адвокотенок

Что ж, они уже сходили на свидание, позанимались оральным сексом, пообжимались на разных локациях. Пора перейти и к следующему этапу, на котором Сонхун сам настоял и даже заверил, что он к этому готов на все сто процентов. Настолько ему не терпелось уже попробовать что-то новое. Поэтому и решили следующий этап провести на изученной нейтральной территории. У Чонвона дома слишком большой кавардак, что даже клининговая служба не сможет победить. Да и какой толк тащить к себе в квартиру, где точно нельзя будет играть в приставку жирными руками. Для осуществления желаемого пришлось закупиться алкоголем. Не сильно крепким, но качественным. А ещё в голове звенел восторженный писк Сону, когда все предположения об интрижке с разведенным бывшим клиентом подтвердились. Он даже настаивал на новом интиме больше, чем сам Сонхун, который бы и принял любой ответ. Будь то отказ или предложение попробовать что-то новое без прямого проникновения. Почему окружающим так важна чужая интимная жизнь? Сонхун стоял на пороге в растянутой серой рубашке, которая стала такой темной только после бесконечных стирок с черным бельем. Он выглядел немного уставшим, но в глазах промелькнула надежда и нежность, из-за которой у Чонвона что-то приятно обжигало нежные ткани. — Будешь ноги мыть? — Сонхун забрал из рук гостя пакет с выпивкой и включил свет в ванной. — Да. Только ознакомься сначала с этим, — из кармана джинс Чонвон достал сложенный несколько раз лист бумаги. — Что это? — Сонхун с энтузиазмом разворачивал загадочное «письмо». — Подтверждение, что у меня нет никаких венерических болезней. С твоей-то историей я успел ознакомиться, а теперь хочу заверить тебя, что я чист, — Чонвон потопал к ванной. — Но для… Ты хочешь секс без презерватива? — Сонхун хотел быть громче шума плещущей воды. — Не настаиваю, — Чонвон удовлетворенно потирал свои уставшие стопы. — Мне не принципиально. — Женщинам ты тоже такое показывал? — Сонхун бегло всмотрелся в сухой медицинский текст с отрицательными результатами. — Щеночек, не задавай глупые вопросы. Я универсал, но я не говорил, что меня привлекают женщины, — Чонвон встал перед выходом в ожидании. — Пошли. В этот раз на телевизоре крутилась какая-то дорама. Ох, какая встреча! Ли Бенхон-сонбэнним, вы тоже тут? Секс ведь не начинают просто так. Нужно хоть немного подготовиться, поэтому Чонвон достал запечатанную бутылку из пакета и протянул Сонхуну. Себе же взял какую-то покрепче. Хорошо хоть на столе лежала колбасная нарезка. Нужно будет как-нибудь попробовать интим на трезвую голову. Чтобы память не отшибло. А то останутся только ощущения вместо воспоминаний. Чонвон закусывал выпивку колбаской, слишком сконцентрировавшись на дораме. Даже моментами закрывал глаза от отвращения, когда преступник совершал что-то плохое. Ох, Ли Бенхон-сонбэнним, что за игра? Что за напряжение? Чонвон залез ногами на диван полностью, принимая лежачее положение. В процессе даже не заметил, как расположил ноги на пахе Сонхуна. Только спустя одно неловкое движение он услышал сдержанный стон. — Ой, блять, — Чонвон сразу же подтянул колени к себе, стараясь не пропустить ни одной детали на экране. — Прости. По привычке. — Слушай… Я не то, чтобы фанат унижений… Но это было приятно. — Что ж… Кому ты вообще врешь? Если бы тебе не нравились унижения, ты бы не пытался со мной выйти на связь после той пощечины. Так ты же не сдался. Теперь Сонхуна ждал массаж ступнями по паху под довольные стоны удовольствия. Чонвон все еще не мог оторваться от действия на экране, но при этом старался не сильно давить ногами на чувствительное место. Он резко дёрнул ступнями, когда на экране резко выстрелили. Но не мог не почувствовать, какой влажной стала ткань после его массажа. А это даже льстит. — Ладно, досмотри фильм. Я вернусь к тебе попозже, — Сонхун видел уже это кино, которое