Зацикленность

Это был громкий ужас, а не заказ. Сейчас, спустя неделю пребывания в научном центре, Леви мог с уверенностью сказать следующее – у них не задание по изучению силы Титана-Прародителя, а ебанный отпуск в детском саду ясельной группы. Разведчики уже после первой тренировки расслабились и перестали напряженно коситься на наемников. Поначалу Леви думал, что это объявление своеобразного перемирия, но вскоре понял, как же он заблуждался. Компания малолетних идиотов просто решила довести наемников до ручки своими выходками, и под конец первого дня у Леви начал дергаться глаз. Зайдя после тренировки в блок, Леви надеялся спокойно выпить чаю и почитать что-нибудь полезное. Например, отчеты Ханджи по ее прошлым исследованиям титанов. Ранее времени не было, да и Леви никогда не интересовали исчезнувшие монстры. Но теперь, когда у него была задача денно и нощно следить за Эреном, Леви не мог игнорировать любую информацию, которая поможет ему остановить пацана. Наемник сел в своей комнате, предусмотрительно оставив дверь открытой. В гостиной их блока собрались все разведчики, чтобы пошептаться о своем разведывательном. Леви они никоим образом не мешали. Примерно десять минут. А потом он услышал вопли и грохот. Мужчина молниеносно схватил лезвия от УПМ, выскочил да так и замер с поднятыми клинками. По полу, рыча и барахтаясь, катались Жан и Эрен. Они шипели друг другу невнятные оскорбления и, судя по жалко дрыгающимся конечностям, пытались подраться. Остальные же ребята лишь задорно подбадривали либо одного, либо другого дебила, ритмично хлопали и скандировали на разный лад «Давай!» и «Бей его!». В конце концов, клубок докатился до ног Леви. Эрен, извивающийся на спине и пытающийся отпихнуть от себя красномордого Жана, испуганно округлил глаза и замер. Тогда-то наемника заметили и остальные ребята, в момент ставшие тише воды, ниже травы. В воцарившейся тишине Кирштейн поднял голову и также шокировано уставился на равнодушного мужчину. Леви вопросительно поднял бровь. Одного этого жеста было достаточно, чтобы парни расцепились и разбежались по разным углам гостиной. – И что это было? – больше для проформы спросил Леви, чем действительно интересуясь. Будто им было по пять лет и они разбили любимую вазу мамы, парни виновато посмотрели на свои ботинки, а Эрен даже шаркнул ногой. Ну что за детский сад… – Смертник случился, – только и сказал Жан, махая в сторону своего оппонента. – Капитан опять загнался из-за титана, – пояснил более подробно Райнер, складывая руки на груди и укоризненно смотря на драчунов. – Жан пытался его переубедить. – Ахуенные у тебя методы убеждения, Кирштейн, – язвительно протянул Леви, собирая клинки в одну руку и опуская их. – Все пятилетки обзавидовались твоим навыкам. – До него по-другому не доходит! – воскликнул Жан в попытке оправдать свое честное имя. – Я с ним уже восемь лет дружу, поверьте, его проще отпиздить, чем словами объяснить! – Да ты и не пытался! – вспылил Эрен, чуть ли не с ненавистью смотря на Жана. – Вы все… да ну вас нахуй! А после парень метнулся в свою комнату и демонстративно хлопнул дверью. Леви усмехнулся. – Дети, – протянул он, возвращаясь к себе. Леви убрал клинки, сел обратно на кровать, но сосредоточиться на чтении уже не мог. И уже не из-за шума. Разведчики разбредались по своим блокам, Армин и Микаса пытались поговорить с Эреном, но тот ни в какую не хотел их пускать. В конце концов, ребята ушли к себе. Живот неприятно тянуло от тревоги, которую Леви старательно игнорировал за чтением. Ого, прошлого Прародителя смогли остановить его же друзья, которым он так доверял. Какая драма. Ну подумаешь, психанул пацан. Перебесится и успокоится. Самовыпил устроить не сможет, Леви лично его комнату прошерстил, в каждый уголок залез, конфискуя все возможные орудия суицида. А душевные переживания пацана вовсе не его проблема. Для этого у Эрена есть друзья, которые, как ни странно, довольно хуево справляются со своими