Твое присутствие

«Сегодня я вернулась с первой презентации летней коллекции Пэнси. От счастья и накопившихся эмоций она проплакала в комнате несколько часов, сжимая мою руку.

Кажется, что мы видели друг друга в любом состоянии. И это сближает. Пэнс знает о моих проблемах и мыслях, а также сама открывается каждый день с новой стороны.

Не думала раньше, что скажу это. Но Пэнси Паркинсон стала для меня близким человеком. Я рада, что тогда она забрела именно в мою кофейню.

Завтра выезжаем загород. Один спонсор подарил Пэнс поездку в спа с «+1».

Фрагмент из личного дневника Гермионы Грейнджер»

Гермиона уже третий раз перечитала одну и ту же накладную под пристальным взглядом водителя. Он уже представил, как садится в машину, заводит двигатель и едет к следующему адресу. Но вместо этого наблюдал за рассеянной девушкой. Цифры расплывались перед глазами, а фоновые звуки отвлекали. Концентрация на нуле. — Так, ну, вроде бы все… хорошо. У вас не найдется? – Грейнджер похлопала глазами, не обнаружив у себя даже карандаша, который она всегда брала с собой при приемке. Мужчина недовольно фыркнул, забрызгивая слюной бумаги. Он потянулся к бедру, где в маленьком кармане хранились важные канцелярские принадлежности. — Благодарю! Она оставила на строчках, отмеченных галочками, кривую подпись. Оливер уже забрал коробки из багажника, поэтому ведьма попрощалась с озлобленным водителем и направилась в помещение. Утро выдалось странное. Гермиона проснулась от того, что кто-то ударил ее локтем. И в первую минуту это не показалось странным. Скорее захотелось растереть место ушиба, перевернуться лицом в подушку и попробовать снова заснуть. Ведьма провела по плечу рукой, потихоньку открывая глаза. Взгляд упал на незнакомую люстру с мелкими лампочками. Грейнджер почувствовала рядом тепло чужого тела и резко приподнялась на локте. — Спокойно, Герм, – пробормотала Пэнси, не открывая глаз. — Это всего лишь я. Гермиона выдохнула. А затем с недоумением посмотрела заспанными глазами на подругу. — Вчера ты уснула и через пару часов начала кричать во сне. Решили, что тебе лучше переночевать у меня. От зелья отказалась, поэтому ограничились ромашковым чаем. Расскажешь, что так эмоционально повлияло на тебя? Грейнджер тут же неосознанно вернулась во вчерашний вечер, когда пальцы Драко убрали выбившуюся прядь волос ей за ухо. «Ты не пешка…», — ведьма поморщилась, потерла лицо ладонями. И неприятно вздрогнула будто ее окатили ледяной водой. Нашла, что вспомнить… не стоит забивать этим голову, Гермиона. После возвращения домой Пэнси сразу заметила неладное. Она заканчивала работать, когда в гостиной появилась растерянная подруга. Гермиона попыталась убедить ту, что просто устала. Убежала в комнату. Вот только ночью Паркинсон не смогла проигнорировать мучительный крик. А вбежав в комнату, обнаружила Грейнджер, раздирающую до крови шрам, который только покрылся корками. В итоге они заснули вдвоем на огромной кровати Паркинсон, когда та обработала Гермионе свежие раны. — Опять в себе? Поделишься или будем и дальше заниматься самоубеждением, что все хорошо? Слушай, если я до этого советовала обратиться за помощью к Драко или Тео… заберу свои слова, только бы тебе стало лучше, – Пэнси все еще лежала с закрытыми глазами, вытягиваясь всем телом. — Нет, – с хрипотцой выдавила Грейнджер. Подруга все же открыла глаза и потерла их. Сонным затуманенным взглядом она посмотрела на Гермиону. — Пэнс, не надо, пожалуйста. — Герм, – в Паркинсон полетела декоративная подушка, лежавшая под боком у Грейнджер. Пэнси поймала ту и усмехнулась. Нападение… явное отрицание или попытка скрыть что-то. Мдаа… Гермиона закатила глаза и встала с кровати. Нужно принять душ, позавтракать и спуститься в книжный. Да, лучшее решение — закидать себя