Предначертание

"С тех самых пор, как человечество стало беречь истории в летописях и песнях предков, среди рождённых от людей встречались дети, отмеченные судьбой. Они появлялись на свет в самых обычных колыбелях, будь то дом скромного горшечника или покои знатного лорда, и казались такими же, как все, пока не проявлялся в них дар, принятый называть магией. Он может проявиться в ребёнке ярким пламенем с первых дней, а может дремать до поры, чтобы пробудиться в отрочестве или даже позднее. Мудрость предков научила людей не страшиться этого дара, а пестовать его, направляя на общее благо, и когда он пробуждается, проводить древний обряд, ибо сила эта, будучи необузданной, способна принести вред как самому дарованному, так и окружающим. Если воля мага слабеет или разум поддается страху, гордыне и отчаянию, его сила обращается против него. Маг, павший жертвой скверны, теряет связь со всем сущим. Древние считали, такова плата за великую силу. История не знает разделения на народы магов и людей. Маг может быть искусным кузнецом, чьи руки чувствуют металл и направляют его в клинок невероятной прочности; он может быть лекарем, видящим исток недуга в потускневших жизненных силах; он может быть стратегом, чей разум охватывает поле битвы как единое целое, или простым пахарем, чья любовь к земле дарует невиданные урожаи и спасает деревни от голода. Но сей благодатный и светлый порядок не является единственным в мироздании. В глубине непроходимых чащ, где меж собой сплетаются столетние ели, в горных ущельях, куда не заглядывает солнце, и в болотных топях, дышащих смертью, таятся места, где живет нечисть. То сущности слепой ярости и неутолимого голода, угрожающие всему живому. Задачей же тех магов, чей дар склоняется к защите и чей дух достаточно крепок, стало вечное бдение на этих рубежах. Так и живут люди и маги испокон веков единым народом." Старик закрыл потрепанную временем книгу, от которой пахло воском и сладкой ванилью, и нежно поцеловал в макушку сначала одного, затем другого внука, уже клевавших носом у его колен. Когда последняя свеча в хозяйском углу была потушена, вся таверна погрузилась во тьму.

𓅃

Раннее утро встретило гостя таверны густым туманом, похожим на разбавленное молоко. Он укрывал всё вокруг до колен, вынуждая мужчину внимательно осмотреться, стоя у входа в "Тирелл хаус". Придя к выводу, что туман не ядовитый, маг двинулся в путь, где за небольшим лесом впереди были видны снежные горные пики. *** Прилетевший к мужчине ворон сел на его плечо, вертя головой в поисках опасности рядом. — Тихо, Жар, — маг провёл пальцем по птичьему оперенью. Вернувшись с разведки, ворон разок каркнул. До цели оставалось недалеко. С момента выхода из Высокого Крыла прошло три часа. Тейгу без спешки миновал дремучий лес, где не встретил ничего крупнее лисы, и вышел к горной долине, держась ближе к замерзшему руслу реки. На окраине дикого людского поселения к нему вышли двое мальчишек: — Беду принесешь, если на наши земли сунешься, — буркнул старший, пытаясь казаться грозным. Маг даже не повернул головы, продолжая свой путь. Его преграждать под тяжелым из-под маски взглядом детишки не посмели. Жар летел на несколько фурлонгов впереди, проверяя дорогу. Следом за магом, словно невидимый пёс, шёл ветер, теребя полы его зимнего плаща и пытаясь сорвать шляпу. Временами, когда порывы усиливались, подол плаща поднимался, обнажая черные ботинки и штаны, которые также трепетали под натиском ветра. Однако стоило тому ненадолго утихнуть, маг доставал ровно сложенную карту и проверял маршрут. Когда позади осталась последняя гряда холмов, впереди показалось то, что он искал: цепь вышек, соединенных зубчатой стеной. Мужчина позволил ворону улететь, а сам направился к воротам. Когда два дежурных на стене навели на него арбалеты, он снял маску. Его лицо, обычное и ничем не примечательное, оказалось достаточным пропуском, и тогда ворота с глухим скрежетом отъехали в сторону. Территория базы была большой: оружейная, склад, коммуникационный центр, столовая, казармы. В сопровождении