Чёрное золото его сердца

***

Юнги обходит всю квартиру, но следов Чимина нигде не находит. Такое ощущение, что его и вовсе здесь не было. Даже записки от руки или сообщения на телефоне, на вызов омега тоже не отвечает, отключив телефон. Неужели ему не понравилось? Или, быть может, Мин слишком поторопился с такими откровенными ласками? Возможно, нужно было дать время, чтобы Чимин сам пришёл к нему с предложением себя? Да нет, бред. Он ведь был не против, так откровенно наслаждался и распадался на молекулы под умелыми руками и крышесносными ласками, он впервые в жизни испытал такое наслаждение от действий альфы и после так доверчиво прижимался уже в постели, водил пальчиком по оголённой груди и всё шептал, как ему повезло с ним. Так почему же тогда сейчас они не сидят вместе на кухне, завтракая и попивая кофе? Почему мужчина проснулся в гордом одиночестве, а вторая половина большой кровати давно остыла без тепла тела? Вариантов, куда мог исчезнуть Чимин, нет — он в общежитии, потому что завтра начинается новая рабочая неделя. Ждать его там бессмысленно, а попытаться пройти в комнату не получится, потому что, во-первых, комендант не пропустит альфу, даже спонсора, а во-вторых, сам Чимин просил не афишировать их отношения. И сейчас это условие раздражает как никогда. Юнги хочет достать омегу, прижать к стене и потребовать ответов на свои вопросы. Взлохматив спутанные волосы, Мин думает, что же делать. И кое-что вспоминает.

***

Чимин подпирает дверь спиной и тяжело дышит, прикрыв глаза. Господи, как стыдно! Сам соблазнил альфу, получил невероятное наслаждение от его рук и языка, а в ответ не дал ничего, кроме поцелуев и нежных слов. Да и за своё поведение не менее стыдно. Он вспоминает, как громко стонал, как выгибался навстречу и умирал от ощущений. Вспоминает, как потом, совсем не соображая, шептал о том, какой Юнги замечательный. Он правда так считает, но сейчас думает, как выглядели эти слова и действия со стороны, будто просто благодарил и пытался утешить, заверить, что всё понравилось. Понравилось, даже очень. Но... Не смог дать ничего в ответ даже близко похожего на то, какие вещи творил с его телом альфа. Поэтому и сбежал рано утром, пока Юнги очаровательно пускал слюни на подушку. Потому что стыдно, потому что пока не может осмелиться на большее. Потому что не достоин быть рядом с таким мужчиной. Потому что Юнги рядом нужен тот, кто даст ему всё — не только любовь, но и семью. Глаза наполняются слезами, которые не сдерживает, пуская по щекам. Как же много противоречий сейчас в нём. Он хочет к своему альфе, хочет в его тёплые объятия, хочет его жарких поцелуев и прикосновений. Но и одновременно с этим не хочет, потому что знает, что даёт слишком мало, на уровне какого-то школьника, когда просто ходят за ручки, дарят друг другу шоколадки и провожают до дома. Мотнув головой, Чимин всё же гонит от себя подобные мысли. Юнги же влюбился в него просто так, потому что он есть? Альфа же взрослый, умный человек, который никогда ни к чему не принуждал, верно? Наверное. Он не будет встречаться с ним, если ему будет некомфортно, да? Да. Если бы Юнги что-то не устраивало, он бы сказал об этом, они бы спокойно поговорили и вместе решили, что делать? Вероятность огромная. Чимин понимает, что его решение сбежать было слишком импульсивным, глупым и даже каким-то детским. Но что сделано, то сделано. Вернуться будет глупо. Они поговорят, обязательно. А сейчас им обоим нужно подумать и побыть в одиночестве.