работой. Тем более, что из приоткрытого окна доносились звуки активной утренней жизни. Пока Грейнджер чистила зубы и рассматривала свое отражение, в голове у нее крутились слова Драко. Так просто от этого не избавиться. Малфой с его умением вести переговоры загнал девушку в тупик. Он явно что-то скрывал. И сам признал умышленное замалчивание отдельных моментов, влияющих на ситуацию. Правда ли так он ограждал ведьму от больших проблем? Или слепота и незнание снова приведут ее к неспособности постоять за себя… Девушка сплюнула пасту и прикрыла на секунду глаза. Проблема была в том, что ситуации отличались. Чистокровные умели управлять, играть и получать желаемое. И если Драко не врет, то у Гермионы теперь есть преимущество в качестве его поддержки. Так она хотя бы не одна. — Мерлин, это конечная, – ведьма присела за столик в общем зале и ужаснулась, возвращаясь из воспоминаний об утренней рутине. Не зная всего, она, может, и не признается еще самой себе, но на подсознательном уровне понимает. Гермиона доверяет Драко. И это проблема. Не полностью, но все же часть девушки тянется к мужчине. Большая проблема, в которой она вынуждена сосуществовать и играть по тем самым правилам слизеринцев, чтобы выйти не проигравшей в этом всем. Гермиона перевела взгляд на соседний столик, за которым кто-то смеялся. Девочка с явным раздражением старалась объяснить что-то двум паренькам, нервно тыкая ручкой в учебник. Грейнджер грустно усмехнулась, когда в ее воображении всплыла картинка из воспоминания о годах в Хогвартсе. Как она помогала Рону и Гарри, а единственной проблемой было ненаписанное эссе. Это было так давно… Какое-то время Гермиона провела наедине со своим потоком тревожных мыслей, которые старалась заглушить с помощью заполнения документов и проверки писем. Она успела прочитать комментарии редакции к последним отправленным главам и приступила к чистке и написанию следующей. Ожидалось, что основной наплыв гостей придется на обеденный перерыв. Но вместо этого очередь выстроилась около четырех часов дня. Гермиона убрала личные вещи под кассу, чтобы освободить столик для пришедшей компании. А сама встала принимать заказы. — Добрый день! – девушка поздоровалась с мужчиной, подошедшим ближе к прилавку. Он разглядывал обстановку, не обратив внимание на приветствие Гермионы. Когда она повторила еще раз, мужчина чуть дернулся и в упор стал смотреть на ведьму. — Эм… кофе. Уютное у вас тут место. — Ой, благодарю, – улыбнулась ведьма. — Американо, латте, капучино? Или шот эспрессо? — Давайте без молока. Американо, верно? – неуверенно произнес гость, а затем достал из нагрудного кармана пальто маленький платочек. Промокнул лоб и тяжело сглотнул. — Простите, мисс, а вы случайно не Гермиона? Гермиона Грейнджер? Она подняла взгляд с кассового аппарата на него. Внутри что-то неприятно сжалось от банального вопроса. Спокойствие, Герми… — Эм… нет, – после маленькой паузы ответила Гермиона. Почему-то такой ответ показался ей лучшим вариантом. Она рассмотрела мужчину, подметила его родинку над губой. И он не кажется ей знакомым, даже смутно. Память на лица у ведьмы хорошая. — Но как же так, вот же, – он достает из кармана вырезку из старого выпуска Пророка. Увидев там маленькое изображение себя, она начала нервно кашлять. Мерлин, он еще и последний был в очереди. — Меган, встань за кассу после сборки заказа, – она окликнула сотрудницу, а затем посмотрела на гостя. — Вы же понимаете, что такое лучше не доставать при людях, да? Заказывать собираетесь или это был предлог? Он ехидно улыбнулся. Полез еще раз в карман, уже брюк, и достал чистую купюру. Видимо, обменяет в банке перед походом в магловский мир. — Я возьму американо и буду рад, если вы уделите мне пару минут. — Что вас интересует? – Гермиона уже вышла