ему после первого просмотра сразу же понравилось. Так что весь сюжет он знал. — Окей. Чонвон так и не допил до конца бутылку, но от чувства тепла, разлившегося по всему телу, ему уже стало крайне хорошо. Так бы и уснул тут в обнимку с подушкой в одной руке и бытулкой в другой до ночи, если бы не нужда в чем-то больше. Например, просто полежать в обнимку на диване и дальше смотреть фильмы. Так не хватает обычной человеческой нежности. Кажется, это мнение было только у него. Чонвон аж присвистнул, когда из спальни вернулся Сонхун. Только на голове его были специальные заколки-ушки, которые придавали ему щенячий вид. Пока у одного кровь прихлынула к щекам, у другого отлила в пах. Чонвону стало некомфортно сидеть со своей «шпагой» не виду, что он стыдливо прикрыл свою промежность подушкой. Хотя какое уж тут смущение? Сонхун подошел к нему совсем близко и склонился над самым ухом, опаляя раковину своим горячим дыханием. — У меня еще есть ошейник и поводок. Хочешь посадить меня на цепь? — Чонвон громко выдохнул, откидывая в сторону подушку. — Иди к блядском зеркалу, разденься и достань свои аксессуары. Я к тебе приду. Сонхун оставил мягкий поцелуй губами на щеке, а дверь в спальню прикрыл за собой. У Чонвона скоро шорты от напряжения треснут, потому что все тело болезненно взрывалось от накатившего возбуждения. Сделав еще один глоток для храбрости он стер остатки капель тыльной стороной ладони. Не хотелось томить Сонхуна ожиданием. Да и сам уже горел от нетерпения. Да и кто вообще может устоять перед таким соблазном? Чонвон поспешил в спальню, где его уже терпеливо выжидал Сонхун, сжимая в руках длинный кожаный поводок. Даже показательно шлепнул себя по нежной коже, слегка сморщившись от боли. Хорошо, никаких БДСМ игрищ. — Сидеть, сука, — сухо скомандовал Чонвон. — Не в штанах. Разденься, блять. — Только без физической грубости, — тихо попросил Сонхун, стягивая с себя остатки одежды. Он покорно опустился на колени. Выглядел как самый послушный и невинный щеночек, который никогда в жизни не чувствовал жестокости. — Это уже как пойдет, — Чонвон слишком торопился снять с себя одежду, что у него даже отлетело несколько пуговиц на рубашке. Плевать. Наденет что-нибудь из вещей Сонхуна, а потом купит себе новую рубашку взамен. Если ему вообще это понадобится. Медленной походкой он обошел так, чтобы стоять за спиной у виновника возбуждения. — Смотри в зеркало, — потребовал Чонвон и опустился сзади на корточки. — Хочешь я тебя трахну прям так, чтобы ты видел, как у тебя по щекам текут слезы? — Бля-ять, — Сонхун дернулся, чувствуя прикосновения холодного кожаного поводка по коже. — Ты будешь пытать меня? — Я буду трахать тебя столько, сколько я захочу. У Чонвона дыхание сперло, когда он увидел в самой чувствительной части торчащий с помощью анальной пробки пушистый хвостик. Сонхун явно тщательно подготовился к их встрече. Нет, он же явно не самый терпеливый человек на свете. — Ты себя трогал? — Чонвон провел ремешком по набухшим соскам, очерчивая замысловатые узоры. — Ты трахал себя с мыслью обо мне? Сколько раз ты кончил с моим именем на губах? Где твоя любимая игрушка? — В комоде. В нижнем ящике, — нетерпеливо прошептал Сонхун, упираясь обеими руками в гладкий пол. — Код 7235. — Поиграем немного. Чонвон отпер нижний ящик, где обнаружил не только резиновый член, но и несколько тюбиков смазки. Даже приставку так бережно не хранит. На игрушку вылилось достаточное количество смазки для облегчения трения. — Подними свой зад, — скомандовал Чонвон, снова пристраиваясь сзади на коленях. — Смотри в зеркало, сучка недотраханная. Сонхун возбуждался от того, как над ним издеваются и насмехаются. Он послушно поднял взгляд вверх, где сразу же встретился с холодным взглядом с презрительным прищуром. С покрасневшей головки капнул предэякулят, который Чонвон сразу же подхватил