На скорости

Я проснулась от стука дождя по стеклу. Эта мелодия природы разгоняла сон хуже любого будильника. Открыв глаза, я сладко потянулась. Кати со мной не было, видимо она укрыла меня одеялом, когда проснулась. С первого этажа доносился звон посуды и голоса. Я поднялась и переоделась, заправив нашу постель, спустилась вниз. - Доброе утро, - произнесла я, заходя на кухню, сильнее натягивая кофту до пальцев рук. В доме стало прохладно из-за пасмурной погоды на улице. - Привет, соня, - Катя поднялась со своего места, подойдя ко мне – обняла меня. – Если что, я просила их дождаться тебя. - Пока она спала – я бы умер с голоду, - буркнул Макс. - Тут за домом есть ёлка большая, да и место прекрасное, так что не переживай. Мы о тебе позаботимся, - хлопнул ему по плечу Миша. - Спасибо друг, - скорчил ему рожу он. – Только я заберу с собой тебя. - И я тебя люблю, - усмехнулся Миша. Мы рассмеялись, смотря на их мелкую, дружескую перепалку. - Садись, я положу тебе завтрак. Катя стала накладывать мне еду и наливать чай, я села рядом с Мишей. Его раненная рука была перевязана, он поймал мой взгляд и улыбнулся мне. Стало теплее, даже прохлада из-за осеннего дождя отступила, до того момента, пока ему на телефон не пришло сообщение от Леры. Его экран загорелся, я не видела текста, только отправителя. Он слишком быстро погасил экран. Мне хватило только увидеть имя, чтоб все мое настроение, тепло ушло. Вместо него появился мороз по коже. Катя поставила перед мной тарелку с омлетом и кружкой горячего чая. Я поблагодарила её, когда она села напротив меня. Миша поднялся со своего места, после смс и вышел на улицу. Я проводила его взглядом и уткнулась в свою тарелку, ковыряя омлет вилкой, аппетит пропал, как и мой друг, что только сидел рядом и улыбался мне, а сейчас ушел на улицу разговаривать со своей девушкой, которую я ненавидела всеми фибрами души. - Они помирились? – спросила Катя. Не знаю у кого: у меня или же Макса. - Да, это обычное дело для них, - ответил Макс, жуя вчерашнее их произведение кулинарии. Я подняла глаза на него и подняла бровь, говоря ему, чтоб он объяснил, что значило для них обычное дело. – Ну, вы же знаете, что по Мишане у нас сохнет множество женского пола и периодически, они ругаются из-за этого, ай! Катя, ты чего пинаешься? Я посмотрела на неё, она перевела взгляд от него ко мне и покачала головой. - Максим, принеси пожалуйста мой телефон в комнате, - попросила она его. Он вздохнул, но ничего не ответил. Встал и пошел по её просьбе. - Амелия, - накрыла мою руку она. – Я уверенна, что Миша любит тебя сильнее Леры, ему просто нужно время осознать это. - Все нормально, - соврала я, выдавив жалкое подобие улыбки. – Как у вас с Максом? - Что Макс? – зашел он к нам на кухню и положил рядом с Катей её телефон. - Решаем, что напишем тебе на таблички, которую повесим на ёлку, - я проткнула кусочек помидорки вилкой и поднесла к себе. - Шутники такие, я просто не могу, - передразнил он меня, забрав у меня помидорку и вышел из кухни. - Вы вместе? – спросила я, когда мы остались одни с ней. Щеки Кати немного порозовели. - Ну… Вчерашний день, озеро. Мотоцикл Макса остановился на небольшой опушке среди леса. Макс подставил подножку и заглушил двигатель. Он слез первый, а после помог Кати, взяв её за талию. - И зачем мы сюда приехали? – спросила Катя, веселым голосом, когда Макс помогал снять ей шлем. - Просто хочу посмотреть это место. Мы с Мишаней здесь раньше бывали часто, - он повесил шлем и взял её за руку, подведя к мостику. - Ты тоже с ними ездил на дачу? - Не, только с Мишей и его родителями. У нас была тут дача, но родители продали её без надобности. Они подошли к краю мостика, Макс присел и потянул Катю за собой. Они сели, поджав ноги под себя. Солнце