Небесный след в мире охотников

***

Огни ринга на 200-м этаже были ослепительными, а тишина в зрительских секциях — зловещей.Здесь не кричали. Здесь наблюдали.Вещатель, сдержанный и профессиональный,комментировал происходящее: «Начало боя Гона и Гидо. Гон дошел до двухсотого этажа без единого поражения. На счету Гидо — четыре выигрыша и одно поражение.Приготовились! Начали!» Гон вышел в центр, его лицо было сосредоточенным.Он активировал свой Тэн — грубый,но ощутимый кокон, как его учили.Его противник, Гидо, был мужчиной который стоял на странной деревяшке вместо ног и был одет в красную накидку что лица не видно.. «Гидо…использует Танцующих Волчков! Гидо выпускает своих танцующих волчков! Сила Гидо кроется в этих волчках, которые он направляет на своих противников!» — Полетели! Боевой хоровод! — прошипел Гидо,и волчки с тихим жужжанием полетели по арене.Они танцевали,описывая непредсказуемые,петляющие траектории.В мгновение ока они окружили Гона. Первый волчок ударил его в спину с такой силой,что Гон ахнул и сделал шаг вперёд. «Один из волчков попадает в Гона! Что даёт Гидо одно очко! Вот так начало!» — С помощью нен я могу использовать волчки часами! — крикнул Гидо, его глаза блестели от азарта. — Траектория их движения неизвестна даже для меня! На трибунах,в отведённой для бойцов зоне, Киллуа сидел,вцепившись пальцами в сиденье.Венди рядом с ним прикрыла лицо ладонями, не в силах смотреть. — Не могу на это смотреть… — прошептала она. —Венди,не переживай,смотри внимательно. Я уверен,Гон даже если не победит то удивит всех нас своими действиями — сказал Киллуа взяв Венди за руку,поддерживая. Гидо усмехнулся.Его волчки снова атаковали спину Гона,вынуждая его отступать к краю арены. «Опять попадание в спину! Противник загнал его в угол! Прямое попадание и… локдаун! Гидо увеличивает разрыв очков на 4!» Работник арены,выполняющий роль рефери, подошёл к Гону: — Драться ещё можешь? — Конечно! — выдохнул Гон, поднимаясь на ноги.Его тэн трещал по швам, не выдерживая точных,сконцентрированных ударов. Следующий волчок пришёлся точно в живот. Гона отбросило,и он, перелетел через край арены. «Прямое попадание в живот! Гон совершенно беззащитен,его выбило за пределы арены!Мне даже жаль этого мальчика!» Но Гон уже поднимался.Стиснув зубы, он перепрыгнул через барьер и с кувырком вернулся на арену.Гидо лишь покачал головой и сам начал стремительно крутиться на месте,его волчки образовали вокруг него смертоносный вихрь. «Вот он, знаменитый приём Гидо, который является и атакой, и защитой!» Гон попытался прорваться, но вихрь отбросил его с ещё большей силой, и он снова оказался за пределами ринга. «Гидо присудили ещё три балла!Гон на волоске!» И снова Гон встал.Он вышел на арену, но на этот раз сделал нечто неожиданное.Он отпустил свой тэн.Вместо этого он сжал свою ауру до предела, пытаясь сделать себя невидимым для чувств противника — зецу. Неточный,инстинктивный,отчаянный. — Нет,дурак! — вырвалось у Киллуа. — Тебя же щас размажут! Гидо замер,его волчки на секунду замедлили полёт. — Жить надоело, мелкий?Я щас тебе помогу… — он резко махнул рукой.Волчки рванули к неподвижному Гону. И…пролетели мимо.Гон в последнюю долю секунды качнулся в сторону. «ЧТО?!Гон впервые смог начать уклоняться от волчков!» Нечто щёлкнуло в сознании Гона.Без грубого щита тэн, который искажал его собственное восприятие,он начал чувствовать.Не глазами.Воздух. Микроскопические завихрения,создаваемые волчками.Он не видел их траекторий, но чувствовал,откуда придёт удар. Он уворачивался.Прыгал.Приседал.Волчки, число которых на ринге перевалило за пятьдесят,свистели вокруг, врезаясь в настил, но не попадая в него. «По рингу скачет уже более 50 волчков, а мальчик скачет так, будто их вообще нет!» Это было невероятно.Но это было изматывающе.Каждое движение требовало титанической концентрации.И одна ошибка, одна задержка на миллисекунду… Один из волчков, отскочивший под неожиданным углом,врезался Гону прямо в правую руку.Раздался отвратительный хруст.Гон вскрикнул от боли, потерял равновесие, и на него обрушился град ударов.Сознание уплыло. «Бой окончен! Победитель — Гидо!»

