Твое присутствие

«Сегодня впервые за долгое время решила связаться с родителями. Не для того, чтобы попросить помощи. Просто хотела услышать голос мамы.

Они все также стараются держать со мной дистанцию. После частичного восстановления памяти, им стало тяжело, потому что жизнь делилась на «до» и «после». Вторую версию они знают лучше, потому что проживают в ней. Австралия стала для них домом.

Может родители и стараются сделать вид, что оставили обиды в прошлом. Но нет же. Голос матери отстраненный, холодный. Единственное, что их обрадовало в разговоре: мой переезд.

Нет Волшебному миру.

Завтра у меня просмотр квартиры. Пожелай мне удачи. Потому что скомканные слова поддержки от мамы не помогали, а только напоминали о совершенных мною ошибках. Сама виновата, что между нами теперь такая пропасть.

Я выплакала все, что было во мне. Пора двигаться дальше.

Фрагмент из личного дневника Гермионы Грейнджер»

Гермиона сидела на полу, за кофейным столиком, уже больше часа. Гостиную окутал холодный воздух, доносящийся из открытого окна. Город медленно просыпался. Должно быть что-то важное заставило людей проснуться в воскресенье так рано. За исключением тех, кто и так мало спал и любил завести будильник на пять утра. Ну, чтобы все успеть наверняка. Она встала намного раньше обычного, даже до пробуждения Пэнси. Подруга была удивлена, увидев в гостиной уже бодрствующую Грейнджер. — Так, ладно. Я на пробежку, – застегивая кофту, проговорила Пэнс. Гермиона только кивнула в ответ, не отрываясь от бумаг. На столе у нее собралось все необходимое: полученные в коробке колдо, письма и копии документов. В руке ведьма держала заметки, свои и Драко, пытаясь сопоставить данные. Но общая картина так и не укладывалась в голове. Как минимум: что движет Малфоем в этой ситуации? Вопрос, не дающий покоя все то время, что она разбирается с вновь появившимися проблемами. Девушка не верила, что дело тут в великой любви, они не виделись много лет. Старые чувства может и пробивались, но идти ради этого против Министерства? Глупо и не в духе Малфоя. Попытки вернуть потраченное золото или отомстить за это? Тоже нет, Драко не столь мелочен и имеет достаточно большое состояние, о котором известно. А могут же еще быть скрытые счета и магловские деньги в обороте. Гермиона пыталась просчитать мотивы Драко. Пока выходило не очень из-за недостатка информации. Может поездка в Хогвартс поможет ответить ей на вопросы? Малфои всегда были стратегами. Поэтому здесь не могло быть помощи за «спасибо». Гермиона была уверена в одном: он просчитал и знал выгоду. И, отчасти, Грейнджер даже не хотела зацикливаться на этом. Главное, чтобы она не оказалась разменной монетой, трофеем. Или в очередной раз игрушкой в чьих-то руках. Как минимум, у нее есть свои цели и желания по исходу. Способы разрешения и конечный результат, к которому она собирается прийти. Гермиона поправила кардиган, который спал с плеча. Она даже не переоделась нормально после пробуждения. Умылась и накинула вязаную кофту поверх футболки для сна. Зачем было говорить о великом новом начале, когда в Министерстве толком ничего не изменилось? В Визенгамоте сидели все те же представители чистокровных семей, которым давно нагрели места. Они только и могли протирать стулья и поглаживать животы через мантии. Кингсли, с которым Гермиона пережила не один бой… тоже стал заложником или двигателем нынешней системы. Гермиона дошла до страницы, где стояла магическая подпись Рональда. И захлопнула папку. У нее до сих пор не укладывалось в голове, как он мог так поступить… списать это на невнимательность или ошибку… глупо. Рон может и витал часто в облаках, но не был настолько туп. И оставлять свою подпись просто так бы не стал. Тем более, эти его разговоры и попытки уболтать Гермиону перестать играться с проектами… Это было явное предательство. Еще одно в копилку Уизли. — Ты вообще спала? – Пэнси зашла на кухню, кутаясь в махровый халат. Подруга вернулась с пробежки, захватив по пути круассаны в кофейне Гермионы. И успела принять душ, пока Грейнджер заваривала чай. Босая, с мокрыми волосами, которые