Деревенская жена/Hometown Romance

Накануне вечером они крупно поссорились и в итоге разошлись по разным спальням. А уже к полудню следующего дня изысканная леди приказала прислать людей, чтобы упаковать все её вещи и перевезти обратно в родительский дом. Но она не ограничилась одеждой и личными мелочами. Она зашла так далеко, что велела загнать в грузовик буйволицу с телёнком — и, разумеется, не забыла прихватить Кхун Джо, а также своего обожаемого сыночка Ай Пао. Дело было не в том, что Клао не пыталась её остановить. Она сделала всё возможное. Но её прекрасная жена настаивала: все животные — это совместно нажитое имущество и, следовательно, принадлежат им обеим. Когда Клао попыталась вразумить её, Суджинтра язвительно заметила, что её супруга в последнее время так сбита с толку, что, пожалуй, и животные скоро решат, будто у них появилась новая хозяйка — с красивым личиком. — Что ты делаешь, Кхун Си? Ты ведь никогда толком не ухаживала за Пид-Пи и её телёнком. Забирать их вот так — не безопасно. — Ты говоришь так, будто я везу заразного больного. Пид-Пи и Мыд-Мон — самые неприхотливые животные. Вода и трава — вот и весь уход. Кто знает, может, я даже буду заботиться о них лучше, чем ты. — Но все животные принадлежат мне. Они были у меня задолго до знакомства с тобой. Это не совместная собственность. Не сумев подобрать достойный ответ, изысканная леди просто проигнорировала слова жены. Она тут же распорядилась, чтобы водитель отвёз буйволицу с телёнком по адресу, который она подготовила заранее. А что до Кхун Джо — хай-со Си велела садовнику пригнать пикап, чтобы забрать и его. — Их нужно держать в подходящем месте. Твой дом не приспособлен ни для буйволов, ни для кур. И ты вообще спросила разрешения у своей семьи? — Это мой дом. Я могу делать там всё, что захочу. Клаокави поспешно загородила ей дорогу. — Значит, ты действительно никому ничего не сказала заранее? — А с какой стати? Я живу в этом доме с рождения. С этими словами изысканная леди подняла на руки своего любимого кота Ай Пао и усадила его в роскошный автомобиль. Пухлый кот, казалось, совершенно забыл о прежней хозяйке — он радостно следовал за хай-со Си, не выказывая ни капли сомнения или вины. Когда три машины одна за другой тронулись с места, Клао тяжело вздохнула. У неё так и не было возможности всё объяснить или рассказать жене, что произошло на самом деле. Но она знала: сейчас её всё равно не станут слушать. Ревность, помноженная на врождённое упрямство, лишь удвоила гнев её супруги. Поэтому единственное, что оставалось Клаокави, — позволить ей уйти. Дать время и пространство, чтобы остыть и выплеснуть эмоции так, как она сочтёт нужным. Несколько часов спустя 17:44 — Наверное, я слишком много работаю… или глаза перенапрягла. Мне показалось, что я вижу двух буйволов, пасущихся у нас на заднем дворе, — с недоумением сказала Ин-Орн, мать хай-со Си. Её вторая дочь резко повернулась к ней. — Ты тоже их видела, мама? — Не только я. Твой отец тоже. — Почему у нас во дворе буйволы? Откуда они вообще взялись? — Мне кажется, дело не только в буйволах. Посмотрите туда… Она указала на лужайку. Ин-Орн показала мужу и дочерям огромную, мускулистую курицу, что деловито клевала что-то в траве. Никто из них никогда прежде не видел настолько крупную курицу. — Почему наш дом вдруг превратился в скотный двор с буйволами и курами?! Что здесь вообще происходит?! Услышав голос матери с улицы, старшая дочь, которая дулась в гостиной, вышла к семье, только что вернувшейся с работы. — Вы уже все дома! Ну как вам мои питомцы? — с гордостью спросила хай-со Си. — П’Си, откуда ты вообще взяла этих животных?! — в ужасе спросила сестра. — Это совместно нажитое имущество. — Совместно нажитое? Ты только вышла замуж, а уже делишь активы? Я же