***

В комнате Гона пахло лекарствами и напряжением.Киллуа, с лицом, похожим на грозовую тучу начал говорить. — У тебя сломана лучевая и локтевая кость правой руки.Три ребра. И ещё штук двенадцать мелких переломов и вывихов.На лечение, по самым оптимистичным прогнозам, уйдёт месяца четыре. Идиотина. Гон, бледный и замотанный в бинты, лежал, глядя в потолок. — Извини… — Толк от твоих извинений тебе голову случайно не задело? — голос Киллуа дрожал от сдерживаемой ярости, но не на Гона, а на всю ситуацию. — Одна ошибка — и кончишь как юла на ножке!Вспомни, чему нас учили! Зачем ты перестал использовать тэн?! — Жизненно важные органы ведь не задели, — слабо попытался пошутить Гон. Киллуа, не выдержав,слегка, но ощутимо ткнул носком ботинка в гипс на руке Гона. Тот вздрогнул. — Ай! — Вот именно, «ай». В дверь постучали.Резко, требовательно. — Кто там? — рявкнул Киллуа, распахивая дверь.На пороге стоял Винг, а за ним, смущённо ёрзая, — Зуши. — О..Очкарик. — Простите… — начал Гон, увидев учителя. Винг вошёл, подошёл к кровати и, без всяких предисловий, дал Гону пощёчину. Не сильную, но звонкую и унизительную. — Поздно извиняться!О чём ты только думал?!Мог ведь кончить как те, кто не проходил посвящение, а ломался на нем! — его голос был жёстким, но в глазах читался страх.Страх человека, который видел, как его ученик едва не шагнул в пропасту. — Но…я рад, что всё не так плохо.Киллуа, — он повернулся, — ты знаешь, сколько твоему другу надо на восстановление? — Доктор говорил про два месяца, если всё срастётся идеально, — пробурчал Киллуа. — На два месяца, — Винг посмотрел прямо на Гона, — я запрещаю тебе участвовать в каких-либо боях.И тренироваться в обычном понимании.И использовать Нен, кроме как для базового Тэна для поддержания жизненного тонуса.Если нарушишь условия — навсегда откажусь тебя учить.Понял? Гон, всё ещё ощущая жжение на щеке, кивнул. — Конечно.Сделаю всё, как говорите. — Протяни левую руку. Гон повиновался.Винг достал из кармана тонкую синюю шерстяную нить и повязал её Гону на мизинец, затянув тугим, но не пережимающим узлом. — Мы договорились.Оставляю тебе это на память. Киллуа, Венди, можно вас? Они вышли в небольшой парк у подножия башни.Вечер был тихим. — Что заставило вас прийти сюда, на эту Арену? — спросил Винг, глядя куда-то вдаль. — По-настоящему. Венди,обняв себя за плечи, ответила первой, честно: — На самом деле…ничего такого.Мы хотели потренироваться и денег заработать.Ведь у нас их не было.А Гон…Гон хотел натренироваться,чтобы однажды победить Хисоку. Но остальные здесь, на двухсотом…они, кажется,хотят только победы и славы любой ценой. Киллуа,прислонившись к дереву, добавил, не глядя на Винга: — Я не уверен,что Гон на данный момент просто тренировался.Я видел, как он упивался боем.Даже когда ему было больно. Он…забывался. Винг медленно обернулся к нему. — Его ведь могли убить.А он наслаждался. — Да, — тихо сказал Киллуа. — Мне и самому такие переделки нравятся. Адреналин.Вызов.Но я учитываю обстановку.А вот он…он забывает обо всём, когда ввязывается в драку.Для него это…игра.Самая серьёзная игра на свете. Винг закрыл глаза.«Я, наверное, зря начал их обучать, — промелькнула у него мысль. — Я открыл ящик Пандоры.Даю оружие тем, кто не до конца понимает его вес.» Киллуа,словно прочитав его мысли, открыл глаза.Его взгляд был прямым и не по-детски взрослым. — Поздно.Мы всё нужное уже узнали.Если откажетесь нас обучать — мы сами научимся.Методом проб и ошибок. Или найдём кого-то другого.Не переживайте, рано или поздно мы бы сами на это вышли. Винг смотрел на него, на этого колючего, опасного мальчишку, который видел мир насквозь. И на тихую девочку с синими хвостиками, в чьих глазах читалась та же непоколебимая решимость.