Пэнси не стала сушить палочкой до конца. Паркинсон периодически зевала, но старалась не показывать свою усталость. — Что случилось? – Гермиона поджала губы. Стоит ли показывать Пэнс бумаги? Подумав, Грейнджер протянула лист с подписью Рона. И молча сделала глоток горячего чая, ожидая реакции подруги. Паркинсон села напротив и медленно пробежалась глазами по строчкам. Сначала Гермиона заметила промелькнувшее непонимание, которое в секунду сменилось удивлением, раздражением, а затем взгляд стал тяжелым. — Ебаный… Салазар… Уизел ебанулся там? – на эмоциях Пэнси не заметила, как прокричала это настолько громко, что Гермиона прикрыла уши. — Ты им дойная корова что ли? Прости, услышала как-то в мастерской от мужчины. Питаться чужим финансированием, на тот момент своей девушки… Да я его… Пэнси откинулась на спинку стула и потерла переносицу. Усмирив пыл, она взяла папку и начала выискивать остальные фамилии. — Серьезно? Монтегю… Кэрроу… Мда, сборище прогнивших чистокровных, умеющих возвышать себя только за счет принижения других. Гермиона кивнула. — Я просто хочу закончить с этим. Привести к логическому завершению, успокоиться и жить дальше. Может даже попробовать организовать благотворительную организацию без привлечения Министерства. Но и это я оставить не могу. — Поговори с Тео и Драко. Думаю, что они могли бы помочь. Как минимум Малфои, особенно Нарцисса, часто занимаются благотворительностью. И у них есть для этого фонд, который мог бы стать отличным стартом для внедрения инициатив. Да пошло это Министерство и рубашки к черту. Еще локти кусать будут, что потеряли такую ведьму. Все воскресенье Драко провел в делах, вместо того, чтобы провести день с дочерью. Они договорились на двойную порцию мороженого у Фортескью в качестве компенсации. И новую куклу, как у девочки в садике. Отказать Кэс он не мог. Малфой шел по длинному коридору внутри стадиона в компании молодой ведьмы, которая занималась административными вопросами. Попасть сюда в выходной не составило труда, когда ты являешься владельцем одной из команд и предлагаешь ввести спонсорское пожертвование для улучшения спортивного зала. — И вам так повезло, мистер Малфой, потому что руководитель Отдела Спорта сейчас также присутствует здесь. Вы сможете обсудить с ним все вопросы, – она постаралась привлечь внимание Драко, показательно поправив едва застегнутую пуговицу рубашки, которая натянулась на груди. Выглядело нелепо, потому что по ощущению у нее либо не хватало зарплаты для новой рубашки по размеру. Или же она намеренно уменьшила ее магией. Драко и бровью не повел. Повезло? Конечно. Или просто одна птичка помогла ему определить местонахождение Вислого, с которым он и хотел встретиться. По выходным Рональд часто сбегал «по делам» и Драко бы не удивился, узнай, что тот спит с мерзкой и надоедливой брюнеткой. Как ее вообще зовут? Она же представлялась… Рон нашелся на территории обновленного стадиона на трибунах. Сегодня была заключительная тренировка «Пушек», чего упустить заядлый фанат не мог. Он ведь имел возможность следить за игроками и раздавать никому не нужные советы. Иронично. Драко даже усмехнулся, глядя на сияющие трибуны. И в одном из рядов обнаружил Уизела. Встретиться с ним в месте, которое и является камнем преткновения. На Роне была выцветшая футболка с номером игрока. Не самый презентабельный вид для руководящего поста, но это же был Уизел, чего еще от него ожидать. — Ну привет, Уизли, – Драко присел рядом с парнем, отвлекая того от тренировки. Из-за неожиданности, услышав голос Малфоя, он подпрыгнул на месте. Какая-то закуска высыпалась из картонной подложки. — Малфой? – Рон нахмурился и презрительно посмотрел на бывшего однокурсника. — Какого черта тебе надо? Драко расстегнул пуговицу пиджака, чтобы не сковывать движения. Заодно достав из внутреннего кармана несколько свернутых листов. И стал переносить их из одной руки в другую перед тем, как вручить Уизли. Наблюдать за смятением парня было поистине приятным зрелищем. Насколько это возможно, учитывая, что перед Драко сидел помятый Уизел. Ну постыдился бы так выходить, а