говорила тебе — не будь такой избалованной. И то, что ты рассказывала нам вчера… больше похоже на преувеличение. Ты даже не отличаешь соседку от подруги своей жены. Ревность тебе не к лицу. А теперь немедленно верни этих животных моей невестке! — Нет. Я буду заботиться о них сама. — Я не думаю, что это хорошая идея, П’Си. Мы знаем о них куда меньше, чем П’Клао. — Я уже раньше их растила. — Си… Отец хотел было вмешаться, но старшая дочь не дала ему договорить: — Нет, нет и нет! Даже не начинайте говорить, чтобы я их вернула. Я их оставляю. Теперь это мои малыши! — Но трава в саду — декоративная, П’Си. — Не переживай. Я уже договорилась с поставщиком — специальную кормовую траву будут привозить каждые два дня. — Ты всерьёз собираешься сама за ними ухаживать? — Конечно. Я хочу сделать ей больно. Посмотрим, сможет ли она жить без жены и своих драгоценных малышей! Хмф! Пусть сколько угодно болтает с той своей соседкой! Все члены семьи лишь покачали головами, глядя на её упрямство. Никто не встал на сторону хай-со Си — более того, все трое сочувствовали скорее простой деревенской невестке, чем собственной драматичной дочери. На следующий день… Петух Джо ещё со вчерашнего дня выбрал себе цель. Стоило ему заметить приближающуюся жертву, как он захлопал крыльями и бросился в атаку на хозяйку дома, вынудив Ин-Орн спасаться бегством. В последний момент, прежде чем мощный петух успел до неё добраться, она решилась прыгнуть прямо в бассейн. Шум и крики разбудили владелицу этого роскошного особняка, которая приютила у себя сразу трёх разных животных. Полусонная, она поспешила вниз, чтобы понять, что происходит. — Твой петух загнал маму так, что ей пришлось прыгнуть в бассейн! — возмущённо сказала сестра элегантной молодой женщины. Си на мгновение застыла, затем подняла петуха на руки и произнесла: — Я не хочу, чтобы этот петух оставался в доме! — заявила Ин-Орн, выбираясь из бассейна. — А я хочу. Он будет жить здесь, со мной. — Хорошо… но пусть он больше ко мне не приближается. Если ты не сможешь справиться с этой агрессивной птицей, то острый нож и кастрюля с кипятком справятся. Хотя именно хай-со Си притащила эту проблему в дом, никто не осмеливался говорить с ней жёстко. Причина была проста — все боялись, что она в ответ устроит что-нибудь ещё хуже. Все трое ждали, что её жена появится и положит конец этому хаосу. Но прошло два дня, а невестка так и не пришла спасать свёкров и золовку. Позже… — Кхун Джо, ты слышал, что сказала моя мама? Она сказала, что превратит тебя в том-ям с курицей. Так что больше не делай того, что сделал сегодня. И что было странно — Джо слушал её с поразительной серьёзностью. — Том-ям, специи и острые ножи — это тебе не шутки. Я тебя предупреждаю: если мама и правда сделает из тебя том-ям, я выпью весь суп до последней капли. Ты слишком упрямый. Воспитанная молодая женщина держала петуха так, словно укачивала ребёнка. — С каждым днём ты становишься всё больше похож на меня. Даже Ай Пао, который всегда ко мне липнет, так и не перенял мои привычки в той же мере, что ты. Она гладила петуха по голове, пока тот медленно не уснул. — Когда ты строишь милую мордочку, ты правда очень милый. Я хочу, чтобы другие заботились о тебе так же, как я забочусь о тебе, Кхун Джо. Эти слова показались ей пугающе знакомыми — будто она уже слышала нечто подобное от своей жены. Эта мысль заставила её замолчать: фразы, которыми она когда-то поучала других, словно вернулись к ней самой. — Эх… я так по ней скучаю. Но из-за желания победить и потому, что обида всё ещё жгла сердце, как бы сильно она ни скучала по Клаокави, она решила терпеть и ждать, пока та сама придёт мириться первой. Десять минут спустя Картина меняется: хай-со Си вместе с Мыд-Мон собирает коровий навоз. Похоже, это место и