полной скорости врезалась в кого-то, кто стоял прямо за ней. Мужчина, в которого она влетела, явно не ожидал такого удара. Он потерял равновесие, его ноги нелепо заплелись, и он с глухим стоном повалился на грязный пол. Грейнджер, не удержавшись, рухнула следом. Её локоть с силой впечатался во что-то твёрдое. Мужчина держал в руках небольшую резную шкатулку из тёмного дерева. Раздался отчетливый хруст. Крышка шкатулки треснула под весом Гермионы, и изнутри вырвался запах озона и сухих трав. Шатенка на секунду замерла, оказавшись лицом к лицу с незнакомцем. У него были холодные темные глаза и резкие черты лица. Его взгляд вспыхнул яростью, когда он посмотрел на сломанную шкатулку. – Чёртова сука… – прошипел он. Гермиона услышала шаги Гарри, мешающиеся с дыханием незнакомца. Паника, та самая старая добрая паника, ударила в голову. Она мгновенно схватила палочку.  Короткий взмах. Вспышка. Резкое сжатие пространства. И девушка приземлилась посреди своего кабинета в Министерстве.  Она посмотрела на свой локоть и с досадой заметила, что на дорогом шёлке блузки осталось пятно от какой-то странной пудры.  Гермиона Грейнджер ещё даже не догадывалась, что это случайное столкновение разрушило чью-то очень сложную игру. В которой все фигуры уже расставил Драко Малфой. Однако, пространство вокруг сбитого с ног мужчины начало меняться. Из треснувшей шкатулки начало что-то вытекать. Это была густая, синя-черная субстанция, напоминающая не то призрачный туман, не то жидкий свинец. Она не разлеталась, а тяжелым слоем поползла по зеркальному полу платформы, заполняя собой каждую трещину.  Мужчина, все еще лежащий на полу, в ужасе отпрянул, но существо не интересовалось им. Оно пульсировало, вытягивая свои призрачные щупальца, словно принюхиваясь. В этот момент по коридору, ведущему к камерам временного содержания, авроры вели Асторию. Гарри шёл впереди. Астория, несмотря на наручники, шла с высоко поднятой головой, но субстанция учуяв её моментально среагировала. Газ, мгновенно ставший почти невидимым, метнулся к ней.  Он начал впитываться прямо в кожу, проникая в поры, исчезая в венах. Астория на секунду запнулась, её зрачки на мгновение затопила чернота, а нимб Нюкты над головой болезненно мигнул и погас.  – Что-то не так, миссис Малфой? – сухо спросил Поттер, оглянувшись. – Всё в порядке. В комнате для допросов пахло старым пергаментом. Астория сидела напротив Гарри, скрестив руки на груди. Её бледность стала пугающей, пальцы дрожали, но взгляд оставался твердым. – Я не скажу вам ни слова без своего адвоката и присутствия мужа, – повторила она в третий раз. – И я требую вызова Министра. Это задержание незаконно, Поттер. Вы нашли наркотик в моей сумке, к которой я не прикасалась с самого Турина. Любой дурак поймет, что это подстава. – Мы уже отправили три уведомления мистеру Малфою в Афины и пять в канцелярию Министра. Ответа нет. Ваши камины засекречены, и мы никак не можем найти вашего мужа. Девушка опустила взгляд на свои руки. Из кончиков пальцев тонкой струйкой вытекали крохотные хрусталики.  – Это невозможно, – прошептала она, и Поттер отчетливо разглядел в её глазах страх. Правда, он не мог увидеть того, что её так напугало.  – Пока мы не получим подтверждения или не прибудет адвокат, вы останетесь в камере блока «C». Это международный протокол. Её отвели в небольшую, холодную камеру, где из мебели была только узкая кушетка. Скорпиус, который всё это время следовал за ними, наотрез отказался уходить. Авроры пытались спровадить его в гостиницу, но мальчик вскинул подбородок так же, как это делал его отец, и просто сел на пол у двери камеры своей матери. – Я никуда не уйду. И всё же, никто не желал связываться с наследником одного из самых опасных приспешников Волан-де-Морта, они махнули рукой и оставили его там. – Мам? – Скорпиус прижался лбом к холодному металлу двери.  – Я здесь, Скорпи, – раздался тихий голос. – Мам, всё будет хорошо, слышишь?   