то можно подумать, что любого берут на руководящие должности… встречают же в конце концов по одежке. — Да так. Ты же знаешь, что завтра «Соколы» играют против «Пушек». Решил осмотреться, заодно подумать о том, куда вложиться. Может тренажерный зал обновить, неплохие варианты видел в магловском Лондоне, – Драко решил зайти издалека. Так Рон будет сбит с толку, а в голове будет только приятное «улучшить». Ведь это его детище. Нашли кому доверить. Ладно Поттер… Мальчик, который всех спас и тому подобное. Говорят, что он неплохо себя показал за годы, начиная стажером. Но этот тип? Что такого сделал, достигнув руководящего посла? Хоть Рон и является частью Золотого Трио, которое уже не имеет смысла, Драко был уверен — тот выжил благодаря любви Поттера к безумным и глупым поступкам, влекущим возможную гибель. И, конечно же, здесь не обошлось без смекалки и знаний Гермионы. Неужели для возможностей и карьерной лестницы достаточно быть шурином Поттера? — Если у тебя подготовлено предложение, как я вижу по имеющимся бумагам, можешь зайти ко мне завтра после обеда, там свободна запись, – деловито проговорил Уизел. Конечно свободно, что с тебя взять? — Сегодня выходной, обсуждать рабочие дела не планировалось. — Понимаю, сам не люблю такое. Но деньги должны всегда работать, поэтому выходных нынче мало, – как ни в чем не бывало сказал Драко. — Кстати, я тут показать захотел кое-что. Тебя может это заинтересовать. Малфой протянул сверток. — Конечно это копии, но в них все более чем достаточно объяснено, – Драко наблюдал, как Рональд распаковывает листы и начинает щуриться, чтобы разглядеть содержание. Цвет его лица изменился постепенно с бледного до алого. — Это пища для размышления так сказать. — Что за… Малфой, какого драккла? — Узнаешь подпись? – усмехнулся Драко, замечая, как Рон резко вскинул голову и посмотрел на собеседника глазами, полными ненависти. Конечно же он знал, что это. И разговор в кабинете Кингсли, когда тот явно намекнул на завершение карьеры Рона, если тот не выслушает внимательно о заманчивом предложении. Уизли уже тогда догадывался, что его карьера летит по всем фронтам. А возвращаться в магазин к брату не хотелось. Тем более, заимей он нужную поддержку, такую весомую, Гермиона точно оставит карьеру и станет нужной ему домохозяйкой. Тогда ему казалось, что это отличный план, который не должен выйти наружу. Но вот, сейчас рядом с ним сидит Малфой. Пожиратель, который так блистательно добивается всего даже после совершенных им дел. И какого-то хуя копает под него… — Ты был слишком занят собственной карьерой, что не заметил, как унижают женщину рядом с тобой. Твою женщину, Уизел. Был ли в курсе, откуда появились деньги на развитие твоего отдела? Или эти мелочи не интересовали? Рон сжал листы так сильно, что костяшки пальцев побелели. От этого нужно избавиться, уничтожить. Не вспоминать. Те дела закончились, он больше не промышляет взятками. С момента, как Гермиона пропала из поля зрения, он стал не интересен высшему руководству. — Не смей делать из меня виноватого. Каждый волен выживать так, как может. Я не был в курсе, что это деньги из ее Министерского фонда. Не знал, понял, Малфой? – фамилию Драко тот выплюнул, от чего Малфой скривился. — Она годами пыталась бороться, а ты? Что сделал ты, Уизел? – в глазах Рона на секунду промелькнула вина, быстро сменяющаяся злобой. — Да какого хуя ты прицепился ко мне, Малфой? Эти деньги были твоими? Отцовскими? Что тебе нужно, блять? Это был так давно… папаша подсунул не осужденного Пожирателя подсуетиться? Решили сыграть на чужих костях, чтобы подняться? Тебя ж блять не было столько лет, вот и оставался бы там. — Рад, что ты переживаешь. Сохрани в голове хоть крупицы этого диалога, потому что скоро это будет играть роль, – Драко встал, отряхивая брюки от мелких соринок. — А теперь, пойду заниматься работой и дальше. — Я расскажу об этом разговоре Гарри. Посмотрим, как ты побегаешь тогда и заговоришь, Малфой. Нашел кем пугать. Работа здесь закончена. Ему лишь нужно вывести Рональда на эмоции, а дальше этот клоун сделает все сам. Осталось