из-за прилавка и проговорила вопрос сквозь зубы. — Приятно познакомиться и встретить столь знаменитую в… девушку. Нас интересует несколько вопросов о вашей нынешней жизни и взглядах. Вы ведь ранее были правой рукой Кингсли Шеклболта. Как вы относитесь к его нынешней политике и ее направленности, поддерживаете ли самовыдвижение мужчины на повторный срок? Планируете возвращаться? Меган за стойкой подняла голову и тоже посмотрела на незнакомца со скептицизмом в глазах. Сотрудница только краем уха слышала шипение начальницы и энергичного гостя. Говорили они очень тихо. Что там обсуждали — неизвестно. Но кажется, что подобный разговор не радовал Гермиону. Она провела влажными ладонями по джинсам. — Извините, но вам стоит покинуть заведение. Задавать подобные вопросы нетактично, тем более, что я давно живу вне Магического Лондона. И не отношусь к Министру и Министерству. Мужчина специально не слушал или сделал вид, что пропустил слова Гермионы. Заученные вопросы сыпались из его рта, загоняли ее в угол. — Кто вас прислал? Вы не могли случайно зайти в кофейню. Не в этом районе. — Простите? Мисс, вы же не ответили… — Кто вас прислал? Улыбка мужчины стала шире, напрягая Гермиону еще сильнее. Она понимала, что продолжать с ним диалог не имеет смысла. Журналист или кто бы то ни было, ожидал подобной реакции ведьмы. И его радовала нервозность и агрессия. Пока не наговорила лишнего, Грейнджер принимает решение отправиться в служебное помещение. — Меган, позвони, если будет еще один завал, – сотрудница нахмурилась, когда увидела растерянные глаза Гермионы. — Все хорошо, мисс Грейнджер? — Да. Отвратительная ложь слетает с губ раньше, чем она подумала об ответе. Но так даже лучше. Признаваться кому-то вслух, что ей нехорошо? Нет. Знакомая дрожь поползла по телу. Она быстро обошла стойку. И не оглядываясь, стремительным шагом пошла в сторону подсобного помещения. Сейчас хотелось скрыться от лишних глаз и посидеть в тишине. Добежала до небольшого склада, где на стеллажах хранились не выставленные в зал книги. Гермиона оперлась руками об одну из металлических конструкций. Сделала вдох, а затем неспешно выдыхала, считая про себя до десяти. Так Грейнджер повторила цикл дыхания несколько раз. Но сердце все равно предательски колотилось. Казалось бы, такие вопросы ей выкрикивали в толпе и ранее. Так чего же сейчас стало так неспокойно? Хватали за руку, тыкали в лицо пергаментами и перьями. «Игрок» Она резко открыла глаза и оттолкнула от стеллажа. — Черт возьми, Малфой... От приступа агрессии Гермиону отвлек телефон. В заднем кармане устройство завибрировало. Тео написал короткое сообщение: «Ты на работе?» Гермиона даже не удивилась. Еще один «защитник». До появления Драко, Нотт мог объявляться раз в неделю, а то и реже. Сейчас же это походило на издевательство, потому что ей не давали и дня наедине с самой собой. Что иногда жизненно необходимо. Девушка поняла, что от Теодора не избавиться. Не отвечай она долго… он обязательно проверит заведения и квартиру, напишет Пэнс… Может уехать от всех на пару дней загород? На природе думается и дышится легче. «Да…», – чуть трясущимися руками ответила Гермиона. После короткого ответа она пишет еще пару предложений. Получилось местами не очень, уже отправив сообщение, она замечает лишнюю запятую и опечатку. Ну и ладно… Ответ пришел почти мгновенно. «Скоро зайду», – ответ ведьме пришел почти мгновенно. Теперь точно предстоит привести себя в порядок как можно быстрее. Показывать Тео свое разгоряченное состояние не хотелось, начнутся неуместные вопросы. Отвечать на них Гермиона не хотела, да и сил на это нет. Теодор появился через двадцать минут. Он окинул взглядом кофейню и обнаружил подругу за дальним столиком. Она собирала волосы в хвост, рассматривая что-то в