постепенно пряталось за верхушки деревьев. Несколько опавших листьев плавали на водной глади. - Тут очень красиво, - произнесла Катя, оторвав взгляд от воды и посмотрела на своего спутника. Макс смотрел на неё, она впервые видела такой взгляд, легкая улыбка на его лице. - Что? – не понимающие спросила она и инстинктивно начала поправлять волосы и одежду, боясь, что с ними что-то не так. - Все хорошо, - рассмеялся Максим, на его щеках появились ямочки. – Просто, - пауза. – Я часто видела красоту в этом месте, но сейчас, - он отвел от неё глаза. – Я не вижу её в окружении. Я вижу только тебя и не понимаю, как не замечал этого раньше. Их руки продолжали быть сцеплены. Катя смотрела на него, он открывался ей по-новому. Она ощутила не бабочек в животе, а будто у неё выросли крылья за спиной. Она была готова взлететь, принять любой удар, но не только не от него. - Просто, раньше ты общался с такими, как Покровская, а я в их круг общения не вписывалась и не хочу вписываться. - Я не общался с ней, - он сморщился. – Тебе и не надо быть такой, как она, ты лучше, - Максим повернулся к ней. – Это глупый вопрос, но мне кажется, я должен спросить: у тебя есть парень? - Думаешь, я поехала бы с тобой, если бы он был? – Макс повел плечами. – Я не знаю бывает ли в жизни так, чтобы раз и навсегда, но мне хотелось, чтоб у меня было так. У меня есть страх. - Какой? - Максим, ты первый из парней кому я говорю, - Катя сжала рефлекторно его руку. Говорить было больно об этом, но она не хотела скрывать от него ничего скрывать. – У моих родителей все сложилось не удачно. Я живу с братом и отцом, свою маму я не помню совсем, у меня остались лишь фотографии. Моя тетя говорит, что она ушла из-за невыносимого характера отца, но я не могу понять, как можно бросить своих детей. Это накладывает отпечаток в виде неуверенности в себе. - Кать, - Максим накрыл её щеку своей рукой. – Мне жаль, что так вышло. Я не могу обещать, что у нас будет с тобой раз и навсегда, но я хочу постараться стать твоим раз и навсегда. Если ты не против? - Не против. Максим улыбнулся, убирая прядь белокурых волос. Ей волосы ловили уходящие лучи солнца. Они сияли, как только выпавший снег на утреннем солнце. Максим потянулся к ней, чтоб поцеловать её. Резкий рев мотора мотоцикла, нарушил его планы. Он резко вскочил и помчался к дороге. Катя опешила от его действия. Здесь было не далеко от дороги, с которой они приехали. - Что случилось? – спросила она и подошла к его байку, когда он направился обратно. - Лера проехала. Нам надо вернутся, - подошел он к байку и взял её шлем. – Я за Барса не боюсь, а вот за Кострову переживаю. Он надел на неё шлем, но прежде, чем застегнуть накрыл её губы своими. Их поцелуй был недолгим, но нежным. Они забрались на байк и Макс тут же поехал в сторону дачи, Катя обнимала его и впервые с кем-то, кроме отца и брата ощутила себя счастливой. Наши дни. - Я рада за тебя, - искренне сказала я. – Вы хорошая пара. Я пойду спрошу, когда мы домой. - Амелия, - Катя поднялась со мной. – Не переживай из-за него. - Все хорошо, - заверила её я. Я пошла на улицу, Макса не было в гостиной или первой комнате, где они спали. Может он был с Мишей на улице или на втором этаже. Я вышла на улицу и спустилась с крыльца. На улице лил ливень. Миша стоял под дождем с его волос стекали капли дождя, он повернулся ко мне, говоря по телефону. - Вечером увидимся, - завершил диалог он и убрал телефон в карман. Я тоже вышла под дождь, мои волосы одежда в одно мгновение стали мокрые. Дождь бил по лицу, но я не отводила глаз от него. - Когда мы поедем домой? - Если хочешь – можем сейчас, - провел он руками по волосам. - Да, - кивнула я. Он смотрел на меня, а я сверлила его взглядом. Между нами, будто проходил