Он вздохнул. Глубоко. — Я знаю.И оставлять дело на полпути не намерен.Вы, ребята, пока Гон восстанавливается,можете тренироваться вместе с Зуши.Он поможет вам отточить основы. — Нет, спасибо, — тут же отказался Киллуа. — Не хочу бросать Гона.Так что, если он сдержит обещание и не будет лезть куда не надо, юя буду продолжать тренироваться вместе с ним. Рядом. Винг кивнул.Он ожидал такого ответа. — Тогда вы не забывайте тренировать свой Тэн.Каждый день.Чтобы в следующий раз, когда он решит сделать что-то столь же безрассудное,вы могли его прикрыть.Или остановить. — Мы поняли, — сказала Венди, и в её голосе звучала искренняя благодарность. — Спасибо вам. Когда Венди и Киллуа вернулись в комнату, они застали Гона сидящим на кровати в позе для медитации.Его лицо было сосредоточенным,синяя нить на мизинце левой руки казалась ярким пятном на фоне белых бинтов.Он не тренировал Нен.Он просто медитировал,удерживая базовый Тэн, как и обещал.Стараясь понять, что пошло не так. Не говоря ни слова, Венди и Киллуа сели рядом с ним на пол и тоже закрыли глаза, погружаясь в ощущение собственной внутренней энергии.В тихой комнате, залитой вечерним светом, трое детей учились не просто силе.Они учились её цене.И ответственности, что приходит с ней в руки. Это был урок, который оказался куда важнее любой победы на ринге.

***

Недели, следующие за боем Гона, текли медленно и методично, как песок в часах. Дни складывались в чёткий, почти монотонный ритм, далёкий от бешеного темпа их предыдущего восхождения. Комната-люкс на 200-м этаже из роскошного приза превратилась в штаб-квартиру и лазарет.Первые дни Гон почти не вставал, смиренно принимая заботу Венди, которая, казалось,нашла своё истинное призвание. Она готовила питательную, лёгкую пищу, меняла бинты с руками, которые были нежны, но уверенны, и следила, чтобы он пил травяные отвары, способствующие сращиванию костей. Её целительная магия, её «Дыхание Восстановления», она применяла осторожно и дозированно — не для мгновенного исцеления (на что у неё пока не хватало сил и знаний), а для снятия боли, уменьшения воспаления и ускорения естественных процессов тела.Под её присмотром мрачные прогнозы врачей начали понемногу рассеиваться. Киллуа взял на себя роль тренера и охранника. Он запретил Гону даже думать о спаррингах, но поощрял (вернее, требовал) ежедневных медитаций на Тэн.Сам он занимался в стороне, оттачивая своё мастерство — не на ринге, а в пустом тренировочном зале, который Винг разрешил им использовать.Он отрабатывал движения, которые не требовали огромной силы, но были смертоносны в точности: удары пальцами, смещения центра тяжести, контроль дистанции.Он учился быть экономным.Каждое движение должно было приносить максимальный результат при минимальных затратах — этот принцип, привитый ему семьёй, теперь обрёл новый смысл в контексте сохранения и концентрации внутренней энергии. Иногда к ним приходил Винг. Он не давал новых уроков. Он задавал вопросы. — Гон, что ты почувствовал, когда выключил Тэн? — Я…почувствовал, как они летят. Не увидел. Почувствовал воздух. — Это был инстинкт.Обострённое восприятие в момент смертельной опасности.Но это ненадёжно. Зецу — не для того, чтобы лучше чувствовать атаки. Зецу — чтобы не быть почувствованным.Ты перепутал инструменты и едва не поплатился за это. — А если бы я усилил Тэн?Сделал его крепче? — Волчки пробили бы его рано или поздно. Твой Тэн ещё сырой.Сила — не в толщине щита,Гон. Сила — в умении не подставлять щит под удар. Эти беседы заставляли Гона думать.