ноутбуке. От него не ускользнул стакан с недопитой водой, блистер с таблетками и попытки девушки скрыть лихорадочный блеск в глазах. Если он был в привычном ему спокойном и собранном состоянии, когда зашел, то теперь под кожу стало закрадываться неспокойное чувство тревоги. Он приобнял девушку и занял место напротив. Гермиона несколько минут провела в ноутбуке, сохраняя документ. А затем закрыла его, вопросительно посмотрев на Нотта. — Решил, что стоит рассказать тебе некую информацию. Может как-то поможет. Помимо встречи выпускников, вечером того же дня будут объявлены официальные кандидаты, баллотирующиеся на пост Министра. Гермиона нахмурилась. Сосчитав про себя, все сходилось. Но без полной картины и рассуждений Тео было трудно представить, к чему он это говорит. — И? — Знаю, что ты не интересовалась все эти годы происходящим в магическом мире. Поэтому смею предположить, что это очень странное совпадение и стечение обстоятельств. Она почувствовала неприятный холод внутри. — Ты хочешь сказать... — Что будь я на твоем месте, то внимательно присмотрелся бы к Малфоям. И их давнему желанию быть выше остальных и вершить правосудие по их взглядам. — Драко не стал бы играть в такое. Он может и привык к чувству власти и собственного влияния, но не политик и Министр. Тео тихо усмехнулся. Такое резкое замечание, вылетевшее из уст подруги, напрягло его. — Ты действительно в это веришь? — Тео. Конечно же Малфой не мог вернуться только из-за меня. Глупо так считать. Но я не могу с уверенностью говорить о его намерениях и строить догадки, – Гермиона тут же вспомнила вчерашний разговор с Драко и тяжело сглотнула. — Ты считаешь, что он может баллотироваться? — Возможно. Или, он решил поддержать кого-то. Или действия его направлены на достижение определенных целей другого мага. Может чистит путь. Я бы не исключал из цепочки недавно появившегося здесь Люциуса. — Его допустят? — Благодаря твоей программе реабилитации? Вполне возможно. Теперь слова Драко о семье стали иметь больший вес. И теория друга не казалась столь очевидным абсурдом. Использовать ее в грязных политических играх? Гермиону напрягло только одно. В голове впервые пробежал вопрос: «Что могла выиграть она при таком повороте событий?». Когда-то ее нагло использовали, но в ответ она получала только натянутые улыбки, вялые рукопожатия и разговоры за спиной. Если Драко говорил, что она не пешка, а часть картины… могла бы она сыграть свою партию и выиграть? Впервые ей стало интересно посмотреть на лица тех, принижал ее. В ситуации, когда она была бы выше них, а они сосали кулаки. — Давай тогда не исключать эту теорию и присмотримся чуть внимательнее. — Хорошо, Герм. Ты же знаешь, мы с Пэнс не оставим тебя, – Теодор аккуратно провел пальцами по руке девушки, но она не позволила ему задержать прикосновение, а одернула резко ту, пряча под стол. — Ох, давно я не занимался подобным. Но возвращаться стоит. Для большинства воскресенье заканчивается спокойно, чтобы начать рабочую неделю с чистой головой. Вот только Гарри явно сглазил, когда сказал Джинни о спокойном выходном. В следующий раз он будет думать, а потом говорить. Сглазил… Вчера вечером он сидел за кухонным столом, держа в руках кружку с остывшим чаем. Напротив него был Джеймс. Сын доедал тост с джемом, поглядывая периодически на отца. Джеймс растягивал время с папой, отвлекая его на разговоры о метлах. Мальчик уже спал и видел, как получает на один из праздников новую детскую метлу. А потом у него появится братик, и он научит того летать. Да, план был очень надежным. Поттер откинулся на спинку рабочего кресла, вспоминая момент, когда Рон буквально ворвался в их дом. Выпрыгнул из камина красный, озлобленный, грудь тяжело вздымалась вверх и резко опускалась. Уизли выглядел взвинченным и