Пока ты рядом

В тот вечер Леви ушёл с работы раньше. Слабость держалась с утра, голова была тяжёлой, будто после долгого погружения. Он шёл медленно, сжимая телефон в руке. Несколько минут колебался — звонить Элиаре или нет. Его состояние начинало тревожить уже не только Вилла. Он открыл контакт, но телефон зазвонил сам. — Ты плохо ешь, — голос Элиары звучал спокойно, но слишком внимательно. — И голос у тебя хриплый. Это не просто усталость. Мне звонил Вилл. Он переживает. Леви остановился у дома. — Я знаю… Просто всё навалилось. Мама. Брат. Работа. — Какие ещё симптомы? Не обобщай. Он закрыл глаза, прислушиваясь к себе. — Головокружение. Меня мутит по утрам. Запахи стали слишком резкими. И рядом с Виллом у меня пульс скачет… странно. — Пауза. — Но это, наверное, стресс. Он не успел договорить. Резкое движение сбоку — телефон вырвали из пальцев слишком быстро, чтобы успеть среагировать. Аппарат ударился об асфальт с глухим звуком. — Эй! Его дёрнули назад. Рука сомкнулась на предплечье — точно, без суеты. Второй человек перекрыл путь к двери. — Отпустите! Леви рванулся, попытался закричать, но ладонь мгновенно закрыла рот. Резкий химический запах ударил в нос, глаза защипало, горло сжалось. — Тихо. Голос низкий, спокойный. Леви укусил — металлический вкус крови на языке. Ответ последовал сразу. Короткое жжение в плече — укол, быстрый, профессиональный. Тепло растеклось под кожей. Сначала стало легче. Слишком легко. Мышцы будто отпустило, тревога осела. А потом тяжесть накрыла резко. Пальцы потеряли силу, сердце глухо стукнуло и замедлилось, звуки отдалились. — Не… Язык стал тяжёлым, чужим. Колени подогнулись, но его подхватили прежде, чем он коснулся земли, — аккуратно, будто просто поддерживали человека, которому стало плохо. — Всё, — ровно произнёс один из мужчин. — Поехали. Сознание уходило слоями. Мысли замедлялись. Почему так спокойно?.. Тьма накрыла мягко. Дверца захлопнулась. Тело уложили на заднее сиденье, ремень щёлкнул. Машина отъехала без включённых фар. В это же время Вилльем въезжал в город. На четыре дня позже, чем собирался. Шесть вместо двух. Раздражение — не из-за встречи, не из-за сделки. Из-за задержки. Он снова открыл досье. Роберто Брукс. Биография аккуратная, чистая. Компании пересекаются косвенно, но не напрямую. Слишком аккуратно. Вилльем пытался вспомнить: где они могли пересекаться? Кому он перешёл дорогу? Почему этот человек решил зайти через бизнес? — Что ему надо… — тихо произнёс он. Машина подъезжала к отелю. Он открыл переписку с Леви. Устал. Когда вернёшься, уже будет ночь — я буду спать. Сообщение отправлено несколько часов назад. Леви был уверен, что он приедет поздно. Вилл предупреждал, что может задержаться. Но он вернулся раньше. Хотел увидеть его. Просто убедиться, что всё в порядке, что Леви действительно лёг, что слабость — это всего лишь усталость. Машина остановилась. Вилльем вошёл в холл. — Леви ушёл раньше. Плохо себя чувствовал. Вилл остановился. — Когда? — Около часа назад. Час. Значит, уже дома. Он достал телефон. Звонить не стал — если спит, разбудит. Написал: Я приехал раньше. Спишь? Сообщение ушло. Доставлено. Не прочитано. Он перечитал его ещё раз. Не читает. Наверное, спит. Они не переписывались постоянно, не проверяли друг друга каждый вечер. Иногда Леви мог пропасть — устал, выключил звук, уснул. Если не ответит сейчас — утром ответит точно. Но тревога не уходила. Она стала плотнее и глубже, будто тело реагировало быстрее, чем разум. Вилльем сжал телефон сильнее, чем нужно, и только потом заметил это. Усталость. Вот и всё. Он убрал телефон в карман. Доделаю дела — и домой. Направился к лифту. В этот момент машина с Леви уже отъезжала от дома. Вилл этого не знал.