По-настоящему думать,а не просто действовать. Он начал вести дневник наблюдений — корявыми каракулями левой руки записывал ощущения от медитации,вспоминал детали боя с Гидо, строил теории.Его стремление к победе над Хисокой не исчезло, но оно обрело глубину и терпение. Венди, помимо ухода за Гоном, углубилась в изучение собственной силы. С разрешения Винга она брала книги из его скромной библиотеки — трактаты по энергетическим потокам, анатомии, даже древние манускрипты о «дыхании стихий». Она сравнивала теории со своими ощущениями, постепенно начиная понимать структуру своей магии.Её «река» теперь имела не только русло, но и плотины,и шлюзы. Она экспериментировала, создавая вокруг своих пальцев крошечные,невидимые вихри, способные подхватить упавшую пуговицу или охладить чашку чая.Это была микроскопическая,но невероятно важная работа по контролю. Киллуа наблюдал за ними обоими. За упорством Гона и тихой сосредоточенностью Венди. И в его собственном тренировке появилась новая цель. Он начал практиковать свой Тэн не просто как статичный щит, а как подвижную оболочку. Он представлял, как его аура не просто обволакивает его, а течёт вместе с его движениями, усиливая их, делая его ещё быстрее, ещё острее. Иногда, в момент полной концентрации, его рука, казалось, на долю секунды оставляла в воздухе бледный, синеватый след — признак того, что его Нен начинал откликаться на его волю не только в защите, но и в атаке. Раз в несколько дней появлялся Зуши. Он приходил не как учитель, а как старший товарищ по учёбе, принося иногда сладости (что сразу делало его желанным гостем для Киллуа) или делясь какими-то простыми, но мудрыми наблюдениями Винга.Между ним и Венди завязалась тихая дружба, основанная на взаимном уважении к силе и осторожности.С Киллуа их отношения оставались прохладными,но уважительными — два бойца разных школ,признающих мастерство друг друга. Однажды вечером,когда Гон уже мог сидеть без боли,а за окном зажигались огни города, закончив свои упражнения, присел на подоконник. — Так, — сказал он, глядя на друзей. — Давайте начистоту.Гон, ты выздоровеешь. Что дальше?Ты всё ещё хочешь драться с Хисокой? — Больше чем когда-либо, — ответил Гон без колебаний. — Но теперь я знаю,что для этого мало просто сильного кулака. Мне нужно…понять.Понять его силу. И свою. — А ты, Венди? — спросил Киллуа, переводя на неё взгляд. — Ты здесь ради чего? Венди,перебирая страницы книги, задумалась. — Я здесь…потому что вы здесь. И потому что я хочу научиться контролировать то, что во мне есть.Чтобы помогать.А не калечить. — Она посмотрела на свою ладонь. — И…мне кажется, этот мир, этот «Нен»…он как-то связан с тем, откуда я. С моими воспоминаниями.Я хочу это выяснить. Киллуа кивнул.Его собственные цели были менее возвышенны,но оттого не менее важны:выжить, стать сильнее, сбросить ошейник прошлого.И, как он с удивлением для себя осознал,охранять это странное, хрупкое трио,которое стало его новой реальностью. — Винг говорит,что через пару недель, если кости срастутся нормально,можно будет начинать осторожные тренировки с Неном, — сказал он. — Не боевые.Упражнения на контроль.На чувствительность. — Он сделал паузу. — Гидо,тот самый, что разделал тебя, Гон…он сейчас на 203-м этаже. У него уже шесть побед. В комнате повисло молчание.Это не было вызовом.Это была констатация факта. Дорога,которую они выбрали, никуда не делась.Она ждала. — Хорошо, — тихо сказал Гон, и в его глазах зажёгся не прежний безрассудный азарт, а твёрдый, холодный огонь решимости. — Значит, у нас есть пара недель, чтобы подготовиться к настоящему началу.