В ответ он получил лишь молчание.  – Расскажи мне про подарок, который ты обещала на Рождество, – попросил парень, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Ты ведь сказала, что это что-то особенное. – Особенное… – Астория прислонилась к двери с другой стороны. Туман внутри её легких начал медленно сжиматься, превращаясь в острые иглы. – Это шар воспоминаний. Он показывает самые тёплые моменты из жизни. Мы будем смотреть вместе… когда это всё закончится. Скорпиус слабо улыбнулся. – Мам, я привез тебе из Хогвартса картину. Я написал наш сад. Папа говорил, что в этом году там расцветут чёрные розы, но я нарисовал их белыми. Мне кажется, так красивее. – Так вот оно что, папа хочет заменить белое на чёрное, – горькая усмешка появилась на её лице, когда пазл начал складываться. Они говорили долго. О школе, о квиддиче, о том, что они купят в Косом переулке на каникулах. Это был обычный разговор сына с матерью. Но как только солнце начало опускаться за горизонт, голос Астории начал меняться, дыхание стало тяжелым, со свистом. – Мам? – Скорпиус забарабанил кулаками по двери. – Мам, почему ты замолчала? Тишина. – Пожалуйста, откройте! – он вскочил на ноги и бросился к дежурному аврору, стоявшему в конце коридора. – Моей маме плохо! Она не отвечает! Откройте дверь! – Вернись на место, парень, – лениво ответил аврор, не отрываясь от вечернего выпуска «Пророка». – Твоя мать просто устала и уснула. – Вы не понимаете! Позовите Гарри Поттера! Позовите кого-нибудь! Но авроры лишь отмахивались от подростка. Для них он был просто избалованным сыном богатых родителей, который закатывает истерику. Скорпиус снова бросился к камере. Он прижался ухом к щели. Внутри не было слышно уже ни дыхания, ни шелеста одежды. – Мамочка, ты же меня слышишь?.. За окнами Министерства окончательно стемнело. Время Нюкты пришло, но Госпожа своего клана больше не могла распоряжаться этой темнотой. Теперь темнота распоряжалась ею.

***

Проснувшись, Гермиона не почувствовала привычной зимней тяжести. Напротив, её магия пульсировала под кожей, словно внутри неё зажглось маленькое солнце. Каждое движение казалось слишком легким, а чувства обострились до предела. В то утро Грейнджер как всегда выглядела так, будто сошла с обложки глянца. Сегодняшний вечер они с Джинни планировали провести на магловской выставке современного искусства, и Гермиона решила, что это идеальный повод, чтобы наконец-то «выгулять» свою новую покупку. На ней было алое платье из плотного шёлка. Оно облегало её тело, подчеркивая каждый изгиб. Время превратило её в женщину с роскошной фигурой, от которой невозможно было отвести взгляд. Тонкая талия контрастировала с мягкой, аппетитной линией бедер и высокой, полной грудью, которая едва скрывалась под строгим, но дразнящим декольте. Каждый её шаг на высоких шпильках заставлял шёлк платья переливаться, обрисовывая стройные ноги. Густые каштановые кудри живо спадали на плечи. На губах горела идеально подобранная красная помада в тон платью.  Гермиона взглянула в зеркало и довольно улыбнулась. Она чувствовала себя не просто умнейшей ведьмой своего века, а женщиной, способной поставить мир на колени одним лишь взглядом. После того как шатенка вышла из камина Министерства, она сразу направилась к лифтам. У золотых решеток она столкнулась с Министром Магии. Арчибальд Стэн стоял, изучая какие-то бумаги, но как только Грейнджер подошла ближе, он поднял голову и замер. Его лицо исказилось от шока. Гермиона моргнула, решив, что у неё галлюцинация. Прямо над головой Министра парил красный нимб. Он не был оптический эффект — это была чистая, концентрированная энергия. – Доброе утро, Министр, – осторожно произнесла она, заходя в лифт вслед за ним. Двери закрылись со скрежетом. Они остались одни. Стэн медленно повернулся к ней. – Мисс Грейнджер. Зачем вы это сделали? Гермиона нахмурилась, поправляя сумку. – Простите, о чем вы? Если вы об отчетах