немой диалог. Слова ничего не значили, сейчас все решали взгляды. Капли дождя разбивались об нашу одежду, лица, но никто не отводил глаз. Миша сделал шаг вперед, и если бы мы были в романтическом фильме, то поцелуй был идеальным продолжением нашей историей. Жестокая реальность разбивала мои мечты и надежды, точно так же, как поверхность холодные капли, что падали с неба. Я отступила на шаг. Он нахмурился и удивился, не ожидая от меня. Я твердила себе, запомнить, высечь: у него есть девушка – и это не ты. - Мои слова вчера были правдой, - произнес он, и это звучала как попытка оправдаться. Сгладить острые углы скал, что воздвинулись между нами. - Я знаю, - парировала я. Говоря тихо, это был наш секрет. Нужно было уходить. Наш диалог зашел в тупик. Ему нечего сказать мне, как и мне – но я не могла сделать этот шаг первой. Мои ноги, будто приросли к земле. - Как твоя рука? – спросила я, нарушая неловкую тишину, что повисла между нами. Впервые за все наше время вместе. - Болит, - кивнул он. Я сделала шаг, чтоб размотать его повязку и посмотреть, но Миша продолжил и привел меня в ещё большее замешательство. – Только там, где никто не видит. С этими словами, он первый вошел в дом, оставляя меня одну со своими мыслями, которые стали бушевать в моей голове хуже роя диких пчел. Я подняла глаза к небу и закрыла их, не хочу плакать. Дождь бил меня по лицу, я позволяла холодным каплям стекать по лицу. Пускай он плачет, а я вместе с ним. - Амелия, заболеешь! – вырвала меня из потока мыслей голос Кати. Она вышла из дома, схватив меня за локоть, затащила в дом. Мы поднялись с ней в нашу комнату. Она помогла снять мне мокрую одежду. Последние чистые джинсы, что я брала с собой ждали этого часа. Катя не стала спрашивать ничего, ждала, когда я сама ей все расскажу. Пока я не могла ничего объяснить ей, ведь у меня у самой не было никакого нормального объяснения. В наших отношениях с Мишей завязался такой узел, что распутать его было не под силу, одной мне точно. Дома мы были уже через два часа. Парни не стали рисковать и ехали аккуратно. Каждая минута, проведенная с Мишей, вот так вблизи были для меня большим наслаждением и шагами в пропасть. Я настолько хорошо стала знать, как эта зависимость от вредных привычек. Когда ты даешь себе обещание, ещё одна – сигарета, доза и больше никогда. Всего одна. После этого завяжу. Откровенная ложь. Выйти из этой зависимости очень трудно. Я стала частью этого. Наши взаимодействия с Мишей могли быть реже, но я стала эгоисткой в этих вопросах. Мне всегда его было мало, сколько бы времени мы не провели вместе. Я сидела на краю кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Дождь все не утихал, барабанил по стеклу, будто пытался достучаться до меня, напомнить: жизнь идет дальше, даже если внутри все перевернулось. Мысли о Мише крутились, как листья на ветру, - то приближались, то уносились прочь, но не исчезали совсем, как бы я не пыталась занять себя. Родителей не было дома, папа был в своем сервисе, мама, как обычно занималась клиентами. Я бросила грязные вещи в стирку, прибралась дома. Последней уходила мама, она иногда оставляла хаос после себя, любила краситься и пить кофе одновременно. Сделав домашнее задание, я села на кровать и настолько сильно упала в бездну своих мыслей. Постепенно стали опускаться сумерки, дождь немного утих. Мама написала мне, что они будут поздно. Алису, видимо оставили с бабушкой и решили выбраться куда-то все вместе. Отлично, я думала хоть после их прихода, я смогу отвлечься от друга детства. Я встала с кровати, посмотрела на окна напротив. Света не было, лишь одинокий белый лист. Освещение фонарей всего немного освещало листочек. Простой смайлик с улыбкой. Где он? Ответ был очевиден. На гонках, с