***

Прошёл месяц. Солнечный свет,пробивавшийся сквозь огромное окно их комнаты на 200-м этаже, освещал неожиданную картину. Венди и Киллуа,зашли в комнату после того как отходили за чем-то очень интересным.Когда зашли они увидели такую картину: Посередине гостиной,балансируя на одной руке,стоял Гон. Не просто стоял — он пружинил на ладони,выполняя сложные балансировочные упражнения, его здоровая правая рука была сжата за спиной. На его лице сияла знакомая,солнечная улыбка, а в глазах горел неподдельный азарт.Увидев их, он легко перекатился на ноги и вскочил. — А, вы где были? Я уже собирался вас искать! — заявил он, потягиваясь.Суставы хрустнули здоровым,упругим хрустом. Венди уронила сумку, её карие глаза округлились. — Гон…Уже всё зажило? Совсем? — Да! — Он с силой сжал и разжал кулак правой руки, демонстрируя полный контроль. — Как новенькая!Даже лучше, кажется! Киллуа,не отрывая от него оценивающего взгляда,прошёл мимо и швырнул на диван конверт. — Чудной ты.Да не важно.Смотри. Гон поднял конверт.Внутри лежали три узких,три карточки с эмблемой Небесной Арены. Билеты. — Это на бой Хисоки, — без эмоций пояснил Киллуа, доставая из холодильника банку сока. — Завтра,главный зал,20:00. Они отправились в одно из кафе — в тихое место с хорошим видом. Киллуа, развалившись в кресле,объяснял: — Как бойцы 200-го, мы имеем право на бесплатные билеты на любые поединки ниже 250-го.Но билеты на его бой — их не достать просто так.Очереди,спекулянты, бешеный спрос.Я…разузнал кое-что. Он сделал паузу,его голос стал тише и серьёзнее. — Хисока действительно очень силён. На его счету 8 побед, 3 поражения и…6 нокаутов. Каждый из которых стоил противнику жизни. Венди вздрогнула,обхватив чашку с чаем. — Но он проиграл три раза… Киллуа посмотрел на неё с выражением, которое Венди в шутку называла «кошачьим». —Венди,все поражения — технические. Он просто не пришёл на бой. Значит… — Значит, его ещё никто не мог одолеть по-настоящему, — закончил Гон. Его лицо было сосредоточенным. — Именно, — кивнул Киллуа. — Все его живые противники зарабатывали максимум 4 очка:один нокдаун да три прямых попадания.И всё.Он по своей реальной силе, похоже,на уровне Мастера этажа.А завтра он дерётся с… — …с Кастро, — прошептала Венди, прочитав имя на билете. — Это тот, который… — Да, — подтвердил Киллуа. — Тот самый, кто в их первой встрече единственный сумел отправить Хисоку в нокдаун и набрал те самые 4 очка.Так что пошлите.Посмотрим, как дерется настоящий монстр. И как с ним можно пытаться бороться. Венди нахмурилась, глядя на Гона. — Но…Гону ведь запретили тренироваться. А бой Хисоки…зная Гона, это можно назвать тренировкой. Они уже поднимались по эскалатору к лифтам, ведущим в зрительские секции главного зала. Киллуа пожал плечами. — Ну, конечно, можно. Глядя со стороны, многому учишься.Это же не спарринг. — Конечно, нет, — раздался спокойный, усталый голос прямо перед ними. На верхней площадке эскалатора, прислонившись к перилам,стоял Винг. На нём была та же небрежная рубашка, а взгляд был тяжёлым и непреклонным. — Присутствие на матче такого уровня для него сейчас равносильно активной ментальной тренировке.Напряжённому анализу, подсознательной проработке приёмов. Что прямо противоречит моему запрету. Венди с грустью вздохнула. — Так я всё же была права… Гон и Киллуа замерли. «Учитель…» — пробормотал Киллуа. Винг не сводил глаз с Гона. — Гон,рука уже зажила? — Да! — бодро ответил Гон. — Как новенькая!Я уже всё могу! — Он же вылечился! — вступился Киллуа, пытаясь найти лазейку. — Пускай сходит.Просто посмотрит. Но Винг был неумолим.Его лицо не выражало гнева,лишь усталую, железную решимость. — Нет.Два месяца ещё не прошло.Мой запрет в силе.