Твое присутствие

«Сегодня я впервые после выпуска посетила Хогвартс. И как же трогательно смотреть на первогодок в только полученной, после распределения, форме.

Сразу же невольно вспоминаются мои учебные годы. И то, как я пыталась всегда отвечать на вопросы преподавателей. И, конечно же, соревновалась с Драко за первое место по успеваемости. Иногда он обходил меня на пару баллов, иногда я его.

Эх, вот были времена. А первые годы еще и беззаботные, мы только узнавали друг друга. И отлично выясняли отношения между Гриффиндор и Слизерин. Сейчас Минерва сказала, что это продолжается. Но не так явно. Многие стерли границы между факультетами и общаются, исходя из интересов.

Фрагмент из личного дневника Гермионы Грейнджер»

Несколько секунд Гермиона не двигалась, даже задержала дыхание, осматривая обстановку. Ей не было так страшно, потому что внутри себя она уже была готова увидеть фамилию «Малфой». Но, где-то теплилась мелкая мысль, что Тео и его предположения будут не верны. Что их сомнения притянуты и в них говорит неуверенность. Потому что возвращение в ее жизнь Драко, Люциуса… в целом Магического мира. Приплетай ко всему предстоящие выборы… кажется слишком очевидно. Но увидев это официально, тем более перед всеми. Теперь все ощущалось несколько иначе. Особенно добивали перешептывания, резкие взгляды и фырканья с хлопками в ладоши. — А я говорила, что Грейнджер в фамильном комплекте Малфоев? То есть это заявление о ее принадлежности к определенной стороне? Он даже смотрит сейчас не на собравшихся, а на нее… — Будто ждет реакции, чтобы быть готовым ко всему… — Герм? – Пэнси, стоящая рядом, конечно услышала тоже комментарии в сторону подруги. И обратила внимание, как Гермиона быстро менялась в лице. Но вот Грейнджер не ответила, а продолжала переводить взгляд с пергамента на Драко. — Он знал? – произнесла Гермиона. Малфой, который в последние разы смотрел на нее, будто она что-то значила для него. Не пустое место, а часть чего-то большего. Или это опять глупые чувства застилали взгляд, мешая увидеть очевидное. Играл ли он снова? Именно это скрывал Драко и не хотел говорить? Мечтал посмотреть на растерянную ведьму, а затем просто вылить все сверху, как вишенка на кучке дерьма… — Герм… – Теодор тоже постарался обратить внимание Гермионы на себя, но не вышло. Тогда он посмотрел на виновника. На того, кто вот так быстро смог в очередной раз выбить Гермиону из реальности. Малфой не двигался. Он тоже был в растерянности и не хотел подходить сразу же, потому что Грейнджер всегда нужно пару минут для разговора с самой собой. Да и что он скажет, если сам пребывал в шоке. Оправдываться за отца также не имело смысла, ситуация с нелепыми отговорками будет еще глупее. Другое дело, что его в этом списке не планировалось. И это тот момент, когда Люциус играл на две стороны и что-то решил оставить для будущего разговора. Который необходим в ближайшее время. Желательно в присутствии Гермионы, чтобы та наконец-то была в курсе происходящего. И смогла принять решение или получить пищу для размышлений. Сейчас же он позволил сделать ей первичные выводы. Без дополнительной информации и своих, отцовских взглядов. И позволил Гермионе злиться на них. Они и не заметили, как вокруг зал постепенно оживал. И Кингсли, после парочки шаблонных фраз, удалился со сцены, как и Минерва. Вокруг возгласы стали более громкими, открытыми. Местами даже ядовитыми. — Малфои? — После всего? — Но Люциус же норм сейчас, моя дочь ходит в садик с его внучкой. — Да, дедуля из него получился горячий. — А Малфой же завидный