Лерой. Внутри все сжалось от одной мысли, что они вместе. Я набрала номер Кати. На Настю, я все ещё продолжала злиться. Она ответила мне, после долгих и мучительных гудков. На её фоне были слышны крики и громкая музыка. - Ты где? – спросила я, чувствуя, как обида заполняет меня. Если она веселится без меня в шумной компании, то я… не знаю. - А ты где? Мы с Максимом на гонках. Я думала ты приедешь с Мишей, - кричала она мне в трубку. - Видимо он решил меня не звать, - бросила я, взяв альбомный лист и маркер. Нарисую ему средний палец. - Тема, ещё не приехал. Хочешь я попрошу его забрать тебя? – предложила она. Хм, почему бы и нет. - Да, давай. Я сбросила трубку. Открыла свой шкаф. Мои волосы после дождя завились и сейчас спадала кудрями. Я вязла черные джинсы, надела белу футболку оверсайз и накинула на себя теплую темную кофту. Артем приехал за мной минут через семь. Родителям я не стала звонить, написала папе, что я буду у Кати. Папа не будет звонить, а вот мама в полнее могла. - Ну что красавица, как поездка? – спросил он, протягивая мне шлем. - Нормально, - ответила я, надевая его. – Тебе Катя разве не говорила ничего? Я не знала, как бы отреагировал Артем, если узнал о отношениях его сестры, поэтому спросила, чтоб не ляпнуть лишнего. - Мы толком не говорили, - пожал он плечами. – Убежала быстрее к своему парню, - усмехнулся он. Отлично, значит рассказала и судя по его ответу все было хорошо. Я запрыгнула на его байк и мы помчались на заброшенный аэродром. Неожиданно для меня на пол пути, Артем остановился. Его датчики на панели все погасли, он первый слез, после нескольких попыток завести вновь байк. Он снял шлем, и с досадой пнул колесо байка. - Ну вот, только этого не хватало, - пробормотал он. – Похоже, цепь слетела. Или что-то с карбюратором… в темноте особо не разберешься. Я слезла с байка и подошла к нему. Мы были на трассе, уже было темно. Находиться здесь было страшно, я обняла себя, после того как сняла шлем. - Далеко нам до места? – спросила я, смотря, как качаются зловещее верхушки деревьев. - Не совсем, - вздохнул он. – Пойдем пешком? – я кивнула. Артем забрал у меня шлем, вместе со своим он повесил их на ручки байка и мы двинулись вперед. Между нами была тишина разбавляемая, только скрежетом насекомых. - Прости, я не хотел, чтоб так вышло, - извинился он, нарушая тишину. Я была благодарна ему за то, что он её нарушил. Идти в темноте, где нет ни души было не по себе. - Все нормально, - выдохнула я, пугаясь от каждого шороха. Если бы со мной был Миша, мне было бы спокойнее? Не знаю, сейчас ощущение были странные. Слова Кати о том, что я нравлюсь её братом продолжали звучать в моей голове. Мне не хотелось обижать его, он не сделал мне ничего плохого. Но и давать ему ложную надежду на что-то, я не могла. Мое сердце принадлежало Мише, даже если ему это было ему не нужно. Может быть потом, я смогу дать Артему шанс, но не сейчас. - Ты боишься обстановки или меня? - Что? – посмотрела на него я. Артем кивнул на мои руки, которыми я продолжала обнимать себя, стало неловко, и я их отпустила. – Эй, я же не злодей из страшной истории, который хочет затащить тебя в лес и убить, - пошутил он. – Амелия, я не сделаю тебе плохо, не обижу тебя, - серьезным тоном сказал он. Мне должно было быть приятно. Должно. - Я знаю, - кивнула я. – А у тебя есть девушка? Мой вопрос вышел неожиданно. Со стороны могло показаться, что я спрашиваю для личного интереса, но я спросила это лишь для того, чтоб успокоить свою душу. Мне хотелось, чтоб у него был кто-то или нравился ему, но при условии, чтоб это была не я. Пуская Катя ошибалась, мне было бы легче. - Нет. Коротко, ясно. Катя была права. - Почему? Твоя сестра же нашла себе пару, почему тебе не сделать также? – я сунула