"The Awakening" Пробуждение

      Майк не мог больше сидеть и ждать. В понедельник с утра он отправился в главный корпус факультета искусств. Ему потребовалось всего полчаса, чтобы раздобыть расписание, но вычислить нужную группу оказалось сложнее.       Он метался по этажам, заглядывая в каждую аудиторию и мастерскую. Майк ловил на себе недовольные взгляды профессоров и студентов, чьи занятия бесцеремонно прерывал, но чужое раздражение его не задевало. Куда страшнее было то, что за каждой открытой дверью его ждало разочарование. Со Хёна нигде не было.       Его сосед был патологически дисциплинированным, никогда не пропускал занятия и не опаздывал. Майк знал чужие привычки и осознание того, что Со не пришел на учебу, ударило в голову резче любого похмелья. Неужели те слова, брошенные в запале, заставили его так просто отказаться от своих правил и повседневной жизни?       Ближе к полудню он вернулся в общежитие, всё ещё надеясь увидеть знакомую фигуру в коридоре. Но в комнате ничего не изменилось. То, что все вещи оставались на своих местах, теперь пугало: он не просто уехал, он сбежал.       «Он теперь боится меня? Или ему слишком больно даже видеть меня?» — от этих мыслей его снова мутило. В хаосе собственных чувств он так и не разобрался, но знал одно: он не хотел, чтобы Со Хён страдал из-за него.       Майк сделал глубокий вдох и медленно обвел комнату взглядом. Рисунок, подаренный на день рождения, аккуратные стопки книг, подрамники, плотно прижатые друг к другу на подоконнике. Он цеплялся за эти детали, пытаясь понять, что из этого может дать ему хоть какой-то ответ.       Когда он подошел к столу соседа, его не покидало чувство, будто он совершает святотатство. Каждый шорох бумаги казался предательством, но Майк всё равно начал перебирать вещи, отчаянно надеясь найти записку или хоть что-то. Скетчбуки. Блокноты с лекциями. Учебники по истории искусств. Пусто. Ничего.       Но вдруг взгляд зацепился за узкую полоску голубого картона, зажатую между книг. Майк вытянул её. В руках оказалась сложенная упаковочная коробка. Он долго крутил её, вглядываясь в помятые края, пока в памяти не отозвалось название.       Саусалито. Майк вспомнил, как Со Хён мельком упоминал это место, кажется, там жили его родственники или кто-то из близких. Это была единственная ниточка.       Он тут же открыл карту в телефоне, лихорадочно листая маршруты. Пальцы не попадали по кнопкам. Ближайший паром отходил через сорок минут. Майк сорвался с места, едва не забыв запереть дверь. На бегу он проверял расписание, прикидывая, сколько времени займет путь, и эта внезапная цель на мгновение заглушила тошноту в желудке.       Спустя час он уже стоял на палубе, смотря на удаляющийся берег Сан-Франциско, вцепившись в поручни. У него не было ни точного адреса, ни плана — только название города и глухое, бьющее в виски осознание: я должен найти его. Должен извиниться. Сделать всё, лишь бы он вернулся обратно и всё стало как прежде.       Ветер над заливом был злее, бил в лицо, заставляя глаза слезиться, но именно это сейчас и было нужно. Отрезвляющее чувство холода. «Я найду тебя. Я просто извинюсь. Скажу, что я идиот, что отец всё еще сидит у меня в голове, и я просто испугался». Майк представлял, как увидит Со Хёна на террасе небольшого дома у самой воды, как тот, возможно, сначала не захочет его слушать, но потом сдастся. Он верил, что сможет всё починить.       Когда паром пришвартовался, Саусалито встретил его размеренным темпом и свежим воздухом. Без привычного шума мегаполиса, всё вокруг казалось слишком умиротворенным по сравнению с хаосом, который Майк привез в себе.       Он пошел вдоль набережной. Городок, зажатый между бухтой и крутыми склонами, ощущался тесным. Хватило бы пятнадцати минут, чтобы пройти береговую линию до конца, мимо лодочных станций и сувенирных лавок, которые мелькали перед глазами. Майк внимательно вглядывался в пёстрые фасады и с каждым шагом внутри крепла уверенность: он почти у цели.       Ноги сами остановились у одного из зданий. Он быстро пролистал переписку в телефоне, пока не наткнулся на фото. Майк поднял взгляд, сравнивая экран с реальностью. Кадр, сделанный почти с той же точки, где он стоял сейчас. Только не размытый, а предельно ясный. Нашел.       Он медленно обошел дом, заставляя себя выровнять дыхание. Сердце колотилось о ребра, мешая сосредоточиться. Пытаясь окончательно убедиться в своей правоте, он еще раз сверил детали и только после этого решился толкнуть дверь. Раздался негромкий звон колокольчика. Из глубины помещения, из-за прилавка, послышалось короткое: «Минутку!».       Майк осматривался, как из под кассы появились такая родная копна розовых волос. Сердце пропустило удар, а затем забилось с утроенной силой. Он едва не бросился вперед. Парень за стойкой обернулся. На нем была простая футболка, те же волосы, и лицо... это лицо было почти тем самым. Те же глаза, тот же изгиб губ. Но что-то было не так. Совсем не так. В его взгляде не было той мягкости, той затаенной грусти, к которой Майк привык. Парень широко улыбнулся, приветствуя гостя. — Вы уже готовы сделать заказ, или вам помочь с выбором?       И голос... голос был похож, но в нем не было тех самых интонаций. На бейджике, приколотом к груди, имя: «Ли Со Хён». Мир вокруг начал медленно вращаться в обратную сторону. — Со... Хён? — выдавил он, чувствуя, как земля окончательно уходит из-под ног. — Да, это я.       Взгляд метался по лицу парня, отказываясь понимать реальность. Перед ним стоял Со Хён. Настоящий. Молодой человек с широкими плечами, с другими жестами, с абсолютно чужой, шумной энергетикой. Это был тот самый человек с ID-карты, которую он когда-то видел. Но это был не его Со Хён.