отец-одиночка, да? — Это же невозможно. Гермиона слышала обрывки разговоров. И каждая выловленная фраза звучала хуже предыдущей. Какие-то комментарии даже вызывали рвотный рефлекс. Она машинально прикрыла запястье ладонью, перебирая пальцами, вдруг ставший тяжелым, браслет. «Мы не будем сейчас забегать вперед… ты скоро все сама узнаешь… мне нет смысла играть с тобой и делать пешкой в этой игре» Смешно. Получается, что все это оттягивало время до неизбежного. Теперь, когда она немного больше видит, слышит и находится в эпицентре. Внутри сложенной компании по достижению опять же чьих-то целей. Настолько, что выбраться фактически нереально. — Дорогая, давай потихоньку пойдем? Пока тут не началась анархия, – Пэнс осторожно коснулась локтя подруги. И получив положительный ответ, чуть крепче сжала руку Гермионы, уводя в сторону выхода. Но прежде чем они успели выйти, путь им преграждает Гарри. — Подожди. Ты знала? Гермиона подняла на него взгляд. Бывший друг был примерно в таком же растерянном состояния, как и многие присутствующие. Гермиона немного зависла, обрабатывая короткий и тихий вопрос, который жалил ее. Она нахмурилась, когда он ткнул в глупый пергамент. Гермиона, минутами ранее, сжала такой же и бросила на пол. — Нет. Он провел свободной рукой по лицу, стараясь снять всю усталость, злость и растерянность. — Нам нужно поговорить. После. Обещай, что найдешь для меня время. — Я… ничего не могу тебе обещать, Гарри, – аккуратно покачав головой, сказала Гермиона. Гермиона и Пэнси быстро преодолели расстояние до каминной комнаты. И по пути их догнал Тео. Они наконец-то смогли немного вдохнуть, особенно в коридоре, где были колонны и воздух свободно гулял по территории. — Я убью их, – Пэнси была первой, кто нарушил молчание. Тео усмехнулся и хотел что-то ответить Паркинсон, но лишь успел открыть рот, как позади раздалось громкое: «Гермиона». Драко, раскрасневшийся из-за бега, резко остановился около троицы. Тяжело дыша, он столкнулся с презрительным взглядом Паркинсон. Увидел, как Нотт начал расстегивать пуговицы на рукавах рубашки, готовясь выбить всю дурь из мужчины. Но все казалось такой мелочью, потому что задел его стеклянный взгляд Гермионы. — Я хотел рассказать, – только и успел прошептать Малфой. — Удели мне немного времени. — Нет, она не будет с тобой разговаривать, Драко, – Тео вышел чуть вперед, закрывая собой ведьму. — Достаточно с нее твоих сказок. — Вот, блять, тебя забыл спросить, Тео. Это только между мной и Гермионой. — Да нихера. Достаточно уже натерпелась от тебя и этих ваших выходок. Хватит, дай ей спокойно пожить. Угомонись, – Теодор сделал еще шаг, оказавшись вплотную с Драко. Его чуть вывела из равновесия маленькая рука Грейнджер, которая легла ему на спину. — Оставьте нас, я догоню, – всего лишь это смогла прошептать она. Нотт хотел оспорить просьбу подруги, но, слегка развернувшись, столкнулся с решительностью в глазах ведьмы. Тяжело сглотнув и почесав кулаком о брюки, он бросил полный гнева взгляд на Малфоя и пошел вперед. — Я буду ждать тебя в комнате на диванчике, хорошо? – перед уходом сказала Паркинсон. — Да, я догоню вас. Они вышли на улицу, присев на одну из каменных лавок. Лунный свет падал на бледное лицо ведьмы, поблескивая в ее глазах. Драко специально подложил жилет, чтобы Гермиона не сидела на холодном камне. А также не забыл про Согревающие чары. От такой неожиданной заботы Грейнджер фыркнула. Умеет же… только вот смотрится после всего это так странно… — Давай я сначала скажу, а потом выслушаю твой рассказ, – сказала Гермиона. — Я могу понять многое. Ты