руки в карманы и большим пальцем, стала проводить по граням кольца, которое мне подарил отец на мое день рождение. Привычка: когда я нервничала, то постоянно трогала кольца на своих руках, снимала, обводила их. - И я рад за сестру, - ответил он, уклоняясь от основного вопроса. – Она смогла перебороть в себе то, что оставила после себя мать, ну кроме набора генов, конечно. Меня удивляло, что они с такой легкостью говорили про свою маму, что она оставила их, будто это были обыденные вещи, как почистить зубы. Я не уловила злости в его голосе и это было странно. - Я не хотела задевать эту тему. Катя говорила, что она ушла, я думала она болезненная для вас. На его лице появилась ухмылка или оскал, в темноте было сложно разглядеть, но я уловила, как поползли вверх уголки его губ. - Это не такая больная тема, по болевому пороку можно сравнить её с мозолью. Какое-то время больно, но проходит. Катя не помнит её, видела, только по фото, мне же не повезло так. - Из-за чего она ушла? Если это не секрет, - я вздрогнула, когда мимо нас промчался байк с диким ревем. Артем помедлил буквально несколько секунд. Мне хотелось сказать, чтоб он не говорил. Может он просто говорил, что это легко для него, но то, что творилось у него внутри было совсем иным. Маска, что каждый наклеивает на себя. - Я не могу сказать точно. Это проблемы взрослых, когда они начались – я был ребенком, многого не понимал. Они часто ругались, мама постоянно нервничала, а как говорится, ребенок принимает настроение матери и Катя постоянно плакала. Ссоры были чаще, и в один день она ушла. Я, - его голос сорвался. Мы остановились. Я подошла ближе к нему и положила свою руку ему на плечо. - Не продолжай, - покачала головой я, чувствуя едва заметную дрожь. - Я помню последний день, когда она была в нашем доме. Она сидела на кухне и что-то писала на листе, я подошел к ней…попросил её поиграть со мной, а она… - он сделал вздох. Я не сдержалась и обняла его, гладя по спине. Ему нужна была поддержка и выговориться. Артем уткнулся в мою шею, теперь я чувствовала, дрожь была сильной. Он сдерживал слезы, я впервые была в таком положении. – Она сказала потом. Я ушел, Катя проснулась очень быстро. Я…я…я бегал, искал её, а она уже ушла. Катя продолжала реветь и реветь, папа приехал через два часа. Он был в гневе, к тому моменту, я уже успокоил её. Нашел какую-то бутылочку и налил её холодного молока, она заболела после этого, но отец похвалил меня. Я не видел её после и видеть не хочу. Я продолжила обнимать его, мягко поглаживая по спине. Его плечи дрожали – не от рыданий, а от сдерживаемых эмоций, которые копились годами. Он явно ни с кем не говорил об этом. Я почувствовала, как к горлу подступает ком: мне вдруг стало так больно за этого парня, который совсем ребенком оказался один на один с болью, страхом и одиночеством. - Артем, - тихо произнесла я, и мой голос чуть дрогнул. – Ты был совсем ребенком. Ты не мог ничего изменить. И ты сделал все, что смог: успокоил сестру, позаботился о ней. Ты настоящий герой для неё. Он слегка отстранился, провел рукой по лицу и улыбнулся, но я заметила, как его губы чуть подрагивали. - Героем? Да я просто…испугался и сделал то, что казалось логичным. - Это и есть героизм, - твердо сказала я, и в этот момент почувствовала, как горячие слезы подступают к глазам. Я быстро сморгнула их, стараясь не выдать своих эмоций. – Когда думаешь не о себе, а о тех, кто рядом. Артем посмотрел на меня – в темноте его глаза казались совсем темными, но я уловила в них благодарность и что-то ещё, почти уязвимое. Я права, это была маска. Она треснула. - Спасибо, - хрипло произнес он. – Не знаю, почему я вдруг решил рассказать тебе об этом. Обычно я не… - Не нужно извиняться, - перебила я, и голос