ладонью и поднес к своему лицу. — Я же чувствую, как тебе нравятся мои слова, — с этими словами он вытащил анальную пробку и бросил в сторону. — Тебе лучше скулить, когда будешь умолять, чтобы я сам вошел в тебя. Сонхун тихо захныкал, когда резиновый член начал толкаться в него. Ко всему прочему Чонвон добавил еще один метод пытки — включил слабую вибрацию. После пары ленивых толчков он оставил игрушку внутри и стал играться своими пальцами с набухшими сосками. Чонвон оттягивал розовые бусинки и закручивал, чтобы услышать тихий скулеж со стороны сонхуна. — Выпрямись. Каждая команда была выполнена. Чонвон сел перед Сонхуном и прижался Губами к одному из сосков, играя с ним языком. — Тебе нравится твое отражение в зеркале? — лишь притворная забота. — Не молчи, щеночек. Хочу слышать все. — Очень нравится, — Сонхун не мог лгать. Тем более, что Чонвон перед ним выглядел не менее привлекательно, чем в отражении. Со спины так точно. — Ты будешь долго меня испытывать? — Щеночек, тут я распоряжаюсь. Так что не зли меня, — он снова взял поводок и встал на ноги. — Ты же хочешь кончить? Кончиком своей стопы он коснулся напряженного члена и стал по-издевательски водить по нему своими пальцами, что лишало Сонхуна всякой возможности дышать. Он, кажется, сошел с ума от этой стимуляции. — Кончишь, когда я разрешу, — небольшие пальцы стопы водили по всей длине, немного царапаясь ногтями. — А если слишком поторопишься… Пожалеешь. Чонвон снова встал сзади, но в этот раз уже выключил вибрацию. Сонхун наконец-то смог облегченно выдохнуть, хотя это было ненадолго. — Если будет больно — не заставляй себя терпеть. Понял меня? — Чонвон опустился сзади и потерся своим членом между раздвинутыми ягодицами. — Мой будет немного толще, но ты уже достаточно готов принять меня. — Я обязательно скажу, если мне будет неприятно, — прошептал Сонхун. — Главное расслабься. Я же вижу, как твое тело напряжено. Нам же должно быть хорошо обоим. Кожаный поводок сжал нежную кожу на запястьях, чтобы зафиксировать положение. Сонхун слышал гул собственного сердцебиения, когда в него вошла медленно сначала одна лишь головка. Чонвон схватил сзади за волосы и грубо сжал, чтобы не было возможности отвести взгляд в сторону. Тело пробила мелкая дрожь, когда на всю длину вошел член. Поцелуи, переходящие в слабые покусывания опустились на спину и плечи, чтобы каждый, кто посмеет увидеть Сонхуна без одежды, видел, что он уже кем-то занят. — Щеночек, не молчи, — Чонвон ослабил хватку и потрепал взъерошенные волосы. — Я хочу слышать тебя. — Пожалуйста, двигайся. Я хочу кончить. Ну, хоть одна просьба не осталась без выполнения. Первые пробные толчки были медленными и нежными, чтобы Сонхун мог привыкнуть к чувству заполненности настоящим членом. Ему казалось, что он чувствует каждую выпирающую венку. А каждая стенка его промежности была заполнена предэякулятом. Чонвон с довольным видом стоял сзади и смотрел прямо на покрасневшее лицо, с которого срывались стоны с каждым новым толчком. Уже через несколько минут плавных толчков темп вырос. Сонхун забыл как дышать. Грубые руки без остатков нежности сжимали его талию в крепкой хватке, чтобы не было и шанса вырваться. Чонвон оставил один болезненный укус на шее, который будет точно сходить дольше всех остальных. Сонхун начал двигать бедрами на встречу, стараясь почувствовать как можно больше. Даже в такой близости ему катастрофически не хватало Чонвона. Весь организм так и выл, чтобы парень залез ему под кожу и активно там хозяйствовал. Волна оргазма накрыла внезапно, когда головка члена уперлась в самое чувствительно место. Сонхун вскрикнул от волны удовольствия, падая грудью на пол. Чонвон бережно погладил его по рельефной спине, слегка царапая ногтями вспотевшую кожу. Но ведь он сам еще не кончил, так что конца еще не было. — Я же знаю, что у тебя снова