молчаливого дежурного гость безошибочно определял назначение каждого здания, параллельно отмечая расставленные по периметру часовые посты. Вскоре его привели в главный кабинет. За массивным столом с зелёным сукном стояло кресло с высокой спинкой. На стене висела подробная карта с отметками вдоль границы и несколько пожелтевших грамот в рамах. — Ну и кого к нам привело? — разразился громкий голос начальника, вошедшего из другой двери. Вероятно, там отдельная зона отдыха. — Ран Тейгу, — маг выглядел безмятежно, отвечая предельно спокойно. — Прибыл из Хайвинга по объявлению о свободной вакансии пограничника. Начальник, которого звали Шэрон Тьерри, с тяжелым выдохом опустился в кресло. Его лицо скрывала маска в виде волчьего черепа. Янтарные глаза Тейгу зацепились за чужую седину на висках. — Опыт в военной службе имеется? — Нет. — Сколько тебе лет? — Двадцать пять. — Кем работал всё это время? — Я был разнорабочим. — В моем понимании разнорабочий — это контрабандист и преступник. — Я наёмный убийца. — Мне нихера не понятно, парень, — к серьёзности Шэрона добавилась толика агрессии от того, что его пытаются надурить. Он опустил руку на стол, хотя казалось, что ударил по нему. — Для чего ты пришёл сюда? Убийца на военном посту? Ты не шути со мной. — Я не умею шутить, сэр. Чем солдат отличается от наёмника? Не считая того, что первый ещё и насильник, грабитель, бывает, что клятвопреступник, — несмотря на громкие слова, Тейгу оставался невозмутимым. Шэрон хмыкнул, поняв, куда клонит собеседник. Резонно спросить, с чего Тейгу заявляет о том, что сам никогда не насиловал и не грабил. — Военные знают, что такое дисциплина и исполнение приказов, — на данное заявление Тейгу ничего не ответил. Он знает о подчинении и приказах лучше, чем многие на этой базе. — Какие у тебя способности? — начальник продолжил допрос. — Магия призыва. Я управляю птицами. — И насколько же ты силён? — Достаточно, чтобы управлять стаей. — Как у тебя дела с навигацией? Какие знания о географии и особенностях местности здесь? С регионом-то хоть знаком? — Я не местный. На севере преимущественные штормы, на западе и востоке ветер. Про лес на юге мне ничего не известно. В остальном... Я быстро учусь. — Пиздишь почти как мои ребята, — прозвучало сомнительное замечание. — Ладно. Скажи, как ты себе представляешь командную работу? Ты хоть знаешь, что это такое? — Шэрон задал хороший вопрос для убийцы-одиночки. — Приказ есть приказ. Я выполню его в команде с любыми магами или людьми. И рот открывать, чтобы говорить, умею. Прямо, как сейчас, — после ответа Тейгу глянул на маленькую карту, лежащую на столе. — Зачем ты решил устроиться сюда? Ты даже не местный. Остановился в Высоком Крыле на пару дней и случайно увидел объявление, не так ли? Это очевидно, парень. Не вижу для тебя смысла торчать на здешней вышке безвылазно. — Я просто хочу осесть. — Отвечай полно. — Меня никто не преследует, — маг знает, о чем подумал Шэрон. — Я путешествую уже довольно давно. Принимать заказы означает находиться в постоянном движении, даже если жертва в одном городе с заказчиком. Мне нужно отдохнуть от этого и обжиться где-нибудь. — У тебя всё звучит слишком просто. — Правда обычно именно такова и не особо интересна. Начальник усмехнулся, оглядывая мага: — Почему ты думаешь, что я возьму тебя на эту работу? — В случае, если бы это было возможно, вам бы уже давно прислали замену старому пограничнику, — ответ убил все возражения. Совсем скоро они оба вышли из штаба, подписав договор на год и два месяца. Ворон, круживший над базой с того момента, как вернулся с разведки, обнаружив наконец хозяина, опустился на его плечо и принялся тереться о чужую маску, интересуясь таким образом, как всё прошло. Тейгу кивнул другу, и тогда ворон закаркал, взлетая вверх от радости. — Твой, что ли? — Мой, — в голосе можно было отличить скрытую гордость и любовь к верному другу. Шэрон хмыкнул: — Говори "мой, начальник". — Слушаюсь. Получив ту самую маленькую карту со стола Тьерри и приказ добраться до своей вышки, маг и ворон двинулись в путь.

