Создавая врага

      Возможно, не стоило резко исчезать из-под носа Альбуса Дамблдора, но ей необходимо побыть одной хотя бы пару дней.       Наэвис давно прознала, что в Запретном лесу мало кто захочет или догадается её искать. Тем более, чем глубже оказываешься в нём, тем интереснее созданий находишь. К тому же в Визжащей хижине можно было переночевать, не особо беспокоясь о безопасности. Мало кто в здравом уме захотел бы здесь погулять, а любопытные школьники и тем более боялись ходить в это проклятое место, окруженное сотнями легенд о призраках и неусопших. Здесь можно и поколдовать вдоволь, особенно, если заранее обложить домик парой десятков защитных и сигнальных чар.       Самую дальнюю комнату без окон Висс привела в порядок, починив почти всю мебель и заделав все дыры в стенах. Наутро она решила закупиться едой на пару дней, и чуть ли не законсервировала себя в комнатушке, не намереваясь даже разговаривать с кем-либо. Ей было немного страшно от того, что происходило в её голове.       Мысленно она возвращалась к разговору с Дамблдором, вспоминая, как раскрывала ему свою душу. Он не знал того, что скрывалось в действительности за её словами. Никто не знал — осторожность слилась с её тенью, преданно преследуя девушку не одну сотню лет. И только сейчас, оказавшись в этом раздражавшем своей неправильностью мире, изменившись телом, она менялась душой. Вся её многовековая натура переставала иметь смысл с каждой неделей. И если раньше она была нелюдимой, замкнутой и до отвратительного расчётливой слугой, то теперь у неё не было цели, которой можно было бы самозабвенно отдаться.       Висс потеряла цель, с каждым днём всё больше теряя себя.       И если просто жить среди магглов ей было вполне приемлемо, то одиночество стало жутко отчётливым среди волшебников. Вот, она колдует, сыта, с крышей над головой и никто не отдаёт приказов, вежливо прося оставаться и учиться, молча о том, насколько она сильна, кто она на самом деле.       Не появляясь в замке неделю, Висс поняла, что ей стоило выходить из своего временного логова. Первые несколько дней она только и могла, что водить палочкой над головой, выписывая узоры в воздухе. А на шестой день заняла себя продолжением расшифровки чар, полностью отринув все печальные мысли к вечеру седьмого.       Вскрыв печать на двери, от испуга Наэвис захлопнула её сразу же. Северус так же стремительно её открыл.       — Насколько идиотские мысли приходили в твою голову?       — Если не хочешь получить палочкой в глаз, лучше замолчи, — хрипло огрызнулась Висс, хватаясь за горло. Она не разговаривала с того дня, как закупилась едой.       — Хамишь, хорошо.       — Уйди с дороги, — Висс смотрела в его глаза, стараясь отыскать хоть намёк на беспокойство за неё. Не нашла, на всякий случай достав из рукава палочку. — Что?!       — Вполне занудное холостяцкое жилище вышло.       — Не сейчас, — остановила его Висс, уперевшись палочкой ему в солнечное сплетение. И надавила, вынуждая отодвинуться с прохода. — Иначе наговорю глупостей.       — И думаешь, что сможешь как-то задеть меня этим? Дело в том, что директор…       — Дамблдор то, Дамблдор это… скажи-ка, насколько у вас схожие взгляды на тёмную магию? — Висс закипела быстрее, чем думала сможет. Этот нерасторопный, дикторский голос Снейпа сейчас её выбешивал до мозга костей. То, как он запросто проигнорировал её отсутствие, а ведь ей казалось, что у них было что-то общее. Её оскорбляло доверие, выказанное ему. — Ой, упс, промашка. Хочешь, выскажу всё, до чего мне хватило моего интеллекта? Того, который ты ставишь под сомнение при любом удобном случае?       — Бросаться такими словами, — Снейп не стал рассусоливать, так же доставая палочку. Висс даже не стеснялась и прожигала взглядом его руку. — Много ты о себе возомнила, выдумывая чепуху про своё горестное прошлое.       — Лучше бы тебе закрыть рот, — как же ей не нравился исход событий. Она, дура, возомнила о доверии между ними невесть что. Такое предательство было ожидаемо. Едва поведя запястьем, она сковала Снейпа заклинанием, всё с той же лёгкостью левитируя его обратно в комнату и вбрасывая в кресло. Нависла сверху, отобрала палочку и вернула ему волю, сразу же пряча палочки в футляр. — Если я сказала, что целитель, это не значит, что за свои годы не побывала на войне. Сопляк, который сам о себе возомнил много чего, прислуживая то одному господину, то другому. Как кошка, которая готова тереться о ноги каждого, кто поставит перед ней миску с мясом.       — Да как ты смеешь мне угрожать? — не сдавался под напором Снейп, взяв в тиски её предплечье. Она даже бровью не повела, злобно приблизившись к его лицу. — Ещё и без палочки.       — О, нет. Чтобы угрожать — нужно считаться с оппонентом. Я сказала уйти. Сказала замолчать. Кого же убил Тёмный Лорд? Твою невесту или жену?       Что-то в нём перемкнуло. Висс словно макнули головой в воду со льдом, как только она уловила треснувшую маску.       — Альбус тебе рассказал, — отводя взгляд, Северус никак не отпускал её руку, вцепляясь ещё сильнее.       Её мозг словно получил слишком много кислорода разом, и сознание поплыло перед глазами, улавливая, как чужая магия бесновалась и трещала.       — Я не позволила, — девушка свесила голову, чувствуя, как в носу пощипывает. Она не ожидала, что сможет так распереживаться. — Мне очень жаль.       Шмыгнув носом, она не решалась что-то сделать. Хватка на предплечье ослабла. Слёзы предательски текли, скатываясь по подбородку.       — Не знаю, что на меня нашло, — только через минуту выдавила Висс. Снейп всё ещё молчал. Даже дышал так, будто его загнали в ловушку.       — Нет, — послышался тихий, дрожащий голос. Полный сожаления. Боли. — Не моя.       Висс с горечью осознала, что, несмотря на её слова, она завладела доверием. Внутри всё ещё вещал коварный голосок о том, что цель всегда оправдывает средства, она захотела поддаться ему и задавить одновременно. Она совершала ошибки куда более осуждаемые, но ей казалось, что это была одна из самых грубых: сломать человеческое сердце снова.       Вместе с тем разбивалось её личное. Почему?..       Перед глазами у неё проносились воспоминания, в которых она, несомненно, поступила бы иначе. Сделала бы всё по-другому. Висс вздрогнула, понимая, что жалостью никому не поможет. Сейчас она сама себя загнала в ловушку в новых условиях: давила на больное намеренно, а теперь ревела над совершенно чужим ей человеком. Что она вообще здесь делала, строя из себя примерную девочку, жаждущую одобрения?       Кого она обманывала в этом фарсе, если не себя?       — Будет лучше, если мы просто забудем об этом, — жёстко отрезала Наэвис, отстраняясь. Протянула ему палочку, смотря прямо, холодно. Игнорировала заплаканное лицо. — Мне пора вернуться на рабочее место. Вам тоже, Северус.       — Ты ошибаешься, — качнул головой Снейп, покинув комнату, но ещё ожидая её в коридоре, взглядом придираясь к тому, как она поведёт себя. Как ни в чём ни бывало, он перевёл тему. — Близится время экзаменов, поэтому занятия придётся перенести на вечера воскресенья. В остальное время у меня хватает работы.       — Хорошо.       Больше они не разговаривали, пока не разошлись в подземельях.