боялся, многое связано с твоей семьей. А мне известно, как вы стараетесь держаться друг за друга. И могу понять, что у тебя были причины замалчивать ради моей «защиты». Я не глупа и общая картина, как правило, всегда показывает все однобоко. Только вот… Драко, – она посмотрела ему в глаза. — Ты решил многое за меня. Хотя знал, что я такое не люблю. Вот это ранит. Думал, что я буду не готова принять правду? — Потому что, узнай все раньше, ты бы пошла против всего. — Да, – честно ответила ведьма. — Но помимо этого я бы начала задавать вопросы, искать ответы. А ты чего-то боялся. Так еще и связан Обетом, да? — К сожалению это так. И еще, я боялся потерять тебя. — Драко… – она протянула руку, положив ее на плечо Малфоя. — Проблема в том, что я и сейчас могу уйти. Здесь такая ситуация, когда нет правильного ответа и предугадать сложно. А еще это твое баллотирование на пару с отцом. — Вот тут хочу сказать, что меня не проинформировали о подобном исходе. И ответы нужно получить от отца и мне, – девушка почувствовала, как внутри все болезненно сжалось. Одна часть верила словам мужчины. А другая била о стенки ее тела и кричала, что доверять ему нельзя. Раз обманул, сможет и два. Грейнджер ощутила, как внутри нарастает привычное раздражение на себя. Ведь в глубине души она все еще надеялась, что Драко не станет играть с ее чувствами и говорит правду. — Я не знал, что мое имя будет в списке. Но догадывался о возможном. — Ты сейчас серьезно? – грустно усмехнулась ведьма. — Драко, ты понимаешь, как это звучит? — Да, – голос Драко предательски дрогнул. Он взял руку девушки, что все также лежала на его плече. И тихонько сжал ее. — Герм, посмотри на меня. Пожалуйста. Она боролась с собой, хотела отвернуться. Встать и уйти. Но глупые чувства к Малфою сломали ее, Гермиона все-таки посмотрела. Ожидала увидеть привычного Малфоя, который уверенно и холодно держался в любой ситуации. Но вместо этого рядом с ней сидел тот, кто также получил удар. Или… Малфой просто хорошо отыгрывал роль? — Я не хотел, чтобы ты узнала так. Для меня важно, чтобы Кэс и ты были в безопасности. Понимаешь? Просто для этого приходится ломать привычное и оберегать сильнее. И пойми, многое еще для меня неизвестно. — Я не знаю, Драко, – честно ответила Гермиона. — Ну надо же, – неожиданно из тени коридора послышался чей-то голос. Ведьма вздрогнула и повернулась, чтобы увидеть владельца такого знакомого, язвительного, тона. Рон стоял неподалеку и не спеша двигался в их сторону. В руке он держал стакан с недопитым виски, который уже явно был не первым. Его взгляд скользнул по Драко, потом по Гермионе. — А я все думал, как быстро ты найдешь себе нового мужчину. Ну знаешь, чтобы кто-то вновь вытер об тебя ноги и посмеялся. Оказалось, все куда изощреннее. И кто из вас завел себе питомца? Малфой, подбирать чужое в твоем вкусе? — Рональд, – устало произнесла Гермиона и дунула себе в глаза. Она даже не хотела начинать этот разговор. Между ней и Уизли осталось много недосказанностей, злости и ядовитых словечек. Выяснять это здесь, когда в любой момент могут нагрянуть непрошенные зрители? Тем более, Драко и Рон никогда не переносили друг друга. — Что? Я что-то не так сказал? – усмехнулся он и отпил. — Или теперь нельзя говорить очевидное, М-и-о-н-а. Драко напрягся. Уизли так мерзко растянул сокращение ведьмы, которое с такой нежностью и трепетом проговаривала его дочь. — Уизел, – Малфой встал и направился в сторону пьяного Рона. — Нет, Малфой. Ты помолчи. Сейчас я говорю с ней. Знаешь, бывшие… такие суки, – Рон сделал шаг вперед. — Знаешь, что