мой предательски дрогнул. – Иногда нужно просто выговориться. И хорошо, что ты смог сделать это. Слеза все таки скатилась по моей щеке – незаметно, но Артем её заметил. Он замер, удивленно глядя на меня: - Ты плачешь? Из-за меня? Я поспешно вытерла щеку. - Нет, не из-за тебя. Просто… просто я представила тебя тогда, маленького, растерянного, пытающего все исправить. И Катю, которая плакала. И то, как ты взял на себя эту тяжесть – заботу о ней, хотя сам нуждался поддержке. Это так…несправедливо. Мой голос сорвался, и вторая слеза покатилась по другой щеке. Я не пыталась их остановить- теперь уже не было смысла скрывать свои эмоции. В моей голове не могло уложиться поступок их мамы. Катя говорила об этом просто, без подробностей, а Артем вывалил мне все с подробностями, поэтому меня тронуло это. Моя мама, хоть и вечно в заботах и работе, но она не оставляла меня, она любит меня, какой бы дочерью я не была. - Амелия…- Артем осторожно коснулся моего плеча. – Я…я не хотел, чтоб ты так переживала. - Я переживаю не из-за прошлого, - я глубокого вдохнула, пытаясь успокоиться. – А из-за того, что ты до сих ор несешь это в себе. Что не позволял себе быть слабым, уязвимым, что все это время ты был сильным – для Кати, для отца, для всех, кроме себя. Он молчал, глядя куда-то вдаль. Потом тихо произнес: - Знаешь, никто никогда не говорил мне такого. - Ты – хороший человек, - улыбнулась я, сквозь слезы. – Добрый, заботливый, сильный. И ты заслуживаешь того, чтоб о тебе тоже кто-то заботился. Увы, это не я. Я могла заботиться о нем, как о хорошем друге. Только не больше. И как бы не хотелось дать ему это, я просто не могла дать ему ложную надежду. - Спасибо, что выслушала, - он обнял меня, но в это раз наше объятие было куда радостнее, чем ранее. Если в тот момент, мы делили с ним боль, то теперь мы уже отпустили её. - Спасибо, и вытри слезы, - Артем взъерошил мои волосы и я оттолкнула его, хохоча. – А то Барсов подумает, что я тут тебя обидел и наши с ним натянутые отношения станут ещё хуже, а я ему зла не желаю. Мы рассмеялись и пошли дальше. Ему стало легче, я видела это. - Ну, кроме того, что мне показал его секрет, который он скрывал от всех. - Я не знал этого, - парировал он. Мы подошли к заброшенному аэродрому. На меня покосились громилы, что стояли на пропускном пункте. Артем сказал мне, чтоб я достала бандану и тут же лицо одного из громил поменялось. Мы с Артёмом вышли на открытое пространство аэродрома. Гул моторов, вспышки фар, музыка и смех — всё сливалось в единый поток, который будто подхватил меня и понёс вперёд. Артём махнул рукой и направился к группе парней у ярко освещённой машины — похоже, там были его знакомые. Я же, оглядевшись, заметила Катю: она стояла с Максом и обнимала его за шею. В её глазах плескалось счастье, она сияла и это было видно, не только из-за огней, прожекторов. Я двинулась к ним, пробираясь сквозь толпу. Воздух был пропитан запахом бензина, резины и азарта, свободы, ожидания чегото важного. Но чем ближе я подходила к Кате, тем сильнее сжималось сердце: рядом с ними стоял Миша. И, конечно, рядом с ним — Лера. Она стояла спиной ко мне, её рыжие волосы развивались на костру и выглядели они ещё ярче. Её руки были сложены на груди, спина прямая, как струна. Между ними было напряжение, я заметила по лице Миши: губы плотно сжаты, взгляд прожигает её. Я замедлила шаг, пытаясь решить, стоит ли подходить. Но тут чьято рука легла мне на плечо. — Эй, красотка, куда спешишь? — раздался хрипловатый голос. Я обернулась и увидела перед собой троих парней. Один из них, высокий, с сигаретой между зубов, ухмылялся, глядя на меня. Второй, коренастый, с татуировкой на шее, сделал шаг ближе. Третий, самый молодой на вид, просто стоял и глупо улыбался. — Я