𓅃

На высоте пятиэтажного здания ветер завывал куда яростнее, чем внизу. В лесной чаще он теряет всю свою прыть, разбиваясь о стволы-исполины и хвойную темень. Находясь в лесу, поглощающем все звуки, кажется, будто ты и вовсе оглох, однако в момент уединения какая-нибудь тварь так и норовит хрустнуть снегом где-нибудь сзади, пробежав от одного дерева к другому. И непонятно: то ли заяц метнулся меж коряг, то ли лось тяжко прошагал или медведь-шатун вышел на промысел.  А на вышке хорошо. Конор уже нарубил дров на неделю вперёд и растопил печь-буржуйку так, что в тесной каморке стало неприлично жарко. Помещение пять на пять метров вмещало в себя всё необходимое: поскрипывающую койку с пружинами, крошечную кухню, доску для заметок и стол, заваленный рацией и всякими приблудами, названия которых Ульвуш давно забыл, если вообще когда-то знал. Последние пять дней — полный штиль. Ни ураганов, ни глупцов, забредших в запретную зону. Сегодня на ужин — тушёнка с бобами и картошкой. Хотя, если подумать, он питается этим уже куда дольше пяти дней. — Когда же сектанты объявятся? — зевнул Конор, выковыривая вилкой кусок мяса, чтобы отдать его своему питомцу. — А то свежего мяса хочется… Да, Балу? — спросил он у огромного чёрного волка. — Мы с тобой те ещё обжоры. Послышался стук в дверь. Конор ничуть не удивился и пошел открывать, спрятав лицо под маской. Он прекрасно знал, кто стоит по ту сторону, потому заранее взял со стола готовую стопку отчётов. Открыв дверь, он даже не поздоровался, тут же сунув кипу бумаг прямо в руки связисту. — Э, мужик! А где же "здравствуй"? Или хотя бы просто "привет"! — тут же заныл Ларс, ёжась от стужи. — Даже в дом не пустишь? Я вообще-то замёрз! — А меня не ебёт. Я как раз о стейках думал, так что съебывай отсюда нахуй, если не хочешь стать моим ужином. И дверь закрой, не пускай холод! — раздражённо ответил Конор. Он тяжело рухнул на стул и принялся выскребать из банки остатки тушёнки. Ларс протиснулся внутрь и с деланным энтузиазмом поставил на пол сумку, чуть шарахаясь из-за приблизившегося Балу. — А я, вообще-то, с новостями, — хитро улыбнулся он, стараясь не обращать внимание на огромного волка. — Кто-нибудь сдох? — Конор не отрывался от банки. Мясо кончилось, но подливка ещё оставалась. Остатки, как известно, сладки. — Мужик, хватит! Ты только что целую корову сожрал, а всё бухтишь о голоде! Я тебя щас переебу! — раздражался связист. — Слышишь, ты, чмо ёбаное, — Конор резко поднялся, швырнув пустую банку в угол. Та с грохотом покатилась по полу. — Ты вломился в МОЮ вышку и ещё ноешь, что я не приветливый? Чмошник, мог бы хоть коробку провизии приволочь! Какого хуя ты тут ещё стоишь и пищишь, когда должен был уже другим мозги ебать? — он тыкал пальцем Ларсу в грудь, оттесняя того к двери. — О, точно! Напомнил! — вдруг лицо связиста прояснилось, на нём расцвела задорная улыбка. — Как давно Фрэнк ушёл со своей вышки? Конор озадаченно наклонил голову, глядя на товарища, как на дурака: — А я считал, по-твоему? — Ну и похуй! У тебя появился новый Фрэнк, — всё так же загадочно улыбаясь, Ларс ловко увернулся от натиска и шагнул к столу. Хвост Балу задел его ногу, отчего тот едва не пискнул от ужаса. Ульвуш продолжал смотреть на него с немым вопросом. В комнате повисла тишина, пока он не спросил: — На ту вышку что, только Фрэнков тянет? Если этот окажется таким же хлюпиком, я его после первого задания с говном съем. — Как зовут — не знаю, но пока был на базе, видел, как он к начальнику заходил. А потом, когда к тебе летел, заметил, что он идёт по