обязанностями. Но лично он вовсе не обязан следить за самочувствием сопляка. Именно это из раза в раз повторял про себя Леви, пока стоял пять минут перед дверью Йегера. Наемник нашел отличное оправдание своего беспокойства: довольный титан – послушный титан, а потому Эрен должен был в хорошем расположении духа. И задача Леви, как его охранника, обеспечить этот дух, раз друзья не могут сделать эти элементарные вещи. Так, раз он решился, то нечего ему яйца мять. Кто он, в конце концов? Взрослый тридцати шести летний наемник, а не малолетняя язва, едва вышедшая из пубертата. Леви решительно открыл дверь. Комната тонула в полумраке – жалюзи закрыты, свет выключен. Эрен калачиком свернулся на кровати спиной к выходу и недовольно заворчал. – Кто бы ты ни был, уходи. – Еще чего. Эрен не успел даже оглянутся на грубый голос. Леви просто схватил парня за лодыжку и резко дернул на себя и в сторону. А потом мысленно дал себе подзатыльник, так как плечо пронзило легкой болью. Не вывих, просто перенапрягся. Что-то наемник забыл, что перед ним не просто сопляк, а двадцатилетний здоровый парень с хорошо развитой мускулатурой и ростом минимум сто восемьдесят сантиметров. Но эффект получился отменным: парень скатился с кровати и бухнулся на спину, растягиваясь по полу. Эрен недовольно застонал, и Леви пришлось собрать все свое самообладание в кулак, чтобы не сделать… ничего глупого. – Знаешь, что лучше всего прочищает мозги? Хороший спарринг, так что поднимай свою жопу и идем. – Я уже подрался с Жаном, – проворчал Йегер, но поднялся и пошел следом за Леви. – Это была не драка, а очень неловкая попытка совокупления подростков, которые даже не слышали, что такое секс. Так что не позорь прекрасный способ сбросить напряжение, называя ваши с Кирштейном покатушки дракой. Пацан залился краской, обиженно запыхтел, но промолчал. Леви чуть приподнял уголок губ, благо, Эрен шел позади и не видел этого. Наемнику нравилось, когда так называемый капитан разведчиков не огрызался, а молча делал, что велено. Стоит сказать «спасибо» Вселенной, что пацан не мог говорить в форме титана, даром что у него все на роже написано было. Леви привел Эрена на улицу. Так как ничего, что напоминало бы спортивный зал, в научном центре не имелось – да и зачем он нужен здесь? – местом для спарринга наемник выбрал небольшой парк. Иногда по аккуратным аллеям гуляли ученые, что отдыхали от своих работ, но на Леви и Эрена они не обращали внимания. Даже когда наемник завел пацана на газон и прошел дальше от дорожек, никто и слово не сказал им. Для Леви это послужило своеобразным сигналом разрешения, а потому он снял кейсы с лезвиями, развернулся к понурому Эрену лицом и встал в стойку. Йегеру как будто даже команды не нужны, ведь в следующее мгновение он подобрался и напал первым. На протяжении двух часов Леви беспощадно гонял Эрена, валил его, брал в захват, бил – одним словом, побеждал раз за разом. К удивлению наемника, пацан ни разу не попросил прекратить и не ныл. А еще безостановочно продолжал спарринг, лишь иногда замирая для минутной передышки. Пару раз Леви даже сам хотел предложить тайм-аут, так как его откровенно волновало покрасневшее и заплывшее потом лицо парня, но Эрен не сдавался и вновь атаковал. Может, разведчик плохо понимал, кем являлся Леви Аккерман, и просто надеялся хотя бы раз завалить мужчину. А может, он так сублимировал свое глупое желание оборвать свою жизнь. Леви решил не вдаваться в дебри чужой души, просто делая то, что умел лучше всего – дрался. Эрвин как-то раз пошутил, что сначала Леви научился держать нож, а потом уже ложку. Не так далек он был от истины, хотя Леви его шутку не прокомментировал. Нечеловеческая сила, огромная выносливость, ловкость и умение быстро учиться сделали Леви первым кандидатом в роли телохранителя-палача титана. Кому еще Эрвин мог доверить такую задачу, как не сильнейшему наемнику, что ни разу не проигрывал? Их остановили, когда солнце застыло в зените, а с них