***

      День за днём ведьма посвящала себя изучению чар, заклинаний, мелких порч и сглазов. Ей становилось всё намного понятнее, как использовать свою силу, а раз в неделю она остервенело сходилась в магической дуэли со Снейпом, стараясь вообще с ним не говорить. На удачу, он тоже не особо стремился заводить разговор, и Висс вздохнула с облегчением, рассматривая это как возможность остыть. Ей необходимо было остыть, чтобы здраво оценить ситуацию.       Все эти эмоциональные качели, дурные размышления о цели жизни — всё стоило отбросить, посвятив себя возвращению домой. Она искупит грех по-другому, а потом вернётся на службу, ей хватит ума объяснить. Больше не будет тех осечек, которые она себе так непредусмотрительно позволила. Она — не человек, чтобы так просто позволить себе быть ведомой эмоциями и мимолётным одиночеством.       Ведь она всегда была одна. Только знакомые. Дружба — непозволительная роскошь склонных к быстрому увяданию людей и им подобных.       Трапезы в Большом зале перестали быть для неё каким-то мучительным событием, которого она старалась избегать. Больше никто на неё не смотрел, скорее даже избегал вообще пересечься с ней взглядом. Сначала она не поняла этой перемены в настроениях, но вскоре до Наэвис дошло. Тот беспристрастный взгляд, которым она теперь не стеснялась одаривать кого бы то ни было, внушал страх. Все в корне изменили своё к ней отношение.       Великий и могущественный волшебник, Альбус Дамблдор, не отрывал своего проницательного взора от неё ни на секунду. Если он не мог следить за ней своими глазами, то она сразу слышала, как шептались картины, докладывая ему всю информацию о её передвижениях. Пускай. Её расписание стало невероятно стабильным, как только она отшвырнула от себя глупости.       — Ты стала намного сильнее, — Снейп не спешил покидать аудиторию, рассматривая её.       — Что ты хочешь услышать в ответ? — она не мешкала и не ходила вокруг да около, считывая его настроение. — Всё написано на твоём лице. Если ты хочешь действительно хорошо научиться скрывать свои намерения, тебе стоит научиться обманывать меня. Или смерть зайдёт в твою дверь раньше.       — Тебя всё же беспокоит моя смерть.       Не потерпев такого ответа, она метнула в него режущим заклинание. С присущей ему грацией, Снейп отмахнулся от заклятия, как от назойливого комара.       — И всё же. Не поленись ответить.       — Я должна говорить о своих чувствах? — ей хотелось сказать это резче, чем вышло. — Мы не друзья, чтобы рассказывать друг другу душещипательные истории за бокалом вина.       Северус усмехнулся, коварно улыбаясь. Чёрт, это совсем не то, что она хотела сказать. Совсем не тот эффект.       — Подчини свои эмоции наконец, иначе у Альбуса не останется выбора, кроме как расправиться с тобой.       — Какое завуалированное беспокойство, — Висс огрызнулась. Стоило ему открыть рот, как она не смогла сдержать своих собственных эмоций.       Раз уж повисла такая пауза, она решила оградиться от него в своих записях.       — Кажется, мы слишком похожи по своей природе.       Он всё никак не мог перестать говорить, и на неё подействовало замечание. В её руках треснула ручка, которой она с нажимом выписывала заметки о своей неосознанной защите. Пытаясь разгадать эту тайну, она старалась отвлекаться от его слов, выходило, правда, совсем уж паршиво.       — Мне понадобилось время, чтобы разгадать причину такого резкого изменения в поведении.       Чёртова дикторская манера разговаривать степенно.       — Я пришёл к выводу, что твоя ошибка так же связана с разочарованием. Томас, так? Ведь твой ученик был ещё и твоим господином?       — Мы не похожи, — ручка сломалась пополам, размазывая чернила по руке. Одна из капель упала на страницу, и Висс со вздохом отодвинула блокнот, рассматривая чёрную жидкость, заляпавшую руку и парту.       — Вот почему мы так хорошо понимаем друг друга, — Северус приблизился, оперевшись локтём на парту. Он взял дневник, пролистывая записи, хмурился с каждым разворотом всё больше, пока не кивнул сам себе и не вернул блокнот. — Мне не очень хорошо даются разговоры, поэтому буду благодарен за отсутствие расспросов.       — Это мировая? — она прикусила язык, с прищуром всматриваясь в чёрные глаза. — И что тебе надо взамен?       — Правду, как изначально и надо было сделать.       — Где гарантия, что ты не растреплешь всё Дамблдору или кому бы то ни было?       — Да я и не шибко с ним делился своими выводами до этого, — Северус едва улыбнулся, буквально краешками губ. Видимо, это всё, на что он был способен в крайне положительном расположении духа. — Хорошо это, плохо ли, но директор доверяет даже скупому описанию.       Не отрывая взгляда, Висс практически его не слушала, размышляя об искренности его намерений. С шумом выдохнув, она скрестила руки на парте и спрятала в них лицо.       — Я не хотела так себя вести, — призналась она, надеясь, что сказала достаточно тихо, и Северус просто не разобрал её слов.       — Я знаю.       Естественно, он всё расслышал, талант, демоны его дери. Девушка почувствовала, как её лицо от стыда горячится, как полыхают кончики ушей. Вели себя оба как маленькие дети. Она с усилием выпрямилась, рассматривая зачарованный потолок.       Сегодня опять воскресенье, и они оба патрулировали коридоры замка. Осталось буквально две недели до конца учебного года, и Висс с каким-то ужасом ждала летних каникул. Ей не очень хотелось возвращаться в захудалый домик.       — Ты можешь не ехать на каникулы домой, — почему-то прочитал её мысли Снейп. — Школа освобождается только от учеников, сотрудников это правило не касается.       — Скажи, у вас есть магия, позволяющая читать мысли?       — И да, и нет. Наивному обывателю может показаться, что это буквально чтение мыслей, — окинув Висс взглядом, он точно намекнул на её принадлежность к «обывателям». — Скорее как просмотр колдографий, как образов воспоминаний. В твоём случае этого не требуется.       — То есть, ты уже пробовал?       — Совру, если скажу «нет». Из чистого академического любопытства.       Висс закинула обе ноги на скамью и подпёрла голову рукой, разыгрывая женское любопытство. Ей захотелось немного посмущать Северуса, потому что она даже не знала, в какой момент он читал её мысли. Она думала о разном, иногда и не самом приличном. Ей-то стесняться было нечего. Жизнь была длинной и разнообразной, что вряд ли можно было сказать о консервативном профессоре Зельеварения. Вот же ж, чёртово одиночество. Стоило только с ней заговорить, и она сразу же растаяла, как пломбир под июньским солнцем.       Можно было бы, конечно, припомнить их разговоры с МакГонагалл, но та после её равнодушного вида ссылалась на экзамены, ужасную погоду и встречи с другими своими друзьями. Очевидно, Минерва либо испугалась, либо… Наверное, Дамблдор и тут внёс свою лепту, намереваясь свести с ней Снейпа. Старый лис. Как же он всё провернул?       — И что же ты там… увидел?       — Как думаешь, что по-твоему в твоей пустой голове можно было найти?       — Либо долгие ночи в холодной постели, либо непрекращающиеся формулы чар, — Висс улыбнулась с лёгким прищуром, не отводя взгляда. В её голове поносились образы всего того, что она говорила. — Ну, может, как я на кухнях попивала вино. Что-то из этого.       Снейп отвёл взгляд, кажется, даже перестав дышать.       — Ох, ты попытался сделать это сейчас? — печально вздохнула девушка. Ради такого она даже пропустила свою «пустую голову». — Ладно, стоит идти работать.       Висс поднялась со скамьи, очищая себя и парту от размазанных чернил. Едва сдерживаясь от очередного подкола, она призвала на кончик палочки свет, всё ещё недовольно рассматривая стандартные чары освещения. Их надо было поддерживать постоянно, концентрируясь на потоке магии. Чаще всего это заклинание у неё выходило невзрачным, и свет рябил, как неисправный фонарь под потолком её комнаты в приюте. Раздражающе.       Недолго приходя в себя, Северус погасил факелы в помещении и вышел следом за ней. Она стояла дальше по коридору, ожидая когда Снейп провернёт ключ в замке. Висс видела, как колеблется его магическое поле, исходя всполохами. Наверное, ей не стоило говорить, что все эмоции, которые чувствуют волшебники, не просто влияют на используемые чары, а они буквально меняют магическое поле самого чародея. И если внешне Северус Снейп выглядел лишь слега несобранным, то магия его было ужасно нестабильной. Наверное, она всё же немного научит его контролировать свою силу.       Но ни за что не скажет, что самоудовлетворялась его смущением. Очевидно, он прекрасно видел воспоминания Висс о бурных романах, которые она успела за свою жизнь завести не один десяток.