очень нервным. Почти двадцать минут Гарри, а потом и Джинни с Джеймсом, слушали бессвязный рассказ с всплывающим «Малфой». Он слышал еще с начала обучения в Хогвартсе, что змеям доверять нельзя. И мечтал о дне, когда этот стереотип уйдет. Такое возможно? Простое желание. На уточнения Гарри, чтобы чуть лучше понять причину конфликта, Рон мямлил. И явно что-то недоговаривал. Каждый раз, когда разговор приближался к причине его раздражения, Уизли сворачивал в сторону. И по новой стал ругаться на Малфоя. А получив срочный Патронус от Артура, скрылся в дымке камина. Гарри слишком хорошо знал своего друга. Возможно. В последнее время Поттер ловил себя на мысли, что не понимает происходящего вокруг. Одно он понимал точно: Рональд что-то скрывал. В кабинет, сквозь дверь, влетел бумажный самолетик красного цвета. А это означало, что вновь уведомление о проблеме. Гарри развернул бумажку и прочитал жалобу. Еще один случай незаконного использования чар слежения. Мерлин… Гарри ослабил галстук, который походил на удавку. И нахмурился. За последние две-три недели количество таких уведомлений увеличилось вдвое. Если пару жалоб он еще мог проигнорировать, то десяток требовал вмешательства и отчетности. — Кому ж, блять, не живется спокойно? Усложняют и себе жизнь… и мне больше бумажной работы… Для Кассиопеи Малфой понедельник, наоборот, начался замечательно. Папа разрешил взять в детский сад нового дракона, домовиха послушала ее и положила в рюкзак дополнительную порцию печенья. А главное, сегодня она сможет рассказать Джеймсу, что Гермиона приходила к ним домой. И для малышки это было важнейшим пунктом, потому что она грустила, когда друг рассказывал о своих занятиях с мамой… А у нее есть Миона, это еще лучше. Почему-то на подсознательном уровне Кэсси, конечно же, считала, что новая подруга круче мамы Джеймса. День приближался к концу, Кассиопея ожидала встречи с папой. Она сидела за маленьким столиком и старательно раскрашивала цветочки, когда рядом плюхнулся Джеймс. Наигрался с мальчиками значит… — Забыл. Вчера бабуля испекла кексы, – поделился новостью друг. — И? Молодец. У меня для этого домовики. Они вкусно готовят тоже. — Нет, ты не понимаешь! – Джеймс пытался отдышаться после активностей, поэтому не следил за громкостью. — Очень много кексов. Поэтому приходи сегодня к нам домой. Кэс оторвалась от рисунка, отложила карандаш и посмотрела с недоумением на Джеймса. — Домой? – она еще не ходила в гости к друзьям, как это вообще… Получив кивок от маленького Поттера, Кэс расправила плечи. — Такое надо сначала у папы спросить. Я не могу такое решать. И в ней бурлили сомнения, что Драко согласится. По какой-то причине он странно общался с папой и мамой Джеймса… А ей бы не хотелось видеть грустного отца. Спустя несколько часов Драко шел с Кэсси, которая удобно устроилась у него на руках. А тем временем Джеймс рассказывал Гарри, что папа Кэс согласился провести с ними вечер. Поттер понимал, что его мнение по этому поводу никого не интересует. Он стоял возле входа и смотрел на сына не моргая. Потом перевел такой же стеклянный взгляд на дочь Малфоя. И на самого Драко, которого веселила сложившаяся ситуация. На нервах его решил сыграть, дочери же не откажет. Кажется, что у него начала болеть голова. Снова. — Пап! Ну пожалуйста. — Нет, Джеймс. Мама будет недовольна. — Это нечестно. Папа Кэс сразу согласился, почему ты не такой? — Джеймс, так нельзя говорить. Что за воспитание? Но сын лишь театрально вздохнул, а Кэс поудобнее устроилась на руках отца и внимательно наблюдала за происходящим. Они еще пару минут поспорили, маленький Поттер из принципа не хотел проигрывать. «Вот это ему, видимо, досталось от Джиневры», – подумал Драко. Давай же, малыш, дожми отца. Малфой тоже не горел желанием проводить вечер у