обоих сошло семь потов. Ну с Леви может быть всего лишь пять, но упрямый пацан неплохо вымотал наемника. Эрвин и Ханджи настороженно смотрели, как Леви и Эрен подходили к ним. Взъерошенные, грязные, с травой в волосах, но у обоих сияли глаза не остывшим азартом. От Эрена в воздух вились тонкие струйки пара, а немногочисленные ранки сходили на нет. Леви, который не обладал чудодейственной регенерацией, лишь вытирал рукавом разбитую губу и аккуратно щупал рассеченный висок. Позади Эрвина и Ханджи стояли Армин и Энни. Парень с беспокойством оглядывал Эрена, а Энни оценивающим взглядом мерила Леви. О чем думала обычно молчаливая Энни, наемник не понимал. Зато мысли Армина были ясны как день – проверял, как себя чувствует ненаглядный «лучший друг». Леви даже скрипнул зубами от досады. Блондинчик так носился за своим капитаном, переживал о нем, а толком ничего не делал, чтобы Эрен чувствовал себя лучше. Но кинув быстрый взгляд на пацана, Леви почувствовал ворчащее в груди довольство. Да, сопляк был побитым и уставшим, зато в глазах вновь горел огонек жизни. Армин не смог растормошить друга, а у Леви получилось. Хотя Ханджи не раз утверждала, что из Аккермана так себе психолог. – Решили выпустить пар? – весьма спокойно, но с ноткой язвительности спросил Эрвин подошедших. – Вроде того, – неопределенно мотнул плечом Леви. Наемник быстро отвел глаза от слишком понимающего взгляда босса и резво прошел вперед. – Сначала душ, а потом продолжение издевательств, Ханджи. Ученая, что уже предвкушала, как разложит регенерирующего Эрена на столе, опустила плечи и тяжело вздохнула. Тяжелее всего Леви приходилось во время экспериментов. Ханджи, конечно, была далеко не настолько чокнутой, как показалось изначально разведчикам, и границы понимала хорошо. Но ее чистое неподдельное любопытство порой вызывало определенные проблемы, потому что вместо девяти детей в одном помещении их вдруг оказывалось десять. Они сидели в лаборатории и ждали, пока Ханджи подготовит оборудование. Помимо ученой, Леви и Эрена в лаборатории еще сидел Моблит, который делал вид, что анализировал результаты тренировки, а на деле просто залип на догонялки Леви и Эрена. Неизменный своим привычкам Армин сидел возле Йегера и что-то увлеченно читал на планшете. Также здесь была Микаса, которая пришла поддержать лучшего друга, а на деле просто ворковала с Жаном где-то в уголке комнаты. Наконец, на свободную часть стола Ханджи положила металлический поднос. На нем обнаружился набор юного лаборанта: шприц, несколько пустых ампул, ватка, пластыри и бутылек медицинского спирта. Эрен понятливо кивнул и закатал рукав серой водолазки. Леви активно старался не смотреть на сильную руку с выступающими венами, но не любоваться было сложно. – Нужно успокаивать, что больно не будет и это как комарик укусит? – насмешливо спросила Ханджи, и Эрен скептически приподнял бровь. – Мне нужно напомнить, что я сын врача, или что вчера мне отрубили кисть? – Не обижайся, я действую по протоколу. Ханджи быстро забрала четыре ампулы крови. Эрен даже не поморщился, и лишь усмехнулся под конец. Ханджи, что хотела уже заклеить пластырем маленькую ранку, застыла, во все глаза разглядывая абсолютно чистый сгиб локтя. Ни синяка, ни дырочки от шприца. – Я, возможно, задам не очень этичный вопрос, но можно тебя порезать, чтобы посмотреть на регенерацию под статико-молекулярным микроскопом? – Хватит с него исследований на сегодня, – немного более резко, чем Леви планировал, отозвался наемник. Ханджи и Эрен удивленно посмотрели на него. Шестеренки в голове лихорадочно заработали, пытаясь придумать достойное оправдание его запрету. – Эрен с самого утра ничего не ел, и что-то мне подсказывает, что регенерация не спасет его от голодной смерти. – Человек без еды может прожить тридцать дней… – Ханджи, – Леви холодно посмотрел на ученую, и та в ответ вздохнула, признавая поражение. – Продолжил завтра, времени у нас вагон и маленькая тележка. Неловко повисшую