восточной тропе через погост Кадфалла. В маске чумного такой весь… И вокруг ворон черный летал. Тоже питомец, как Балу твой. Взгляд Конора не стал заинтересованным, но он явно замер в ожидании, хотя собеседник уже замолчал. — Птичку тоже сожрем, — с ухмылкой протянул Конор, когда любимый волк лег у его ног. — Продолжай, чего молчишь, сволочь? — буркнул Ульвуш. Именно этого Ларс и ждал. Его усы задорно взметнулись вверх от самодовольной улыбки. *** Прошло минут тридцать после того, как связист покинул вышку №3. Конор вяло бил баклуши, слушая по радио какую-то псевдоисторическую хрень. В последнее время он частенько включал именно эту частоту — так уж затянуло. Взгляд его то и дело скользил к южному окну, откуда была видна соседняя вышка №4. Предыдущий её обитатель то ли не выдержал нагрузки, то ли нашёл работу получше. Хотя работы лучше этой для Конора просто не существовало. Дело было даже не в деньгах — последние лет восемь он попросту не тратился ни на жильё, ни на коммуналку. Зато служба обеспечивала регулярной встряской и возможностью поддерживать форму. Разве не мечта? Ну, подумаешь, срать приходится в лесу, где в любой момент тобой может закусить саблезубый кабан. Или нагрянут юмористы, которым интересно поглядеть на работу пограничников. Благо, ни один из этих шутников больше никогда не появится здесь. Из размышлений Конора выдернул свет, внезапно вспыхнувший в окнах соседней вышки. Уголки его губ дрогнули в предвкушающей ухмылке. — Приём. Приём. Приём, — прохрипела рация, искрясь помехами, отчего голос звучал особенно зловеще. — Это вышка №3. Я тебя вижу. Глянь в северное окно.

𓅃

Когда за деревьями наконец показалось сооружение высотой с пятиэтажный дом, Тейгу невольно подумал о времени. Они с Жаром покинули Высокое Крыло в четыре утра, а сейчас, судя по солнцу, было уже девять. В голове мага мелькнула неутешительная мысль о том, что этот день будет долгим. Ему хотелось закончить всё поскорее и лечь спать. Лестница вышки скрипела под ногами, не внушая доверия. Войдя внутрь, Тейгу окинул взглядом помещение. Посередине висела старая лампочка, а у стены стоял стол, заваленный непонятной аппаратурой. Тейгу честно не знал, что с этим делать, поэтому двинулся дальше. В углу, рядом со шкафом, стояли два сундука. Маг открыл первый — внутри лежала потрепанная аптечка с бинтами и йодом, но эликсиров, восстанавливающих силы, он не нашел. Второй сундук оказался пуст. Затем взгляд янтарных глаз упал на кровать. Тейгу приподнял матрас, обнаружив под ним старые и продавленные пружины. Мысль провести на них хотя бы одну ночь не вызывала энтузиазма. Поняв, что придется найти крепкие доски, он тяжело выдохнул. Одеяла и подушки не было. В кухонном углу ютились маленький стол, два шатких стула и пустые полки. Предположив, что всё принесут вместе с формой, мужчина спустился вниз. Если внутри есть техника, значит, где-то должен быть источник энергии. Рядом с вышкой он нашёл приземистую постройку в виде дровяного сарая. Запах сырого дерева, ржавчины и машинного масла тут же ударил в нос магу. Оглядев сарай, Тейгу предположил, что дров хватит только на пару дней. Услышав, как сзади на снег с лёгким скрипом опустился Жар, который с любопытством наклонил голову, маг, не оборачиваясь, вошёл внутрь и прикрыл дверь. Генератор был холодным, и печь в вышке, судя по всему, тоже давно не топили. Проверив уровень топлива в баках, Тейгу решил не запускать его сейчас. Выйдя наружу, он почесыванием пера возле клюва успокоил нетерпеливого ворона: — Извини, там скучно. И любопытных воронов