Поттеров, но Кэсси была такая счастливая, когда рассказывала о возможном первом походе в гости. Даже если этим другом является Джеймс. Тем более, бонусом можно посмотреть на недовольного Гарри. Старший Поттер медленно прикрыл глаза, вздохнул и мысленно застонал. Джеймс сразу почувствовал слабину. — Папуля? — Ладно, только недолго. Твоей маме нужно больше отдыхать. — Значит можно? – Гарри посмотрел на довольного сына и не менее радостную дочь Малфоя. Маленькие манипуляторы… Драко и Гарри посмотрели на довольных детей. Джеймс подпрыгнул, а Кэс похлопала в ладоши. И только двое мужчин одновременно тяжело вздохнули, потому что этот вечер продолжается не так, как они того хотели. Жилище Поттеров отличалось от квартиры Малфоев. И уж тем более это не сравнимо с Поместьем. Поэтому Кэсси разглядывала каждый уголок с неподдельным интересом. В гостиной были раскиданы части от железной дороги, диван не до конца заправлен потрепанным оранжевым пледом. В моменте Драко достал из нагрудного кармана платочек и протянул его Кэсси. Та с недоумением посмотрела на отца, но обработанную ткань приняла. Сказать, что Джинни была удивлена… ничего не сказать. Она отреагировала бы иначе или постаралась скрыть удивление и некое презрение, предупреди ее Гарри о гостях. Но времени у того не нашлось, даже на треклятый Патронус. Поэтому ведьме пришлось быстро убирать со стола мусор, чтобы организовать пространство для «особых» гостей. Она оставила их в гостиной, разместив на диване и двух креслах. А сама побежала заварить чай и переложить кексы на более презентабельную тарелку. Дети устроили небольшой спор в моменте, что вызвало смешок у взрослых. Драко решил выпечку этой семейки не есть, но попробовал для безопасности дочери. — Шоколадные лучше! — Нет, клубничные. Как бы не бесил старших Поттеров двуличный и надменный Драко, сидящий в глубоком кресле, они не могли транслировать это и на малышке. Она не виновата, что ее отец отвратительный человек. Для них, для кого-то еще. Но логично, что это не распространялось на Кэсси. Джинни перепалка детей рассмешила и умилила. — Они нашли друг друга походу, – посмотрела Поттер на мужа. Губы растянулись в кривой улыбке. — К сожалению, – пробурчал Гарри. А затем наклонился к жене, чтобы прошептать на ухо. — Кто ж знал, что из всех детей наших ближайших друзей и знакомых, Джеймс найдет что-то в ребенке Малфоя. Кэсси кажется милой девочкой, но все познается с возрастом. Посмотрим. Что-то я не заметил такой реакции, когда Рон приходит в гости с ребенком. И пока взрослые играли в свои сложные игры и переглядывались, проводя время вместе. Кассиопея и Джеймс в шуточной форме спорили обо всем: игрушках, сладком. Прекрасно, когда у детей были такие заботы. Хорошо, чтобы они и в будущем были именно такими. К тому моменту, когда дети поутихли и переместились на пол, чтобы собрать пазлы, Джинни начала чувствовать усталость. Беременность протекала сложно. Дни, когда в доме собиралось слишком много людей, давались ей тяжелее обычного. — Я считаю, что это одна из самых странных ситуаций в моей жизни, – тихо признался Гарри, наблюдая за тем, как Кэсси и Джеймс перебирают детали. — Если подумать, то дети показывают хороший пример. И в разы умнее нас. Луна правильно сделала, что открыла заведение, подобное магловскому. Теперь дети общаются до этих разделений на факультеты. На это Гарри ничего не ответил, потому что слов и не нашлось. Поттер сделал глоток чая и поперхнулся из-за неожиданно вспыхнувшего камина. Точно, вечерний осмотр Джинни. В гостиной появился Теодор Нотт. — Приветствую, Поттеры. Нотт поправил ремешок небольшой кожаной сумки, которая переброшена через плечо. Он окинул присутствующих взглядом и задержался на неожиданном госте. — Малфой, – кивнул Тео. И что он тут забыл? — Малышка