тишину вдруг прервал никто иной, как Армин – кто бы мог подумать. – А как так получилось, что энергия Путей исчезла без следа? Даже Моблит оторвался от зацикленной записи с монитора, чтобы удивленно посмотреть на смутившегося Армина. Глаза Ханджи вернули нездоровый блеск интереса. – Если судить по записям, то герои Парадиза убили носителя, но явно не самого Прародителя, – уже более тихо пояснил Армин, неуверенно оглядывающий всех присутствующих. – Это объясняет, почему Эрен смог войти с ним в контакт. Но все еще не понятно, куда делась энергия, что давала элдийцам возможность становиться чистыми титанами. Ханджи деловито поправила очки и задумчиво посмотрела наверх. – Хороший вопрос, мне он почему-то в голову не приходил. Если сила Путей связывала всех элдийцев единым биоэнергетическим полем, то чтобы уничтожить силу титанов, необходимо… – Необходимо зациклить ее на одном объекте, а после разрушить его энергетическую структуру, что можно сделать, лишив жизни носителя Прародителя, – закончил за нее Армин. Долгие пять секунд Ханджи и Армин ошеломленно переглядывались. Глаза ученой округлялись все больше, а после она кинулась на шею шокированного Армина, душа крепкими объятиями. – Ты это понял! Да ты чертов гений, Армин! – Ханджи резко отстранилась и расцеловала красного Армина в обе щеки. Женщина крепко схватила не шевелящегося Армина за лицо и серьезным шепотом проговорила: – Ты загубишь свои мозги в разведчиках, присоединяйся к нам, пока не поздно. У нас есть печеньки. И вкусный кофе. Армин смущенно хихикнул и аккуратно отстранил руки Ханджи, а после вновь уставился в планшет. На экране светился текст старой статьи Зое, в которой ученая рассматривала природу феномена Пути. Армин вновь стал сосредоточенным. – Насколько ужасны мои старые заметки? Арлерт усмехнулся и покраснел еще на тон. – Очень ужасны, – тут смешок вырвался у всех присутствующих в лаборатории, но Ханджи укоризненно посмотрела именно на Леви. А чего сразу он? Леви никогда не скрывал, что считал очкастую чокнутой маньячкой. – Информация слишком разрозненна и не связана между собой. Сложно вникнуть в суть. – Мне было девятнадцать и это моя третья статья, которую я писала собственноручно, – вздохнула Ханджи и оперлась бедрами о стол. – Сделай скидку на неопытность и бушующую страсть к исследованиям. – Которая с возрастом никуда не делась, – усмехнулся Леви и получил слабый тычок под ребра. – Идем на обед, потом обсудите свои страшные теории заговора. Надсмотр за Эреном не доставлял проблем. С момента первой встречи Леви думал, что ему придется лишний раз сдерживать себя, дабы не прибить пацана на месте. В который раз реальность приятно удивила наемника. В крепости про Эрена Йегера говорили разное. Что он сумасшедший, раз сознательно решил подвергать свою жизнь опасности, так еще и друзей за собой тащил. Некоторые считали, что Йегеру-младшему просто везло, и мальчишка не понимает, насколько страшно там, и как хорошо быть здесь. Кто-то говорил, что он такой же бунтарь, как и его брат с отцом, а из крепости выходит, чтобы строить со своими приспешниками план переворота. Мол, пацан желает довести семейное дело до конца. Познакомившись с Йегером поближе, Леви понял, что все это брехня да и только. Эрен был смелым, а не безрассудным, умным, а не везучим, идейным, но не фанатичным. Он учился на своих ошибках, оценивал всю сложность ситуации и выбирал оптимальный вариант решения проблемы. Единственные слова, что подтвердились из слухов, так это про то, что он ебанный суицидник. Леви не раз ловил задумчивый взгляд Эрена, направленный на столовый нож. И стоило наемнику заметить дрожь, он хватал пацана за руку и долго, весьма проникновенно смотрел ему в глаза. В конце концов, Эрен тяжело вздыхал, разрезал мясо и отдавал нож Леви, а наемник откладывал его куда подальше. Эрен часто запирался у себя в комнате. Леви это устраивало – пацан сидит или лежит на жопе ровно, никуда не рыпается и ничего не делает. А сам Леви