"The Awakening" Пробуждение

      Хэён открыла глаза, и первое, что она ощутила — избыточное, душное тепло, сдавившее её с двух сторон. Слева безмятежно спал Ноа. Куда более странным было ощущение близости справа: Майк, растянувшийся у самого края, дышал ей прямо в лопатки. И если присутствие Ноа в собственной спальне выглядело логичным, то Майк, спящий за её спиной, был за гранью здравого смысла.       В голове всплыли обрывки вчерашнего ужина: вино, разговоры и то, как она, обессиленная, рухнула в постель прямо в чем была — в объемных джогерах и безразмерной футболке Майка. — Сюрреализм на завтрак, — едва слышно прошептала она, глядя в потолок.       Стараясь не потревожить эту шаткую конструкцию, Хэён начала медленно выбираться. Она осторожно перетекла к изножью кровати, боясь задеть затекшую руку Майка или случайно толкнуть Ноа. Бросив быстрый взгляд на кухонный стол, заваленный пустыми бокалами, она накинула куртку поверх свитшота и, не оглядываясь, выскользнула за дверь, в еще прохладный утренний воздух.       Майк проснулся, рывком сев на кровати, и ошалело огляделся. Пусто. Место посередине, где еще недавно лежала Хэён, сохранило её тепло и запах, но самой девушки не было. — Блять... — выдохнул он, чувствуя, как в груди разрастается знакомая паника. — Опять. — Она любит сбегать по утрам, привыкай, — раздался ровный, чуть хриплый ото сна голос из-за перегородки.       Ноа уже стоял в кухонной зоне, упершись локтями в столешницу. Одной рукой он сжимал стакан с водой, а другой — массировал виски после вчерашней попойки. Майк бросил на него раздраженный взгляд, резко подорвался и уже направился к выходу, когда в прихожей раздался короткий писк электронного замка.       Дверь открылась, и в квартиру вошла Хэён. В руках она удерживала несколько бумажных пакетов с логотипом «The Morning Table» — небольшого семейного ресторанчика за углом, славившегося своими горячими сэндвичами с яйцом пашот и домашними вафлями. На сгибе локтя она балансировала подносом с тремя высокими стаканами лимонада. — Может, кто-то поможет, раз уж вы проснулись? — возмутилась она, придерживая плечом закрывающуюся дверь.       Майк, выходя из оцепенения, рванул к ней на помощь. Ноа в это время быстро освободил стол от лишней посуды. Как только Хэён начала методично расставлять контейнеры, по комнате поплыл густой аромат поджаренного хлеба и бекона. — Я взяла классические завтраки. И вишневый лимонад со льдом.       Она умостилась на стул и, заметив, что мужчины всё ещё стоят неподвижно, наблюдая за каждым её движением, подняла на них взгляд. — Завтракать собираетесь? — в её тоне проскользнула едва уловимая вредность, смешанная с хозяйской уверенностью. И повернувшись к Ноа добавила: — Нужно поторопиться, у нас лекция в одиннадцать тридцать.       Тот медленно опустился на стул напротив. — Лекция? — переспросил он, приподняв бровь. — Ты идешь на занятия?       Хэён с видимым удовольствием откусила кусок горячего сэндвича, прожевала и только потом, не отрываясь от еды, подтвердила: — Лекция. — Прямо сегодня? — Ноа выглядел так, будто она предложила ему отправиться в космос. — Тебя это так удивляет? — она взглянула на него с легким вызовом.       Майк наконец обрел дар речи, но в его голосе сквозило беспокойство. — Ты… ты правда возвращаешься в академию?       Хэён тяжело выдохнула через нос. Поток бессмысленных расспросов начинал всерьез раздражать. — Сегодня понедельник, начало недели. Занятия по расписанию. Что за допрос?       Воцарилось неловкое молчание. Слышно было только, как лед в стаканах тихо бьется о стенки. Тишину прервал Ноа, его голос стал серьезнее: — Майк сказал, что ты не вернешься. Что ты собираешься всё бросить.       Хэён наградила соседа таким неодобрительным прищуром, что тот, окончательно пристыженный, молча уткнулся в свой завтрак. Она сделала долгий глоток прохладной жидкости и довольно выдохнула, чувствуя, как сахар возвращает её к жизни. — Всё не так просто, — заговорила она снова, на этот раз мягче, но твердо. — Я не могу исчезнуть в один день. Мне нужно закончить семестр, сдать работы. Тем более, я не хочу подводить Мию и Лиама. — Ты просто снова злишься, — тихо заметил Ноа.       Очередной тяжелый выдох. Хэён достала из широкого кармана штанов две упаковки эластичных бинтов и выложила на стол. — В этот раз причина другая. Теперь… это невыносимо. Даже думать об этом не хочу.