поговорить о прошедшей встрече с отцом и Забини. И для действительно хорошего завершения дня стоит забрать дочь из Поместья и поесть мороженое. Хватит с него этих игр. Драко просто ждет, когда все закончится. И главное, чтобы Гермиона правильно истолковала будущие знания. Она не пешка для него. В его понимании она… семья. А ее принято защищать всеми силами. Только вот зная характер Гермионы, узнай она все, предстоит долгий и эмоциональный диалог… Просто поверь, что тебя не используют. В этом всем ты получишь не меньше, чем все игроки на поле… — Удачи, Уизел. Ты тогда для общей картины о своих косяках расскажи. Ах да, ты же явно не можешь. Жаль. Поверь, узнай Поттер, он не встанет на твою сторону снова. Гермиона выходила из кабинета, который в этот раз пах лавандой и чем-то древесным. И такое нововведение приятно удивило девушку. Она всю дорогу до клиники готовилась к удушающим ароматам. В голове стоял вопрос, который задал психотерапевт: «Вас пугает мистер Малфой?». Внутри Гермионы в тот момент что-то болезненно дернулось, а еще она вспоминала, как покачала головой и утвердительно ответила «нет». Она и правда не боялась Драко. Ее лишь тревожили чувства, которые она испытывала рядом с ним. Грейнджер не привыкла к мужской поддержке, но так хотелось довериться и побыть слабой. А эти слова дока, что это не делает девушку слабой… она не знала куда себя деть. Даже сейчас Гермиона не была уверена, что поступит правильно. Позволит ли она себе снова довериться сердцу?.. А как же эта тупая тревожность и ожидание удара в любой момент? Без этого Грейнджер не представляла себя. Она попрощалась с девушкой на ресепшене и уверенными, быстрыми шагами, двигалась в сторону выхода. На улице было сыро, только-только закончился дождь. Гермиона вдохнула полной грудью и ощутила, как маленькие капли падали ей на голову. Ветер трепал волосы, пока ведьма медленно шла вдоль освещенной улицы, пряча руки в карманах пальто. Неожиданно она почувствовала вибрацию телефона. Возможно Пэнси или Тео потеряли ее, потому что визит к психотерапевту был незапланированным. Она достала его машинально и удивилась, увидев отправителя и текст: «Почему-то ощущение, что в такой хмурый день ты грустишь. Сегодня я и Кэс дома. Если хочешь, то приходи вечером. Камин для тебя всегда открыт. У нас есть мороженое» Гермиона остановилась посреди тротуара. Это ненавязчивое, не принуждающее ее к чему-то, сообщение показалось таким милым. Грейнджер улыбнулась, перечитывая предложения. Сердце стало биться чуть сильнее. Отказаться? И провести вечер с Пэнси, а потом за текстом? Можно сослаться на усталость, дела или головную боль. Да даже просто проигнорировать сообщение. Но перед глазами появился образ маленькой мисс Малфой, которая так искренне радовалась Гермионе. Поэтому пальцы напечатали «хорошо». А затем, следующим сообщением, она решила уточнить о времени. Не появится же она без приглашения в чужом доме. — Миона! Девочка сразу же стала выпутываться из большого шерстяного пледа, едва Гермиона вышла из камина. Ведьма еще не успела толком прийти в себя, как почувствовала маленькие ручки на ноге. Игрушки стали уже не так интересны, а новая кукла осталась на диване. — Папуля, быстрее сюда. Миона пришла к нам. Это ты про этот сюрприз говорил? Мне нравится, спасибо. — Дорогая, сейчас подойду. И дай Гермионе отойти от перемещения, она их тяжело переносит, – послышался голос Драко из глубины квартиры. — Ой. Кассиопея отпрянула от девушки и пошла назад на диван. Грейнджер немного постояла, сделав несколько циклов дыхания. Стоило ей отправиться к ближайшему к дивану креслу, как в проходе появился Драко. Он нес поднос с тремя кружками. Ведьма невзначай закусила легонько нижнюю губу, рассматривая домашнего Драко. В обычных спортивных штанах и темной кофте с закатанными рукавами. — Миона, я выбрала кружку для тебя. У папы есть, у меня… — Зашли в магазин, она увидела кружку с котами и потребовала купить ее для тебя, – продолжил Драко, поставив поднос на столик. — Чтобы у нее тоже была кружка. — Спасибо большое, Кэсси. Мне приятно, что ты подумала обо мне. — Предлагаю