быстро встает после оргазма, — Чонвон с легкостью притянул его к себе обратно, но в этот раз повел его прямо к зеркалу. — Чтобы ты точно не мог отвести взгляд. Горячая кожа ударилась о холодную гладь зеркала, которое запоминало каждое следующее действие. Видело, как сонхунов член снова налился кровью от стимуляции ладонью Чонвона. Видело, как парня буквально вжали лицом в собственное отражение. Появилось нетерпимое трение члена о поверхность стекла, но тот был слишком беспощаден. Каждый раз его головка члена скользила прямо по простате, чтобы Сонхун под его силой желал скулить все громче и громче. Голос скоро охрипнет от этого сладостного звука, но наслаждение не могло отступить. Чонвон освободил ладони от ремешка, позволяя упереться руками в зеркало. Сонхун жалобно стонал, чувствуя шлепки кожи о кожу, сгорая от жара и от стыда. Так стыдно, но так хорошо, что аж хочется залезть на потолок. — Кончи для меня, — прошептал Чонвон, снова сжимая грудную клетку. — У тебя такие милые сосочки. Такие сладенькие. Как и весь ты. — Я… Я… — Сонхун не мог здраво сформулировать мысли, снова обрываясь лишь на начале предложения. — Щеночек, ты такая хорошая сучка. Ты же примешь всю мою сперму? Чонвон прижал к себе ослабленное тело, изливая всю свою сперму. Сонхун даже сопротивляться не стал. Только сквозь размыленную картину перед глазами смотрел, как белесая жидкость опускается на стеклянную поверхность. — Вот так… Хороший мальчик, — прошептал Чонвон, доставая свой член. По бедру Сонхуна потекла белая полоска, но он сам не хотел останавливаться. — Подожди… Ты чего? — Моя очередь, — во взбудораженном состоянии он направился к растерявшемуся парню, пока тот пятился к постели. Пока в конечном итоге тело не плюхнулось на кровать, оказываясь в самом беспомощном состоянии. — Подожди… Чего? — Чонвон выставил вперед себя ладони, оказывая активное сопротивление. — Что ты делаешь? — Мы же еще не закончили, — Сонхун раздвинул ослабшие колени в стороны, чтобы было удобно прижаться сверху. — Не смей, — Чонвон вложил все свои силы в пощечину. Громкий звон разрезал одним точным ударом повисшую тишину. Воспользовавшись коротким замешательством он вскочил с постели и направился обратно в гостиную за своими вещами. Руки дрожали не от ярости. От человеческого страха. Даже если Чонвон окажет физическое сопротивление, он все равно уступает Сонхуну в некоторых физиологических показателях. Всё, игры закончились. В чем проблема понять, что к такому Чонвон еще не готов? Ну, вот просто не хочет сейчас секс с проникновением в себя. Он же не просто так выкатил эти условия для их интима. Сонхун хотел чтобы его трахнули? Сонхун это получил. Почему нельзя просто выполнить одно маленькое желание Чонвона? Но и из спальни за ним не последовал. Это даже к лучшему. Только вот что делать? Чонвон сейчас не сможет никуда уехать будучи в алкогольном опьянении. Да и руки подрагивают от паники. Да и какой смысл сейчас придумывать оправдания его поведению? Преисполнился? В себя поверил? Больше всего на это похоже. Дверь в спальню открылась и оттуда высунулся одетый в пижаму Сонхун, без заколок на голове. Лицо не выражало никаких эмоций по разным причинам. Он просто последовал к ванной, откуда вскоре донесся шум воды. Оба не имеют представления, что еще можно сказать в подобной ситуации. Чонвон хотел извиниться только за пощечину в целях самообороны, но при это не считал таковое чем-то плохим. Всё-таки он ещё не готов ни в одном смысле к тому, чтобы его телом овладели. Чонвон обнял всем телом подушку и уставился в погасший экран телевизора. Ну хоть перекусить можно. Пить больше не будет. Хватит с него увеселяющего эффекта, когда грустно. Пока он лежал он даже не заметил, как из ванной вернулся Сонхун в чистой одежде и тихо подошёл сзади. Он не решился на то, чтобы коснуться плеча Чонвона, поэтому просто осторожно