И слово «нет» означает «нет», а не «можно,если очень хочется». На лице Гона мелькнула тень разочарования,но он не спорил.Он выпрямился и кивнул,приняв правило игры. — Хорошо.Я понял.До свидания, сэнсэй. Он развернулся и пошёл обратно по коридору, к их комнате, его плечи были чуть опущены. Киллуа проводил его взглядом, потом перевёл его на Винга.Между ними пробежало молчаливое понимание. Киллуа видел в запрете не просто прихоть, а защиту.Защиту Гона от самого себя, от его пожирающего любопытства и азарта, которые могли снова бросить его в пекло, не подготовленным. — Ну ладно, — наконец сказал Киллуа, разводя руками в мнимом поражении. — Мы тогда с Венди вдвоём сходим. А тебе, — он бросил это уже удаляющемуся Гону, — сделаем подробную запись.Со всеми деталями. Винг, видя, что его условие принято, слегка кивнул и, не сказав больше ни слова, растворился в боковом проходе,ведущем к лифтам. Вечером, когда Киллуа и Венди ушли на бой, в роскошной, но теперь казавшейся слишком большой комнате воцарилась тишина.Гон не стал нарушать запрет. Он не включил телетрансляцию. Он сел на пол в центре гостиной, скрестил ноги, закрыл глаза и погрузился в медитацию. Внутри него, вокруг него, текла его энергия. Его Тэн был уже не грубым коконом, а осознанным, живым щитом. Он думал не о бое, который сейчас идёт где-то ниже. Он думал о своей силе.О её пределах. И о том, что настоящая тренировка начинается не на трибунах, а здесь, в тишине собственного духа, где учатся не повторять чужие движения, а находить свои. До конца запрета оставался ещё месяц.Месяц глубокой, внутренней работы.И он был намерен использовать каждую его секунду.

***

Тишина в комнате была густой, почти осязаемой. Гон сидел в позе лотоса, его дыхание было ровным и глубоким, а сознание погружено в изучение внутренней карты собственной энергии.Он мысленно прокладывал «русла» для своего Нена, укреплял «берега» Тэна, экспериментировал с тем,чтобы сделать его тоньше и эластичнее в одних местах и плотнее, как сталь, в других.Запрет Винга, вместо того чтобы стать клеткой,превратился в тигель,где его сила медленно, но верно переплавлялась из сырой,бушующей стихии во что-то более управляемое. Он не знал,сколько прошло времени, когда дверь открылась.Вошли Киллуа и Венди. Не было ни возбуждённых возгласов, ни споров.Они вошли тихо. Слишком тихо. Гон открыл глаза.Венди была бледна, её карие глаза были огромными,в них читался не страх,а глубокое, леденящее понимание. Она молча прошла к дивану и села,обхватив себя за плечи,будто ей было холодно. Киллуа закрыл дверь,прислонился к ней спиной и зажёг свет.Его лицо было каменной маской,но в синих глазах бушевала буря — смесь восхищения,отвращения и чистейшего, животного ужаса,который он тщательно подавлял. — Ну? — спросил Гон, нарушая тишину. Его голос прозвучал громко в этой давящей атмосфере. — Запись…не получится, — сказал он хрипло. — Почему? — насторожился Гон. — Потому что там не было ничего, что можно зафиксировать на плёнку, — ответила вместо него Венди, её голос был тонким, как паутина. — Ничего…человеческого,он просто монстр. Киллуа провёл рукой по лицу. — Кастро…он был силён.Его Нен…это была абсолютная, непробиваемая защита. Что-то вроде усиленного, гипертрофированного Тэн, превращённого в постоянно активный барьер.Он мог стоять под градом…под градом этого..и не шелохнуться. — Под градом чего? — настойчиво спросил Гон. Киллуа замолчал,подбирая слова. Венди заговорила снова,глядя в пустоту: — Его…аура. Аура Хисоки. Ты не можешь себе представить,Гон. Когда он вышел…это было не просто давление.Это было…вторжение. Воздух в зале стал тягучим, сладковатым,как забродивший мёд. Им было тяжело дышать.Я чувствовала, как моя собственная энергия внутри меня пыталась сжаться в комок,спрятаться. А Кастро…он просто стоял.