правда не подходило для разведения скота — вот почему ей приходилось делать всё самой. Обычно заботу о буйволице и телёнке она поручала садовнику, но тот был вынужден уехать в деревню по личным делам. Так что Си пришлось взять всё на себя: убирать навоз, искать воду и траву, следить, чтобы животные не объедали декоративные цветы, которые она посадила. Она была так занята коровами, что уже несколько дней не появлялась на стройплощадке. — Мыд-Мон, ты опять наделала? Ну ты и мастер заставлять меня убирать за тобой, — проворчала она, хотя всё равно наклонилась и убрала навоз. — И когда ты уже придёшь мириться со мной? Клао не спешила идти за женой и возвращать её домой. Она хотела, чтобы та побыла одна и как следует всё обдумала. Возможно, ей это только казалось, но она надеялась, что её супруга чему-то научится и сделает выводы из всей этой ситуации. На следующий день… Хай-со Си попросила служанку помочь убрать коровий навоз и смыть куриный помёт, пока её не будет дома. Она не заставляла их делать это бесплатно — всем, кто соглашался ухаживать за её животными, она платила дополнительно. Честно говоря, ей куда больше хотелось остаться дома и играть с котом, но после нескольких дней отсутствия ей всё же пришлось поехать проверить стройплощадку. …И стоило ей туда приехать, как кое-кто тут же вывел её из себя. — Вы такая красивая и такая богатая. Вы прям в моём вкусе. Суджинтра попыталась успокоиться, но если собеседница продолжит флиртовать без остановки, она вполне может ответить ей парой колких фраз. — Вам стоит надеть защитную каску. Я помогу. Женщина-инженер позволяла себе слишком фамильярный тон с заказчицей, пусть и из лучших побуждений. — Не хотите надеть? Суджинтра вырвала каску из рук подрядчицы и с раздражением швырнула её в сторону. — Ну что, вы собираетесь продолжать работу или закончим на этом? — Не срывайте на мне своё плохое настроение, принесённое неизвестно откуда. — Это вы виноваты. Вы — причина. Мне приходится глотать злость, потому что я хочу поскорее закончить этот объект. Вы не настолько хороши собой, чтобы так зазнаваться. Не всем по вкусу собачье мясо. Слова Си резанули, как нож. — Ещё раз попробуете со мной заигрывать — пожалеете. Хай-со Си прекрасно знала, что и сама обладает довольно резким характером, поэтому особенно не любила людей, похожих на неё. Когда кто-то вёл себя чересчур дерзко — тем более будучи всего лишь подрядчиком, — ей казалось, что границы были грубо нарушены. Подыгрывать она не собиралась. Пусть у неё и было немало недостатков, достоинства у неё тоже имелись. Си не была из тех, кто флиртует направо и налево. В последние дни единственное, что она разбрасывала, — это удобрения… Пять минут спустя [Ты можешь вернуться  домой?] Клао хотелось понять, в каком настроении сейчас её жена, поэтому она позвонила. — Хмф! Я по тебе совсем не скучаю. Услышав язвительный тон, женщина на том конце линии поняла: её жена начала остывать. [А я по тебе скучаю.] — Хмф! Мне вообще всё равно. Хай-со Си солгала — хотя на самом деле уже успела тысячу раз пожаловаться самой себе, как сильно она скучает по жене. [Ты можешь уже вернуться домой? Я умру, я больше не выдержу этой тоски.] Зная слабое место своей супруги, Клао продолжала дразнить её. [Без тебя… я совсем не могу быть счастливой.] На другом конце провода уже не переставали улыбаться. [Моя дорогая жена… пожалуйста, возвращайся домой.] — Со мной всё в полном порядке. Ты чтоли правда собираешься умереть? — Суджинтра сделала вид, что держится стойко. [Да… я вот-вот умру.] Си хотелось выиграть у Клао, но выбора не оставалось — ей пришлось сдаться первой. Это было допустимо. Она уступила — просто чтобы сделать свою жену счастливой. А когда они помирятся, она потом найдёт способ мягко и спокойно снова всё ей объяснить.