никуда не спешу, — ответила я как можно спокойнее, стараясь не выдать дрожь в голосе. — Просто иду к подруге. — А может, останешься с нами? — высокий протянул руку, пытаясь коснуться моих волос и выпустил табачный дым из рта. — Познакомимся поближе. Я отступила, сдерживая кашель, но они окружили меня полукругом. Сердце забилось чаще, паника начала подступать к горлу. Я оглянулась в поисках Кати или Артёма, но толпа словно поглотила меня, закрывая от других. Как же я глупая, что не позвала её или не позвонила ей. — Отстаньте, — сказала я твёрже. — Мне неинтересно. — Да ладно тебе, не ломайся, — коренастый сделал ещё шаг вперёд и схватил меня за локоть. В этот момент раздался резкий голос: — Руки убрал. Я обернулась. За моей спиной стоял Миша. Его лицо было серьёзным, взгляд — жёстким. Он смотрел прямо на коренастого, и в его позе читалась такая уверенность, что тот невольно разжал пальцы. — Барс, прости. мы думали она свободна, - сразу стушевались они, отступая. – Это из твоей? Миша не ответил, он взял мою руку и показал на бандану, что была повязана на ней, а после отпустил. Он просто сделал шаг вперёд, закрывая меня собой. — Повторяю последний раз: отстаньте от неё и идите куда шли, — его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь. Парни переглянулись. Высокий хотел чтото сказать, но Миша сделал ещё один шаг — и тот вдруг передумал. — Ладноладно, без проблем, — он поднял руки в примирительном жесте. — Мы просто пошутили. Пошутили же, пацаны? Коренастый буркнул чтото невнятное, и они отошли в сторону, затерявшись в толпе. Я выдохнула, только сейчас осознав, как сильно дрожали руки. Миша повернулся ко мне: — Ты в порядке? Я кивнула, пытаясь собраться с мыслями: — Да… Спасибо. Ты вовремя. - Как ты тут оказалась? – теперь его злость перешла ко мне. Мне хотелось закатить глаза, от его нравоучений. Почему постоянно, когда я приезжаю сюда из-за него, а не с ним, то случается что-то. - Я приехала сюда к Кате, - выговорила я, стараясь не выдавать дрожь в своем голосе. — Пойдём, я провожу тебя к Кате, — предложил Миша. — А ты любитель находить себе приключения. Мы двинулись к его или нашей банде. Лера, увидев нас, слегка нахмурилась, но ничего не сказала, продолжая держать руки на груди. Катя, заметив меня, радостно вскрикнула: — Амелия! Наконецто! Где ты была? Мы тебя ждали! — Задержалась немного, — уклончиво ответила я. Макс посмотрел на Мишу, и пожал плечами. Мол, он не был в курсе моего приезда. Лера схватила его за руку и отвела в сторону, я присела на байк Макса, пока он ушел к другим парням, а Катя встала рядом со мной. Она что-то говорила мне, но я слушала разговор Миши и Леры, пытаясь уловить их голоса, сквозь громкую музыку. - Ты серьезно сейчас, Барсов? То, есть когда ко мне подкатывали какие-то ушлепки – ты палец о палец не ударил, а за неё ты побежал заступаться! Ты будешь продолжать говорить о том, что между вами только детская связь, что не рушима?! - Лер, - закатил глаза он. - Ты меня не ревнуешь? Не боишься потерять меня? - Лер, я знаю, что ты можешь постоять за себя, дать отпор. А за неё – я отвечаю своей головой. - Ты не ответил. Барсов, ты боишься меня потерять? Я не услышала его ответа. Повернув голову к нему, я увидела, лишь то, как он обнимает её. Значит, ответ был положительным. На заднем фоне, я услышала строчки песни. «Ты спросила меня: почему я тебя не ревную? Мое солнце, я просто люблю другую». Мы столкнулись с Мишей взглядами. У меня пробежали мурашки, было ощущение, что он хочет обнять меня, а не её. Я сама обняла себя, он ловил каждое мое движение. «Я пытаюсь забыть её, чтобы у нас с тобой всё получилось, но не могу». Мне показалось, что эти строчки были про нас. Он пытается забыть все, что произошло между нами за