Картонное небо

Дверь хлопнула за спиной. Я медленно спускался по лестнице, размышляя о том, что услышал. Смерть дипломата повлечет за собой большие последствия, это было очевидно. Но сейчас об этом волноваться стоило в последнюю очередь. Я присел на ступень и задумался. Мимо пролетела молодая послушница, на бегу набирая сообщение в своей ГП. Я резко повернулся. Откуда у послушницы ГП? Это было дорогостоящее оборудование, которое выдавали только после прохождения всех экзаменов. Я думал ее окликнуть, но к тому времени она уже скрылась наверху. Я пожал плечами. Было чем заняться и так. Основной проблемой было то, что убийца не был мне понятен. Ритуальные убийства не были моей специализацией, с таким в принципе в наше время не часто сталкиваешься. Хотя уверенности в том, что оно было таковым у меня не было. По сути, такой вывод был сделан из-за позы и чрезмерной жестокости. Раскинутые в стороны руки и ноги, вскрытые вены от ладони и до локтевой ямы, перерезанное горло — все это действительно было странным и походило на деятельность какого-то жестокого культа, однако вполне могло статься, что всё это было лишь пылью в глаза. Маскировкой реальных следов убийства, попыткой пустить по ложному следу. А если так, то мы можем иметь дело с психопатом. В таком случае, убийца действовал не в состоянии аффекта. Если это психопат… все будет гораздо сложнее.       — Блять… Тянуть больше некуда. В МОРГ. Нужно осмотреть тело. Я быстро напечатал сообщение Сержо, о том, чтоб ждал меня на выходе. Ответ не заставил себя долго ждать.       — Хорошо, мам! Придурок.

***

Пахло сыростью, гарью и железом. Балки потолка потемнели от времени, а вбитые в них крюки поблескивали. Их использовали часто и потому покрыться ржавчиной у них не было времени. Цепи тихо покачивались, отвечая на каждое дергание свинки. Он был подвешен за запястья, уже почти не сопротивлялся. Тело еще дергалось. Голос давно сорвался, и теперь из пересохшего горла вырывался лишь сиплый звук. Ладонь осторожно, почти с нежностью, поглаживала грудь жертвы, чувствуя, как быстро и беспорядочно бьется сердце. Глубокий вдох. Не осталось ничего, никакой воли, никакой злости, лишь чистейший страх. Лезвие вошло в кожу вдоль уже сделанных разрезов. Не спеша. Важно было не торопиться. Не как тогда. Опыт. Боль должна идти постепенно, сознание должно её осознать. Осторожно, бережно, освободить то, что скрывалось под кожей. Свинка судорожно выгнулась, цепи резко звякнули. Глаза распахнулись, последовало хриплое мычание. Люди всегда думают, что не смогут вынести такую боль. И всё равно держатся. Пока меньше, чем следовало. Тёплые алые капли стекали на пол, смешиваясь с грязью и исчезая в щелях между досками. Шаг назад. Всё должно выглядеть правильно. Подарок должен быть идеален. Подношение. Щека к щеке. Чувство влаги. Пот вперемешку со слезами. Почти хочется облизать. Пальцы чуть сильнее сжали подбородок жертвы, заставляя безжизненную голову повернуться под странным углом. Он поймет. Он будет в восторге. Тело обмякло, и цепи тихо звякнули в полумраке.