Малфой. — Здравствуйте, – Кэс не стала отрываться от игры, но и не поздороваться считалось бы плохим тоном. — Джинни, – он тепло улыбнулся. — Как себя чувствуешь? — Тяжело, но всяко лучше, чем большинство мужчин в этом доме, – Поттер повеселела, а Гарри и Драко закалили глаза. — Я даже спрашивать не буду. Одного вида на ваши кислые лица и довольных детей будет достаточно. Пройдем в комнату? Я проведу осмотр и вернусь к приятной компании. Без обид, но с вами не повеселиться. — Всегда хорошо там, где нас нет. Ты просто не прочувствовал всю атмосферу, – проворчал Драко и посмотрел на дочку. Тео усмехнулся. — Поттер. — Да? — Есть минутка? Пока твоя жена наверху подготавливается. Гарри удивленно посмотрел на Тео, но от него не ускользнуло то, как Нотт покосился на Малфоя. Получается, что бывшие слизеринцы были на так близки. Они вышли в коридор и Гарри ускорился, чтобы зайти на кухню. Поставив для точной конфиденциальности разговора заглушающее, он посмотрел на Тео. — Осторожнее со мной этим будьте. Потому что Малфой странно ведет себя в последнее время. И я склонен считать, что это связано с предстоящими выборами. А ты все-таки не последнее лицо, – без прелюдий и неуместных слов выпалил Нотт. Поттер нахмурился и почесал нос. — Если ты думаешь, что он по своему желанию здесь, то ошибаешься. У Малфоя все на лице написано. Если бы не Кэс, ноги бы его тут не было. О чем речь, он попросил дочь держать при себе платок, а то испачкается здесь обо что-то, – Гарри был рад выдохнуть на минуту и высказать часть недовольств. — Ты мне скажи, это связано с Гермионой? Она в порядке? — Прости, Поттер, не распространяюсь о личной жизни других. — Хотя бы намекни. — Вернемся, мне нужно закончить работу на сегодня. К удивлению Гарри, в гостиной стало немного тише. Драко держал Кэсси на руках, а та прощалась с Джеймсом. Когда она помахала каждому маленькой ладонью, то уткнулась носом в плечо отца. Драко убрал выбившиеся пряди с лица девочки и поцеловал в лоб. И только после этого поднял взгляд на Поттера и Нотта. Несколько секунд на Малфоя смотрели две пары глаз. — Поттер, Нотт, – на лице Драко заиграла едкая ухмылка. — Увидимся, господа. Джейс, спокойной ночи. Перед Гермионой лежал раскрытый дневник, в который она стала все реже и реже оставлять записи. Эту терапию ей посоветовал еще Целитель Разума, а потом продолжил и психотерапевт. Девушка делилась с ним переживаниями, успехами. Просто болтала сама с собой. И сегодня ей также захотелось поделиться о последних событиях. Но беда в том, что в голове каша, а передать это на бумагу тяжело. За последние двадцать минут она не написала ни строчки. Просто пялилась на строчку с очередной точкой. Мог ли Малфой баллотироваться? Если раньше она бы удивилась и посмеялась, министр Малфой… То стоило ли исключать это сейчас? Многое могло измениться во взглядах мужчины. Хотела ли она рассматривать этот вариант? Нет. Почему все вокруг считают, что она обязана сомневаться в Драко? Потому что сами сомневаются? Или это связано с тем, что сам Малфой попросил больше ему доверять? Что наталкивает на замалчивание каких-то фактов. Сзади послышался хлопок, и Гермиона подумала о Теодоре, который обещал еще раз зайти после закрытия кофейни. Она повернула голову, но увидела Драко. В спортивном костюме и с привычным беспорядком на голове. — Прости, что опять без предупреждения. Но после сегодняшнего мне нужно было увидеть что-то приятное. А вариантов немного, поэтому я поиграл перед сном с Кэс и решил ненадолго заскочил к тебе. Он с такой легкостью и спокойствием говорил, что у Гермионы сломалась логика. А вчерашний разговор точно был или это ей привиделось? — И ты все равно мог бы обозначить о своем появление. Мало ли я тут не одна? От такого комментария кадык Драко нервно