сел на другой конец дивана. — Прости, — низкий голос вывел из колеи. — Я… Я просто заигрался. И повел себя по-плохому. — Прости, что влепил тебе пощечину, — Чонвон произнес слова машинально, хоть и знал, что должен был тоже принести свои извинения. — Да. Отбиваешься ты с каждым разом все сильнее, — Сонхун горько усмехнулся и откинулся на спинку дивана, потирая горящую кожу на лице. — Скоро и откинешь меня. Блять, что за паршивое чувство? Почему даже сейчас Чонвон не может сильно злиться? Потому что влюбился как последний идиот. Только каждая его извилина кричит о том, чтобы мыслить рационально и не допускать впредь таких глупостей. — Давай просто в следующий раз обговорим, что допустимо, а что нет, — Чонвон успокаивал себя тем, что гладил мягкую подушку под рукой. — Чтобы не было больше таких конфузов. — А ты приедешь ко мне снова? — Сонхун спрашивал без иронии. Только с нотками скептицизма. — Ты мыслишь и ведешь себя рационально, так почему я сейчас должен тешить свое эго ложной надеждой о… о тебе. — Ты в чем-то прав, — подметил Чонвон и взял в руки уже пульт от телевизора, который крутил в пальцах. — Но я же сам это предложил. Сонхун поставил локти на свои колени и замотал головой, будто он уже всё бесповоротно испортил одним поспешным поступком, который должен был оставить при себе. Чонвон не хотел давить морально, поэтому выбрал просто промолчать, поправляя на себе наспех натянутую одежду. Он действительно не может здраво мыслить из-за того, что каждый сантиметр в этой квартире вдоль и поперек наводит к мыслям только о Сонхуне. Настоящий виноватый щеночек, которому поперек горла встало это чувство вины. Кто знает, что может с ним сделать одиночество в четырех стенах? Разум вопил о том, что нужно бежать отсюда хоть в одних трусах и носах, а сердце трепетно щебетало о том, что в парнем остались трезвые остатки, которые не позволили совершить глупость. Спустя пару минут тишины Чонвон сел ближе к Сонхуну и оперся щекой о его плечо. Возможно, утром он и захочет сбежать отсюда на всех скоростях и забыть об одном несчастном акте. Но именно в этот момент хотелось прижаться к нему и просто посидеть рядом. — Если бы ты был пьян сильнее, ты бы смог совершить что-то плохое? — вопрос грыз душу Чонвона. — Я на утро-то не помню, что я делал в пьяном виде, а ты говоришь о том, что я мог бы сделать… — Сонхун не сдержал доброго смешка. — Я бы с себя трусы снять не смог, не то что с кого-то другого. — Но я же был рядом с тобой голый. В самом уязвимом положении, — Чонвон обхватил обеими руками крепкое плечо. — И что? Послушай, я вообще не самый… Способный в пьяном виде, — Сонхун поймал удивленный взгляд на себе. — Ну в пьяном как в ту ночь. Я мог наобещать хоть десять золотых гор, но я бы просто отключился. — Да, отключаться ты любишь, — Чонвон вскинул бровями. — Погоди… Ты что-то вспомнил про ту ночь?! — О том, как я тебя во всех углах своей квартиры поимел, но ничего не помню? Раскусить ложь было не так сложно. Осознание пришло ровно в тот момент, когда Чонвон четко дал понять, что нужно время для занятия сексом. Странно было бы в случайную ночь сразу же прыгать в объятия похоти, а потом давать заднюю. Да и не выглядела квартира так, чтобы в ней происходили такие бурные события. Хоть убейте, но Сонхун ни за что не поверил бы в реальность такого. — Ты легко спалился на своей лжи, адвокотик, — пока что нужно придержать руки при себе. — Так что в следующий раз придумай что-то поинтереснее. — А он будет? — Чонвон воспользовался тем же вопросом. — Если ты захочешь. Я не настаиваю, — Сонхун пожал плечами и поджал губы. — Только вот… Я заметил, что твое отношение ко мне поменялось. Я даже не знаю, идёт ли оно тебе на пользу или во вред. Я бы совершенно не хотел негативного исхода для тебя. Кто ж знал, что влюбляться окажется чем-то настолько серьезным для Чонвона.