выпить какао, а потом Кэсси запланировала какие-то игры со своей подружкой. Согласна, Грейнджер? — Миона, папа, Миона, – пробурчала недовольно девочка, потому что ей не нравилась фамилия девушки. Сложная, длинная. И папа как-то по-особенному проговаривал ее, делал акцент. Через полчаса они сидели на полу в комнате Кэсс. Точнее, это были Гермиона и Кэс. А Драко наблюдал со стороны, как его дочь эксплуатирует девушку в качестве строителя башен или магических кубов. — Она падает, потому что ты неправильно ставишь, – возмущалась Кэс. Ей не нравилось, что взрослые так плохо занимались ее любимыми делами. Папа вот не умел собирать магические пазлы, а Гермиона не справлялась с конструктором. Какие же взрослые были глупыми… — Да-да, Грейнджер, ровнее надо. — Малфой, а не показать ли тебе самому мастер-класс? — Папа, не мешай нам. Или я расскажу, как ты и папа Джеймса не смогли собрать пазлы. — Но ты уже это сказала, малышка. Гермиона тихонько смеялась, наблюдая за перепалками отца и дочери. Кажется, что это было идеальное дополнение к Драко. Кэс словно раскрывала в Драко что-то особенно теплое и живое. Но сейчас этот «руководитель процесса» жутко бесил ведьму. Потому что всегда удобно говорить под руку со стороны. Она бы хотела посмотреть за Драко и Гарри, которые вместе занимались пазлами. Представь такую картину в прошлом… В очередной раз, когда Кэс стала делать замечания отцу, Гермиона не удержалась и громко рассмеялась. От этого Драко замер, потому что он и забыл, каким может быть теплым и живым взрослый смех. Кассиопея посмотрела на двух взрослых и продолжила ставить кубики, она уже видела такие переглядки. Не только в жизни, но и во снах. Гермиона подняла взгляд от маленькой башни и неожиданно столкнулась с его глазами. Но не смогла удержать накопившееся в этом напряжении и постаралась побыстрее отвести взгляд, концентрируя внимание на Кэс. Уже ближе к девяти вечера Гермиона заметила, что Кассиопея начала тереть глаза. И аккуратно сообщила об этом Драко. — Я не хочу спать… Папуля, Миона так редко… — Конечно не хочешь, ага, – невозмутимо ответил Драко. — Именно поэтому ты сейчас чуть не упала лицом в плюшевого дракона. Любовь моя, еще будут дни, когда Гермиона с радостью поиграет с тобой. А сейчас, давай собираться спать. — Но… Гермиона мягко поправила ей волосы. — Малышка. Нужно слушаться папу, а я приду скоро, и мы снова будем играть. Драко попросил немного времени, чтобы подготовить дочь ко сну. Домовиху он позовет только в момент, когда Кэс начнет закрывать глаза. А до этого времени Малфой предложил Гермионе подождать его в гостиной. Когда Кэс наконец уснула, квартира будто стала еще тише. Ведьма слышала сонные недовольства ребенка. Кассиопея стала вредничать буквально от всего: не та сказка, не та пижамка. Даже дракон в моменте полетел в отца. Эти моменты давались Драко тяжело, но он старался перебороть себя и находить силы. А Гермиона не решалась влезть, потому что была чужой. Драко вернулся в гостиную спустя какое-то время. Грейнджер позволила немного вольности только в одном: заварить себе и ему чай. В одном из шкафчиков на кухне она обнаружила чайный сбор с мелиссой и ромашкой. Самое то на ночь. Гермиона сидела на диване с чашкой в руках. Свет был приглушенным, лишь лампа у стены разливала мягкое золотое свечение по комнате. Малфой взъерошил волосы рукой и подошел к дивану, чтобы присесть рядом с девушкой. Так, чтобы она чувствовала его тепло, но сохраняя при этом достаточное расстояние, личные границы. — Хочу сказать, что мне приятно наблюдать за тобой и Кэсси, Драко. Ты стал хорошим человеком и отцом, – неожиданно нарушила тишину Гермиона и сделала глоток горячего напитка. — Я люблю свою дочь и сделаю все для нее. Но, Гермиона. Не согласен с одним. Я не хороший человек. Она нахмурилась. Странно, что человек так отзывается о себе. Грейнджер наблюдала за взрослой версией Драко. Он стал мудрее, собраннее и спокойнее. Кажется, что его холодный разум достиг точки и раскрылся в правильном ключе. Такой Малфой притягивал к себе еще больше, чем юная и эмоциональная версия. — Драко… Мы уже проходили