в этот момент мог расслабиться за чашечкой чая, поиграть с Ханджи или Эрвином в шахматы или послушать рассказы разведчиков, которые он нашел довольно интересными. Такая идиллия длилась ровно три дня, пока Бертольд не сказал, что Эрен подозрительно тихий. Тогда-то Леви и узнал, что Йегер-младший не рассудительный, а шебутной, что в крепости он никогда не сидел на одном месте, а друзья по вечерам всегда собирались вместе, что-то обсуждали, играли или бесились. Леви не стал спрашивать, почему друзья не поговорили со своим командиром. Ответ был более, чем очевиден – Эрен не хотел разговаривать. Лишь один раз он подпустил к себе Армина, который перед сном в первый день зашел к нему. Спустя десять минут Леви, что взял себе в привычку никогда не закрывать свою комнату, услышал, как парень выходил из своей комнаты и тяжело, даже надрывно вздохнул. – Ну почему ты такой упрямый, – пробормотал Армин, но Леви прекрасно его услышал. После парень скрылся у себя. Наемник прекрасно понимал, что свое задание они не выполнят, если Эрен будет хандрить двадцать четыре на семь. А потому сразу же после того, как разведчики поведали, что их капитан не всегда был закрытым, решительно прошел в его комнату, снова вышвырнул пацана с кровати и отправил на спарринг с собой. Как это психологи называют? Сублимация? Вот пусть Йегер сублимирует все, что чувствует, через схватку с Леви. Наемник был сильным, ловким и выносливым, а потому легко мог выдержать весь напор чувств Эрена, которые он мог выразить в бою. На следующий день к ним присоединились и другие разведчики, даже парочка наемников присоединилась. По какому-то негласному правилу никто не претендовал на право сразиться с Леви. То ли остальные разведчики понимали, что не выдержат мощь его ударов, а усиленной регенерацией обладает лишь один из них, то ли не желали лишать своего капитана желанного оппонента. Но кое-кто все же решился, и Леви был знатно удивлен. Конечно, о том, что он удивился, знал лишь сам наемник, но факта это не меняет. Эрен удалился, чтобы смочить горло после очередного поражения. Леви ерошил волосы в ожидании, как его сзади кто-то взял в захват. Наемник резко согнулся, перекидывая через себя нападавшего. Однако противник не ослабил хватку, и Леви повалился на землю под его весом. Тогда наемник перевернулся на спину. Послышался хруст и сдавленный женский стон. В ухо прилетел удар, а в голове раздался блаженный звон. Леви вскочил, принял стойку. Напротив стояла Энни, скопировавшая его позу. Наемник вздернул бровь, и Энни кинулась вперед. Удары летели один за другим. Кровь кипела, адреналин и азарт подстегивали делать больше, бить сильнее, двигаться быстрее. Энни снова попыталась взять Леви в захват. Как жаль, но на повторную уловку он не купился. Резко увернулся, схватил за запястье, развернул и прижал к земле, давя коленом в поясницу. Выкарабкаться самостоятельно Энни уже не могла, как бы ни пыталась. Вскоре девушка дважды хлопнула по земле, признавая поражение, и Леви милосердно отпустил ее. Сам же Леви вынужден был признать – девчонка была пиздец как хороша в бою. Эрен только и делал, что падал и отлетал от его ударов. Энни мало того, что застала Леви врасплох, так еще и достойно сражалась. – Неплохо, – сказал Леви, протягивая руку отряхивающейся Энни. Девушка смерила Леви нечитаемым взглядом, но на рукопожатие ответила. – Ты тоже, – с усмешкой сказала она и удалилась. К ней тут подлетели Бертольд и Армин, но Энни лишь отмахнулась от назойливой заботы. Армин, несмотря на недовольное шипение Леонхарт, все же проследовал за ней. Висок прожгло настойчивым взглядом. Леви расслабленно обернулся и встретился глазами с Эреном. Челюсти плотно сжаты, глаза метают молнии, а руки напряженно сжимали кулаки. Про себя Леви усмехнулся. В игру «кто кого выбесит раньше» можно играть вдвоем, и Йегер вряд ли рассчитывал, что Леви не останется в долгу за инцидент с Армином. О, Леви мстить умеет, и месть его страшна. Когда Эрен в