Как скала. — И? — не отступал Гон. — И Хисока…он не стал бить сразу, — продолжил Киллуа, его голос набрал металлические нотки. — Он играл.Позволял Кастро атаковать.Его удары, которые должны были ломать сталь,просто…соскальзывали.Слипались.Будто он бил не по человеку, а в густую смолу. А потом…потом Хисока улыбнулся. Киллуа замолчал,потянулся к холодильнику и взял сок. — Он выпустил это.Свою…способность. Это не был удар. Это было похоже на то, как паутина обволакивает жертву.Только паутина была из…из его воли. Из его Нена. «Бангоу Гумгоу», — прошептал кто-то из зрителей.Кастро замер.Сначала просто перестал двигаться.Потом…его собственная непробиваемая защита, его Тэн…он начал сжиматься. Сам. Под внешним давлением. Мы видели,как на его коже проступали отпечатки невидимых нитей. Как его доспехи трещали.Он не кричал.Он хрипел. Пытался дышать. Венди закрыла глаза. — А Хисока стоял и смотрел.С интересом. Как учёный на эксперименте.Потом…щелчок пальцами. И Кастро…его просто отбросило через весь ринг.Он врезался в стену и не встал.Не нокаут.Он был в сознании. Но…сломан.Всё, что делало его бойцом, было сломано за три минуты.Не тело.Волю.Его Нен. Хисока разобрал его защиту по винтикам и показал ему, насколько она хрупкая. В комнате снова воцарилась тишина, теперь наполненная жуткими образами. — И он улыбался всё это время, — добавил Киллуа почти шёпотом. — Как будто пробовал изысканное блюдо.В нём нет злобы.Нет ненависти. Есть только…голод. И интерес.К созревающим плодам. Гон сидел неподвижно.На его лице не было разочарования от пропущенного зрелища. Было холодное,трезвое осознание.Он представлял себя на месте Кастро.Своим грубым,неотёсанным Тэн против этой утончённой,всесокрушающей хватки.И понимал,что его размазали бы ещё быстрее. — Значит, — медленно произнёс он, — просто сильного Тэн недостаточно.Даже самого крепкого.Нужно…что-то ещё. Что-то, что может противостоять не физической силе, а…такой атаке.Вторжению в саму волю. — Да, — кивнул Киллуа. — И у меня нет ни малейшего понятия,что это может быть. Винг, наверное,знает. Но это явно не уровень «четырёх основ». Они сидели втроём в освещённой комнате на вершине башни, но чувствовали себя так, будто только что заглянули в бездну. Бездну,в которой обитали существа, играющие силами, лежащими далеко за пределами их понимания. Бой Хисоки не был уроком техники. Он был предупреждением. Демонстрацией той пропасти, что отделяла их, начинающих, от истинных хозяев этого мира. Гон поднялся с пола.Его движения были собранными,решительными. — Хорошо, — сказал он. — Теперь я знаю.Спасибо, что рассказали. Он посмотрел на синюю нить на своём мизинце — символ обещания, данного Вингу. — У меня остался месяц.Месяц не на то, чтобы «окрепнуть».Месяц на то, чтобы найти ответ.Хотя бы на один вопрос: как не сломаться в первые же секунды. Он повернулся и пошёл в свою спальню, не для того чтобы лечь спать, а чтобы думать. Анализировать.Искать слабое место в казалось бы безупречной, удушающей силе. Киллуа и Венди остались в гостиной.Киллуа налил Венди тёплого чаю и сунул ей в руки. — Пей.Ты вся дрожишь. — Он…он смотрел в нашу сторону, — тихо сказала Венди, глядя на чашку. — Перед тем как уйти.Прямо на наш сектор.И улыбнулся. Как будто…знал, что мы там.И что мы всё понимаем. Киллуа стиснул зубы.Это был не просто бой. Это было послание.Послание им. «Я жду. Растите быстрее.Мне интересно, на что вы способны». Он посмотрел на закрытую дверь комнаты Гона.Их путь к Хисоке внезапно показался не восхождением на гору, а блужданием в лабиринте, в центре которого ждал Минотавр.И они только что услышали его дыхание.Теперь им нужно было не просто стать сильнее.Им нужно было найти нить,путь к силе и победе.И время начинало работать против них.