Without feelings

Элар не помнил, как бежал. Вспышки уличных фонарей и редкие машины, которые встречались на пути, мелькали перед глазами, а он мчался и мечтал, лишь бы всё это уже закончилось. Прийдя в сознание, Элар судорожно листал мамины записи в сраных личных дневниках. Его руки тряслись, с лица тёк пот. Кажется, со стороны он был похож на психа... текст в одном из блокнотов начинался так: "Сегодня я узнала, кто мой муж на самом деле... мне страшно не за себя, а за моего сына. Мой ребёнок не должен носить адское имя, я этого не допущу..." — это всё, что она написала в тот день, однако на следующий было больше и без ненужных описаний. "Сынок, город, в котором мы живём, называется так неспроста. Юду назван в честь мифологического китайского города Царства Мёртвых... не хочу тебя пугать, милый, но ты должен знать всё. Раньше тут были лишь горы и тайга, а твой дедушка привёл в это место людей, чтобы скрыться от китайского правительства. Поэтому у тебя такая внешность, Элар. Почему им нужно было прятаться? Все ответы в названии городка". Взгляд затуманился, как при низком давлении, и голова гудела, словно после удара молотком и затяжного плача. Тусклый торшер светил у него за спиной, делая из его тени страшное чудовище. А может, он и правду показывал? Он так и заснул на полу, лёжа в куче тетрадей и колющей правды. Спина болела адски, хах. Какая же ирония. Утренняя рутина началась не с мятного чая, а с уборки хаоса, оставленного после истерии. Он никогда не думал об этих вспышках агрессии или, как в этом случае, бреда. Разобравшись с этим дерьмом, он неспешно побрёл к чайнику, нажал на кнопку и устроился на подоконнике, открывая форточку. Ему нужно было закурить и забыть про "вчера", жить этим страшным "сегодня". Телефон в его кармане завибрировал определённым образом, ведь он сразу понял, что звонит ему Лиана. Элар был разбит, как и все дни до этого, но пустота в нём не давала свободы, а, наоборот, сковывала и давила наравне с бетонными плитами. Элар лениво вытащил раскладушку и ответил на вызов. Имя собеседника пестрило ярким "НЕ ПОДРУГА", и он даже мысленно ухмыльнулся этой нелепости. Девушка на том конце провода робко и достаточно скромно поприветствовала Элара, а голос, казалось, постарел лет так на тридцать. Он напрягся, сжав кулаки до побелевших костяшек на руках. Что случилось? — Ты там умираешь и тебе нужна новая кровь? — первое, что вышло из его рта, это одни сплошные помои. Ну что с ним было не так? Вампиры и её любимый сериал "Дневники вампира" были совсем не к месту, пока Лиана еле мямлила слова. Сейчас её голос был так похож на материнский, тот уставший и измученный. Память всегда избирательна... — Мне звонила твоя мама вчера. Я даже не знала, что ты дал ей мой номер, но... — Элиана устало вздохнула и стала докладывать о случившемся так подробно, словно боялась забыть любую деталь. — Послушай, она была так мила, а потом сказала кое-что передать тебе, ведь ты, Элар, трубку не берёшь. Я тогда присела на диван, схватила ручку с блокнотом и решила кратко записать, что нужно передать, а она сказала... — кажется, Элар услышал всхлипы на том конце провода. — Возьми себя в руки, Лиа — горло стягивало тонкой проволокой тревоги. Если это была мама, то ни к чему хорошему это не приведёт. Она ушла, разве остальное должно было быть важным для него? Элар никогда не признает вслух, что если бы она вернулась с извинениями, то он бы простил всё, даже не думая. — Да, прости, ты прав... она стала главой компании, станет присылась тебе больше денег на счёт, но тебе придётся смириться с тем, что это она подставила своего мужа и заработок кровавый, — что-то ухнуло у него в груди, чайник перестал гудеть, нагреваясь, а одна мысль неистово крутилась в голове: моиродителичастьмафии, моиродителичастьмафии... Лиана бросила трубку, ведь исполнила своё обещание. А Элар должен был взять себя в руки, как говорил "неподруге" всего минуту назад. За время