***

— Господин Мин! — ректор Ю отсылает от себя студента и с широкой улыбкой спешит к спонсору, который появился в коридоре университета. — Какими судьбами? — Хочу лично убедиться, что новый спортивный инвентарь доставлен. — спокойно отвечает Юнги, выискивая в потоке студентов белую макушку. — Приготовьте пока накладные, а я в спортзал. — Но там сейчас начнётся занятие музыкантов. — растерянно хлопает глазами ректор. — Замечательно. Как раз поговорю с преподавателем физической культуры, чтобы и он тоже составил список необходимого, а то только для баскетбола вечно просите. — отмахивается Мин и, убрав руки в карманы брюк, уходит в нужную сторону, больше не слушая ректора. В спортзале действительно обнаруживается факультет музыкантов, но их неожиданно слишком много, парочка курсов точно. Юнги с облегчением замечает входящего из другого входа в зал Чимина, который одет слишком открыто, как думается альфе. На парне короткие чёрные шортики, слишком облегающие шикарные ягодицы, короткий белый топ на широких бретелях и чёрные беговые кроссовки. Волосы собраны в высокий хвост, а на лице минимум макияжа. Желание зарычать возрастает с каждой секундой, когда он замечает некоторых альф, которые едва ли не раздевают глазами его ангела. Вспомнив, что с одной лекции уже вытянул омегу, он решает занять место на верхних трибунах и понаблюдать за занятием. Если получится, самому подметить, что необходимо закупить. Но лучше бы он вышел, потому что пока первокурсники качают пресс и отжимаются, третий курс приступает к приседаниям и растяжке. Юнги не дыша ждёт, когда вызовут Чимина. Идеальный шпагат, шикарная задница, выпяченная на всеобщее обозрение, когда омега наклоняется к ногам. — Господин Чхве! — ревностный рык разносится по всему спортзалу, заставляя всех перестать выполнять упражнения. Чимин бледнеет с каждым шагом своего альфы, который за километр источает злость. — Юнги, дорогой. — пожилой омега расплывается в улыбке, узнавая, в первую очередь, своего бывшего студента. — Какими судьбами? — Заехал лично посмотреть накладную на инвентарь и попросить вас составить список, что ещё необходимо. — чёрные глаза неотрывно смотрят на сжавшегося Чимина в окружении друзей. Тот взгляд отводит, то краснеет, то бледнеет, но продолжает стоять на месте. — Извините, что прервал занятие. — Да ничего. — отмахивается преподаватель, улыбаясь. В отличие от ректора, искренне. — Если ты торопишься, то можем прямо сейчас в подсобку сходить, всё запишем. А этих лентяев бегать оставим. — кивает в сторону студентов, а по залу тут же проносится возмущённый гул. — Тихо! Вернулись все к заданию, быстро! — Может, лучше вы останетесь, а я сам всё проверю? — предлагает Юнги. — Только помощника выделите, чтобы быстрее было. — Да без проблем. — легко соглашается Чхве и оборачивается сначала к первокурсникам, но быстро от них отмахивается. — О, Пак, подойди ко мне. — Юнги сдерживает улыбку, а Чимин нерешительно, опустив голову, подходит к преподавателю. — Помоги господину Мину, пожалуйста. Ты не хуже меня знаешь, что требует замены. Заодно и для чирлидеров своих новые помпоны выпросишь. — смеется. — Ключи от подсобки в моём кабинете. Чимин шикает на смеющихся одногруппников и уходит вместе с альфой из зала. Дверь в кабинет физкультурника приоткрыта, так что он быстро туда заходит, а вот выйти уже не может. Юнги, захлопнув дверь и повернув замок, надвигается на омегу танком. От страха парень весь трясется и отступает, но когда бежать уже некуда, упирается в стол. — И куда ты исчез? — шепчет мужчина, приблизившись максимально близко к Чимину и заключив его в ловушку из рук по обеим сторонам от бёдер. — Мне нужно было домой. — тихо отвечает омега, повернув голову, когда Юнги касается его шеи носом, жадно вдыхая запах. — Ты мог бы уехать вечером, а не сбегать с самого утра, когда я ещё даже не проснулся. — проводит кончиком языка по влажной от пота коже. — Тебе не кажется, что это как-то некрасиво? Подпустить меня к себе, а потом сбежать. — Прости, Юнги... — парень дрожит, закрывает глаза, но не отталкивает. В запахе нет примеси страха, что немного успокаивает. Он не боится его. — Почему ты ушёл? Я был так плох? Или ты понял, что все-таки не хочешь быть со мной? — сыплет вопросы альфа, которые его мучали весь вчерашний день. — Почему ты постоянно спрашиваешь про расставание?! — Чимин неожиданно повышает голос и, оттолкнув, смотрит прямо в глаза. — Может, это ты не