очередной раз за последний час спарринга оказался прижат к земле, он возмущенно зарычал. Йегер хлопнул два раза по земле, но Леви не спешил его отпускать. Наемник медленно наклонился и прошептал пацану прямо в ухо: – Отринь эмоции, они только мешают. – Легко сказать, трудно сделать, – прошипел Эрен, все же выползая из-под Леви. Взгляд все еще горел от злости, но Леви был рад даже этому. Главное, что Йегер не смотрел в пустоту внутрь себя. А какие эмоции испытывает при этом, уже не важно. – Не ревнуй, ты все равно мой, – усмехнулся Леви и встал в стойку снова. Только вот Эрен замер, а распаренное лицо медленно покрывалось красными пятнами. Блять. Леви только сейчас понял, что ляпнул сдуру. – Мой партнер по спаррингу. А ты что подумал, сопляк? Зеленые глаза прошила золотая молния. Леви невольно напрягся уже не от возбуждения, а от страха. Пацан сейчас серьезно решил стать титаном из-за ревности? Более того, потому что Леви подрался с кем-то другим? Но Эрен тяжело вздохнул, выставил руки и кивнул. Мол, нападай. Ему надо было всего лишь сообщить Эрвину о результатах исследований Ханджи. Гены Эрена изменились, стали похожи на ДНК элдийцев, пацан пока стабилен, но с каждым днем хандрил все больше, а Леви не знал, что с этим делать. Он оставил их всего на полчаса и надеялся, что этим остолопам хватит ума не беситься в его отсутствие. Молитвы Леви услышаны не были. Он уже жалел, что вынужден жить в одном блоке с Йегером, ведь где капитан разведки, там и вся разведка. Уже из коридора были слышны какие-то крики, но Леви лишь устало вздохнул. В первый день он бы вытащил клинки, которые постоянно таскал с собой, но на шестые сутки решил пощадить свою немолодую спину, а потому просто носил ножны с кинжалами. Десятка ножей вполне хватит, чтобы усмирить зарвавшегося титана, а крики были базовым состоянием разведчиков, которым осточертело сидеть взаперти в четырех стенах. Леви открыл дверь, тяжелым взглядом осматривая картину маслом. Жан повис на спине Конни, пацан пыхтел, но пытался поднять длинного Кирштейна. Бертольд предпринимал тщетные попытки стянуть Жана со спины краснющего и задыхающегося Спрингера, убеждая, что это плохая идея и Конни надорвется. Но Жан ни в какую не давался, говоря что-то про карточный долг. Райнер с каменным лицом тасовал карты, о чем-то тихо и спокойно болтая с Энни на диване. Саша активно воевала с микроволновкой, которая устроила вечно голодной девушке забастовку. Браус что-то прорычала про восстание машин, но никто из друзей не обратил на нее внимание. Тогда девушка с силой лупанула по технике. Микроволновка запищала, а после заискрила, и Саша с воплем понеслась в другой конец комнаты. Бертольд бросил Жана с Конни, выхватил огнетушитель с держателя и попытался потушить искрящуюся технику. Саша громко подбадривала его из-за шкафа с книгами и попутно ругала шайтан-машину. Единственными, кто мог остановить это безобразие, была тройка попугаев-неразлучников. Но сейчас Эрена нигде не было видно, Микаса сосредоточенно что-то читала на планшете, а Армин бегал взглядом сразу по трем голограммам и что-то записывал на собственном устройстве. Видимо, слова Ханджи не прошли мимо него, и Арлерт всерьез ударился в изучение Путей, пока Зое занималась исследованием тела титана. Леви слегка подвис, растерявшись. И что ему делать с этим балаганом? Из коридора, ведущим к комнатам, показался Эрен, и Леви завис еще больше. Майка не скрывала натренированные большие руки, свободные штаны без завязок, по ощущениям наемника, держались на честном слове, едва не сползая вниз при каждом шаге. Длинные мокрые волосы облепили по-мужски грубое, но красивое лицо, пока Эрен настойчиво вытирал их уже влажным полотенцем. Жар желания охватил внутренности и стянулся в болезненный клубок. Хотелось послать нахуй их миссию, наемников, разведчиков, весь мир. Если Эрен будет продолжать так держать руки, вытирая свои блядские волосы, так грозно смотреть на распоясавшихся друзей, так хмурить