это когда-то в юности. — Нет, послушай. Сегодня произошел ряд событий, поэтому я должен сам предупредить тебя, – он повернулся к девушке. Аккуратно забрал у нее кружку и поставил на столик. От такой близости серые глаза потемнели. Но сейчас это была не та похоть и явное желание обладать ведьмой. — Я не прекрасный герой в нашей истории. И, возможно, знай ты всю картину, то не стала бы выбирать меня вновь. Но я умышленно берегу тебя от многого, чтобы ты узнала мое «я» без вторичных проблем и ярлыков. — Малфой, ты пугаешь меня, – прошептала Гермиона. Воздух вокруг них стал в разы тяжелее и ощутимее. Она наблюдает, как Драко мнет край кофты. И проговаривать что-то про себя, едва открывая рот. Гермионе стало не по себе от неожиданного разговора на ночь, после такого радушного вечера. Ведьма интуитивно отодвинулась чуть дальше от мужчины и поставила ноги на пол, подготавливаясь к возможному побегу. — Просто держи в своей прекрасной голове, кудряшка, что я никогда снова не обижу тебя осознанно. Если тебе будет казаться, что я против тебя… или делаю что-то не так… играю тобой. Помни, что ты не пешка в этой игре. А такой же игрок. Все, что я делаю, я стараюсь для семьи. Наступила тягучая пауза, которую Гермиона хотела бы уже нарушить и продолжить диалог. Узнать что-то большее. А вообще, другая часть, более рациональная, вместе с инстинктом самосохранения… захотели уйти. — И в будущем, мы не будем сейчас забегать вперед. Но часть меня знает, что ты не чужой человек, – Драко медленно поднял руку и осторожно убрал прядь волос ей за ухо. Большой палец нежно и очень аккуратно скользнул по щеке. — Тебе придется еще раз довериться мне, Гермиона. И я постараюсь не разочаровать. Но иногда мы заложники некоторых обстоятельств. Скоро ты все узнаешь. И мы сделаем все для достижения не только чьих-то, но и твоих целей. — Зачем ты говоришь мне это именно сейчас? Я должна повернуть назад? — Нет, в данный момент мы должны сделать все, чтобы потом ни о чем не думать и не жалеть. Твое присутствие, Грейнджер… это важно для меня и Кэс, кудряшка. В воскресенье Министерство было пустым. Все отдыхали и набирались сил перед трудовой неделей. И только в одном кабинете мелькали тени. Он был освещен лишь огнями ночного Лондона. Кингсли стоял у окна, сцепив руки за спиной. Он был по-настоящему зол, когда получил весточку от этого мага. И не хотел ждать следующего дня, чтобы узнать его мотив. Тем более, что сейчас их никто не видит, а значит и меньше пересудов. Последнее, что нужно Кингсли в преддверии предвыборной гонки. Напротив него в кресле сидел мужчина, лицо которого скрывала тень. Он должен был чувствовать давление, он, а не Шеклболт. Но почему-то карты разыгрались иначе. — Ты понимаешь, что творишь откровенную грязь и бессмыслицу? Да кому ты сдался? Как ты вообще решил бросить… — Все благодаря всепрощающей программе реабилитации. Благодарю, что хотя бы это предложение мисс Грейнджер было рассмотрено и принято. Это помогло мне, – холодно ответил собеседник. — Что же касается остального… Ты позволил этому выйти за рамки. Кингсли нахмурился. — Да никому не будет до тебя дела. Попробуешь скинуть меня с нагретого места? Вперед. Не буду я, так есть еще Артур Уизли. Поддержат его, не тебя. Гость с насмешкой окинул взглядом Министра. Все складывалось до сегодняшнего дня отлично, поэтому он не планировал сворачивать дела. — Меня поддержат правильные люди. А еще, в моменте я получил дельные советы и рекомендации. Маги потянутся, когда им предложат что-то хорошее. Что же касается Уизли. Не беда, когда знаешь на что давить и как. Для некоторых семья все также важна, дорогой. Поэтому, я умею договариваться. И предлагать. — Думаешь, что самый умный? И я не догадался, что мисс Грейнджер вернулась не от простого желания узнать? Она не так проста и танцевать под чью-то песенку не станет. — Ваши дни на посту Министра сочтены, Кингсли. И если Грейнджер заговорит публично… вы станете первым, кого принесут в жертву. Что же касается ее роли здесь, уж поверьте, мы сделаем все, чтобы она получила удовольствие и то, что заслуживает итак давно.