«Разве мы причиняем боль тем, кого любим»?

Порой труппу посещали такие «странные мысли» о том, что всё происходящее вокруг —неправильно. Особенно это касалось наказаний Карабаса, хотя в большинстве случаев ему хватало одного удара, когда слова Дуремара уже не помогали. В большинстве, но не всегда. Однажды ему понадобилось чуть больше, чтобы успокоиться и именно Артемон попал под его горячую руку, хотя виноват не был. Пьеро не смог отыскать в себе вдохновение к премьере, из-за чего Карабас и разозлился, Артемон пытался сгладить конфликт, но нарвался лишь на больший. С того момента Арлекин что-то понял, но таил в себе, пусть это и было тяжело. — Какой абсурд, зачем ты полез туда? - вата снова приобрела красный оттенок, так и запасов не останется. — Я думал, мало ли, может не станет его, ну, того. - Артемон корчит лицо, когда проспиртованная вата вновь касается его лица. — Прекращай думать, Артемон, тебе явно не идёт. - Арлекин хихикнул. Разбавлять обстановку весельем у него явно получалось, но всё-таки ему хотелось, чтобы друзьям доставалось чуть меньше, если он поникнет от такого, то кто веселить их будет? — Да всё, хватит, дырку протрëшь. - Артемон перехватил руку товарища и слегка оттолкнул, однако Арлекин не отстал бы так легко: поймав момент он схватил руки своего «больного» одной своей и поднял над головой. — А может я хочу посмотреть на сквозняк через дырку в твоей башке? - кровь всё ещё шла, а ваты становилось всё меньше. — У тебя сейчас вся кровь выльется, станешь какой-нибудь сушёной веткой, а мы тебя в вазу поставим и любоваться будем. — Где ты вазу то найдёшь такую? — Ничего, сделаем - с этим словами в бедную израненную голову Артемона прилетел добивающий щелбан. Дрессировщик зашипел и вырвался из хватки, теперь уже потирая лоб. — Добить пытаешься? - в ответ товарищ лишь хихикнул. Время было уже позднее, но именно в этот вечер казалось, что они близки как никогда. И вот уже Арлекин лежит на одной кровати с Артемоном и смотрит в потолок. — Как думаешь, Пьеро и Мальвина того? Ну ты понял. - Артемону было не свойственно задавать такие вопросы, обычно этим занимался рядом лежащий. Можно было подумать, что ему и правда мозги отшибло. — Не знаю, наверное. Вроде миленько смотрятся. Ревнуешь кого-то? - этого и следовало ожидать от такого клоуна, удивления не последовало. — Нет, я рад за них. Просто любопытно стало, а нам что делать? - Арлекин немного приподнялся, чтобы точно убедиться в том, что это сказал Артемон. Странно всё это. — Ну ты и вопросы задаёшь. Спи давай, к утру может исцелишься, а то пугаешь. — Конечно исцелюсь, ты же мне самолично дырку в голове сделал. - с этими словами Артемон отвернулся к стене и, видимо, заснул, а озадаченый Арлекин так и не сомкнул глаз в тот вечер. .... Воспоминание о том вечере обдало теплом и Арлекин в иной ситуации улыбнулся бы, но сейчас он лежит на полу и пытается прийти в себя после внезапного удара. Первое, что он понимает — под ним небольшая лужица крови, значит влетело здорово, далее послышались тяжёлые шаги Карабаса. Он поднял бедолагу с пола одной рукой, даже глупо было предположить, что Арлекин сможет дать ему отпор. И снова артиста усадили на роскошный стул перед столом, чтобы тот хоть чуть-чуть пришёл в себя. Стол этот отражал не хуже зеркала, именно в нём Арлекин увидел небольшую дорожку крови, которая стекала то на сам стол, то на одежду, одна сторона которой уже была окрашена в багровый. — Ты уж прости меня, перестарался. Это была твоя доля, готов ко второму раунду? - разумеется ему не дали бы ответить. Резкий толчок и стул уже на полу, а вместе с ним и Арлекин. Даже в таком положении он не оставлял тщетных попыток немного смягчить удар, но его ждала неудача. Пинок и сознание вновь покинуло тело, снова кровь. В этот момент Дуремар зашёл в комнату, видимо всё это время ждал за дверью. — Вынеси его в коридор, подберут. - Дуремар не смел ослушаться и взяв бедного артиста на ноги потащил его к двери. Там и оставил. Арлекин не знал сколько времени он провёл без сознания, но очнулся уже в вагоне, а перед самым лицом был Артемон. Голова гудела, а осознанность всё ещё не вернулась, поэтому Арлекин решил, что перед ним Карабас, а сам он находится всё в том же кабинете. Тело моментально отреагировало, хоть в нём и не осталось сил, но слабенький удар в нос таки достиг Артемона. — Ты совсем крышей поехал? Я его спасаю, а он мне кулаками отплачивает. Ты хоть представляешь сколько крови потерял? - Артемон принялся рассказывать как он героически тащил Арлекина до вагона, как обрабатывал раны и сколько времени пытался остановить кровь. — Это он меня так рукой что-ли отделал? — Мне откуда знать чем он тебя там делал Меня там, на секундочку, не было. А если бы был, я бы его так уделал... - Арлекин рассмеялся, но быстро пожалел об этом, голова трещала, всё тело ныло. Судя по всему, пока он валялся без сознания его пинали, ведь на руках и ногах тоже были синяки. — Больше так не пугай меня, ясно? Я тут чуть с ума не сошёл. - как бы сильно Артемон не пытался сдерживаться, слёзы подступили и он дал себе волю всплакнуть. Арлекин немного озадачился такой внезапности, но ничего не сказал, а лишь положил руку на голову товарища и легонько гладил. — Так сильно испугался? - но ответа не последовало, Артемон полностью взобрался на кровать и обнял артиста. Это было выше всяких слов, может Пьеро и Мальвина тоже втайне представляли их как парочку. — Эй, дружище, всё нормально, я жив, значит всё хорошо. - наконец Артемон взял себя в руки. — Да, ты прав. Но обещай, что больше не будешь делать что-то, что может привести к такому. Иначе я тебя сам бить начну. - театрально ударив в грудь Арлекина, он вдруг протянул руку к ближайшей тумбе и всунул в руку своему «пациенту» конфету. — Спасибо, доктор-врач, но разве бить того, кого любишь нормально? — Что прости? - Артемон лишь непонимающе уставился на артиста или профессионально отыграл. На что Арлекин ответил: — Да ничего, спать хочу. Мне нужно соблюдать постельный режим, я больной. - теперь свет был погашен, вагон погрузился во тьму, а сверху раздался голос: — И правда — больной. - Арлекин тихо рассмеялся и закрыл глаза. И всё-таки забота с чьей-то стороны — это мило, особенно если этой стороной является Артемон, по крайней мере, он нравился Арлекину даже за то, что он немного похож на пса: верный, постоянно смотрит щенячими глазками. Но артист не будет торопить события, он ещё придумает какой-нибудь хитрый план, в котором Артемон точно не станет скрываться за маской и тогда он прижмëт его к стенке, может даже буквально.