***

Чтоб не замерзнуть в холодильной комнате, куртки мы решили не снимать. Транспортировку тела уже провели, потому хуже бы мы не сделали. Температура внутри была в районе двух градусов по Цельсию. Она позволяла сохранить более-менее первозданный вид тела, при этом оставляя возможность каких либо с ним взаимодействий. Убийства здесь не были частым явлением, это правда, потому и МОРГ был небольшим. По сути он представлял из себя один холодильник, величиной с небольшую комнату, в стены были вмонтированы металлические ящики для тел. Ранее эти ящики сами являлись холодильниками, но как уже было сказано, убийства здесь были не частыми, а потому надобности в такой растрате энергии обычно не было. Они были переоборудованы, а холодильником стала сама комната. Это было удобнее, чем пытаться переизобрести велосипед, придумав как ввести возможность включать каждую камеру по-отдельности. Гарри стоял у выхода и насвистывал какую-то мелодию. Заняться тут было особо нечем, потому он повеселел, когда увидел нас.       — Так и чо, убийство значит все же? Охренеть, пацаны! Я своей расскажу, она ж в обморок грохнется! Я старался не показывать, что его излишняя радость меня раздражает. Гарри был… своеобразным парнем. Он не был талантлив ни в чем. Напротив, все, за что бы он ни брался, обычно кончалось неудачей. Задержался он тут лишь из-за его отца, Каспар был профессионалом. Всем было очевидно, уйдет он — сынка тоже попрут. Потому и занимал Гарри место, на котором накосячить было проблематично. По сути, все, что от него требовалось — сторожить МОРГ и выдавать пропуска. Он не был фанатично верующим, сложно сказать верил ли он вообще.       — В какой ячейке тело, Гарри? Не тяни время.       — Да-да. C-11, это если по правой стене и… Я кивнул и пошёл вдоль рядов. Тело транспортировали отвратительно: было заметно несколько повреждений, появившихся уже после смерти. Теоретически их мог нанести убийца, но они выглядели значительно свежее, что наводило на определённые выводы. Состояние тела ниже среднего: видны первичные признаки разложения, а также явные нарушения стандартов транспортировки. Сержо открыл ГП и всё записывал. Я обогнул стол, остановившись слева. Начнём сверху.       — Резаные раны в области лица, нанесены чем-то острым. Возможно, нож. Сержо зафиксировал это в ГП. Я продолжил осмотр.       — Во рту видны несколько язв. Пока сложно сказать, являются ли они прямым следствием действий убийцы, — вставив фиксатор, я продолжил, — нёбный язычок отсутствует. Видны следы недавней ампутации. На зубах имеется несколько сколов. Я вытащил фиксатор. Стоило осмотреть эту область более подробно, но это уже не моя задача.       — Язвы во рту… Может химикаты или подобное что? Всё тело было изрезано символами. Я уже видел это раньше, но легче не становилось. Разные формы, разный размер. Они лезли друг на друга, перекрывались, местами уходили глубже, чем остальные раны. Я наклонился ближе. Края чистые. Линии уверенные. Убийца не спешил. Сержо подошёл ближе, всматриваясь.       — Что это за хуйня такая? Ты знаешь что они значат? Я не ответил сразу. Один из символов выделялся — прямоугольник с маленьким ромбом сверху. Я наклонился ближе.       — На что это похоже… я не понимаю.       — Без понятия, — Сержо скривился и отступил. — Наш маньяк, похоже, решил поучить геометрию. Он выглядел так, будто ещё немного — и его вывернет. Я перевел взгляд ниже и только сейчас заметил еще кое-что. Вокруг символов не было крови. Вообще. Я провёл взглядом по разрезам. Вены вскрыты не только на руках. Кровь спустили заранее.       — Ребята с Салатея наверняка в шоке. Эй, Гарри. Парень моментально прибежал. Выражение лица у него выражало надежду.       — Кто видел это тело? Сюда кроме нас приходили? Он почесал за ухом.       — Эээ… ну, не считая пап… в смысле Каспара и его группы… вроде как нет.       — Хорошо. Я на секунду задержал взгляд на теле. Пусть не видели. Так проще.       — Хорошо, можешь идти.       — А чо парни… это важный кто-то? Я такого не видел, новенький?       — Пиздуй отсюда. Он поник и быстро ушёл. Кроме прямоугольника на теле выделялись и другие символы. Самыми яркими из них были спираль и глаз.       — Они точно как-то связаны друг с другом, — сказал Сержо. Я кивнул. Об этом я и сам догадался. Провёл рукой в перчатке над кожей, не касаясь. Местами ткани выглядели слишком сохранно. И это не стыковалось с трупными пятнами.       — Время смерти уточним позже. Но это не свежий случай. Сержо кивнул, не отрываясь от записей. Я убрал руку.       — Мазок из ротовой полости. На анализ, на континент. Срочно. Пусть вытянут всё, что смогут. Гарри не было слышно. Я выпрямился. На сегодня хватит. Сержо прекратил запись. Я ещё раз посмотрел на символы. Ни малейшего понятия, что они означают. Нужно было доложить обо всем Отцу.       — Обратно в холодильник. Я кивнул в сторону тела.

***

      — Тем, кто занимался транспортировкой, выражу недовольство, — это я услышал. Что же касается символов… Отец поднялся и подошёл к шкафу. Достал книгу, открыл сразу на нужной странице. На ней был тот же символ. Свеча.       — Ритуальный знак культа Наблюдателей, — сказал он. — Древняя группа. Сейчас о них известно мало. Орден постарался убрать основную часть информации. Он пролистнул страницу.       — Я заметил этот символ до тебя, и провел небольшое исследование. По сохранившимся данным, они могли конкурировать со Слугами Мцдахлвна. Ритуалы отличались крайней жестокостью. Он остановился.       — Символ использовался в обрядах и как знак принадлежности. Я посмотрел на страницу. -      И это было на теле жертвы?       — Да. Книга закрылась. Отец вернулся в кресло. -       Информации мало. Орден её не отдаст, даже если они сохранилась. Он посмотрел на меня.       — Придётся работать с тем, что есть.       — Моровые Мурены. Признаться, эта мысль пришла мне сразу же.       — Мне бы не хотелось с ними связываться.       — Понимаю, никому не хочется. Но других вариантов нет. Делай, что должен, Теон. Больше некому. Я кивнул и направился к выходу.       — Ты не получишь информацию просто так. Не продай себя дешево.