Шанс на новую жизнь

Вероника быстро передвигалась по коридорам Хогвартса, адреналин кипел в ее венах, будоража кровь. Вот оно, наконец-то! Дни, месяцы, годы подготовки – и все ради этого дня. Ох, сколько же было сделано, сколько пройдено. Осталось совсем немного, план разработан до мельчайших деталей, все фигуры расставлены на шахматной доске, остается лишь немного подождать, прежде чем присоединиться и завершить. И спешить нельзя, хоть и хочется кинуться в бой, как можно скорее завершая этот круг. - Хлебина, - громко позвала Вероника. - Слушаю, мисс Милн, - пропищала домовик. - Они уже улетели? - нетерпеливо спросила Вероника, перебирая в воздухе пальцами, будто играя с нитями чьей-то судьбы. - Да! – звонко ответила Хлебина. – Они вылетели двадцать минут назад. - Отлично! – воскликнула Вероника и добавила: - Ты умница, Хлебина! А теперь иди, ты знаешь, когда меня нужно будет перенести! Домовик с поклоном исчезла, а Вероника поспешила к одному из тайных ходов – ей необходимо было выбраться в Хогсмит, ведь именно там ее ждал такой важный для нее человек – ее наставник, тот, кто помогал все это время не сойти с ума, тот, кто помогал с самыми сложными заклинаниями, тот, кто заменил ей обоих родителей, тот, у кого ключ для такой необходимой победы. Девушка спешно перебирала ногами, вспоминая встречу с Гарри Поттером после того, как профессор Снейп отказался учить его окклюменции… … Джордж ушел пару часов назад, а потому Вероника начинала немного переживать, ведь Хлебина уже должна была найти Гарри и передать ему ее просьбу. «Неужели не придет?» - недоверчивая мысль все же пробралась в голову. Однако не успела Вероника начать серьезно волноваться, как дверь открылась, впуская мальчика со шрамом и плохим настроением. Выглядел Гарри не очень хорошо, его явно тревожило что-то, а потому прежде, чем он бы поделился своим настроением, Вероника спокойно спросила: - Тебя так сильно задели воспоминания профессора Снейпа о твоих родителях или успело произойти что-то еще? Споткнувшийся на полпути к девушке Поттер кое-как восстановил равновесие (возможно, и душевное) и воскликнул: - Мерлиновы кальсоны, Рони! Откуда ты вообще об этом узнала? Ты как Рита Скиттер незарегистрированный анимаг? - Я действительно незарегистрированный анимаг, Гарри, - спокойно проговорила девушка, после чего добавила: - Но узнала о том, что произошло, не подслушивая под деревом, а из видения о будущем, которые я вижу достаточно долгое время. - Видения? Как Трелони? – насмешливо фыркнул он. И язвительно добавил: - Ну что, Марс предрекает мне несчастья? - Хм, не знаю, Гарри, - задумчиво протянула я, - не думаю, что планеты имеют отношение к мелким неприятностям, которые тебя сопровождают. А после уже серьезней добавила: - Но в отличие от Трелони, которая напугала тебя два года назад, а затем даже не вспомнила о предсказании, я могу запоминать все, что вижу. - Вероника, это не смешно! – воскликнул Гаррию. – Откуда ты знаешь об этом, тебе точно никто не мог рассказать! - Гарри, - устало опускаясь в кресло произнесла девушка, - ты уже знаешь ответ, осталось только поверить в него. И не менее усталым голосом произнесла: - Неужели ты не можешь за своей обидой увидеть очевидное? Если бы я хотела, то о встречах ОД узнали бы еще в первый день. Если бы я действительно была в восторге от Амбридж, была ее любимицей, разделяла эти бессмысленные убеждения, то о вашем месте встречи узнали бы сразу. Или ты думаешь, они блуждали по всей школе, потому что сами захотели? Очнись! - почти закричала девушка. – Мы с Драко и Блейзом несколько месяцев водили их за нос, чтобы вас не поймали. Мерлин, Гарри, неужели тебе нужно разжевывать все, что находится между строк? От этой отповеди мальчик-который-все-еще-жив опешил и на какое-то время задумчиво замолчал. Временами он хмурился, качал головой, а потом кивал, будто все это время вел с собой внутренний диалог. После чего он оценивающе посмотрел на Веронику, задумчиво несколько раз взъерошил свои волосы (совсем как Джеймс, сказали бы Лунатик и Бродяга), после чего произнес: - Прости. Рони, мне правда жаль, что я ничего не понял раньше. После этой фразы плечи Вероники заметно расслабились, а она даже не заметила, что они напрягались. «Плохо, теряю сноровку», - мимолетно пронеслось в ее голове. А Гарри тем временем продолжал: - Я не понимаю, как, что и почему, но готов выслушать своего друга и поверить в то, что она говорит, как бы безумно все это для меня не звучало. - Гарри, прежде чем мы продолжим, я попрошу тебя довериться мне и выпить это, - сказала напряженно Вероника, протягивая Гарри 2 склянки со странным содержимым. А после, наблюдая, как он с готовностью глотает зелья, подумала, что сама бы так просто не стала пить незнакомое ей зелье, что незамедлительно и сообщила ему: - Мерлин, Поттер, нельзя же так просто брать и глотать всякую незнакомую дрянь. На это Гарри просто улыбнулся и спокойно произнес: - Я просто доверяю своему другу. Я знаю, что ты не желаешь мне зла. - Я припомню тебе это, когда решу тебя отравить, - пробурчала она. А после встряхнула волосами и сказала намного серьезней: - Первое зелье не позволит тебе обсуждать ничего из того, чем мы будем заниматься с тобой в Выручай-комнате до победы над Воландемортом, точнее, это будет два дня после победы. Второе зелье поможет тебе оградить эти воспоминания вязким щитом. Оно не поможет тебе овладеть окклюменцией, однако, если ты сейчас представишь вязкую стену, абсолютно непримечательную, будто прозрачную, у тебя получится это сделать, и тогда, если кто-то проникнет в твою голову, он не сможет увидеть эти воспоминания. После того, как Гарри выполнил то, о чем просила Вероника, во что он до конца не верил, если быть честным, он уже с большей готовностью ждал, что же она расскажет. Кивнув своим мыслям, Вероника призвала Омут Памяти, несколько пузырьков с воспоминаниями и, откупорив крышку первого, вылила содержимое в Омут. После чего с мрачной решимостью посмотрела на Гарри и произнесла: - А сейчас позволь познакомить тебя с мальчиком по имени Том Реддл… Воспоминание заставило Веронику торжествующе улыбнуться, однако она быстро придала себе бесстрастный вид и поспешила навстречу с наставником, которая не заняла и трех минут. И только его последние слова набатом звучали в ушах, когда она перемещалась к первому акту Финальной битвы: «Ты справишься, моя девочка! Я горжусь тобой!»…