последние, чтоб вновь ощутить то, что у них было с Лерой. Она подняла голову и посмотрела на него. Лишь, только тогда он смог оторвать свой взгляд от меня и посмотрел на неё. Их губы соединились, а мне стало противно на душе. Я оторвала взгляд от них, и пыталась слушать Катю. Вот, только все мои мысли крутились вокруг песни и теми глазами, которыми посмотрел Миша на меня. - Дамы, - Макс подошел к нам и дал нам две бутылки газировки. – Для утоления жажды, - он быстро поцеловал Катю. – Мы скоро вернемся, надо подтвердить свое участие, - Макс позвал Мишу и они стремительно ушли. - Как у вас? – спросила Катя, - открыв бутылку и немного отпив. Я пожала плечами. Тут итак все видно и понятно. Артем подошел к нам, взяв сестру за руку, увел её ненадолго. Он сказал, что ему позвонил отец и надо найти место по тише, чтоб у него не было повода для переживания. Они удалились, а я осталась одна, среди огромной толпы, чувствуя, как одиночество схватило меня за горло своими руками. Правда, оно длилось не долго. Лера подошла ко мне, пристроившись рядом. - Снова ты тут, - а голос у них с Мишей одинаковый, когда они злились. - Как видишь, - старалась ответить я, как можно спокойнее. – Или ты мне запрещаешь находится здесь? - Нет, ты для меня, как назойливый комар, который постоянно лезет, чтоб выпить кровь, а его отгоняют. Мне было бы просто прихлопнуть тебя, но Миша слишком дорожит тобой, чтоб сделать это. Как там тебя, - она прекрасно знала мое имя, но этим просто хотела показать свое превосходство над мной и мою никчемность. Я пропустила мимо ушей. – Дам тебе совет, как девушка девочке, не бери то, что тебе не по зубам, иначе потом тебе все обернется очень большим бумерангом. Я люблю его и свое, я не отдам никому. Никогда. Усвой это, - с этими словами, она оттолкнулась от байка и ушла в свою сторону. Не знаю, что на меня нашло в этот момент. Я представила себя на её месте. Как было бы мне, если бы кто-то влезал в наши отношения с Мишей. По сути, она и лезла, но в дружеские наши отношения. Хотела бы я быть разлучницей – нет, никогда. Зачем мне рушить чье-то счастье, ведь и мое может быть разрушено. На языке было ощущение кислого привкуса. Мне стало противно, я не должна влезать. Мне лучше оставить их отношения как есть. Впитать в себя, то что Миша не мой. Запомнить, высечь это внутри себя. Катя вернулась, Артем вместе с ней. Я подошла к нему. - Как твой байк? – спросила я его. - Уже все хорошо, - ответил мне он. – С тобой все хорошо? – меня тронуло, что он заметил, что со мной что-то не так. - Можешь отвезти меня домой? - Мы же только приехали, - он посмотрел вокруг. – Хорошо. Я позволила ему взять меня за руку и увести через всю толпу. Скоро должен был начаться заезд из-за этого все были такие взбудораженные. Он вновь дал мне шлем, и заведя байк, дождался, когда я залезу. Я уезжала отсюда с тяжелым сердцем, впервые. Мои мысли, чувства сжигали меня изнутри. Я решила для себя, что я не стану помехой для Миши и Леры, они вроде счастливы. Я должна уйти с их пути, дать им право быть счастливой. Мама всегда говорила, что на чужом счастье своего не будет. В этот раз я решила её послушать. Мы приехали к моему дому, я слезла с его байка и отдала ему шлем. - Эй, - шлепнул он меня по носу легонько. – Не хмурь бровей из-за ударов рока. Погибший духом гибнет раньше срока. Я слабо улыбнулась и попрощалась с ним, зашла домой. Папа встретил меня в прохожей. Он осмотрел меня, ничего не сказал про поздний приход и мое расстроенное лицо. Папа обнял меня и поцеловал в макушку, а после отпустил. Я зашла в свою комнату, не раздеваясь, легла на кровать раскинув руки и ноги. Вновь сумбур мыслей ворвался в мою голову. Я не могла понять я ругаю себя или жалею. Как я оказалась в таком положении?