хочешь быть со мной, а? Просто повод ищешь, чтобы бросить меня? — на глубине тёплых глаз читается боль, за что Юнги становится стыдно и даже страшно. — Я ни разу не думал об этом, находясь с тобой! — Тогда почему ты сбежал, когда мы так близко подобрались друг к другу? — если Мин сейчас услышит то, что больше всего боится услышать, его мир рухнет, и восстановить его уже не получится при всём желании. — Потому что я не могу дать тебе полноценных отношений. — Чимин закрывается, складывает руки на груди и опускаат взгляд в пол. — Чего? — все мысли вылетают из головы. Юнги просто смотрит на омегу, округлив в удивлении глаза. — Ты — взрослый мужчина, которому, естественно, нужен секс. Тебе нужна семья, стабильные отношения с кем-то, кто подходит тебе по возрасту и статусу. А я... — шмыгает носом, а Мин готов от бессилия упасть перед ним на колени, лишь бы прекратил плакать из-за него. Уже второй раз он довёл своего ангела до слез, совершенно не желая этого. — А я не могу дать тебе ничего из этого. Я не соответствую тебе по всем пунктам, понимаешь? — Чимин поднимает на него глаза, полные слез. — Какой же ты... — мужчина улыбается и притягивает парня в свои объятия, зарывается носом в волосы, что успели немного растрепаться. — Чимин-и, я полюбил тебя не за твоё тело, не за твои раздвинутые ноги, не за то, что ты моложе меня и не за твой статус. Я влюбился в тебя, потому что ты — это ты. — мальчик в его руках трясется, а лацкан пиджака стремительно намокает от слез. — Я же уже говорил тебе, что если ты не готов, то ничего страшного в этом нет. Я буду ждать столько, сколько потребуется. — Обещаешь? — всхлипнув, омега поднимает голову и смотрит так умоляюще, что сердце трескается. — Конечно. И мы ведь теперь знаем, как нам обоим может быть максимально хорошо вместе, да? — гладит щеку, стирая дорожку слез. — Тебе же понравилось? — нерешительно уточняет. — Это было очень ярко. — Чимин сквозь слезы улыбается и снова прячет лицо в ткани пиджака, стесняясь. — Я рад. — облегченно выдыхает Мин и целует в волосы. — А как же ты? Ты можешь сделать хорошо мне, а я что могу? — омега в его руках немного успокаивается и обнимает в ответ. — Мы обязательно что-нибудь придумаем с тобой. — кивает сам себе альфа. — И перестань накручивать себя, умоляю. Мне больно это видеть. — Прости. — Мой маленький ангел. — Мой потрясающий альфа. — и губы соединяются в солёном поцелуе. — Давай успокаивайся и идём в подсобку. Всё же я здесь по делам. — отстраняет от себя парня и вытирает его слезы. — Ты же сам просил не афишировать. Будет подозрительно, что нас нет слишком долго. В итоге инвентаризация, если так можно назвать поиск всего сломанного и порванного, проходит намного быстрее, чем их разговор в кабинете преподавателя. Нужно закупить волейбольные и футбольные мячи, заменить несколько матов, обновить канаты, сетки на окнах и купить "козла". — А что там насчёт помпонов? — записав последнюю позицию, интересуется Юнги. — А? — Чимин идёт рядом расслабленный, будто ничего и не было два часа назад. Даже краснота с лица прошла, а глаза уже не опухшие. — Господин Чхве сказал, что ты что-нибудь выпросишь для чирлидеров. — Не надо, Юнги. — просит с улыбкой омега. — Мы сами всё купим. — Говори. — пользуясь тем, что сейчас идут занятия и в коридорах никого нет, Мин резко прижимает парня к стене и кладёт одну руку на талию, а второй упирается в стену возле его головы. — Что вам нужно? — Ты не... — Проси меня не как своего альфу, а как спонсора университета, в котором ты учишься. Это моя обязанность. — глаза мужчины серьёзные, как и тон голоса. — Наши помпоны уже разваливаются. — сдаётся Чимин со вздохом. — Нужны новые, иначе на следующей игре нам нечем будет поддерживать команду, кроме криков. — Хорошо. — кивает Мин. — На выходных съездим и купим. Выберешь сам, какие нужны. — Но разве не нужно составлять накладную? — удивляется омега. — Ты выберешь, я куплю, а чеки потом предоставлю, и уже по ним ректор составит накладную, которую мне нужно будет просто подписать. — Юнги, мы опять вместе... — Да, вместе поедем в спортивный магазин. Что тут такого? Ты — капитан и лучше знаешь, что вам нужно, а я — всего лишь спонсор. Это нормально, Чимин. Никто ничего не скажет. — Ладно. Уговорил. — бурчит обиженно парень и дует губы, в которые тут же получает поцелуй. — Вот и хорошо. А теперь мне пора ехать. — притягивает к себе Юнги, быстро, но жарко целует, отпускает и уходит.