по испанскому департаменту, то они будут на вашем столе к… – Зачем ты убила Асторию Малфой? – рявкнул он, перебивая её. – Что? Астория мертва? О чем вы говорите, мистер Стэн? Я вчера видела её на вокзале с сыном, она была под арестом, Гарри вёл допрос… Как она могла… Министр внимательно всматривался в её лицо, ища следы лжи или притворства. Спустя бесконечные десять секунд он шумно выдохнул, и его плечи чуть опустились. – Ты действительно не понимаешь, – констатировал он. – Она скончалась сегодня ночью в камере. Врачи не могут установить причину. Гермиона прикрыла рот рукой. В голове всплыл образ той черной шкатулки, треск дерева под её локтем и странный взгляд мужчины на полу. Боже, она причастна к её смерти? Министр не стал развивать диалог. Лифт остановился на их этаже. Он вышел первым, и Гермиона последовала за ним в их с Гарри кабинет. Внутри царила не очень радушная атмосфера. Гарри сидел за столом, напряженно постукивая пальцами. – Я думал, после войны мне не страшна смерть, — глухо произнес он, не поднимая глаз. — Но Скорпиус так кричал за дверью, звал маму, а мы ничего не смогли сделать. Грейнджер пошла ко своему месту, мимолётно взглянув в зеркало, висевшее у входа, но резко пошатнулась. Над её головой сиял нимб. Но в отличие от Министра, её был ослепительно белым. – Мистер Стэн… что это? – она указала дрожащим пальцем на своё отражение. – Что это у меня над головой? Министр, стоявший в дверях, внезапно закашлялся, прикрывая рот кулаком. В его глазах мелькнула тень чего-то похожего на торжество или зловещее предвкушение, а губы едва заметно дернулись в улыбке. – Я не вижу ничего необычного, мисс Грейнджер, – соврал он, хотя его красный нимб отозвался на её белый яркой вспышкой. Гарри поднял голову, непонимающе переводя взгляд с Гермионы на Министра. – О чем ты, Герм? Гарри не видел. Он не был «вхож». Он не был частью Мафии, о которой ещё ничего не знала и Грейнджер.

***

Ближе к полудню двери кабинета Министра распахнулись с такой силой, что ударились о стену. В дверном проеме стоял Драко Малфой. Он был в чёрном, как сама смерть, а над его головой виднелась чёрная дымка. За его спиной застыли четверо широкоплечих охранников в мантиях и один человек в безупречном сером костюме — Георгий Стафф, занимающий пост консильери клана Эреба. – Я приехал за телом своей жены, – его голос пробирал до костей. – И за своим сыном.  Стэн вскочил, нервно дожёвывая свой сэндвич. – Господин Малфой, мы соболезнуем вашей утрате. Но обстоятельства смерти Астории вызывают вопросы. Я бы хотел обсудить их наедине, – он кивком указал на людей у входа. Драко понадобилось лишь перевести взгляд на охрану, чтобы те уже оказались за закрытой дверью.  – Вопросы? – он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. – Вопросы должны быть у меня к вам, Арчибальд. Моя жена умерла в ваших застенках. Клан Нюкты потребует крови. Министр подошел ближе к Драко и понизил голос. – Не надо играть со мной, Господин. Мы оба знаем, что тебе была выгодна её смерть. Если я намекну остальным Господам, что это ты убил первородную… – То что?  Стэн запнулся. – Если ты попытаешься меня шантажировать, – прошипел Малфой, – помни, что карма в нашем мире настигает очень быстро. Быстрее, чем твои авроры добегут до тебя. Министр мгновенно замолчал, осознавая, что перегнул палку. Драко — глава первородного клана Эреба, и он опаснее в этой игре. – Твой сын на Кинг-Кросс. – он протягивает ему какие-то бумаги. – Прошу вас уйти. Малфой протянул документы своему консильери и уже направился к выходу, но Стэн — Господин клана Тифона, не мог отпустить его, не нанеся последний удар. – Драко, знаешь, не жди нимба. Он не проявится. – О чём ты? – блондин устало повернулся. – А ты ещё не в курсе? – на лице Арчибальда засияла блядская улыбка. – Гермиона Грейнджер тебе знакома? Не она ли выперла тебя из Англии? Сегодня у неё горел белый нимб Нюкты. Кажется, кто-то просчитался. – Пиздишь.