может поджарить, — сказал он тихо. В этот момент в небе мелькнула тень — к вышке на низком полёте направлялся филин. Тейгу быстро поправил маску на лице и стал подниматься по лестнице, чтобы встретить неизвестного гостя у входа. Им оказался мужчина в полевой форме с маской хищной птицы. — Приветствую! Я связист, Ларс Сопега, — он широко улыбнулся и протянул руку. Тейгу бегло взглянул на его пальцы, украшенные перстнями, и жеста не принял. Открыв дверь, он произнёс: — Рад вас видеть. Проходите, согрейтесь. Пока Ларс заходил внутрь, Тейгу остался у порога, проверяя запоры на двери, чтобы всё держалось. Затем он присоединился к связисту, который уже раскладывал на столе припасы из своего магического кольца-хранилища. Тейгу мельком взглянул на разворачивающийся беспорядок и принялся проверять, не дует ли ветер с оконных рам. — Место у тебя, конечно, не санаторий, но, думаю, привыкнешь, — болтал Ларс, доставая банки тушёнки. — Привыкну, — Тейгу даже не обернулся, постукивая костяшками пальцев по стеклам. Он не нуждался в разговоре. Ему нужно было, чтобы этот человек сделал, что должен, и ушёл. Тут в окне мелькнула тень — Жар улетал по своим делам. Маг подошёл к столу, где Ларс разложил сухой паёк, комплект формы и постельное белье. — А ты к нам какими судьбами? — не унимался связист. — Рабочими. — А где бывал? — По-разному. — Холодов не боишься? У нас зимы лютые, парень. — Всё нормально. Ларс, наконец, закончил и, получив краткое "спасибо", удалился. Тейгу спустился, заправил генератор, и когда тот с рёвом ожил, вернулся наверх и включил свет. Он уже подошёл к столу, чтобы разобрать провизию, как вдруг из рации, стоявшей в углу, хрипло прозвучал чей-то голос. — Приём. Приём. Приём. Это вышка №3. Я тебя вижу. Глянь в северное окно. На расстоянии в три километра разглядеть лицо было невозможно, но фигура в окне соседней вышки откровенно махала рукой. Тейгу взял со стола бинокль. В окуляре предстал мужчина с голым торсом и маской волка на лице. — Как у тебя дела? А, впрочем, можешь не отвечать, мне неинтересно. Я и так всё о тебе знаю: наёмник, не служил, не женат, дар — птицы. Не знаю, как тебя с таким набором взяли, но раз взяли, значит, пиздишь ты убедительно. А теперь внимай моим словам, как молебну пастора, ибо они спасут тебе жизнь. И первое, что я тебе скажу: запасай дрова. Рубить деревья нельзя, мы используем исключительно валежник. Если по близости валежника нет, то, уж прости, пиздуй за дровами, куда душе твоей угодно, но они тебе точно нужны. Ты сам мог заметить, какие тут собачьи морозы. А ночью, уж поверь, даже медвежья шкура тебя не спасет. Во-вторых, храни тушенку, как свою женщину. Сухпайки по регламенту даются раз в неделю и обеспечивают тебя запасом вплоть до следующей, но учитывая все наши энергетические затраты, всё это полный пиздёж. Ты точно будешь голодать. На базе есть столовая, если уж очень худо будет, то иди туда, но сначала предупреди меня. Видишь на своем столе такую хуйню с коробкой и ложкой сверху? Этой приблудой измеряется скорость ветра. Каждый вечер записывай данные в бланк. Какие именно? Температуру, скорость ветра и облачность. Тейгу молча перевёл взгляд на прибор, потом на стопку аккуратных бланков на краю стола. Незнакомец продолжил: — Ты заправлял генератор внизу? Если нет, то, скорее всего, ему работать осталось часов пять. Внизу ты, должно быть, заходил в дровятник. Если нет, то ты идиот, который недолго тут продержится. И тем не менее в дровятнике находятся канистры с топливом. Одной канистры хватает на два-три дня. Основная