дернулся. А лицо скривилось. Мысли о потенциальном ухажере Гермионы попытались вернуть наружу поздний ужин. — Я пошутила, успокойся. Максимум Тео хотел зайти. Малфой медленно подошел к столику. — Пэнси сказала, что день был паршивым. Она забежала, чтобы померить на Кэс пару заготовок и проболталась о твоем состоянии. — Очень мило с ее стороны. — Гермиона, это из-за нашего разговора? — Что? Нет. Ты много на себя берешь. — Перестань, Грейнджер. Ты же на подсознательном уровне понимаешь, что не все можно говорить сразу. Иначе не получится, прогорит. Оно нам нужно? Когда на кону стоит слишком много, – Драко со скрипом отодвинул стул и присел рядом с ведьмой. — Уже скоро многое встанет на места, и ты сможешь задавать вопросы. — Какая удобная формулировка, отговорки. Кидаться общими фразами ты мастер, Малфой. А в итоге что? Я изучила все, что было предоставлено. Могу сказать, что Кингсли играет грязно. Почти все проходило через него. Имеет ли смысл мне продолжать и подставлять себя? Это не вопрос трусости, а безопасности. Он резко выдохнул и приступил к нервному постукиванию по столешнице. Гермионе осточертели эти витиеватые слова, однотипные ответы и «завтраки». Вечером, когда Тео ушел, она посмотрела на все еще раз. И происходящее ее изрядно помотало, хотелось снова спокойствия. — Это из-за выборов? Ты ждешь объявления кандидатов? От этого что-то зависит? — Герм… Ведьма поняла, что ответов не будет. Поэтому взяла дневник, закинула между страниц ручку и направилась к выходу из зала. Драко поднялся следом. Он не был в курсе скрытой лестницы, которую она использовала редко и преимущественно оставаясь одна в заведении. Мужчина ускорил шаг. Пока фигура девушки не скрылась за дверью, он перехватил ее за запястье. — Посмотри на меня, Герм. — Не хочу. Ты опять будешь это делать. Играть на эмоциях, чувствах. А я устала и хочу свою спокойную жизнь и работу. — Гермиона. — Отпусти. Мне правда не хочется продолжать эти разговоры. Нужно ждать до встречи выпускников? Хорошо. Но до этого ты должен не попадаться мне на глаза. — Нет, – серые глаза смотрели пристально на нее. Гермиона аккуратно высвободила руку. После чего ушла дальше, скрываясь в потемках подсобного помещения, не использовав даже Люмос. На этот раз Драко не стал бежать за ней, это не имело смысла. Гермиона в таком состоянии резала без ножа. Ей стоит побыть наедине с собой или заручиться поддержкой Паркинсон. Да и был бы смысл пытаться остановить ее, когда Гермиону бесят абстрактные ответы. А только их он и мог сказать, дав Непреложный Обет. Большего, чем сейчас, Малфой придумать не мог. — Министр, – в дверь кабинета постучали, и через пару секунд выжидания она приоткрылась. — Понимаю, что вы уже собирались домой, но принесли выпуски, о которых вы просили немедленно доложить. Секретарь выглядел бледным, потому что краем глаза увидел первую полосу одной из газет. И не знал, как реагировать на это. И тем более, предугадать эмоции начальника. — Оставь на столе и можешь быть свободен до завтра. Молодой паренек суетливо пробежался до рабочего места Министра, попрощался и поспешил покинуть кабинет. Оставаться дольше положенного не имело смысла, да и ему хотелось оказаться подальше от всего этого. Несколько свежих газет вызвали на лице Кингсли злорадную улыбку. Если проблема может вот-вот объявиться, то он сам покажет ее и сыграть на этом. Проще запустить все самому, чем ждать вечера в Хогвартсе, куда ее обязательно приведут. «Гермиона Грейнджер готовится к возвращению?» «Бывшая героиня войны и ее роль в новой политической гонке?» «Самовыдвижение или поддержка старой гвардии? Как поступит подруга Гарри Поттера?» «Свадьба года? Какое платье выберет Гермиона Грейнджер? Новая миссис Нотт или просто подруга?» Они сами вынудили его сделать первый ход.