***

Весь оставшийся рабочий день прошел под напряжением. Гермиона чувствовала, как белая дымка пульсирует в такт её тревоге. Магия внутри неё кипела, требуя выхода. Они с Поттером почти не разговаривали. Гарри то и дело пропадал в отделе Аврората, занимаясь бумажной волокитой из-за смерти Астории, а когда возвращался, лишь бросал на Гермиону короткие взгляды. Шутки, которые обычно летали между ними, сегодня казались неуместными. Ближе к пяти вечера в кабинет ворвалась Джинни. На ней было стильное пальто, а в глазах плясали искры. Она замерла на пороге, едва не выронив сумочку, когда увидела Гермиону. – Мерлин, Грейнджер! – выдохнула Джинни, обходя подругу по кругу. – Я готова изменить Поттеру с тобой прямо сейчас. Гарри, оторвавшись от пергаментов, слабо улыбнулся и кивнул. – Да, выглядит она потрясающе. Но, милая, будь осторожна, она сегодня на взводе. Нервная до ужаса. – Конечно, нервная, Гарри! – Джинни заговорщицки подмигнула мужу. – У нашей Гермионы секса не было со времен последнего восстания гоблинов. Ей нужно просто расслабиться. Сегодня я торжественно клянусь, что мы найдем тебе мужчину. Такого, который оценит и этот шёлк, и твою... – она выразительно посмотрела на сочные бёдра подруги, – новую стратегию соблазнения. – Джинни! – вспыхнула Грейнджер, но невольно рассмеялась. Напряжение в груди немного отступило. – Идем уже, сводница. Маггловская выставка в галерее Мейфэр была полна людей, запахов дорогого парфюма и приглушенных разговоров. Гермиона чувствовала себя здесь странно защищенной. Они медленно прохаживались по залам, пока не остановились у центральной экспозиции. Там висело огромное полотно под названием «Пламя в тумане». На картине была изображена женщина в алом платье, чьи кудри рассыпались по плечам, а на губах застыла полуулыбка того же цвета. Сходство было поразительным. – Нет, ты посмотри! – Джинни схватила подругу за локоть. — Это же ты! Гермиона, это знак судьбы. Встань рядом, быстро. Я обязана сделать колдографии! Гермиона, поддавшись азарту подруги, встала у рамы. Она выпрямила спину, слегка отведя одну ногу в сторону, что заставило разрез платья дразняще приоткрыть бедро. Она прикусила губу, глядя прямо в объектив магической камеры, и в этот момент она была воплощением страсти и власти. – Это невероятно... – раздался за их спинами мужской голос. Они обернулись. К ним подошел молодой человек. На вид ему было около двадцати, но в его осанке и взгляде чувствовалась порода. Он был безупречно красив. Острые скулы, тёмные волосы, зачесанные назад, и глаза, которые смотрели на Гермиону с нескрываемым восхищением. – Простите мою дерзость. Я смотрел на эту картину минут десять и думал, что художник преувеличил красоту модели. Но теперь я вижу, что он недооценил оригинал.  – Ох, – вздохнул шатенка, – я сама восхищена совпадением, но это не я. – Какая ложь, – мужчина сузил глаза, скользя по её фигуре. – Вы же Гермиона Грейнджер? Я читал про вас в учебнике о второй магической войне, когда был студентом. – Так вы маг, – радостно констатировала Джини, с намеком глядя на подругу. Мужчина улыбнулся, и эта улыбка была чертовски обаятельной.  – Но колдографии в книгах и газетах не передают и сотой доли вашей харизмы. И этой... – он запнулся, подбирая слово, – потрясающей женственности. У вас редкое сочетание интеллекта и такой яркой, живой красоты. Молодой человек полез во внутренний карман своего пиджака и достал визитку из черной бумаги с золотым тиснением. – Я генеральный директор модельного агентства «Ελλάδα». Мы работаем по всему миру и с магглами, и с высшим магическим светом. Если вы когда-нибудь решите, что Министерство слишком скучно для такой женщины, приходите ко мне. У вас есть всё, чтобы стать новой иконой. Гермиона взяла визитку, коснувшись его пальцев. Её магия отозвалась легким покалыванием, и ей даже показалось, что от него потянулись тёмные нити. Показалось ли?  Она прочитала имя, выведенное каллиграфическим почерком. – Значит, вы мистер Стафф? – она подняла на него взгляд, чуть прищурившись. Он сделал шаг ближе, так что она почувствовала запах его одеколона.  – Для вас, миледи, просто Георгий, – он мягко улыбнулся и, поцеловав её руку, оставил Гермиону в лёгком замешательстве и с приятным теплом внизу живота. Интересно, чем она займётся сегодня ночью…