их короткого диалога он выкурил последнюю пару яда в поиске успокоения бешеного сердца. Как же вчера он хотел достать, выдернуть из-под земли клочки правды о своей семье и себе самом! Но, оглядываясь назад, сейчас он хочет только не думать об этом дерьме. Крыша — верный путь к разговору с Зеленоглазкой, но как Элару смотреть в эти устрашающе-интересные глаза с привычным равнодушием? Конечно, этот идиот был не виноват в том, что он не в своём уме, но крепость из привычных стен и кучи чая — спасение, побег от мыслей и проблем. Элар расслабленно повернул голову к окну и выдохнул, словно после сдачи сложного экзамена. Взгляд бегал по проезжающим машинам, неизвестным людям. Туман окутал все верхушки хрущёвок, а солнце уже не пыталось выбраться из серых мрачных пут. Он не мог зацепиться за что-то, всё было таким пустым, ведь даже химический состав современного воздуха был интереснее вида из окна. Тротуар, мелкие бордюры — и всего один человек стоял по-страшному неподвижно. Силуэт и даже цвет волос напомнил Элару Адама. Он смотрел прямо в его окно и улыбался, как маньяк из документальных программ по телевизору. Он моргал, тёр глаза, а Зеленоглазка никуда не пропадал. Казалось, галлюцинации могли появиться из-за недосыпа или постоянного стресса, но ведь он в таком состоянии уже не первый год, так какого хера? Парень, подозрительно похожий на знакомого идиота, стал подходить ближе к многоэтажному дому, а погода делала всё, чтобы запустить ворох тревожных мыслей, однако это не работало. Улыбка уже не казалась такой убийственно отвратительной. Элар не стал бежать и проверять дверь, а щурился, сидя на подоконнике в попытке рассмотреть выражение лица в ярких подробностях. Что этот ублюдок делает у его окна уже который раз? И имеет ли он право называть его так без весомых причин? Дыхание стало быстрее, ведь эти мягкие на вид кудри не давали покоя. Сколько бы Элар не пытался делать незаинтересованное лицо, глаза то и дело упирались в созвездия на лице Зеленоглазки, пухлые губы, меж которых покоилась сигарета... мысли о нём были как пропитанный «Наполеон»: вкусовой оргазм в начале, а ближе к концу не знаешь, куда себя день, ведь доедать не хочешь. Стоило ему отвести взгляд вглубь квартиры, а потом вновь выглянуть в окно, и Адама уже как след простыл. И впрямь точь в точь галлюцинация. Как и передала Элиана, мама начислила огромную сумму на его счёт. Однако в этот раз в переводе денег она оставила сообщение: «Спустись вниз, прошу, давай поговорим, сынок», — Элар хотел сорваться в ту же секунду, как прочитал своеобразное послание. Он не готов был так ярко показывать этой стерве, как на самом деле тосковал и какую потерю ощущал все эти годы. Как она могла так бессовестно ввалиться в его жизнь? Он не признаётся даже сам себе, но это то, о чём он так долго мечтал. А главное — ждал. Нарушение второго правила налицо, такое допускать было просто нельзя. Если ожидания о собственной матери Элар ещё мог себе кое-как простить, то думать об Адаме — перебор. И всё же, Элар соскользнул с окна и неспеша побрёл к коридору. Морось приводила его в настоящую ярость, а потому он прихватил кожаную куртку с шипами на воротнике. Достаточно заебавший его набор для выхода на улицу состоял из сигарет, дешманской зажигалки и ключей. Элар никогда не брал с собой телефон, кроме тех случаев, когда он был вынужден ехать на чёртову работу. Лифт он навещать совсем перестал в последние дни, дабы скоротать время и не вызывать очередной стресс от железного гроба на верёвочке. Но теперь Элар так сосредоточился на своем пустом выражении лица, что пропустил момент спуска на последний этаж. Множество раз он не фокусировал взгляд, дабы просто не видеть ничего, кроме пятен вокруг себя, но зная, что где-то тут его мама... дискомфорт так и исходил от его фигуры. Когда он уже почти дошёл до двери ларька, его окликнул огрубевший от времени, но такой же родной, как и раньше, голос. — Элар, это ты?...