брови… Леви готов был прямо сейчас упасть перед ним на колени, чтобы брови заломились уже по другой, более приятной причине. Каким чудом наемник себя сдержал, Леви до конца не понимал. Но из наваждения его выдернул громкий и строгий гарк: – И что за хуйня тут происходит?! Жан, слез быстро с Конни, Бертольд, дай сюда этот ебанный огнетушитель. Микаса, какого хуя не проследила, я же оставил тебя за старшую! Разведчики рассосались по комнате, потупившись виноватыми котятами. Эрен быстро потушил так и не загоревшуюся микроволновку и выдернул шнур из розетки. – Взрослые лбы, а занять себя нормально не можете. Завтра перед тренировкой пробежите по двадцать кругов, раз энергию девать некуда. Жан, Саша и Конни – тридцать. Без возражений! Чтоб больше такой хуйней не маялись. И больше меня не бесите вопросами, с хера ли вас Леви детским садом называет. Сам скоро начну. Оу, это было неожиданно. Леви приподнял уголки губ в свойственной для него пародии на улыбку. Эрен, конечно, вряд ли его заметил, а потому говорил честно и искренне. В суматохе он в первую очередь обратил внимание на пожар и бесовщину, а не на замершего в дверях наемника. – Так бы сразу, капитан. Эрен быстро повернул голову. Зелень диких лесов встретилась с пасмурным небом. Леви с нескрываемым удовольствием наблюдал, как краснеет Эрен, а после пошел к комнатам и махнул рукой за собой. Эрен послушно проследовал за ним, не обращая внимания на тихие перешептывания друзей. – Прости их, им просто скучно, – заговорил Эрен первым, прислонившись к косяку выдвижной двери. Леви тем временем методично расстегивал ремни УПМ. С каждым днем, проведенным вместе с Эреном, наемник видел все меньше смысла в ежеминутном ношении данного устройства. – Мы никогда настолько долго не сидели взаперти. Я имею в виду, с тех пор, как нам разрешили вылазки. Максимум три дня, и мы снова идем искать на жопу приключения. – Как раны ребят? – вдруг спросил Леви, и Эрен удивленно захлопал своими невозможными глазами. – А? А, Энни еще немного хромает, но на ней всегда все заживало, как на собаке. Ни разу мы не отменили миссию из-за ее повреждений. А у остальные почти в норме, даже Жан ноет меньше, чем обычно. Леви понимающе кивнул. Что там Ханджи говорила про бункер? Слишком тесный и мало простора для воображения? Почти все, что можно исследовать с помощью технологий, она уже изучила. Осталось только разобраться с Путями и координатой, но на это нужно гораздо больше времени, чем прошло сейчас. – Ханджи сказала, что хотела бы посмотреть на твою силу вне стен лаборатории, – вдруг сказал Леви, разворачиваясь к Эрену лицом. – Ей нужно больше места и свободы действий. С Эрвином я договорюсь, так что готовь отряд, капитан. Поведем твой детский сад на прогулку. Сначала Эрен не выражал никаких эмоций. Леви даже подумал, что случайно сломал его. Хотя когда и как он умудрился это сделать? Потом на лице расцвело неверие, граничащее с робкой надеждой – Эрена самого уже достало сидеть под куполом, в полной, мать его, безопасности. Ему радиацию и бешеных зверей подавай, привереда гуляющий. – Серьезно? – Армин когда-то упоминал, что ты хотел бы изучить Трост. Вот и изучишь. Эрен сразу же просветлел лицом и довольно, широко заулыбался. Черт, пацана стоило вывести наружу хотя бы ради этой улыбки, что пробуждала внутри Леви нечто теплое и… человеческое. Йегер дернулся в сторону Леви, но так ничего и не сделал. Остановил его холодный взгляд серых глаз? Или же парень вспомнил об их негласной договоренности? Но когда Эрен в смущении отвел взгляд, Леви разочарованно нахмурился. А не послать ли к чертям их договоренность? Но прежде, чем наемник предпринял что-то глупое, Эрен сказал: – Спасибо, Леви. И вышел, созывая отряд на срочное внеплановое собрание. Леви буквально упал на кровать и сжал волосы до боли, чтобы привести себя в чувства. Что ж, это была уже не только похоть. А значит, дальше будет лишь хуже, сложнее и отчаяннее. У кого из них первыми сдадут нервы?