забавно, Гермиона? Все эти годы я вот думал: на что ты так обиделась? А оказалось, что ты просто развлекалась и расставляла ноги перед Пожирателем. Он хорошо тебя ебет? Приятно, когда он, возможно, обмазывает тебя грязью и шепчет отвратительные слова. Он нервно усмехнулся, замечая, как Гермиона побледнела. Алкоголь снял тормоза и развязал язык Рона. То, что годами пряталось за раздражением и обидой, теперь выходило наружу. Вот оно, то, что бьет похуже Сыворотки Правды. — Ты действительно сейчас это говоришь? — А что? Неприятно слышать? Может и твоя мелочь тоже от нее, Малфой? Не успел вытащить… Драко быстро сократил расстояние между ними и кулак полетел прямо в нос Уизли. Был тот мелкий шаг назад, попытки остановить себя и не делать подобную глупость в общественном месте. Но тот посягнул на святое, втянув в личные разборки дочь. — Не смей. Открывать. Свой. Поганый. Рот, – он схватил Рона за рубашку и швырнул на пол. Наступив на светлую, стиранную много раз, ткань, ботинком. — Моя дочь. Гермиона. Они не стоят и твоей соринки, Уизел. — Интересно, Малфой, – сплевывая, проговорил Рональд. — Сколько Грейнджер берет, чтобы быть полезной? Поди много, раз сидит с тобой, пользуется такими побрякушками. — На твоем месте я бы следил за беременной женой и помогал ей, Вислый. А не прожигал взглядом ту, что сам потерял. Спасибо, что когда-то налажал. — Да пожалуйста. Толку он нее было ноль. Никакой искры, огонька. Лаванда быстро показала, что значит нормальный трах. А не эти пять минут в темноте. Глаза Драко стали холодными. Он услышал всхлипывания позади себя. — Рон, блять, – Гарри вторгся в перепалку между Уизли и Малфоем. Пройдя мимо осколков, он накинул на Гермиону пиджак и подал платок. Все трое одновременно посмотрели на него. Гермиона также заметила в стороне Джинни, которая держала руку на губах и с презрением смотрела на брата. — Какую хуйня ты учудил, блять, – Поттер подошел к мужчинам. — Я забираю его, Малфой. Достаточно на сегодня встреч и разговоров. Помоги лучше Гермионе. Драко кивнул. И еще немного вдавив туфель в Уизела, отошел в сторону. — Гарри, ты слышал… Ты еще и на их стороне, серьезно? — Вставай, Рон, – поднимая его, сказал Гарри. — Ты как в таком виде перед отцом, женой покажешься? Несколько минут никто не говорил. Потому что каждый был в своих мыслях. И Гермиона смотрела вслед уходящих, когда-то близких друзей. Размазала макияж, над которым там старалась Пэнси. Она ожидала, что Рон выкинет что-то подобное. Но услышать было больнее, чем просто знать. — Ты в порядке? – Драко задал глупый вопрос, чтобы хоть как-то прервать эту разъедающую тишину. — Герм. Она посмотрела на него. И не ожидая сама от себя, заключила Драко в объятия. Упираясь лицом ему в живот, она оставляла мокрые пятна на дорогой, но уже помятой, рубашке. Следы от туши и тонального крема размазывались по ней, но Драко было все равно. Он тихонько положил руку ей на голову и стал поглаживать макушку. И похуй, если завтра что-то из происходящего украсит обложки. — Завтра приходи ко мне, Герм, – прошептал он. Она подняла голову и посмотрела на мужчину, нахмурившись. — Сможешь провести время с Кэс. И. Ты заслуживаешь ответы, поэтому я попрошу отца о встречи. Специально не в Поместье, чтобы лишний раз ты не стрессовала. Довольно этих игр. Мы получим ответы, и ты решишь уже для себя: продолжать или отступить. Я поддержу любое решение, Гермиона. — Хорошо, – измученно выдавила из себя ведьма. — Проводи меня в комнату для перемещения. Мы заставили Пэнси долго ждать. Мне нужна подруга. — Пойдем, – помогая встать, кивнул Драко.