твоя задача: следить за чем-нибудь необычным в окрестностях. Дым, люди, маги и даже необычное поведение животных — если увидишь хоть что-то подозрительное, сообщай мне. Самодеятельность тут никто не приветствует, я уж тем более. И главное правило: уважай лес. Он приносит тебе дары и в некоторых случаях пропитание. Нет, охотиться ни на кого, кроме магов скверны, нельзя, но ягоды и грибы собирать тебе никто не запретит. Сейчас, конечно, не сезон, но я надеюсь, ты меня понял. Вроде все... Вопросы? Тейгу приблизил к себе рацию. Его собственный голос прозвучал таким же ровным и безэмоциональным, как всегда: — Вопросы есть. Как организована смена и отдых, кто и когда забирает отчёты, какие кодовые сигналы для сообщений об опасности. Он сделал небольшую паузу, всё ещё глядя в бинокль на далёкую фигуру с волчьей маской. — И как тебя зовут. — Полегче, парень, не всё так сразу, — послышалось в ответ с усмешкой. — Если ты про график, то пять через два, где все эти пять дней ты сидишь на своей вышке. Опять же, если тебе понадобится сходить на базу, сначала сообщаешь мне, а потом уже пиздуй по своим делам. В душ, например, лучше ходить с утра. По поводу отчётов: к тебе же залетал Ларс? Я видел, залетал. Вот, собственно, он и будет забирать отчёты и привозить посылки. Славный парень, только назойливый иногда настолько, что убить хочется. Ты говори ему обо всем, что тебе необходимо. По поводу кодовых сигналов: просто передавай мне, что на такой-то стороне видишь что-то подозрительное. Обычно это дым, трясущиеся деревья и кровь на снегу. Иногда к тебе самому на вышку может подняться какая-нибудь любопытная животинка, либо кривозубое чмо, но не из наших. Ты у таких шутников сначала проси расписку, а потом можешь убить. Кстати, Ларс должен был принести тебе заживляющую аэрозоль. Это мы обычно используем для таких юмористов после того, как выбьем из них всю дурь. Для себя же запасай более дорогие и качественные зелья. При поимке твари и её усмирении по рации переключаешься на тринадцатую частоту и сообщаешь начальнику или мне о незванном госте на таком-то участке. Всё остальное сделаем уже мы. По поводу животины, к слову. Из самых опасных тварей тут ходят вендиго и рейки. Поэтому никогда, слышишь, никогда не забывай закрывать дверь. И в лес не выходи на пустой желудок. Вендиго захватывает именно таких голодранцев. А рейки... Вот этих тварей можешь убивать без промедлений. Эти лысые обезьяны с огромными когтями либо спрыгивают на тебя с дерева, либо пытаются разбить окна вышки, чтобы пробраться внутрь. Советую тебе хорошенько обоссать всё вокруг. Моча отлично отпугивает этих тварей. Кроме сектантов, разве что, — закончил Конор, в чьем голосе вновь проступила ухмылка. Он прекрасно знал, на какой вопрос не ответил, и именно поэтому снова глянул в сторону соседней вышки через собственный бинокль. За окном виднелась неподвижная фигура нового пограничника. Тейгу некоторое время стоял, видя, как за ним следят, после чего отошёл от окна, теряя всякий интерес к собеседнику. — Спасибо, — сказал он напоследок, собираясь заняться своими делами. — Э-э, погоди! Разве у тебя не остались вопросы? — возмутился Ульвуш. Фрэнк был куда сговорчивее этого наёмника. — Нет, — прозвучало безразличное. — А вот у меня – да. Как тебя зовут? — Ран Тейгу. — Тейгу, значит... Далеко от Фрэнка, вот и славно, — хмыкнул мужчина. — Конор Ульвуш, но можешь просто говорить "мой господин" — я старше тебя на три года. Добро пожаловать на службу, Тейгу. Ты уж постарайся, чтоб я не заскучал, иначе жди беды похуже рейки.